Это не игра

       Прошло буквально минуты две, прежде чем в кабинет вошёл Директор. Остановил свой взгляд на Игроке, проницающий, всегда серьёзный, но сейчас особенно. Игрок уже морально готовился к допросу, так или иначе, пора уже рассказать всё, что он знает. На Эйч Директор никакого внимания не обратил, могло это, конечно, показаться странным, но в какое-нибудь другое время. После, ко всем также присоединились Балди и Свип, которые ещё какое-то время застряли в коридоре, что-то там обсуждая (что-то такое, что математику не понравилось).        — Хэй, Игрок, чё с лицом? — поприветствовал этого «странника» Свип, похоже, единственный не нашедший чего-то прямо необыденного в его появлении. Игрок многозначительно посмотрел в его сторону, вспоминая, как он лихо свалился с лестницы, вследствие его взаимодействия с этой персоной. «Он ещё спрашивает…» — подумал про себя Игрок, не зная что вообще отвечать ему.        — Итак, Игрок, все очень хотели бы тебя послушать, — вздохнув, произнёс Директор, не отводя взгляд от мальчишки.        — Почему у тебя здесь кровь? — не выжидая пока Игрок начнёт что-то говорить, обеспокоенно спросила Плэйтайм, слегка дёрнув его за рукав толстовки.        — Э-э… Да это… Сейчас… — собираясь с мыслями, промямлил парень, с большой неохотой что-то теперь тут рассказывать, но необходимость этого он ясно чувствовал, так что придётся ему в очередной раз за этот ужасный день поднапрячься. — Так, а вы что-то помните?        — Что именно-то? — спросил Балди, даже не подозревая о том, что был ключевым лицом в недавнем событии.        — Ну, как например, меня гоняли по всей школе?.. Нет?.. Тогда понятно, — Игрок снова задумался, но задерживать надолго это дело не стал, решив, что надо как-нибудь кратко всё объяснить. — В общем, я говорил уже про игру. Так вот, я не из этого мира, то есть, по сути, я сейчас как раз нахожусь в игре. Вы все тут персонажи из этой самой игры. Компьютерной. Понятно же, да? — беспомощно улыбнулся Игрок, наблюдая лица своих слушателей, чувствуя, что сейчас выглядит весьма глуповато, но улыбку сдержать было сложно.        — Ой-ой, да кому ты это рассказываешь, я и итак это знал, — довольно улыбнулся Свип, хотя при этом ему крайне досадно, иначе бы он не сказал самому себе: «Чёрт, так и знал, что нужно было с кем-то на сотку поспорить!»        — Неважно… В общем, не знаю как, что произошло, и по каким таким законам вселенной я сюда попал, просто примите этот факт, что весь этот ваш мир просто игра. Или уже нет… Я не совсем… Так, ладно… — перебивая самого себя, парень очень хотел бы изложить всё так как он понял, единственной проблемой было то, что он сам мало чего понял. — Я сейчас как раз вот был в этих подвалах под школой, — сказав это, он показал на лестницу в углу класса, — мы там с Нуллом повидались. Он сказал, что это с ним как-то связано, что я сюда попал. И даже сказал, что я могу вернуться. Потом получается что?.. Вот, попал я сюда, почему-то даже в школу, ну, и вот, теперь так.        Почти все слушатели были в замешательстве. Игрок пока не знал, что ему тут добавлять, но подумывал и о том, как он тут знатно побегал по коридорам, рассказать.        — Да как понять игра? Мы по какой-то закономерности тут всё делаем что ли? — наконец нарушил эту тишину Балди, сведя брови к переносице, прямо смотря на Игрока.        — Ну, я не знаю как объяснить, я сам не очень тут понимаю… Нулл вот, вроде, понимает. Ну или нет. Вообще как бы, вы на самом деле как обычные люди, только если с ума не сходите… Ну, а когда тебя в школе нет, — он повернулся к Эйч, — они и начинают. Ну, что там Нулл говорил… Ты, как мой друг, забыла свои тетради, и вот, смысл игры был в том, чтобы найти все тетради в школе. А в школе, получается, вы все ходите, и как-то мешаете мне собрать эти тетради. Сейчас то же самое было, мне от вас тут… убегать пришлось.        — Неужели всё совсем плохо… То есть, тебя эта беготня так растрепала? — спросил Директор, которого, как ни странно, смутило то, что он сказал «убегать», но вида не подал.        — От части… Убегать пришлось потому… — ещё с секунду подумав, Игрок решил, что раз начал, то закончит предложение: — потому, что вы, мистер Балди, преследовали меня, ну, как в игре, там так же. Если не убегать, вы бы меня поймали… Может, убили бы… — видя как меняется выражение лица Балди, Игроку стало неудобно, он попытался говорить ещё что-то, но к концу небольшого монолога голос стал просто мямлить. — В игре не говориться точно о том, что там будет, но учитывая то, что вы меня уже ударить линеечкой успели… Так что, скорее всего, убили бы…        Вот теперь на лице математика отчётливо было написано: «Разве я способен на это?», несколько взглядов также повернулись к нему.        — Да это из-за игры, это нормально, мне кажется. Остальные в принципе… Ну, не убивают хотя бы, но очень… мешают, — памяти представилось то, как Артс тогда чуть ли не убил его… Рука сама потянулась почесать шею, вроде бы, как простой жест. — Билли вообще мою кепочку забрал! Пройти из-за него не мог, — «Ну а что? Кепочка любая между прочем…» — сказал себе Игрок, понимая, что вообще-то кепка особого места в этой истории и не занимает.        — То есть из-за тебя здесь такой переполох? — вывел итог сегодняшнего «переполоха» Директор.        — Ну, значит, наверное… А что?        — Значит это ты порвал мою скакалку?.. — Плэйтайм смотрела на него расстроенными глазами… глазами, непривычно потухшими и в некоторой степени серьёзными.        — Да, прости, Плэйтайм… Тут было именно либо скакалку, либо меня… — Плэйтайм только кивнула в ответ, опустив взгляд в пол. Игрок также виновато отвернулся. На некоторое время повисла пауза.        — Игрок, ты сказал, что тебя успели ударить… — вновь прервав паузу, переспросил Директор. Заметьте, сказал он «успели ударить», а не «Балди успел ударить».        — Было… Хотя это ещё ладно, вот когда я с лестницы упал, с разгона такого нормального…        — С лестницы?! — сразу несколько голосов (по большей своей части женских) воскликнули это.        — Тебе бы не помешал осмотр… — Директор неуверенно косо посмотрел на уборщика. — Свип?..        — Я?!        — Он?!        В совершенно разной тональности одновременно воскликнули оба, и Свип, и Игрок. Если Свип как будто бы обрадовался, то подросток, совершенно в обратном порядке, только офигел с такого предложения, по-другому не скажешь.        — Убейте меня, но только не подпускайте его ко мне! — внезапно даже для самого себя взбодрился паренёк. А Свип, кажется, нашёл какой-то аргумент на свою сторону.        — Ну, я вообще-то сдавал биологию на экзамен и между прочим все сто…        — Да хоть ОБЖ! Ты может быть и не помнишь, но с лестницы тогда я грохнулся благодаря тебе, — не слушая его, Игрок продолжал выказывать сопротивление, лишь бы безо всяких осмотров…        — Ну, с кем не бывает? — спокойно улыбнулся уборщик, пожав плечами, мол, ничего же такого, верно?        — Серьёзно, у меня так, ну, пара-тройка синяков, а в остальном, всё нормально… Мне ещё от Нулла завтра бегать…        Все выжидали что он скажет дальше. И видя это, Игрок кратко поведал о том, что ему предстоит сделать следующим днём.        — Я надеюсь, это будет после учебного времени, у нас так-то сдача докладов, — сказала миссис Помп.        — Угу, и важная контрольная работа, — поддержал Балди. «Учителя везде учителя…» — устало вздохнув, подумал про них Игрок.        На этом в принципе уже и разошлись. Директор ещё узнал некоторые подробности касательно Нулла, и только тогда отпустил Игрока. Тому, правда, казалось, что ну не могли они так просто взять и поверить в существование того, что он им тут понаплёл… «Ладно, моё дело — рассказать как есть, а с остальным уже не я буду разбираться» — оправдывал самого себя Игрок, прежде, чем Эйч снова начала говорить.        — И ты уверен, что сможешь победить?        — Да не знаю… Но что мне делать? Всё-таки домой хочется… — шаркая по полу, запихав руки в карманы штанов, тоскливо ответил тот.        — Эй, паренёк из другого мира! — их догнал Свип. — Слу-ушай, не мог бы ты сказать немного больше об игре?        — Э-э… А зачем? — чувствуя что-то неладное, раз уборщик к нему подошёл, спросил Игрок.        — Ну, просто скажи, я же там такой же сасный? — с этими словами Свип слегка наклонился к нему, подчеркнув весь вопрос самодовольной ухмылкой.        — Ты там просто швабра, которая летает по всем коридорам, и орёт, что «Время уборки», — безжалостно передразнил это Игрок, в надежде, что самооценка этого уборщика хоть немного сойдёт с небес.        — Так я… Швабрамен! — ему правда очень хотелось бы быть просто шваброй?.. Не суть, кажется, Свип счастлив знать, что всегда должен был быть уборщиком.        — Ладно… Теперь я могу идти? — немного офигев (снова), обречённо спросил парень.        — Да-да, я узнал всё, что мне нужно. Только вот… Ты действительно так доверяешь Нуллу? — когда тот внезапно серьёзно сменил тему, Игрок встал в ступор. Посмотрев на него как на кого-то ниже (во всех пониманиях) себя, Свип вновь нацепил свою улыбку. — Ха-ха, ну, я пойду что ли.        Парень действительно не был уверен в своём выборе. Нет, он, конечно, может отказаться от всего этого, но с каким итогом? Навсегда здесь застрять, а впоследствии уже и забыть о том, что это совершенно не то место, где он должен быть? Знаете, если бы не то послание в найденном им блокноте, вряд ли бы у него появились сомнения. А Нулл ведь сказал совсем мало того, что на самом деле дало бы намного больше понимания — чего-то о самой игре. Ладно, может он и не мог бы сказать… А для чего вообще потребовалось так много времени, прежде чем они встретились? — этот вопрос стоял наравне с основными.        Пока он ждал Эйч в подвалах, — на самом деле он тогда уже горестно думал, что придёт она только следующим днём — он неоднократно вспоминал о том, что Нулла (по совету некого неизвестного) не следует слушать. Хотя, попробуй его ещё не послушать. С порога, ни тебе здравствуйте, ничего, сразу же «почему ты возвращался?» Да кто бы в здравом уме всерьёз бы принял его слова, когда он был по ту сторону? Но то, что он был очень недоволен тем, что его не послушали, видно было на лицо.        О том, как он вообще собирается выиграть у Нулла, Игрок даже представить себе не мог… Видимо, будет дожидаться злосчастного часа, когда он уже вновь встретится с ним. Один на один. И будет импровизировать.        Довольно скоро подросток уже распрощался с Эйч, передав ей её злосчастные тетради, и уже шёл в свой временный дом, с которым уже собирался расстаться.        В это же время Балди также собирался уходить. Да, сегодня он действительно припозднился в связи с сегодняшними делами. Но мысли его никак не давали ему покоя. Игра, весь мир игра… Неужели всё это время кто-нибудь мог бы просто взять и удалить программу, и он вместе с игрой тоже бы удалился, даже не успев осознать это.        Тяжелее всего было то, что в этой самой игре он призван убивать, как показала практика. Балди никогда не идентифицировал себя как убийцу, никогда не думал, что способен на такое. Ладно, когда его выводили на нервы, бывало и проскочит мысль свернуть объекту раздражения шею, но это совсем другое, не он один такой, так?        От всех этих мыслей ему стало нехорошо. Настроение совсем испортилось. Хотелось бы ему не верить Игроку, но Нулл, который уже на протяжении нескольких лет выявлялся здесь — ну просто ходячее доказательство, что всё, что паренёк сказал, правда. И как ему удавалось раньше не придавать ему значения?        Он даже понял вот что: с появлением Игрока, многие устои изменились. Как будто бы он начал думать как-то иначе, обширнее, глубже. «Боже, я — персонаж игры? Нет, да никогда в жизни, я живой! Я живой, раз говорю это сам себе!» — убеждал себя он. Он был прав. Он живой.        Директор же предпочёл оставить это дело тем, кто его начал и кто продолжает его вести — в первую очередь Нуллу, а уж потом Игроку. Весьма скептически он отнёсся ко всему этому, хотя и понимал, что ставить определение Игрока происходящего под сомнение не совсем разумно, ведь он был прав. Но не во всём. И похоже, Нулл всё это время не просто так тут бродил, пытался чего-то добиться. Хорошо, вот об этом догадаться было бы несложно, если бы Директор не старался всё упростить, лишь бы цепочка «от одного до другого» не закончилась на чём-то критическом, опасном может быть даже для всех.        Зато он теперь видит оправдание многим странностям, которые раньше не замечал. Точнее, старался не замечать. Почему у него нет точного представления о своём прошлом? Потому, что его и быть не должно было. Не должно было быть и всего этого, что вокруг. Но этот мир ожил. И все они ожили.        Интересно, а есть ли смысл продолжать развиваться в том направлении, в котором они все сейчас, не могут ли они просто вернуться в первоначальное своё существование? В неведение, в ничто?..

***

       Наконец, Игрок вернулся домой. Голова что-то заболела, видимо хотела включиться в общий хор боли всего тела. Когда он прилёг на диван, вот тут он и понял, как же хреново ему на самом деле.        Лежать на диване было прекрасно после этого дня. Даже не верилось, что всё это было несколько часов назад. Но встать пришлось, чтобы умыться, а заодно уже самостоятельно осмотреть себя. Синяки в разных местах, несколько ушибов, ну, это очевидно. Царапина у виска не сильно большая и глубокая, так что тоже не о чем беспокоиться. Кости все на месте. «Ну, хоть в чём-то повезло,» — сказал себе парень, смотря на отражение в зеркале, висевшее в ванной комнате. Даже не верилось, что он практически цел.        А ещё теперь находиться в квартире Джонни стало ужас как неуютно. Неужели Нулл действительно просто избавился от него? Просто взял и… Чёрт, да что он такое? Игрок вернулся к блокноту. «…не слушайте его!» — перечитал он запись в нём. Что же это может означать? Всё-таки он единственный, кто хотя бы знает как ему вернуться в реальный мир. Игра не сможет удерживать… и как, простите, это с Нуллом связано, каким образом он вообще влияет на этот мир, и как он сам связан с реальностью? Голова скоро лопнет от этого всего.        И всё равно Игрока неплохо так напрягало, что говорится о том, что Нулл — этот мир. И очень хорошо тут сходится, как он просил (в игре правда) уничтожить игру, и как теперь говорит, что нужно уничтожить его? Ах да, как прохождение игры его уничтожит? Что-то Игрок совершенно запутался, уже потерял конец нитки в огромной путанице бессмыслия, которую пытался распутать.        Однако он уже так устал, что просто забросил эти все мысли, пускай что будет то и будет. Положил блокнот обратно на тумбочку возле дивана и уснул. Проснулся он ещё раз только вечером, да и тогда бодрствовать долго не стал и снова, уже до утра ушёл в спячку, в надежде, что на утро магическим образом всё тело перестанет болеть. Ну, или просто ему станет полегче.

***

       Он проснулся даже раньше будильника. Самочувствие заметно улучшилось. Точнее, он действительно невероятным образом почти полностью исцелился. Это хорошо, так? Посмотрев с утра в окно, он ничего не обнаружил, кроме серых туч. К дождю ли?        У парня ещё осталось немного времени и решил он его посвятить повторению доклада. Когда-то давно у него была некоторая мотивация учиться, серьёзно. Но со временем добавлялась сложность, причём в огромном объёме. Учителя становились всё придирчивее, детское представление о жизни ломалось, родители стали строже, мир серее… Куда уж там до учёбы.        А здесь, здесь всё так просто, не только в школьном плане, а в общем. И люди, с которыми он познакомился, тоже другие. Такие же, но другие. И уж его нынешние одноклассники точно. Опустим Билли, хотя Игроку всё-таки казалось, что он несомненно будет получше некоторых персон из реальной жизни, с которыми ему доводилось быть знакомым. Артс… Наверное, какое-то недоразумение произошло тогда между ними?        Сейчас Игрок повторял, чтобы Призу не пришлось отдуваться за него, хотя обычно парень принимает именно такую «ленивую» позицию, приведённую строчкой-другой выше, когда дело касается общего проекта. Игроку совсем не хотелось расстраивать таких людей как Приз. Он будет удивлён, если в реальном мире есть кто-то вроде них, только хотя бы его ровесник.        Вот он и задумался. Кажется, ему теперь будет тяжеловато со всеми расстаться… Но он понимал, что это не его жизнь и он должен вернуться. А если Джонни сейчас нет из-за него? Может Нулл специально «убрал» его? Ладно, конечно специально, но в чём прок?.. Хотя, кажется, Игрок начал догадываться зачем это было сделано. И что-то ему говорило, будто бы всё-таки, не случайно именно вчера Эйч пришлось уехать.        Заветный час, когда вновь начнётся игра, всё приближался, и Игрок не мог не нервничать из-за этого. Уроки как уроки. Доклад рассказан, контрольная (несмотря на то, что ему почти весь урок пришлось слушать то, как Эйч уговаривает парту ей помочь, а каким образом она это себе представляла — уже другое дело) написана. Его последние уроки в этой школе…        Ему также ещё пришлось пересказать своё фантастическое повествование и для тех, кого не было. Приз чуть не убил его раньше времени своими обнимашками. Но знаете, это классно, когда понимаешь, что нужен кому-то, даже если совсем не нужен. Билли в целом то ли не верил, то ли ему было как-то фиолетово. Единственное, пока никто не видел, он отдал его кепку, вот этому Игрок был доволен, самому просить Билли об этаком одолжении не пришлось. Даже неожиданно.        Несколько уроков пролетели, как одна перемена. Вот он Игрок, уже стоит у главного входа. Перед ним все остальные. То есть почти все. Приз с девчонками даруют ему последние обнимашки, на прощание так сказать. Свип бы был рад присоединиться к ним, но Игрок ясно одним взглядом дал понять, что вот его тут точно не надо.        — Пожалуйста, будь осторожен! — наконец отпустив его, сказал Приз.        — Постараюсь… — сняв с головы кепку, чтобы потеребить её в руках, думая, что это поможет от волнения, ответил Игрок. Хотя прямо на Нулла танком он идти не будет, конечно же.        — Да ты не переживай так, смог сбежать вообще от всех, а тут всего-то какой-то Нулл, — пренебрежительно махнув рукой, сказал Свип. Ну да, всего-то существо, от которого даже не знаешь чего ожидать, ибо оно может буквально всё что угодно. Всего-то. — Запомни главное, Нулл — ни что иное, как чьё-то подобие, только вышедшее из-под контроля, а следовательно, всегда можно договори-…        — Свип, вот лучше бы молчал. Подобие не подобие, но мальчику убежать от этого Нулла вряд ли удастся, он же читак гребаный, — прервал его Балди, делая вид, будто бы и нет ему до всего этого дела.        — Балди, не говори так, он и так на нервах, — спокойным тоном сделал замечание своему учителю сам Директор.        — Ну извините, я реалист, — невозмутимо пожал плечами тот.        — Знаете, если ему так легко убить этого милого мальчика, он бы это сделал, а то зачем его Величеству-Нулличесву так заморачиваться? Я уверен, у него есть козырь, от которого мы все будем о-очень удивлены, — после этаких слов уборщик странно засмеялся. Никто однако не обратил на это внимание, типичная норма его поведения. Похоже, кое-кто забывает, что главная задача этого ивента «выбраться Игроку из игры», а не «Нуллу убить его».        Окончательно распрощавшись со всеми, когда те уже вышли за пределы школы, Игрок почувствовал, как он остался совершенно один против всей жизни. Как будто стало прохладнее. Как будто в школе стало ещё темнее, чем было до этого — а я напомню, погода выдалась сегодня весьма пасмурной. Нет, не будто, а точно.        Свет ламп испуганно задрожал. Он появился перед ним с неразлучными глючными сигналами. Совершенно такой же Нулл. Непоколебимо стоя перед Игроком, он испепелял его своим холодным взглядом. Непонятно только для чего. Хотел, чтобы Игрок первым что-то сказал?        — Ты знаешь что делать, — наконец соизволил произнести Нулл. — Собираешь тетради, бежишь к выходам. Дальше поймёшь.        После этих указаний он прошёл дальше за двойные двери. Сквозь квадратные окошки в этих самых дверях можно было увидеть, как он встал в Т-позу. «Для большего сходства с игрой?» — подумал сначала Игрок. Однако уже через пару мгновений по всей школе прошла некая невидимая волна, которую Игрок ясно смог почувствовать всем телом. Ему показалось, это было похоже на статическое электричество, судя по оставшимся ощущениям на волосах и одежде. Кажется, это было что-то вроде «запуска» игрового режима. Замок парадных дверей так громко щёлкнул за его спиной, напоминая парню, что назад он уже просто так не выйдет.        «Да начнётся игра…» — сказал себе Игрок, идя неровными шагами к первому кабинету. Он убедился, что Нулл не двигается. В кабинете же над учительским столом в воздухе повисла тетрадь. Вот оно значит как будет… Игрок хотел взять её, но та испарилась от его прикосновения, вместо неё появился счётчик тетрадей, показавший 1 из 7.        Со второй тетрадью подросток также быстро справился. Теперь он должен убегать. Обернувшись, Игрок увидел как Нулл, на вид не слишком быстро, приближается к нему. Свет мигает, вызывая раздражение. Хотя, когда он уже достаточно отдалился, всё пришло в норму. Видимо, это были проделки Нулла.        Надо ещё добавить, что лестницы, ведущей на второй этаж, как ни бывало. Пожалуй, это было достаточно хорошо, меньше бегать и искать эти тетради. Игрок также не совсем был уверен насчёт использования каких-то предметов, но возможно они ему и не понадобятся.        Достаточно успешно нашёл уже третью тетрадь. И боялся он только одного — что Нулл может вообще пойти в обход, прямо ему навстречу. Предугадать это было достаточно сложно, лишь тогда, когда он уже достаточно близко, по мерцанию света. Или если Нулл нет да нет, но заглючит, что конечно не услышать было нельзя.        Как бы парень ни старался издавать как можно меньше звуков, ибо он посчитал, что Нулл именно так определяет, где он сейчас находится, двери всё равно были скрипучими, а шаги громкими. Ему уже даже казалось, что он дышит слишком громко, что также было не здорово.        Оторвавшись от «погони», Игрок зашёл в очередной кабинет, найдя уже шестую по счёту тетрадь. Игрок как-то и не верил, что так успешно продвигается. Неужели ему просто сойдёт с рук победить?        Не торопясь, чтобы дать себе немного передохнуть, зная, что Нулл сейчас достаточно далеко, Игрок «забрал» тетрадь. Но тут за окном из кабинета он и показался. Парень был бы рад испугаться, но он же за окном, так? Хотя тот как бы на инстинктах засеменил побыстрее к двери. И стоило ему только отвернуться, как за спиной он услышал звон бьющегося стекла, заставивший его резко обернуться. «А так можно было?!» — шокировано пронеслось в его голове, когда он увидел, как Нулл ворвался в кабинет сквозь разбитое окно.        Адреналин неплохо ударил в голову, Игрок даже забыл как оказался на другом конце школы. И только когда тогда в кабинете между ним и Нуллом было три-четыре метра, он понял, насколько тот на самом деле быстро передвигался. Помедли он ещё секунду, возможно, Нулл бы догнал его…        Несмотря на то, что его оппонент остался теперь где-то позади него, Игрок всё ещё ошарашенно осматривался, не начнёт ли где гаснуть свет. Придя в себя, он теперь старался вспомнить где же эта последняя тетрадь. И кажется он знал где. Самый дальний кабинет, к которому он доселе не приближался. Но нужно только отойти так, чтобы Нулл не пошёл сразу за ним, а например, застрял бы где-нибудь.        Осторожно выглядывая из-за поворотов, Игрок как можно быстрее и тише бежал к последнему кабинету. Кое-где за несколько поворотов он открыл дверь, наивно надеясь, что может это отвлечёт Нулла хотя бы ненадолго. А дверь в нужный ему кабинет он открывал очень осторожно, чтобы та открылась тише.        Последняя седьмая тетрадь. Он добрался до неё! Буквально в эту же секунду Игрок услышал, как дверь сама по себе распахнулась, свет погас. Он что-то не так рассчитал?! Мечась из одного угла в другой, так и не зная в какую сторону побежать, подросток с искренним ужасом следил, как Нулл быстро, но неспеша приближался к нему. Ничто никак не выказывало в нём победителя, по его лицу можно было сказать, что ему вообще всё равно на то, что сейчас произойдёт. Он просто делал то, что должен. От безысходности положения Игрок уже забежал за учительский стол, как будто бы то могло его спасти. Нулла это, конечно же, не остановило, он просто в одно мгновение отодвинул этот стол, похоже, даже не прикладывая усилий.        Игрок предпринял жалкую попытку сбежать, но Нулл сделал небольшой выпад в сторону, полупрозрачной рукой преграждая ему путь. Этой же рукой он подтащил его за рукав ближе к себе. На мгновение их взгляды снова пересеклись. На этот раз они находились достаточно близко, чтобы Игрок заметил, что его глаза просто висят «в воздухе», когда его тело пропадает. Безо всего, два глазных яблока, с нависшими хмурыми бровями. Оттого, что он ещё и смотрел будто в самую его душу, парня на это мгновение сковал страх, что он даже забыл вдохнуть хоть немного воздуха.        И видимо в приступе какого-то отчаянного безумия Игрок со всей дури пнул его, попутно ударив свободной рукой по той, что держала его. Нулл расслабил хватку, позволяя мальчишке вырваться и пулей вылететь из кабинета. Глюки вновь пронзили его тело, но он, уже привыкший, как ни в чём ни бывало двинулся вслед за ним. «Полезно, что вы до последнего не видите в смерти выхода. Ради чего ты борешься? Вы все всё равно проиграете,» — Нулл почти выговорил свои слова, но просто хотел всё же позволить «выиграть» ему, мальчишке.        В пространстве всё быстрее разбегались частицы реальности, проникшие сюда, сталкивались с игровыми, меняли их, оживляли. И с этим же, собираясь вокруг Нулла, они только преобразовывались в мощную силу, подвластную ему. Нужно лишь небольшое столкновение. Нужна энергия из самой реальности. Неосторожное её проникновение в этот мир понесёт за собой уничтожение искусственной, ещё неокрепшей материи игры. То, чего Нулл и добивается. «Не можешь уничтожить снаружи — уничтожь изнутри».        Игрок буквально силой заталкивал в себя воздух, ибо он настолько быстро исчезал из груди, что как будто от его нехватки перед глазами потемнело, что заодно превращало побег в опасную затею. Хотя, всё, что сейчас происходит, само по себе опасно.        Пробежав несколько поворотов, сознание начало проясняться. Хотя Игрок всё ещё видел эти глаза, не похожий на живой человеческий взгляд. Как будто бы Нулл всё ещё видел его. Выйдя в длинный коридор, Игрок заметил выход. Первый. Не раздумывая, он закрыл его, побежал к следующему, не обращая внимание на сбитое дыхание.        Нулла всё не было видно. В то же время, у Игрока остался последний четвёртый выход. Идя по периметру, он с лёгкостью его обнаружил. Нулла всё ещё нигде не было. Даже намёка на его пребывание. Казалось, выход, самый что ни на есть выход. И всё наконец закончится… Почти не веря, парень побежал навстречу заслонившей рассудок ещё несуществующей свободе.        Не успел он обрадоваться тому как следует, когда был так близок, молниеносно, словно появившись из воздуха (к слову, если бы Игрока не обдало сильным порывом воздуха почти перед самым его носом, созданным непосредственно резким движением, можно было бы действительно решить, что тот просто телепортировался), путь ему преградил Нулл. Игрок только и успел, что отскочить на метра два подальше.        И что теперь? Нулл больше двигаться и не собирался, только внимательно следил за ним. Снова. «Обиделся, что я его пнул? Только бы не из-за этого…» — растерянно говорил себе подросток. Тогда он наконец заметил стул, зависший, как тетради в кабинетах, в воздухе. Кажется, нужно что-то сделать с ним. Вопрос: что?        Игрок почувствовал в этом что-то странное. И тут же он вспомнил все свои сомнения. Он взял в дрожащие руки этот деревянный стул. Стоял он так с этим стулом, под давящим взглядом Нулла, несколько минут. «Просто столкновение, сделай это!» — мысленно приказал ему Нулл, и наконец не вытерпел.        — Ударь меня! — громом скомандовал он. Игрок даже вздрогнул, но всё ещё был не уверен.        Наконец, сделав глубокий вдох, парень замахнулся и бросил стул прямо в Нулла. Тот был готов к удару. Напряжение словно стало осязаемым. Он не шелохнулся, уверенно принял удар. Секунда, оглушающий глюк, распространившийся на стены, пол, потолок — на всё. Сам Нулл залагал и становился то резче, то расплывчевее, пока его кромсали цветные глюки. «Сейчас!»        Пересилив всю боль, которую он сейчас чувствовал, Нулл сделал движение. Что-то, чего Игрок не увидел, толкнуло его сзади, сократив расстояние между ними. Мыслей не было, он не понимал того, что происходит.        Столкновение двух материй двух миров.        Как только Игрок оказался достаточно близко, Нулл схватил его за запястье, сжал до хруста, которого правда никто не услышал. Тело парня пробило болью. Совершенное оцепенение парализовало его, он даже не мог кричать, а хотелось, и лишь одно единственное слово повторял его мозг: «Хватит!»        Вечность — вот так казались эти несколько секунд для Игрока, прежде, чем его отпустили. Падение тоже показалось чем-то бесконечным. Пол был похож на мягкий матрас, после того, что он испытал. Он был совершенно обессилен, не мог пошевелиться, ему всё ещё казалось, что его держат, что та боль, что он чувствовал мгновение назад, не жалкие её отголоски. Глюки на фоне превратились в один долгий писк, а перед глазами только тёмный мрак. Ослеплён, оглушён, павший без сил и осознания. Минута — то же, что час. Он ничего не чувствовал. Совсем.        Нулл сам же прошёл через не менее ужасные ощущения, но он был закалён, годами испытывая боль. Он сам силой забирал энергию, принесённую из реальности, которая, высвобождаясь, сталкивалась с компьютерной, «выжигая» её, бесследно уничтожая. Она проходила через Нулла, который служил проводником, расщепляя и его самого, но при всём этом, он остался почти тем же.        Мерцало и глючило всё, на что ни посмотри. Глюки соединились в отдельный грохот, который теперь стоял в ушах, что сложно было расслышать и собственные мысли. Нулл стоял, как центр, откуда это всё шло, центр, до которого бы нельзя было добраться. Со следующей волной тело Игрока далеко отбросило, стоило Нуллу его отпустить. Больно.        Реальность уничтожит «игру».