Разговор о чистокровности.

Гермиона проснулась, сладко жмурясь от солнца, она потянулась в кровати и приподнялась продолжая прижимать к себе одеяло. Малфой сидел рядом и читал. Внезапно она вспомнила, как проснулась здесь в первый раз. — Я хочу как-нибудь отблагодарить тебя. Когда ты перенес меня в Мэнор, что по сути было похищением, кстати. — она легко улыбнулась, — И я тогда сравнила нас с тобой. Я старалась быть сильной, а ты был сильным. Меня задела эта слабость, я чувствовала себя преданной самой собой, сравнивая нас не в свою пользу. После этого я долго думала о том что же я теперь хочу, кем буду, где моя роль и страсть. Постепенно в Мэноре я начала обретать себя заново, и мне нравится какой я становлюсь. Это мой путь, но твоя поддержка много значит для меня. Спасибо.. Люциус внимательно и пристально посмотрел на нее. Проигнорировал ее вопрос и задал свой. — Какая ты сейчас? — М, думаю.. Уверенная в себе, живая и желанная. Тобой и собой. Он кивнул. — Хорошо. Я, как ты выразилась, похитил тебя, потому что твоя слабость напомнила мне о моей силе. Я не утратил ее так явно как ты, но мне нужно было подтверждение, которое я нашел в тебе. Рад оказаться твоей опорой. Она улыбнулась и удобнее устроилась на подушках. — Жестокий Люциус Малфой. Какой же ты.. потрясающий. — Если вы кому-нибудь расскажете об этом, мисс Грейнджер! — Что вы сделаете, мистер Малфой? — он заметил, как она прячет игривость за напускной серьезностью. Потянулся к ремню на брюках. — Уверяю, я найду способ заставить вас замолчать. Гермиона встала с кровати, закусила губы, чтобы сдержать нарастающее возбуждение от разыгравшейся фантазии о том как именно он заставит ее замолчать. Опустилась на колени перед ним, нетерпеливо скользнула руками по его бедрам, дожидаясь, пока он освободится от одежды. И как только Малфой демонстративно направил член к ее губам, с глухим стоном прижалась крепче и взяла в рот, скользнув язычком, одним движением погружая его до самого горла. Он запрокинул голову, запустив руку в свои волосы. Хотелось растянуть минет, и ускорить одновременно. — Сильнее всего возбуждает то, что я вижу твое удовольствие. — он наблюдал за тем, как она неотрывно скользит язычком вверх-вниз по головке, добавляя все больше влаги. — То, как ты наслаждаешься мной. Она застонала, не выпуская член из своего рта, соглашаясь с ним. Малфой доставлял ей удовольствие. Сейчас она полностью растворилась в этой ласке, блаженно, с нескрываемым желанием, пальцами, губами, языком, растягивая, вжимаясь, вбирая, хотела его больше с каждым движением. Люциус взял ее за плечи, поддерживая поставил на ноги и она с таким сожалением, с нотками обиды застонала в ответ на его решение, повышая уровень похоти. Развернул к себе спиной, провел рукой по спине и, надавив на поясницу, заставил прогнуться. — Я никому не расскажу как вы потрясающе сосете, мисс Грейнджер, — он сжал ее бедра, слегка раздвигая, еле ощутимо скользнул ладонью вперед, поглаживая начал вести руку назад, и она мгновенно потянулась следом за манящим удовольствием, не в силах оторваться от его пальцев, — нетерпеливая. Он позволил ей прислониться к нему, не давая опуститься на член. Крепко удерживая ее на весу, он дразнил, распаляя ее желания. — Пожалуйста, Люциус. Малфой расслабил руки, медленно погружаясь в горячую и до предела возбужденную Гермиону. Он глухо простонал в ее шею, прижимаясь губами. Рывком вставил глубже и ритмично начал насаживать на свой член, погружаясь в ощущение подступающей разрядки. Когда она вцепилась ногтями в его руки, Малфой ощутил как крепко она сжимается, как тесно в ней стало. — Давай, Мио. Через несколько рывков он сдерживаясь слегка замедлился, дождался когда она начнет выпрашивать большего своим телом и вернул прежний темп и в несколько сильных толчков начал кончать, сдерживая эмоции. Ощущая его оргазм, Гермиона возбудилась сильнее, достигая с ним своего пика, расслабилась в крепких объятиях и выдохнула: — Потрясающий.