"А все могло быть по-другому..."

«Темно. Почему так темно? Не могу пошевелится… Или… Да, чувствую пальцы… нужно коснуться лица, может, я сплю? Но, что это? Повязка? Это из-за нее я ничего не вижу!» - он стянул с глаз повязку и заморгал. Перед глазами все было белым, но понемногу стали появляться сильно размытые силуэты. - Кто я? – спросил он. Но в ответ слышались только смешанные звуки, которые медленно становились более ясными и четкими. - Он видит, Пьер! Кажется, он видит нас! – Эсмеральда замахала руками перед лицом священника, – святой отец! Вы видите меня? Клод! Почему вы кричали? – она была так рада, когда увидела, что его глаза снова стали прежнего цвета, без белой пелены. Но Гренгуар, заподозрив неладное, взял девушку за плечи и оттащил от священника. - Святой отец, посмотрите на меня, я здесь! – Клод долго моргал и бегал взглядом, пока, наконец, не остановился на сильно размытом силуэте. Лица не было видно, но он понимал, что у человека, сидящего перед ним, длинные темные волосы. - Кто я? Кто вы? Где я? – Клод засыпал силуэт вопросами, не дожидаясь ответов. -Он обретает зрение, но теряет память…-пробубнил Гренгуар. Эсмеральда, не расслышав, подошла к нему ближе. -Пьер, что с ним, Пьер? – девушка заламывала руки. Она не понимала, что происходит. - Он обретает зрение, но ему отшибло память! – с восторгом повторил Гренгуар, на этот раз громче. -Господи, что же в этом хорошего? Пьер, я не понимаю! Почему ты так рад? - Эсмеральда не могла уловить мыслей поэта, ей хотелось просто начать растряхивать священника. - А ты не понимаешь? – Гренгуар повернулся к ней. – Он не помнит даже собственного имени. Он не помнит того, что произошло. Он не помнит тебя, а значит, он не удержит тебя здесь. - Пьер, что ты несешь? А как же оправдание перед судом? Они скажут, что я околдовала его, что я ведьма… - Эсмеральда отодвинула поэта и взяла Клода за руку. - Святой отец, это я, Эсмеральда… Клод? Клод Фролло ваше имя! Вы архидьякон, помните? А я цыганка, которую…. – девушка замолкла, увидев испуганный взгляд Пьера, – которую вы можете спасти от смерти. -Я? Священник? Ах, да… Кажется, вспоминаю… Я… Клод Фролло… Архидьякон Жозасский… Священник Собора Парижской Богоматери – постепенно взгляд его становился более осмысленным, пелена забытья как будто спала. – А вы… Эсмеральда… Я не помню,… Отчего я должен вас спасти? – он остановил взгляд на лице девушки. Зрение не давало ему видеть лица, и он судорожно пытался вспомнить, откуда он ее знает. - Святой отец, люди считают, что я пыталась вас убить, но вы живы и все это клевета… - пытаясь не расплакаться, заговорила Эсмеральда. Не помнит! Он не помнит ее! Она настолько привязалась к нему, а он даже вспомнить ее не может! Теперь роли поменялись? Неужели теперь ее будут мучить мысли о нем, в то время как он будет безразличен? - Дочь моя, но как же так? Я ведь жив… а значит… О, кошмар! Неужели капитан де Шатопер ошибся? – услышав про капитана, Эсмеральда поежилась и всхлипнула. Она больше не в силах была сдерживать слезы. Гренгуар аккуратно взял ее за плечи и отвел от кровати. -Да, он ошибся. Возможно, впервые за все время своей блестящей карьеры. Жена ему совсем голову вскружила. Ревнивая, знаете ли…. – затараторил Пьер. Он нёс околесицу, но нёс чертовски убедительно. Клод, зрение которого постепенно прояснялось, и он начинал видеть все отчетливее, внимал каждому слову поэта. - Подождите… Женился? Не помню такого… А вы же? Вы похожи на одного моего ученика… Пьер? – Клод сощурился, пытаясь разглядеть. – Пьер Гренгуар? Но…что вы - то здесь делаете? И кто эта девушка, которая здесь… - он попытался сфокусировать зрение на Эсмеральде, но Пьер возник перед его взглядом раньше, чем он успел увидеть девушку. Гренгуар панически задергал за спиной рукой, показывая цыганке, чтобы она вышла. В его голове возник очередной (на этот раз не провальный) план. И, если он сейчас увидит ее, в пик момента, когда воспоминания можно вернуть, то пиши-пропало. Цыганка понимающе уставилась на руки Гренгуара, загребающие воздух в сторону двери. Она быстро подбежала, открыла дверь и так же быстро закрыла ее за собой. Фролло успел увидеть только длинные, черные волосы, развивающуюся цветастую юбку, и услышал гремящий на запястье браслет девушки. Она выбежала, просто залитая солнечным светом, который ослепил и не позволили увидеть больше деталей. Какой знакомый звон, какое знакомое имя – Эсмеральда. Девушка выбежала из кельи и тихонько заглянула в окошко. Гренгуар сидел на краю кровати и разговаривал с Клодом. Тот внимательно слушал, периодически кивая и разводя руками. Эсмеральда поняла, что разговор затянется, и просто подошла к своей двери и села на лавку, на которой обычно спал Гренгуар. Все ее мысли были поглощены этим происшествием. «Как же так?» - думала цыганка – «Я даже не могла подумать, что его недуг обернется таким образом, видимо, сама судьба дает мне шанс получить свободу… Рок? Или это случайность?» - она и не заметила, как стемнело. Желудок сводило от голода, а Пьер все не появлялся. И куда запропастился Квазимодо? Скрип двери прервал ее размышления. Гренгуар вышел, тихо закрыв за собой дверь, чтобы она не хлопнула. Затем победно, с нескрываемой в глазах радостью пошел к Эсмеральде, которая сидела на его лавке, поникнув головой. - Эсмеральда, у нас получилось! Он не смог тебя вспомнить сразу, значит, худшее позади. Не попадайся ему на глаза ближайшее время, и свобода у нас в кармане. – Девушка подняла голову. Глаза ее были полны слез. - То есть, не ходить к нему больше? – Пьер кивнул, - как странно все получилось…ах.… Но что это? – девушка кивнула на записку в руке Гренгуара. Тот радостно крутанулся вокруг себя и протянул ей бумагу. Пометка читателю: "Fatalité" - в переводе с французского - рок, судьба.