Обманутый муж

      Когда чета Веритов прибыла в своё поместье, Аэлита сразу же направилась к себе.       Маркиз определил для Гефиоты маленькую хибарку на заднем дворе поместья.       Там Аэлита прожила все свои двадцать лет жизни.       Её мать заботилась о ней, пока сама не слегла от болезни.       С самого раннего детства девочка работала в доме маркизов в качестве служанки, и ей поручали самую грязную и тяжёлую работу, как и её матери.       Наверно, эрцгерцог увидел как грубы её руки и как натружены мышцы её тела.       Почему она опять думает о нём? Аэлита отругала себя за это. Нужно забыть по-скорее о том, что случилось в поместье Акейлон.       Теперь всё это не имело смысла. Она почти успокоилась, когда прошло около десяти дней, а от эрцгерцога не было вестей.       Когда матушку в очередной раз разобрал приступ кашля, Аэлита отправилась на кухню, чтобы попросить куриной спинки на бульон.       Повар презрительно посмотрел на неё, но всё-таки кинул на пол спинку от разделываемой им курицы.       Аэлита поблагодарила и пошла к себе.       Гефеота, наблюдая, как её дочь варит бульон на крошечной кухоньке, спросила:       -Что-то ты тихая в последнее время, доченька. Что-то случилось в эрцгерцогстве?       Аэлита выронила ложку и поспешно ответила:       -Ничего такого, матушка. Всё в порядке...       Но Гефиоту не покидало тревожное чувство, что что что-то не так.       Она уже давно подозревала, что Аэлита от неё что-то скрывает. Уже тогда, когда её вызвали к маркизе, а сама девушка сообщила, что отправляется в герцогство, чтобы прислуживать Анатавии, женщина заподозрила неладное.       Такого никогда не было. Маркиза ненавидела и мать, и дочь, поэтому казалось странным, что она взяла Аэлиту на свадьбу своей дочери.       Гефеота старалась не унывать даже в самые грустные моменты своей жизни, но за дочь у неё болела душа.       Но она теперь служанка, и ничего не могла изменить.       Воспоминания о далёком прошлом уже размылись в её памяти.       С тех пор прошло уже много лет с тех пор, как она в первый раз появилась в поместье Верит.       Молодой девушкой её продали маркизу работорговцы.       Свою собственную мать она помнила очень смутно.       Только то, что это она научила её читать и писать, а также континентальному языку, который использовался на международный переговорах. Его изучали только аристократы.       Этому же она сама научила и Аэлиту.       Сейчас она не могла вспомнить, откуда её мать могла его знать, но теперь это уже не важно. Мать Гефиоты никогда не рассказывала ей о своём прошлом.       Гефиота даже не помнила имя своей матери, но очень хорошо запомнила момент, когда лёжа на смертном одре, её мать говорила ей: "Помни, что твоё имя - самая большая твоя драгоценность".       А чём шла речь, маленькая девочка не поняла.       Всё-таки это было очень давно.       Когда она забеременела от маркиза, она была в растерянности. Маркиз взял её силой и не сильно беспокоился о том, что у него появилась незаконорожденная дочь.       Аэлита выросла настоящей красавицей, и Гефиота волновалась, чтобы её не постигла такая же участь опороченной женщины.       Она прятала красоту Аэлиты, но всё-таки не смогла до конца её уберечь.       Её здоровье ухудшалось, а Аэлита была так похожа на Анатавию, что можно было принять их за близнецов.       Но хоть у обеих и были зелёные глаза, но всё же это были глаза Гефиоты - яркие, сияющие словно изумруды на солнце.       Так прошло ещё некоторое время.       Жизнь в поместье не поменялась, по крайней мере для Аэлиты и её матери.       Всё так же издёвкам от маркизы не было конца, а Гефиота продолжала болеть.

***

      В поместье Акейлонов Дэмиен уже который день находился в прескверном расположении духа.       Приближался день "встречи" эрцгерцога с эрцгерцогиней.       Дэмиен точно знал, что не ляжет с этой женщиной в одну кровать.       Тем более, в мыслях, что днём, что ночью там была другая.       Чтобы отвлечься он работал сутками, выезжал без конца в свои земли с проверками, охотился, но ничего не помогало стереть образ Аэлиты в его голове. Он не потускнел, а стал ещё ярче. Порой он не мог сосредоточиться, а купания в пруду стали настолько частыми, что его камердинер забеспокоился, что хозяин может заболеть.       С Анатавией он предпочитал не общаться вовсе, хотя та не оставила попытки сблизиться с ним.       Ещё не время для разоблачения этого обмана.       Если об этом узнает его брат, то он точно сляжет с очередным приступом. Рисковать здоровьем императора Дэмиен не хотел.       Он оказался заложником ситуации.       Уже само то, что вместо невесты Дэмиену подсунули другую девушку, могло считаться изменой, так как эрцгерцог был частью императорской семьи.       Как выйти из этого положения, Дэмиен не знал, о чём бы он не думал, как бы не анализировал события и последствия, ни к какому решению прийти не мог.       Ещё и его разведчики докладывали о подозрительной активности маркиза Верита.       Империя Лоплон граничила со страной под названием Аваади. Это страна находилась в крайне нестабильном положении, но была важным стратегическим партнёром для Лоплона.       Страна Аваади имела выход к морю, и их корабли были важной составляющей торговли Лоплона.       Около сорока лет назад в Аваади произошёл государственный переворот, в хоте которого законный правитель был свергнут, а он и его семья были убиты. К власти пришли оппозиционный силы во главе с племянником свергнутого короля.       Этот племянник был жестоким и алчным, отчего в стране были подняты налоги, а простой люд страдал от произвола чиновников.       Сколько не пытался император Лоплона договориться с королём Аваади - Наатеном о торговых пошлинах, которые Аваади подняли для иностранных государств, везущих свои товары по морю, но тот не слушал, а с каждым годом эти пошлины только росли.       Ситуация граничила с открытой войной, но Айзек не хотел начинать её, понимая, чем она может обернуться для обоих государств.       Но мир был крайне нестабильным, а Лоплон терпел огромные убытки от грабительских пошлин Аваади.       К тому же, морские пираты очень досаждали лоплонскому торговому флоту, а сам Наатен не собирался с этим ничего делать.       Шпионы Дэмиена докладывали ему, что скорее всего король Аваади имеет с грабежей свой процент, поэтому так равнодушно относиться к этой проблеме.       Маркиз Верит в последнее время очень много металла продал в Аваади. Конечно, из этого металла можно ковать плуги, а можно - мечи.       Шахты Веритов работают круглосуточно, а сам маркиз часто ездит в Аваади с "торговыми" миссиями, как официально заявляет он императору.       Также его шпионы докладывают, что в королевстве ходит слух, что сын предыдущего короля выжил и сейчас готовиться к восстанию, чтобы вернуть трон.       Тревожные новости поступали каждый день.       Чем обернётся для Лоплона, как для ближайшего соседа, очередной государственный переворот в Аваади, никто не мог предугадать.       Завтра Дэмиен отправиться в императорский дворец, где его старший брат будет испрашивать его о том, можно ли его поздравить с тем, что эрцгерцогиня беременна.       Дэмиен поморщился от этой мысли.       Ему было противно видеть свою так называемую жену. Батлер доложил ему пренеприятнейший факт: эрцгерцогиня покупает лунную пыль.       На территории Лоплона эта отрава была под запретом, и привозили её из Аваади.       Употребление этого наркотика вызывало у человека галлюцинации и также сильнейшую зависимость, не говоря уже об ухудшении здоровья и внешнего вида. Дэмиен понял, отчего Анатавия мажется таким количеством всяких кремов: её кожа уже безвозвратно пострадала от лунной пыли.       Думая об этом, Дэмиен злился ещё больше. Мало того, что его обманули, так ещё невеста имеет большие проблемы со здоровьем.       И тут же он вспомнил шелковистую белую кожу Аэлиты без единого изъяна, кроме родинки на спине. Дэмиен прерывисто вздохнул.       Надо решить эту проблему как можно скорее, иначе он сойдёт с ума.

***

      Когда она прибыл в императорский дворец, Айзек прогуливался со своим министром торговли по императорскому саду.       По хмурому виду старшего брата Дэмиен понял, что разговор шёл про Аваади.       Как только Айзек увидел брата, тот отпустил министра.       -Дэмиен, я ждал тебя!       -Приветствую его величество! - ответил Дэмиен и поклонился.       -Оставь эти поклоны для протокола. Расскажи мне лучше, когда родится мой племянник или племянница? - потом, взглянул на брата и ещё больше нахмурился. - Я уж было подумал, что всё у вас хорошо. Но в следующем месяце слышать отрицательный ответ не желаю...       Затем Айзек присел на скамейку и грустно сказал:       -Я не молодею, Дэмиен. Если не будет наследника, то в стране воцарится хаос. Ты посмотри на Аваади! Этот подлец Наатен опять поднял пошлины. Я помню, что его дядя был более благоразумным, с ним можно было вести переговоры... Мы терпим огромные убытки, мы теряем корабли...       Дэмиен молчал, он понял, что император позвал его не просто так.       -Я знаю, ты в курсе готовящегося восстания в Аваади. Это очень опасно для наших границ, так как оно может начаться в любой момент. Я хочу, чтобы бы ты пристально за этим следил. И ещё за маркизом Веритом; его торговая активность беспокоит меня.       -Но всё-таки вы заставили меня жениться на его дочери... - укоризненно проговорил Дэмиен.       -Я был уверен, что такая красавица точно не оставит тебя равнодушным, и я был прав, а? Ведь так? - лукаво ответил Айзек.       Дэмиен сжал губы. Это правда: дочь маркиза Верита уж точно не оставила его равнодушным. Настолько, что он каждый раз приходит в ярость, когда думает об этом.       -А во-вторых, тебе ли не знать, Дэмиен, что своих врагов нужно держать ближе, чем друзей, - продолжил император. - Я повелеваю тебе отправиться с посольской миссией в Аваади, но только после того, как ты сделаешь свою жену беременной. Я всё сказал! Мне нехорошо. Пойду-ка я, прилягу.       Император отправился отдыхать, а Дэмиен - в своё поместье.       Завтра ему нужно прийти в комнату эрцгерцогини. Нарушение брачного договора - серьёзное дело. Если он этого не сделает, то маркизы могут потребовать компенсации. А Дэмиен не может допустить, чтобы это дошло до ушей императора.

***

      Этой ночью Дэмиен не смог уснуть. Воспоминания о брачной ночи не давали ему покоя, видения девушки, стыдливо прикрывающей налитую грудь разжигали огонь в его крови.       Когда он среди ночи возвращался с пруда, к нему спешил обеспокоенный Батлер.       -Ваша светлость, глава разведки здесь со срочным донесением.       Дэмиен ускорил шаг.       В комнате стоял мужчина средних лет с повязкой на лице, закрывающей его наполовину.       -Что случилось? - спросил эрцгерцог.       -Ваша светлость... Началось...       Дэмиен всё понял. Началось восстание свергнутого принца.       Эрцгерцог отправил посыльных птиц со срочными донесениями в императорский дворец.       Утром оттуда пришёл ответ:       "Срочно собирай свою армию и веди её к граница Аваади".       Рыцари Акейлонов были хорошо обученными и дисциплинированными воинами. Уже к полудню, поднятые по тревоге, они выстроились перед замком, готовые двинуться за своим хозяином хоть в жерло вулкана.

***

      Анатавия наблюдала за всей этой суетой со скучающим видом. Когда она поняла, что этой ночью ей ничего не светит, она сильно разозлилась.       Утром эрцгерцог пришёл к ней и извинился за то, что пропустит их ежемесячное рандеву из-за срочных государственных дел, на что имелась соответствующая сноска в брачном договоре.       И как на зло лунная пыль заканчивалась. Осталось всего-то на два раза. Анатавия послала письмо человеку, который её снабжал порошком, но ответа не было.       От отца пришло тревожное сообщение, которое гласило приехать в поместье, как можно скорее. Но Анатавия рассудила, что сделает это после ночи с мужем.       Теперь ей можно отправиться к родителям, раз этой самой ночи не предвидеться.       Неожиданно, предложение сопроводить её карету было передано от эрцгерцога через его камердинера Батлера.       На что Анатавия охотно согласилась, так как подумала, что её муж таким образом старается загладить свою вину. Карета Акейлонов была достаточно комфортабельная, и им не будет скучно в пути.       Каково же было разочарование Анатавии, когда она увидела, что эрцгерцог запрыгнул на коня и поскакал в авангард войска, даже не глянув на неё.       Дэмиен же таким образом преследовал вполне понятную цель: он хотел приехать в поместье к Веритам, не поднимая большого шума своим появлением.       Само поместье как раз находилось около границ с Аваади, поэтому предлог защиты эрцгерцогини при посещении своих родителей был наиболее приемлемым.       Но ещё Дэмиену не давала покоя мысль, что он так стремиться в поместье Верит ещё по одной причине. Он старался убедить, что это сейчас не важно, но не думать об этом не мог.

***

      Маркизу уже доложили, что к поместью приближается его зять во главе чуть ли всего своего войска.       И он знал причину.       Этот дурак Наатен мог бы править ещё долгие годы, но не смог усмирить свою алчность.       Народ Аваади был недоволен, что грозило новым переворотом. Правление Наатена в течении сорока лет каплями капало в сосуд недовольства, и вот он переполнился и вылился в восстание во главе с невесть откуда взявшимся сыном предыдущего свергнутого короля.       Всё идёт не так. Сначала Анатавия со своей неуёмной похотью, теперь это восстание так не кстати...       Если император узнает о его делах с королём Аваади, то у маркиза будут большие проблемы.       Прежде всего маркиз приказал жене позаботиться о том, чтобы его вторая дочь не смела показываться в главном доме на время пребывания эрцгерцога в поместье.       Сесиль поджала губы, но пошла выполнять приказ, что-то бормоча о том, что ей приходится всегда решать все проблемы.       Маркиз не мог рисковать, но и показать своё волнение зятю тоже.       Нацепив улыбку любящего тестя, он отправился встречать гостей.

***

      Известие о том, что в поместье Верит прибывает эрцгерцог с эрцгерцогиней застало Аэлиту, когда стирала бельё вместе с прачками.       У неё так забилось сердце, что она на миг потералась и не слышала ничего вокруг.       Он приехал.       Она корила себя за этот трепет в груди, но не могла его унять.       Но Аэлита понимала, что глупо с её стороны бояться, что они встретятся.       Их с матерью хибарка находилась практически в лесу, примыкающем к поместью Верит, и не была видна из главного дома.       Тропинка, которую Аэлита протоптала к своему дому, уходила за хозяйственные постройки и, казалось, больше никуда не ведёт. Господам точно нечего там делать.       За этот месяц Аэлита похудела, её талия стала тоньше, а скулы выразительнее.       Уже который день Аэлита не могла есть, её рвало остатками скудной пищи, а с матерью у неё сегодня произошёл неприятный разговор.       Гефиота стала выпытывать у дочери, что с ней происходит. Аэлита молчала. Гефиота расплакалась и стала корить свою судьбу за несправедливость.       Аэлита стала уверять мать, что всё в порядке. Но догадывающаяся мать ей не поверила.       -Доченька моя, я так корю себя за то, что не смогла защитить тебя от того, от чего сама пострадала. Какой же негодяй и подлец сделал это с тобой? Пусть он умрёт самой страшной смертью! - сыпала проклятиями Гефиота.       -Нет, матушка, он был нежен и ласков! Он не негодяй! - воскликнула Аэлита и сама расплакалась.       -О боги, Аэлита, девочка моя... Что же нам теперь делать? Ты же беременна от него, не отрицай... - пробормотала Гефиота. - Кто он? Это какой-то конюх или рабочий? Может вам пожениться?       Сквозь слёзы Аэлита проговорила:       -Мы не сможем никогда пожениться. Это эрцгерцог Акейлон...       -Акейлон... - выдохнула Гефиота. - Но как?       Аэлита рассказала матери все обстоятельства своего печального положения.       Гефиота с расширенными заплаканными глазами, прижимала руки к открытому рту, слушая дочь.       -Скоро это будет не скрыть. Если маркиза узнает, то она убьёт тебя, - тихо сказала Гефиота. - Тебе нужно уходить отсюда! Бежать из этого дома. Эта женщина не пожалеет тебя...       -Нет, матушка, я тебя не брошу! - твёрдо сказала Аэлита. - Никто не заметит ничего. Под этими тряпками и человека-то во мне разглядеть сложно. Мы справимся.       -А когда придёт время родов? Как... - Гефиота замолчала в страхе.       Аэлита стерла слёзы:       -Ты справилась, и я справлюсь!       -Ох, доченька! - запричитала Гефиота, обнимая дочь.       -Матушка, не плачьте. Зато я с этого дня буду проводить всё своё время с вами! - весело сказала Аэлита.       Она бы обманула себя, если бы сказала, что не хотела бы увидеть эрцгерцога.       Она соскучилась по нему.       Каждый день, лёжа на комковатой кровати она вспоминала его мягкие и тёплые объятия.       То, что отвар не сработал, стало причиной её положения.       Она вспомнила, что её каждый раз рвало после того, как ей давали его выпить, вот он и не подействовал.       В глубине души Аэлита радовалась, что она забеременела от этого мужчины. Она с восторгом представляла, каким замечательным будет ребёнок от него.       Собирая в лесу ягоды для пирога, который она пообещала испечь матери, Аэлита радовалась тому, что может провести с ней весь день.       Она переоделась в удобную для себя одежду, оставив дома все эти уродливые тряпки, которые её заставляли носить маркиза и сестра.       Уродливый чепец тоже был отброшен.       Как же хорошо! Девушка вдыхала запах леса и свободы, и улыбалась. Пусть на бесправная служанка, но она не будет лить слёзы. Мама даже как-будто воодушевилась, узнав о том, что у неё будет внук. Они справятся!       -Вот я и нашёл тебя...       Аэлита резко обернулась на звук до боли знакомого голоса. Как она могла так задуматься, что не заметила приближения всадника на коне.       Эрцгерцог Дэмиен Акейлон, сидя на коне, пронзал фигуру девушки в простом платье голубыми стрелами своих глаз.       Когда он приехал в поместье Верит, он после всех положенных приветствий, справился у маркиза, можно ли поохотиться в тамошних лесах. Вопрос вполне себе обычный, ведь охота - это одно из сам ыз популярных развлечений аристократии.       Маркиз весьма любезно разрешил ни в чём себе не отказывать своему любимому зятю.       Для Дэмиена это была отличная возможность разведать, что происходит в поместье Веритов. Даже если он не туда забредёт, он всегда может сказать, что заблудился в новом месте.       Он некоторое время бродил по территории поместья, подмечая все детали: будь то склады, забиты до краёв обработанным металлом, или повозки, готовые отправиться в путь в любой момент.       Маркиз ведёт активную деятельность, причём в обход императорской казны.       Но вот чего Дэмиен так и не узнал, так это того, как ему найти Аэлиту. У слуг поместья он спросить не мог, ведь это могло вызвать подозрения.       Дэмиен решил, что сегодня он ничего не узнает.       Завтра он ненавящиво продолжит поиски. Но он не мог отправиться в комнату, так как знал, что не уснёт. Сердце стучало и гнало его куда-то.       Он обследовал почти всю территорию поместья Верит.       Довольно далеко он зашёл в лес, как увидел вдалеке фигуру. Он подумал, что это какой-то рабочий поместья, собирающий лесные плоды. Но какое-то чувство заставило его приблизиться. Когда он распознал бледно-голубые волосы, свободно спадающие мягкой волной на спину женщины, его сердце остановилось...       Это она...       Девушка собирала ягоды. Её платье было очень старым, но это отнюдь не портило её красоты.       А она стала ещё более красивой.       -Вот я и нашёл тебя...       Эти слова сорвались с его губ, пока он разглядывал Аэлиту.       Она оцепенела. Как он здесь оказался?       Аэлита кинула корзинку в кусты и бросилась бежать. Она сама не понимала, почему это сделала, но это произошло помимо её воли.       Дэмиен пришпорил коня и на скаку подхватил девушку и усадил перед собой в седло.       Аэлита вскрикнула, на что Дэмиен проговорил ей на ухо:       -Не бойся... Я не причиню тебе вреда...       Сколько они так скакали, Аэлита не знала. Сильный конь нёс их навстречу закату, когда эрцгерцог прижимал её к себе за талию одной рукой.       Вдруг Дэмиен остановил коня.       Развернув к себе лицо девушки, он впился в её губы жадным поцелуем.       Аэлита подняла руки и обняла его за шею. Она сама жаждала этого поцелуя так же как и он.       Оторвавшись от неё, Дэмиен пристально посмотрел в ярко-зелёные глаза и проговорил:       -Я схожу с ума... Ты обманула меня, а всё, о чём я могу думать, так это об этом...       Дэмиен снова стал целовать Аэлиту...       Затем он соскочил с коня и, подхватив девушку за талию, спустил на землю.       Дэмиен целовал сладкие губы Аэлиты и понимал, что он скоро потеряет над собой контроль. Его руки сами потянулись к её плечам и спустили с них платье. Полные упругие молочно белые груди с торчащими напряжёнными сосками предстали перед его глазами, и он, тяжело дыша, стал ласкать эти подрагивающие совершенные полушария.       Аэлита закрыла глаза. Как она соскучилась по этим прекрасным ощущениям губ этого мужчины, терзающих её грудь.       Дэмиен быстро скинул с себя плащ и расстелил его на душистой траве, на миг оторвавшись от груди Аэлиты. Затем снова начал эту сладостную пытку.       Одной рукой он задрал подол её платья и начал пальцами нежно ласкать Аэлиту, пока не почувствовал влагу на них.       Дэмиен дрожал. Он испугался того, насколько сильно желает эту женщину. Она не сказала ему и слова, а он хотел только погрузиться в неё. Если бы ему сказали, что он умрёт после этого, то он не передумал бы.       Он даже задумывался о том, как оставить её подле себя.       Ни одна другая женщина не имела такой власти над ним. Она простолюдинка, без образования и воспитания, хоть её отец маркиз. Она может быть только его наложницей.       Влажное лоно было горячим, и Аэлита извивалась от каждого движения пальцев Дэмиена.       Он встал на колени и расстегнул брюки. Его мужская плоть была тверда как камень, а напряжение разрывало Дэмиена изнутри.       Широко разведя колени девушки, Дэмиен со стоном глубоко вошёл в неё. Он забыл обо всём. Только стонущая женщина под ним вела его по дороге удовольствия.       Её маленькие руки ласкали его спину и шею, пока он глубокими сильными толчками вонзался в хрупкое тело. Длинные белые ноги обвились вокруг его талии, побуждая погрузиться в неё ещё глубже.       Аэлита понимала, что этим мужчиной движет похоть, но не могла ему сопротивляться. Она сама хотела ощутить его внутри себя. Он целовал её губы и груди, а она ласкала его плечи и спину, на которых перекатывались мускулы от каждого его движения внутри неё.       Темп всё ускорялся, толчки мужчины становились яростнее и неистовее. Дэмиен рычал словно зверь, и продолжал ускорять темп, предчувствуя освобождение.       Когда он выплеснул семя в горячее лоно с последним мощным толчком, острое удовольствие пронзило его, и он стал содрогаться всем телом.       Аэлита застонала, чувствуя в себе обильную волну, и её пик наслаждения тоже не заставил себя ждать.       Мужчина упал ей на голую грудь. Он был большим и тяжёлым, но Аэлите нравилась эта тяжесть. Она гладила его черные волосы, и думала о том, что ей повезло, что он опять пришёл к ней.       Их тела всё ещё были соединены, когда Аэлита почувствовала, что его орган опять твердеет в ней.       Дэмиен пробормотал:       -Ты ведьма... волшебница... Я опять хочу... Я не могу думать даже о другом сейчас... Скажи же что-нибудь...       "А что говорить? - подумала девушка. - Ты эрцгерцог, я служанка. Какие разговоры могут быть между нами, кроме разговора тел?"       -Ваша светлость... - только и смогла пробормотать она.       -Дэмиен...называй меня по имени...       Дэмиен снова взял Аэлиту, но в этот раз он делал это не спеша, уделяя внимания каждому холмику, каждой впадинке на теле девушки. Когда он языком дразнил её женскую жемчужину, Аэлита думала, что умрёт, настолько острым было удовольствие.       Когда она достигла пика, она выкрикнула:       -Дэмиен!       Молодой человек тут же вошёл в неё и через некоторое время тоже вознёсся на вершину блаженства.       Когда утомлённые и расслабленные они лежали не в силах пошевелиться, Аэлита вспомнила, что она оставила мать одну надолго. Когда она ушла в лес, было утро, а сейчас солнце клонилось уже к закату.       Она поспешно стала поправлять своё платье.       Дэмиен сел и стал наблюдать за этим. Он взял локон бледно-голубых волос и поднёс к губам. Он рассматривал девушку, которую только что взял много раз подряд и задумался.       Она похудела, её талия стала ещё тоньше, а груди как-будто налились и увеличились с прошлого раза.       Если её одеть в шелка и бархат, то её красота сможет развязать войну.       Война... Он совсем забыл, зачем и что он собирался делать...       Дэмиен поднялся и взял плащ, затем обернул им фигурку девушки и посадил её на коня и запрыгнул следом.       Аэлита пыталась протестовать:       -Ваша светлость, не нужно...       -Шшш...       Раздалось около её уха, затем она почувствовала лёгкий поцелуй в шею.       Против этой нежности она не могла устоять. Она очень устала, и было бы неплохо, если бы он подвёз её до того места, откуда забрал. Но она совершенно не хотела, чтобы он видел её мать или их дом.       -Где ты живёшь? - спросил эрцгерцог.       -Ваша светлость, пожалуйста, привезите меня туда, где мы встретились и всё, - ответила Аэлита.       -Я хочу увидеть дом, в котором ты живёшь, - повторил Дэмиен.       -Прошу вас! - Аэлита сказала твёрдым голосом: - Я сама найду дорогу домой. Оттуда совсем недалеко. Вы хоть и лорд, но не мой хозяин.       Эта твёрдая настойчивость в голосе девушки удивила Дэмиена, но не разозлила. По сути, он не имел никакого права приказывать ей, да и сам не хотел принуждать её к чему бы то ни было.       Вдруг Дэмиен увидел несколько всадников вдалеке. По цвету плащей он распознал, что это не его рыцари и не рыцари Верит. Двигались они со стороны границы с Аваади.       Дэмиен заволновался. По всем признакам выходило, что это аваадский разведовательный отряд.       Эрцгерцог отсутствовал почти целый день. Командиры его стражи и гарнизона, наверно, уже сбились с ног, разыскивая своего господина.       Наверняка, есть и новости от главы разведки.       Но его сейчас волнует не это. Если их заметят, то Аэлита будет в опасности.       Свернув к лесу, Дэмиен прижал к себе девушку ещё крепче и пустил коня в галоп.       Доехав до поляны, откуда он забрал её, он аккуратно спустил её на землю и проговорил:       -Это ещё не конец, Аэлита, но мне нужно оставить тебя. У границ неспокойно, так как в Аваади началось восстание свергнутого принца. Они пересекли нейтральные территории. Иди к себе и, прошу тебя, не приходи в главный дом. Надеюсь, это не коснётся Лоплона.       Аэлита поняла, что дело серьёзное. В душе поднялось волнение за Дэмиена.       Рука Аэлиты чуть поднялась в импульсивном порыве прикоснуться к нему, но она сдержала себя. Она не имеет право на это. Она просто служанка, с которой он переспал несколько раз и всё.       Она последний раз взглянула на молодого человека; он пришпорил коня и скрылся за деревьями.       Приложив руку к животу, она вдруг подумала о том, что хотела бы рассказать ему. Но это ни к чему не привидёт.       Её ребёнок незаконнорожденный, как и она. Это не наследник рода. Ему он не нужен, также как и она не нужна была своему отцу.       Аэлита побрела к себе.