Побег из магического колледжа

Падение солнца видели во дворце. И студенты, и придворные. Жизнь разделилась на «до» и «после». «До» люди стояли на балконах и смотрели за красотой зажжения солнца. А «после»… Не было ни одного спокойного жителя или гостя дворца. Не то что дворца, столицы. Переполох подняли жуткий, все куда-то бежали, что-то проверяли, что-то кричали… Король тут же сделал несколько десятков запросов в разные отделы. И пусть страшно было всем, по-настоящему трясло тех, кто понимал происходящее изнутри. А также почувствовали ударную волну сполна, за всех на свете. Когда Ярослав Найман, почувствовавший произошедшее слабее всех остальных ловцов, ступил на порог кабинета Лоджа, Лануа уже останавливали от создания портала. Вальдес держал его поперек тела, а Сергей орал в лицо рыжему: — ТАМ ВСЕ ВЫЖЖЕНО! ТУДА НЕЛЬЗЯ! Ты понимаешь своей черепушкой, что на энергетический всплеск сейчас вся нечисть стечется?! Алекс совершенно его не слушал и не внимал никаким советам. Богдан выглядел предельно собранным и готовым в случае чего Лануа прибить к полу гвоздями. Несмотря на то, что Алекс был объективно больше Вальдеса, преимущество всё ещё оставалось на стороне Богдана. Маринетти стоял в отдалении, бледный, как стена за его плечами. Здорово с ней сливался, но, Яру даже смеяться над ним не хотелось. Парня можно было понять. А дальше… Всё. Ловцы кончились, это были все. И Идрис, на смене. Идрис, на которого упало солнце. Яр прикрыл глаза, пытаясь все осознать и уложить по полочкам в своей голове. Благоприятные исходы даже не рассматривались. Все были предупреждены и все всё понимали. Хотя, не все. Но, с Лануа спрос был меньше. Он реально выглядел так, как будто зажигают каждое утро не солнце, а его. И горит он на небосклоне, пока не потушат его вечером… — Нужно срочно зажечь солнце! Уже опаздываем. И проверить, что случилось с Идрисом! Лорд Лодж, пустите, ну я же не дурак и не наивный! Найман подошел ближе к другу, который, кажется, даже и не заметил прибавления в их количестве. Положил руку на плечо Лануа и, когда Ал обратил внимание на Яра, второй покачал головой. А Лодж отрезал: — Он мертв. И он знал, на что шёл, это его оплошность. Вы все это знаете. Прекращай вести себя как маленький ребенок. Возьми себя в руки, тебе сейчас надо сделать так, чтобы все остальные остались живы! Сергей осмотрел всех парней. — Вам… всем надо сделать. Лануа словно подменили. Парень выпрямился, Вальдес даже не успел уловить этой перемены в его поведении, поэтому продолжил держать друга. Алекс замолчал на несколько минут, видимо, осмысливая произошедшее. Если такое вообще можно было осмыслить. Нет, им, конечно, сразу рассказывали про все риски. И смерть Бауэра была очень даже показательной, но совершенно не связанной с тем, что он был ловцом. Яр просто лишился своей силы, без угрозы жизни. Но, реальная смерть при зажжении солнца… — Я зажгу солнце, — Алекс сделал шаг вперед, Богдан его уже не держал, — Маринетти, остаешься здесь. Яр, также. Зажигать будем из ближайшей деревни, если ее не тронула ударная волна. Лодж с одобрением в глазах кивнул. — Так, Лануа, не геройствуй, — Вальдес снова шагнул вперед, преграждая путь Алексу, — Ты себя видел? Какое тебе зажжение солнца? Ты его еще раз уронишь, себя убьешь! Я зажгу, я самый готовый из всех вас. Даже сейчас Богдана не отпускало его самолюбие, конечно же. Но, все это было абсолютной мелочью, по сравнению с парированием Лоджа. — О-о, нет. Ты — ни за что, — отрезал Сергей, — Твоя жизнь ценнее всех остальных. — Да с какого хрена-то?!.. Маринетти чувствовал себя лишним. Солнце зажечь ему не дадут, вставить слово он не решится. Найман еще стоит очень напряженно, что совершенно несвойственно для парня. Обычно он двигался исключительно расслабленно, и если сейчас он наготове, значит, ситуация просто патовая. Богдан на глазах становился всё злее и злее, совершенно не смущаясь от того, что он кричит на Лорда Лоджа. Еще и эта фраза «твоя жизнь ценнее всех остальных». Это еще что у Богдана за привилегии, незнакомые Дмитрию? — …Прекратите, вы что, хотите всех добить? Двое уже умерло, у одного силы в зачатке пятилетнего ребенка! Всё из-за вас, из-за ваших решений. Вы если не видите, я вижу резерв Алекса! Там не ноль, там, к Чертям Дрэя, минусовое значение! От него к вечеру останется мокрое пятно! — Хватит, — холодно отрезал Алекс, — Лорд, открывайте портал. Мне плевать, что от меня останется и насколько это будет мокрым. Богдан зло всплеснул руками, но замолчал. На его глазах умирал еще один друг. Честно, он не понимал, как Лануа всё ещё держится. Нужно было как-то поспособствовать тому, чтобы Алекс себя поберег, иначе это всё закончится очень и очень печально. Но, какие вообще способы можно использовать, если этот упрямец соглашается на верную смерть прямо сейчас? Никакие. Хотя… — Алекс, ты не думаешь о себе, подумай хотя бы об Эриксон. Богдан увидел, как губы Лануа дрогнули, а глаза прикрылись. На секунду. Он смотрел вниз, не поднимая глаза на Вальдеса. Черти Дрэя, ну разве он не думал об Эриксон?! Разве он не думал об этой чертовой Эриксон каждую секунду своего существования?! Разве не скрывал своё недомогание каждый раз, когда это было возможно?! — Ал, — Богдан снова заговорил, хотя стоило бы ему помолчать, чтобы не получить по смазливому лицу, — Всего пару дней назад я смотрел, как она бьется в истерике. Тебя не было. А она просто сидела на полу, с распахнутыми окнами и рыдала, потому что не знает, как тебя вытаскивать. Даже она не верит, что ты выкарабкаешься! Если ты так продолжишь, ты оставишь её одну! — Портал! Богдан смотрел в спину удаляющемуся Лануа и просто не находил объяснений его поступкам. Действительно есть тот, кто может без рисков зажечь солнце. Но, нет, отправляется тот, кого это же солнце может прибить. Алекс оказался в деревне. Один. Конечно, он всё понимал. И про Викки, и про свой резерв. Он понимал. Но, так должно быть. Это была его судьба, которую он принял ещё давно. А ещё, он был ответственен за ребят. За всех своих ребят. У него не было никаких полномочий, он был лидером лишь негласно. Тем не менее, лидером. Если ему будет суждено умереть и оставить Эриксон одну, но спасти этим действием Роград, Алекс это сделает. Не имело значение даже то, что сам Лануа не родился в этой стране. Его рука поднимается вверх. И вот над Роградом уже светит самое настоящее яркое солнце. Без сложностей и трудностей, на первый взгляд. Алекс сделал шаг в сторону портала, падая на колени. Ноги просто отказались его держать, коленки подкосились и парень улетел в сторону портала. Как он окажется во дворце Лануа уже не запомнит, как и то, что Вальдес, забиравший его, поставит метку «маяк» на этом месте.

***

— Что это было?.. Герц озвучила общие мысли. Девочки стояли на балконе, куда вышли только за тем, чтобы посмотреть очередное зажжение солнца. Почему-то сегодня было именно такое настроение. На их глазах солнце не долетело и упало назад, а ударную волну все почувствовали четко. Катя побледнела на глазах, огоньки, которыми Алёна подсвечивала балкон, дрожали, словно в стрессе. Эта фраза разрушила минутную тишину. Катя тут же дернулась с балкона на выход, Алёна резко повернулась на еще не успевшую сбежать подругу. — Катя, кто это был?! Чья смена?! Клиффорд остановилась лишь на пару мгновений, смотря большими стеклянными глазами на Алёну. Мысли в голове путались, здравый смысл кричал, что это не мог быть Богдан, что сегодня не его смена. А сердце никак не успокаивалось, билось с такой силой, словно хотело само встать на место солнца. — Я… я не знаю, — пробубнила Катя, пытаясь унять дрожь в руках, — Смена Идриса… но, они могут меняться… Это мог быть кто угодно. Мурашки пошли по телу у абсолютно всех. Кто угодно. Это мог быть кто угодно. Алёна, конечно, слушала от Идриса про то, что ловцы долго не живут, да и девочки видели сцену во дворе колледжа, когда солнце чуть не прибило их всех, но чтобы… Чтобы вот так!.. В коридоре все оказались моментально и с разными целями. Кате нужно было срочно найти Богдана, чтобы удостовериться в том, что он жив. Герц, даже не думая о логичности своих действий, направлялась в кабинет к ректору, чтобы он всё ей прояснил. Глупость какая, ведь ему больше делать-то нечего! А Виан просто оказалась в переполненном коридоре, где толпа её вела, а не она выбирала путь. Все мысли в голове путались, оставалась только одна. «Это была смена Идриса». Виктория Эриксон, пусть и была низкого роста, но точно виднелась абсолютно всем. — Сохранять спокойствие! Остановиться на месте, построиться в колонны! Леди Эриксон сейчас была настоящим главнокомандующим. Гены не пропьешь. Она как будто бы даже не волновалась, на лице отражалось исключительно спокойствие. «С Лануа все в порядке» Этот вывод напрашивался сам собой, иначе Виктория не была бы такой спокойной. — Огневики, пройдите в больничное крыло! Повторяю, огневики, пройдите в больничное крыло! «Зачем?..» пронеслось в голове Алёны, но спустя мгновение она увидела, как Аллен, едва перебирая ногами и прижимая руку к резерву, направлялся в сторону медицинского корпуса. Неподалеку обнаружились три таких же девчонки. Им… больно? Алёна не чувствовала абсолютно ничего, ни боли, ни дискомфорта. Просто ощутила волну и на этом всё. Но то, как выглядел Артур… В мужском крыле всеми заведовал Дракула. Из всех ответственных старшекурсников он был единственным свободным персонажем, так как у ловцов были совершенно другие заботы. Парни были более спокойны, но и здесь не обошлось без происшествий. — Мне нужно в женское крыло! — Гросс, приди в себя, — Дракула грубо встряхнул парня, — Нельзя. Дисциплина. Что ты как маленький себя ведешь, я же тебе уже тридцать раз сказал «нет». Гросс чудом сдерживался. У Лёши, практически всегда сохранявшего спокойствие, сдавали нервы. — Дракула, ты прекрасно знаешь, почему я паникую! Влад закатил глаза, наклоняясь к Лёше. Студенты вокруг затаили дыхание, даже не предполагая, что может произойти дальше. В глазах Дракулы блеснул красный огонек, на который Гросс только ухмыльнулся, оскалившись. Все эти игры Дракулы с гипнозом для него ничего не значили. — Гросс, прекрати устраивать показательное выступление. Стой на месте, девчонок проконтролирует Викки. — Я пойду туда, куда посчитаю нужным! — негромко, но очень убедительно воскликнул Гросс, замечая краем глаза, как часть татуировки, видневшаяся из-под его рубашки, загорелась белым. Дракула тоже опустил глаза на руку Лёши. — Иди куда хочешь! — Так-то сразу, — и, с особой, пока никому непонятной, ненавистью, прошипел Лёша. Ему срочно нужно было выполнить свой долг!

***

Возле кабинета ректора тоже была толпа. В основном, из ребят третьего-четвертого курса, еще недостаточно опытных, чтобы быть в курсе всех событий и помогать, но уже обнаглевших больше, чем первокурсники. Герц совершенно точно понимала, что никто её запускать сюда не собирается. Секретарь, высокая женщина преклонных лет, огораживала всех от входа в кабинет и не позволяла никому войти. Занято там или ректор просто никого не принимает — было непонятно. Женя попыталась пройти ближе, но её тут же отпихнули в сторону. Да уж, и на что она надеялась? Она уже успела расстроиться, как неожиданно дверь, всё это время остававшаяся закрытой, распахнулась и явила всем ректора. Он быстро оббежал взглядом толпу, находя глазами Герц. Почувствовал её, сидя в кабинете и не смог оставаться на месте. Конечно, Мендес не дурак и прекрасно понимал, что это неправильно. — Евгения Герц. Прошу, заходите. Даже секретарша была шокирована таким поворотом событий и отступила со своего привычного места, растеряв стандартно-недовольное выражение лица. Студенты зашумели, тут и там послышалось: — Несправедливо! — А мы? — Она кто такая вообще?! На репутации Герц это точно хорошо не скажется… Но, сейчас об этом ей даже подумать не дали, Мендес распахнул дверь и практически силой, за плечо, засунул её кабинет. Дверь захлопнулась, оставив недовольных за пределами кабинета. Мендес медленно прошел к своему столу, постукивая по темному дереву пальцами. Его лицо не отображало ни единой эмоции, Герц снова стало неловко здесь стоять. Она так уже приходила к нему в кабинет, еще в колледже. Когда умер Бауэр… И снова ловец. — Лорд ректор… — Слушаю, студентка Герц. Подчеркнул то, что они сейчас в учебной обстановке? А ведь она пришла по тем же вопросам, по которым и все остальные ребята, оставшиеся в коридоре. — Что… случилось? И что теперь будет? — долго слова она не подбирала, да и подобрать не получилось бы. Не тренировали её для речей в таких ситуациях. — А ты как думаешь, что случилось? Мендес все еще не поднимал на неё глаза, продолжая рассматривать рисунок дерева на столе. Герц сделала несколько шагов от двери, ближе к мужчине, но остановилась в полутора метрах. — Конец света, — честно ответила она на выдохе. — Да уж, света нам точно не хватает, — хмыкнул Андрей, качая головой и наконец-то поднимая глаза на студентку, — Прошу, не повторяй наш последний диалог. Ты сама знаешь, как я отношусь к происходящему. Не могу относиться по-другому. Лодж все решит, я ему полностью доверяю. Это его зона ответственности, всегда была его. Я защищаю своих студентов. — Как вы можете быть таким спокойным, если… умер студент? Мендес сам сделал шаг по направлению к девушке, наклоняя голову набок. — Я принял, что не уберегу всех. Мне жаль, но ловцы и правда долго не живут. Я не могу это контролировать, кто-то должен брать эту ношу на себя. И, если бы я был огневиком, я бы тоже был ловцом. Лучше умереть так, чем ректором, который не смог справиться с нечистью и избавить студентов от перегрузок. Женя опустила глаза на пол, смотря на свои ботинки. Она не знала, что на это сказать. Поддерживать ректора? А может ли она, есть ли такое право у нее? Герц слышала, как ректор вздохнул и отступил. Вздернула голову, когда за его спиной зажгли солнце. Лорд ректор тоже повернулся. Морщинки у бровей чуть разгладились. — Помнишь, ты хотела прогуляться по Тесносу? Что? Герц снова посмотрела на ректора, искренне не понимая, к чему он сейчас это сказал. Кивнула. А в ответ ей протянули руку с несколькими пестрыми кольцами ладонью вверх. — Пойдем. Пожалуйста. Ему невозможно было отказать. Даже в такой ситуации, даже когда головой Женя понимает, что ректор нужен колледжу! И Мендес сам это понимает. Через минуту за их спинами схлопнулся портал. А перед глазами престал он. Запретный, закрытый, неизведанный иностранцами. Теснос.