Побег из магического колледжа

Сегодня было трудное утро для Богдана. В его голове и так была куча страхов, сомнений и мыслей, а сегодня еще предстояло вести себя как обычно с родителями. Очередной семейный завтрак грозился стать местом скандала. Вальдес смотрел на себя в зеркало и нервно разглаживал несуществующие складки на черном кашемировом свитере. На него давило осознание ситуации и понимание: медлить нельзя. Нужно действовать прямо сейчас, а точных инструкций, конечно, никто не дал и дать не может. Тяжелый вздох и дверь за его спиной закрывается. Пора взглянуть в глаза своему страху и проверить выдержку. Тем более, что, скорее всего, это последняя мирная встреча с родителями. Нет, конечно, они не были плохими людьми. Скорее, даже хорошими родителями. Всегда поддерживали Богдана и поощряли его хотелки. Вон, даже губить свою жизнь и быть ловцом разрешили. Правда, с особыми указаниями для Лоджа, но это уже совершенно не имело значения. Не настаивали на хороших оценках, особо не мельтешили перед глазами с королевскими обязанностями. А у Богдана их и не было. Его судьба всегда была под вопросом, но в то же время это была и свобода. Делать всё что захочет, быть кем хочет — всё это про Вальдеса. Тьфу. Какой он вообще Вальдес? Даже не заметил, как начал называть себя так и мысленно. Его настоящая фамилия Эллирон, а Вальдес, или же «Валь Дес» — лишь связующее между именем и фамилией. У Никиты, старшего сына королевской семьи, например, это связующее звучало как «Дашь Ковл». Но, кажется, «Вальдес» — уже не просто псевдоним, а настоящая личность. Совершенно отличная от Богдана Эллирона. Малая столовая, в которой сегодня проходил завтрак королевской семьи, была ярко освещена солнцем. Богдан поморщился, вспоминая, как ему противно и больно прилетел откат на его зажжении. Сегодня еще и солнце это забирать… Ладно. Тяжела судьба ловца, ну, это без вариантов. Хотя, завтра будет вообще улет! Солнце будет зажигать Виан. Если честно, лучше бы Яр со своим нестабильным резервом, там меньше шансов сдохнуть в агониях. Невесело хмыкнув, Богдан поднял глаза на мать с отцом. — Доброе утро, — учтиво улыбнулся вмиг побелевший Вальдес, потеряв всякую смелость. — Доброе, сын, — кивнула мать, — тебя долго ждали. Неужто в колледже не ценят дисциплинированность и пунктуальность? Опять двадцать пять. Мать сегодня не в духе и докапывается до всего. — Нет, мам, солнце зажигал. Опоздал, — улыбнулся во все тридцать два Богдан, отходя к столу. Есть, конечно, хотелось в последнюю очередь. Все мысли были забиты ритуалом по благословению природы, а после и главным ритуалом. Для которого нужно было еще стать признанным королем… Никиты на завтраке не было. Впрочем, Богдана это совершенно не волновало. В таком состоянии он бы наверное и отсутствие матери спустил на излишнюю занятость при дворе. Они молча ели, даже не пытаясь разговаривать. Наверняка оба родителя видели, что Богдан витает в облаках и совершенно не обращает внимание даже на то, что именно он ест. — Сын, хотели снова поднять нашу предыдущую тему. Послезавтра будет объявление для всей страны о том, что мы полностью отрекаемся от предательницы-природы. Хотим, чтобы и ты присутствовал на этом знаменательном событии. А самое главное, застал величайшее изменение в истории, — гордо произнёс отец уже практически в конце трапезы. Богдана словно молнией прошибло. Вот оно! На этом объявлении он должен выступить и показать всему народу, что его благословила природа. Нужно срочно проводить ритуал, это без вариантов. По телу пошли мурашки, сердце бешено заколотило по ребрам. Святой Яр, чего же ему стоило сдержаться и не сорваться с места прямо сейчас. — Да… да, я буду, — пожал он плечами как можно более непринужденно. Да он еле досидел до конца! Сорвался на быстрый шаг только перед выходом. Знал, что у старших курсов сейчас полигон с Лоджем, и торопился к ним, чтобы все рассказать. Нужен был план. По факту, ему нужно свергнуть всю семью. И мать, и отца, и старшего брата. Это не может быть просто. Стоит оступиться и Богдан сам себе подпишет смертный приговор. Понятное дело, что он ловец и смерть и так близко, но привлекать её ещё больше желания особо не было. Одна ошибка и ты ошибся. «Ну, а что? Я ведь ловец. Принято умирать» — подбадривал себя Богдан на пути к полигону, где то и дело взмывали огненные столбы. Богдан безошибочно и сразу понял, что это Яр. Как минимум потому, что на такую силу был способен только ловец. Маринетти младший курс, на этой тренировке его не было, Лануа в предсмертном состоянии валяется в кровати. Виан. не дай бог! Короче, это был точно Яр. — Здравствуй, прогульщик, — Лодж пожал руку Вальдесу сразу же, как только он подошел, — Штрафной поединок с… с Эриксон тебе. И никакой пощады за новость, которой Лодж сам и огорошил его. Богдан покивал и быстро обвел взглядом присутствующих. Тот самый Ярослав, входивший в свою лучшую форму в истории, Влад, особо не пострадавший от внешних обстоятельств и светившийся невыпущенной энергией, Эриксон, что удивительно, в форме. И… Лануа! Живой, не совсем здоровый, качающийся и слабо держащийся на ногах, но тоже в форме. — Мне нужно со всеми вами поговорить, — и такой взгляд на Лоджа, чтобы преподаватель сразу понял. Сергей на секунду стал серьезнее, чем когда-либо прежде. А после медленно кивнул, подзывая всех студентов к себе. После короткого пересказа, суть которого некоторые из присутствующих уже слышали, Богдан обвел друзей взглядом, ища поддержки. — Это ж бредятина, — первый открыл рот Влад. И лучше бы он продолжал держать его закрытым! — Это просто не может быть правдой. Лорд Лодж, вы что, серьезно это ему затерли? Для чего? Вальдес ожидал, что кто-то вступится и начнет его поддерживать. Но, на удивление, все остальные молчали. И даже Яр, который незадолго до этого смирился со всеми идеями, стоял молча. — Богдан, ты же не глупый. Как ты в это можешь поверить? Совсем уже с ума сошел, такой бред мог придумать только… — Молчать, — ровно и спокойно произнёс Лануа, — Это сказал Лорд Лодж. Влад перевел взгляд на Алекса. Несмотря на его физические проблемы, морально это остался всё тот же Лануа. Лидер корпуса ловцов. У Влада с Алексом были хорошие отношения, свои подколы и прочее. Но, сейчас на него смотрели словно на чужого человека. — И что теперь? Лорд Лодж тоже человек и тоже может ошибиться или сказать чушь. Брови Лоджа взлетели вверх, но отчитывать сейчас Дракулу он не собирался. Просто добьет его на полигонах, его результаты и так ухудшились по сравнению с предыдущими тренировками. Правда тут теперь и Богдан сдержаться не смог, и даже Яр, мысленно согласившийся с половиной слов Дракулы, посмотрел на парня, как на сумасшедшего. — Лодж — не мог, — даже упустив титул, показал наивысшее уважение Найман. — Да что за бред, хватит играть в игры ваши! И меня заодно втягивать! — Тебя вообще никто не втягивает, ты если хочешь, вали нахрен в свою деревню, чтоб ты сгнил там, нытик, — в момент вспылил Найман на Влада. — О, кто заговорил. А приближенным к королевской семье что, можно против них же и идти? Да тебя повесят за измену, дегенерат ты отсталый. Как ты это своим мозгом понять-то не можешь? Совсем уже солнцем отбило? Зря Влад вообще начал отвечать… На кончиках пальцев Яра зажегся синий огонь, в глазах злость и ненависть. — На полигон, если сражаться хотите, — указал им Лодж направление, — тут без драк. Головой думайте, дворец. И ни слова по поводу самой сути спора. Не стал доказывать, что сказал не ерунду, приводить аргументы. Хотя мог и доказал бы, что прав. Но это не имело никакого смысла. Тот, кому эта история предназначалась понял и принял её без этого. На поникшего Богдана в это время повернулся Лануа. — Ты хочешь на этом выступлении сделать заявление о благословлении природы, да? — после кивка Богдана, Алекс тяжело вздохнул, — Тебя на вилы подымут. — Пусть. Но, я попробую, без разницы. Для этого мне нужно два ритуала. Первый я сделаю сам. А второй мы сделаем после этого объявления. Мне нужны будут четыре мага четырех стихий. На огонь… Яра, ты не в состоянии, брат, извини, — Лануа сжал губы, но кивнул. Богдан продолжил размышлять под начинающийся на фоне поединок, в котором кто-то грозился все-таки умереть, — Земля Гросса возьму, очевидно, почему. Лануа ухмыльнулся и кивнул. Гросс был отдельной историей их общего шока, но, этот секрет они обещали унести с собой в могилу. — Воздух… черт с ним, Чейз. Других вариантов-то и нет. А воду… Думаю, Эриксон. — Нет. Богдан удивленно посмотрел на друга. О как. С каких пор Лануа запрещает Эриксон выплескивать свою энергию? Её резерв был вполне себе в порядке, даже несмотря на то, что она долгое время передавала львиную долю энергии Лануа. И этот ритуал бы никак не сказался на ней негативно. Наверное, лицо Вальдеса передало всевозможные вопросы, поэтому Алекс сам ответил. — Мы ждем ребенка. Я не могу так рисковать сейчас, ей нужна эта энергия. — Бля, — Богдан запустил руку в волосы, — В такое время, ребят… Ребенок. Когда Лануа едва жив и у него нет выбора, кроме как зажигать солнце. А Эриксон должна лечить и помогать, как главный целитель. Во всем колледже не было больше талантливых лечащих водников, кроме нее. Нет, конечно, все что-то умели и могли, но чтобы вылечить всё, что угодно — только Викки. Богдан обернулся на Эриксон, стоящую в нескольких метрах от них и разговаривающую с Лоджем. Странно, что тренироваться её Лануа отпустил. Хотя, попробуй поспорь с Лоджем. Без труда переключившись на магическое зрение, Вальдес внимательно осмотрел резервы. И как он не заметил, что он там не один?! — Огонь. — Что? — не понял Лануа, тоже переводя взгляд на Викторию. — Стихия у ребенка. Огонь, — Богдан повернулся на Алекса. Тот улыбнулся одними губами. Не сильно радуется, значит, понимает, что вряд ли доживет до этого момента, — Надо тогда думать, где брать водника. Влад мимо. Лануа покивал, но ничем помочь не мог. А у Богдана прибавилось головной боли.

***

Маяк светил прямо в небо голубым светом. То самое место, которое жители деревни теперь обходили стороной, но в то же время восхищались. Место, с которого теперь зажигалось солнце. Сегодня на нем стоял человек, для которого всё было в новинку. Алёна Виан смотрела в тёмное небо, пытаясь справиться с переживаниями. Одна ошибка и она умрет. И не только она, а еще и Богдан Вальдес, ответственный за её сегодняшнее солнце. Парень встретил её у портала с совершенно отсутствующим выражением лица. Точно был не здесь, а где-то далеко, за пределами сознания. Он даже особо не страховал, руки держал в карманах. — Ну? Этим он только приближал их смерть. Алёна вздохнула и вытянула руки вверх. Конечно, она понимала, что с этого момента её жизнь изменится на сто восемьдесят градусов. Теперь она тоже будет тем самым ловцом, которые долго не живут. Зато, она будет первой. Первой девушкой-ловцом. У неё один раз уже получилось зажечь солнце. Теперь нужно просто повторить. Только от чего так дрожат коленки, руки и… кажется, дергается глаз. Ещё один выдох, да такой, что воздуха в лёгких не остается совершенно. На руках начинает образовываться шарик огня, слегка освещающий округу. Рывок вверх!.. Солнце озаряет Роград. Виан садится на колени и не сдерживает стона облегчения. Получилось. У неё получилось! Девушка неверяще смотрела на солнце, плотно закрепившееся на небосклоне. — Пошли, — кивнул Богдан, не отпуская даже ни одного хорошего слова. Зараза, ну и к чертям Дрэя его! Алёна проскользнула в портал первой, где её уже ждали девчонки. Вот они точно не промолчат, в отличие от этого… от вот этого! — Ну как? Как прошло?! — пусть результат они уже видели, но хотели узнать всё из первых уст. Алёна пожала плечами, улыбаясь и даже не зная, как это всё описать, — Мы смотрели из дворца. Получилось классно, очень ярко, хочу прям на тебя вблизи посмотреть. Все мы хотим, это должно быть еще красивее, чем у ловцов! Оля была очень впечатлена тем, что её подруга стала ловцом. Герц тоже улыбалась и периодически хвалила Виан, а Катя… — Я сейчас. Как только девушка посмотрела на Богдана, все мысли об Алёне улетучились. Клиффорд продержалась ровно минуту, прежде чем рвануть за ушедшим парнем. Девчонки посмотрели ей в спину, но уже ничего не говорили. — Любовь штука такая… — только и протянула Оля, — Повезло ей. Одна из всех нашла. Да еще какого… Эх. — А у тебя Влад? Меглина отмахнулась, закатывая глаза. У них с Владом были какие-то отношения на грани «увижу-поцелую. Не увижу — ну и приходить к тебе я не буду». Её это не устраивало, но в нынешней ситуации ни у Влада, ни у нее не было сил на этот разговор. — А Лёша? — в ответ поулыбалась Оля. Алёна вздохнула и отмахнулась. Лёша, блин… Катя догнала Богдана только в каком-то совершенно пустом коридоре. Вальдес сам остановился, но на девушку глаз не поднял. Знал, что она бежит следом, но остановился только здесь. Ведь только здесь, в коридоре, где никто и никогда не жил, можно было спокойно поговорить. — В чем дело? Что с тобой? — первая заговорила Катя, делая шаг в сторону парня. Богдан поднял лицо, чтобы посмотреть прямо в глаза Клиффорд. Не может он ей такого сказать. Ни свою идею, ни то, что произошло на полигоне. Не хочет ее волновать. Для чего она вообще выбрала его? Почему? Так было бы намного проще. Богдан бы не волновался за неё, а Катя не грозилась бы потерять парня каждую секунду. Он ведь ловец. И без прочих историй имеет слабую репутацию завидного жениха на века вперёд. Вальдес молча покачал головой и обнял Клиффорд так крепко, как мог. Возможно, через два дня он уже будет мертв. Но, ей об этом знать не нужно. Пусть думает, что все хорошо и наслаждается последними мгновениями. Если всё получится, вся страна получит шанс жить спокойно. А если нет… будь что будет. Одним ловцом меньше, одним больше. Особой разницы нет. — Я люблю тебя. Клиффорд вздрогнула, но ничего не ответила. От чего-то язык просто не повернулся произнести такую простую фразу, которую она уже говорила Богдану. Ему и не нужно было это. — Знаешь, ведь мы с тобой не обсудили, что ловцы действительно умирают быстро, — отличная тема, ну десять Святых Яров из десяти, — На своём первом курсе я знал отличного парня, студента и друга. Его звали Артёмом Торресом. Да, может быть, он не был идеальным человеком, но силы в нём было неимоверное количество. Он всегда нам помогал, с первого моего шага на территорию колледжа знал, что я буду ловцом. Не знаю уж, как он это рассмотрел, но рассмотрел. У него перегорел резерв на моем втором курсе. Я так много про него не узнал, но к этой смерти все отнеслись спокойно. Потому что такова судьба. И он не жалел. Ни на секунду не жалел об этом. Катя совершенно не знала, что произнести, поэтому просто смотрела на Богдана. А он не смотрел на Катю. Просто не мог, у него бы точно сдали нервы к чертям Дрэя! — Я понимаю, что это больно и странно. И я не должен тебе такое говорить. Но всегда помни, что я ловец. Мы долго не живем, и каждый выбирает этот путь осознанно. С первым зажженным солнцем мы оказываемся в числе всех тех великих людей, что стояли в долине ловцов. Моим эталоном навсегда останется Алексей Андерсон. Это был лучший из лучших ловцов, встал на пост всего на втором курсе. До колледжа он никогда не знал магии. Погиб не при зажжении солнца, а в бою за Роград. Это было давно… На Великой Войне. Я всегда буду восхищаться тем, как он бился. У него осталась жена и ребенок, тоже огневик. Талантливейший из всего поколения. И ему никогда не было позволено стать ловцом. Поэтому, Катя… запомни. Если у тебя когда-нибудь будет сын-огневик и он захочет стать ловцом: позволь. Это больно, плохо, особенно больно будет тебе после меня. Но, это призвание. То, что действительно рождается сразу же, вместе с человеком. — Это… странный разговор, — прошептала Катя, борясь со слезами, навернувшимися на глаза. — Возможно.

***

Бумаги, бумаги и еще раз бумаги. Вот — рутина Андрея Мендеса, которую он был вынужден принимать. Кататься по странам со студенткой, конечно, весело, но работать ему тоже приходится. Хотя бы потому, что эта самая студентка сейчас на занятиях и свалить с ней никуда не получится. Студентка… И снова она занимает все мысли в голове Андрея Мендеса. Бред, да, по-настоящему бред. В такой ситуации не хватало только роман со студенткой завести. Но, он не глупый и не будет придуриваться. Видит все её улыбки. И замечает, как сам откликается на них. Всё впереди, но, точно не сейчас. Глаза наткнулись на очередное письмо. Сердце ёкнуло. Герцог Ла Фомель. Лично Лорду Мендесу в руки. Черт возьми. Андрей уже и не думал, что получит письмо от того самого демонолога, ради которого он вытащил Герц на бал в Тесносе. Да и, честно и безответственно говоря, сам бал тогда затмил истинную причину присутствия. Дрожащими руками он открыл письмо и начал читать старательно выведенные буквы. Лорд Мендес, горячо приветствую вас. Хочу сообщить, что мой анализ затянулся, но теперь я готов вам рассказать всё, что изучил. Нечисть, именуемая Охрами, появилась действительно из-за неправильно проведенного ритуала на территории колледжа. Предположительно, сильный огневик. Ритуал с кровью и травами, предположительно, полынью. Неправильно произнесенная начитка, отвлекли со стороны и магия создала аномальную зону. Возможно, поможет, если этот же маг проведет ритуал повторно. К счастью, это действительно может сработать. К несчастью, это все данные, которые мне удалось выяснить. Примерное время проведения ритуала — за неделю до появления охр. Но, могло пройти и три дня. К сожалению, того мне неведано. На территории Рограда около ста двадцати пяти охр. Население заражается, местная полиция не справляется. Нужно действовать. С уважением и наилучшими пожеланиями, герцог Ла Фомель. Дальше шло письмо от начальника магической стражи, которое совершенно не добавляло настроения. Ритуал. Проведенный студентом. Да это буквально не отследить. Все ритуалы проводятся с травами, почти все с кровью. Мендес никогда и ни за что не найдет того человека, который действительно виновен. От начальника магической стражи, генерал-лорда Ланца. Приказываю: Лорду-ректору Магического Колледжа, Мендесу Андрею Алексеевичу, привлечь всех готовых студентов в бой. Студентов с первого по третий курс в соответствии с отборам по нормативам, принятым в указе от 30 числа от Зимнего солнцестояния прошлого года, студентов четвертого и пятого курса в полном составе. Списки ожидаем в течение недели. К чертям Дрэя. Привлечь студентов в бой. Тех самых, у которых родители настолько родовитые, что потом колледжу не сыскать спасения. Это же буквально верная смерть, особенно студенты с первого по третий курс. По нормативам! Да это просто смешно. Никакие нормативы из бумажки не помогут им справиться с охрами, они скорее сами заразятся. Сражаться с охрами… Они тоже часть природы. И, если верить Эриксон, природа проявила благосклонность к Лануа и его резерву. Конечно, это звучит как бред. Но, Викки не тот человек, который будет врать, тем более о таком. С ума сойти она уж точно не могла, а значит, все произошедшее было правдой. Что ж. Независимо от всех его мыслей по этому поводу, без собрания всех студентов тут не обойтись. Придется разобраться и с ритуалом, и с тем, чтобы отправить их на сражение с сильной нечистью. Ярослав стоял на пороге дворца, совершенно бесстыдно выдыхая дым от толстой, плохо свернутой сигареты. Взгляд устремлен вдаль, в движениях ни намека на то, что парень старается торопиться. И даже когда сзади подошел Лануа, Найман лишь обернулся через плечо, после продолжая сверлить глазами виды из дворца. Ему даже показалось, что небо обрело какой-то несвойственно оранжевый закатный оттенок. Но, этого просто быть не могло, поэтому Яр быстро отмел эти мысли. — Что-то плохое движется, — выдохнул Лануа. Ярослав кивнул и затушил сигарету о стену дворца, выкидывая её в сторону. — Я думаю, мы погибнем, не дожив до следующей недели. Весь дворец стоит на ушах, Мендес собирает собрание. Мы уже никогда не вернемся в нашу беззаботную жизнь. Алекс тяжело вздохнул, но спорить не стал. То, что происходит переполох, это очевидно. И то, что они в полнейшей заднице, тоже. В его ситуации все осложнялось. Безумно осложнялось тем, что теперь ему было кем дорожить. Каждую секунду своей жизни теперь он боялся и за себя, и за Викки, и за маленькую жизнь, которая решила появиться так невовремя. Огневик… Не дай святой Яр, повторит судьбу своего отца. Скажи Алексу кто месяц назад о том, что они будут жить во дворце, Эриксон будет не просто его девушкой, а матерью их общего ребенка, он бы ни за что не поверил. И ведь даже не скажешь, что это худшее время в его жизни. Он счастлив. И ужасно страшно. — Если ты что-то хотел сделать — делай сейчас. Ты больше всех остальных понимаешь, что такое смерть, и что жизнь не бесконечная. Найман посмотрел ему прямо в глаза и подмигнул. Так по-мальчишечьи. А глаза холодные-холодные, взрослые, понимающие. В тот момент Ярослав Найман впервые по-настоящему осознал, что не всё в жизни можно восстановить его особенностью. Не всё можно откатить в изначальное состояние. Яр корил себя, что не дорожил началом этого года. Это был по-настоящему золотой состав ловцов. Состав, которому будет суждено погибнуть. Рассказав отцу о Богдане, Ярослав не только подтвердил, что это всё правда, но и узнал суровую правду. Чтобы природа благословила Роград и сделала полноценным правителем Богдана, на момент проведения последнего ритуала все ловцы должны быть мертвы. Кроме одного. Самого Богдана.