Побег из магического колледжа

Тревожность. Вот как можно было описать происходящее в общей бальной зале, которую ректор выбрал для проведения такого важного и ответственного собрания. Студенты были взвинчены, прекрасно понимая, что собрание не просто так. Плохих новостей в их жизнях было предостаточно в последнее время, от того не хотелось слышать вообще ничего из уст ректора. Виан отнеслась к этому спокойно. Как будто в моменте приняла фразу «ловцы долго не живут» близко к сердцу и теперь ждала новых приключений лишь с интересом. Рядом с ней шёл Гросс, который тоже не выглядел напряженным. Он уже всё знал. И то, к чему это собрание, и то, что будет в итоге. Гросс всегда всё знал. Менялись лишь незначительные детали, но, кажется, Лёша понял: ничего не изменить. Ловцы говорили ему это ещё давно. Придется принять судьбу и, возможно, попробовать ещё раз. Рассказывать Алёне об этом всем он, конечно, не будет. — Ты в курсе, что случилось? — тихо спросила Алёна, едва поворачивая на Гросса голову. — В курсе, — прошептал он в ответ. Черти Дрэя, кажется, она однажды догадается обо всём. Жаль, времени на это осталось чертовски немного. Она догадывалась. Точнее, не догадывалась, но подозревала что-то неладное. Лёша всегда обо всём знал, никогда не удивлялся. Даже когда ей предложили стать ловцом, Гросс не выдал ничего вроде «ого, как так». Улыбнулся и кивнул, а взгляд всегда, когда они говорили об этом, был какой-то грустный-грустный. Столько вопросов, о которых по-хорошему нужно было допросить Гросса. Лёша вздохнул и приобнял Алёну за плечи. Она больше не сопротивлялась их возможной тактильности, наоборот, начинала проявляться к Лёше больше и больше. Гросс и это предвидел. Только вот был не готов переживать всё то, что сейчас начнется. С другой стороны к сидениям двигалась Ольга Меглина. В последнее время девушка полностью ударилась в учебу, и даже улыбку Дракулы она полноценно проигнорировала. Из-за нагрузок даже кошмары с серпом прекратились, но теперь серп ночевал исключительно под подушкой у Оли. Аллен провожал Меглину взглядом. От него никакие мертвецы не отстали, хоть и влияние стало меньше. Вероятно, из-за того, что дворец блокирует некромантические волны. Артуру всё ещё нужен был этот серп, но пока спокойно живется, можно было оставить Меглину в покое. Больше вопросов вызывал вопрос: что это за артефакт на самом деле? Как он может влиять на солнце, как серп сам пропал буквально на глазах у Аллена в момент, когда мертвец схватил его. И как мертвец, не имеющий плотности, мог такое сделать? Вопросов было много. Ответов не было совершенно. Нефф подтолкнул Артура на его место. Вот уж у кого жизнь шла своим чередом и без проблем, так это у Егора Неффа. — В чем дело? — Катя поймала Яра еще в коридоре, по пути к месту проведения собрания. Найман замер и посмотрел на сестру с легким раздражением, — Яр. Парень вздохнул, криво улыбаясь. Видит же, что Клиффорд действительно переживает и волнуется. — Кать, да что ты переживаешь? Ничего с нами всеми не будет! Успокойся, твой точно самый живучий. А я — настолько красив, что меня даже судьба решила магии не лишать. Да уж… успокоил. Когда Катя зашла в зал, подруги уже были на местах и даже припасли стульчик для неё. Придется ждать и надеяться, что ректор собрал их всех тут просто чтобы пожелать хорошей учебы. И, может быть, уменьшить количество полигонов. А то это и вправду уже за гранью добра и зла, одного учебного дня хватало для того, чтобы возненавидеть все свои конечности и мышцы. Мендес и Лодж зашли одновременно. При взгляде на их лица всё становилось понятно: ничего хорошего их не ждёт. Яр и Лануа зашли сразу же после них, несмотря на то, что должны были зайти гораздо раньше. Сергей Лодж поймал взгляд Лануа. Сжал губы и едва заметно кивнул. — Это всё. Ты прав. — Дорогие студенты! — громко начал Мендес, — Хочу поблагодарить вас за стойкость духа в такое непростое время. Вы — наша опора, наше будущее. К несчастью, на наши плечи легло бремя жизни с опасной нечистью. Ещё раз поблагодарим дворец Рограда за то, что предоставили нам возможность жить в безопасности. Спасибо и вам за то, что вы ведете себя как настоящие высшие маги. Но, долги стране отдавать придется. Со следующей недели многие из вас окажутся в защитных отрядах по борьбе с Охрами. ТИШИНА! Студенты загалдели, совершенно не обращая внимание на дальнейшую речь ректора. В защитных отрядах! Четвертый и пятый курс молча смирились с этим, но те, кто были младше… — Сидеть, — грозно приказал Лодж вставшему с места Аллену, — Хватит позориться. Вам сказано — значит вы делаете! Артур молча сел назад, стараясь не скрипеть зубами и не источать из себя злобу. — Сейчас я назову фамилии студентов, которые на следующей неделе отправятся в отряды без дополнительной подготовки и тестов. Все остальные будут усиленно заниматься на полигонах у Лорда Лоджа. Если хоть кто-то будет отлынивать специально, выгоню прям к Охрам! Все лекции отменяются, остаются только практики. Герц была в шоке от подобной злости из уст Мендеса. Еще и всё практики!.. да она вообще не вынесет этого мучения. Лучше пусть охры сожрут. И, судя по разочарованным стонам в толпе, Женя была не одна подобного мнения. — Все недовольные могут ехать домой, но Колледж уже никогда не примет вас назад. Всем остальным гарантируется максимальная защита и получение образования в последующем. Помните, что страна вас защитила в тяжелый момент. Защитите и вы её. И, с небольшой паузой. — Фамилии студентов, которые будут отправлены на следующей неделе без дополнительной подготовки!.. Лануа, Вальдес, Найман, Дракула, Эриксон, Дэвис, Уорд, Гросс, Маринетти, Чейз, Миллер, Линч. У всех остальных есть пять дней. При отказе от практик в Колледж вы никогда не вернетесь. — Да и возвращаться некуда, — громко сказала Берг, поднимаясь со своего места и невозмутимо уходя из зала. Лодж проследил за ней глазами. — Ещё кто-то? — холодным тоном спросил мужчина, поголовно осматривая студентов. — Отлично. Старшие курсы прошу подойти ко мне. Все остальные свободны до завтра. С завтрашнего дня работаем в усиленном режиме. Все названные фамилии принадлежали старшекурсникам. Кроме Маринетти, но тот был ловцом, а значит, в потенциальную опасность его отправляли чисто по статусу и… Гросса. Алёна вскинула голову на парня, который старался делать вид, что совершенно не услышал свою фамилию в списках. — Объясни? — Позже, — с готовностью ответил Алексей, — Всё позже. Дай мне пару дней, и ты узнаешь всё сама. Я тебе обещаю. — Я не хочу быть в тайнах! — вскипела Виан, — Расскажи мне всё немедленно! Гросс со вздохом встал, не желая продолжать этот разговор. Ну, не может он сказать. Просто не может. Не сейчас. Поэтому, сейчас Лёша просто сбежит, несмотря на то, что это действие может разрушить их хрупкую связь с Алёной, которую Гросс выстраивал долгое время. — Извини, — бросил он Алёне, быстрым шагом удаляясь из зала. Виан раздраженно откинулась на спинку кресла. Как же она хотела понимать, что происходит! Клиффорд лишь подняла глаза на Богдана, направляющегося к Лоджу. Понимала, что он обязан, и не собиралась бросаться на шею с просьбами не идти в отряд. Не понимала только одного: почему принц будет защищать страну? Разве его не должны защищать? Солнце ему почему-то экстренно ловить было не позволено, а сражаться с самой опасной нечистью его отправили первого. Хотя, именно он убил первую охру. Чего бы ей это ни стоило, Катя попадет в отряд. Не позволит Богдану одному рисковать своей жизнью. Вышли девочки одновременно и в общем имели недовольное настроение. Несмотря на то, что Клиффорд относилась к идее наиболее спокойно, смирением ее состояние уж точно было не назвать. — Девочки, ничего хорошего даже ждать не стоит! — импульсивно заявила Алёна, — Я тренируюсь с Лоджем, он просто зверь, его невозможно терпеть. Я носом пересчитала все камни на полигоне и вокруг него. Если такое будет каждый день, я гарантирую, что к следующей неделе мы с вами все умрем и не воюя с охрами. — Да я ни с кем воевать не собираюсь, — задумчиво почесала затылок Герц, — как-то у меня это не совсем получается. И я даже не про войну, я про полигон в целом. — Поддерживаю! — вступила в разговор Оля, — Я бы с радостью помогла чем-то другим. Но, воевать… Я бы и как Лиза сделала, просто ушла, но страшно. Да уж. Спустя месяц на их курсе теперь на одну студентку меньше, чем было изначально. И на одного студента, Антон ведь тоже был их однокурсником. А что самое интересное: ведь их родители думают, что дети в полной безопасности. Даже почти никто писать не пытается ректору, никто не пытается забрать юного мага из неблагополучного колледжа. С таким трудом ведь поступали. Правда, кажется, чтобы умереть поступили, но это совершенно не суть. — Может быть, поговорить с ректором?.. Может быть, будут какие-то альтернативы? — предположила встрепенувшаяся Клиффорд, — Я пойду попробую! Ждите здесь! И прежде, чем девчонки успели отреагировать, подруга убежала в сторону ректорского кабинета. Сам ректор, судя по скорости Кати, придет туда после неё. Не особо они, конечно, верили в эту идею, а когда Екатерина вернулась поникшая и откровенно говоря злая, перестали верить ещё раз. — Он мало того, что отказал, так еще и наорал. И пристыдил! Сказал, что с такими вопросами я не достойна в колледже учиться. Капец! Желание у Алёны и Оли подходить к ректору резко отпало. А вот у Жени… — Ладно, — она поднялась с облюбованного ими подоконника, — пойду тоже судьбу попытаю. Повисло молчание. Гнетущее такое… Осуждающее. — Нет, ты не поняла. Он реально орал, прям, ну… орал! — взмахнула руками шокированная поступком подруги Клиффорд, — Ты ничего нового не добьешься! — Пусть сходит, — произнесла Алёна, едва скрывая коварную улыбку. Ну, конечно же, она всё понимала! И что у Герц шансов больше, и что в кабинет ректора она идет не то что бы за разрешением не посещать практики. Просто чувствует, что так нужно. — Жесть… — протянула Клиффорд, смотря в спину удаляющейся подруге. В кабинет ректора очереди не было. Наверняка, всех принимал Лодж и к Андрею студенты даже не думали соваться. А те кто приходил, наверняка теряли всю свою смелость, когда слышали крик ректора. Девушка уверенно отворила входную дверь после непродолжительного стука, стараясь спрятать все свои страхи. — Я очень злой. Уйди сейчас. Предупреждение прилетело прямо в лоб. Герц даже не успела сделать и пары шагов на территорию кабинета, как Мендес просил её покинуть помещение. Сам мужчина сидел с задернутыми шторами, кабинет освещал только слабый голубой огонек, зависший внутри светильника. Такие специально делали для очень богатых домов, чтобы те ноги себе не подвернули в потемках. Герц вздохнула и покачала головой. Бровь ректора взлетела вверх, а девушка тем временем бесстрашно подошла к его рабочему столу, опираясь на него со своей стороны. — И что ты хочешь? — решил все-таки поговорить Лорд-ректор, — Тоже чтобы я тебе практики убрал? Этот вопрос вызывал в нем злобу и потому, что он сам прекрасно все понимал. Дети поступали учиться, получать знания. И пусть полигон также входил в учебный план, его количество не должно было превышать все учебные часы в изначальном плане. Дети не должны были готовиться к сражениям, этим должны заниматься специализированные отряды. К сожалению, жизнь бывает жестокой. И по колледжу эта жизнь прокатилась табуном лошадей. — Ты сам понимаешь, что я умру. Если не у Лоджа, то на сражении. Я без шансов, — равнодушно произнесла Женя, не отрывая взгляда от ректора. Перешла на «ты». Не стала ему выкать даже с самого начала, хотя раньше редко так делала. Мендес прикрыл глаза. Да, это была его слабость, и студентка точно это знала! — Да никто из вас на смерть не пойдет… Я не могу убрать тебе практики, ты же понимаешь, что это неправильно по отношению к другим, — мужчина поднялся со своего стула и обошел стол, оказываясь рядом со студенткой. Очень близко. Так, что видел каждую ресничку. — Я не смогу, — она прошептала это, задирая голову вверх и опаляя своим дыханием Андрея, — Я могу выучиться на лекаря, могу выучиться на кого угодно, но практики вообще не моя сторона. Пожалуйста, ты же сам это прекрасно понимаешь! В её глазах плескалось раздражение и отчаяние. Он был уже настолько зол, что перегорел ко всем оправданиям студентов. Практически не знал, что на такое отвечать! Посему, разум его, кажется, оставил. Мендес приподнял подбородок Герц, замечая, что студентка совершенно не сопротивляется. А она не могла не знать, что будет дальше. — Понимаю, — последнее слово, прозвучавшее в их диалоге перед аккуратным и очень целомудренным поцелуем. Хотя, разве можно назвать целомудренным поцелуй ректора и студентки? Уже позже Женя будет сидеть на своей кровати и сверлить взглядом ненавистное новое расписание, как на её глазах из него пропадут все практики. Вместо них появятся зеленые окошки «факультатив». И она точно знала, чьих это рук дело. Только от девчонок это нужно будет скрывать.

***

Аккуратные домики выстроились в ряд. На крышах каждого виднелся красно-белый флаг Рограда. Роград… Страна, которая еще век назад была великой державой. Сейчас же все умирало. Солнце зажигали люди, ветер дулся тоже с помощью людей. В общем, угнетало это всё. Совсем скоро Богдану придется пойти поперек своей семьи. А сегодня в ночи, без света солнца, ему придется провести болезненный и тяжелый ритуал. И это несмотря на то, что ритуалы он сам по себе не любил. А может быть, его и убьют на этой площади. Свои же гвардейцы, которые всю жизнь его защищали. Никто не знает, что будет на самом деле и чем в итоге обернется эта идея. Хоть парни не отговаривали, приняли позицию Богдана. Наверняка думали, что тот с ума сошел, но молчали. Раздались шаги сзади. Вальдес резко обернулся назад, но тут же спокойно вернул голову в изначальное положение. Переживать было незачем. Клиффорд опустилась рядом, поджимая ноги под себя и укладывая свою голову на плечо Богдану. Мужская рука скользнула по женской талии, обхватывая её и прижимая девушку ближе к себе. Они ничего не говорили, не комментировали прошедшее собрание. Но, оба прекрасно понимали, что, скорее всего, они в последний раз сидят вот так вместе. В относительном спокойствии, оба живые, оба просто студенты Магического Колледжа. И, несмотря на то, что из-за этого самого колледжа жизнь Богдана встала с головы на ноги, он был благодарен тому, что с ним случилось. Было и весело, и страшно, и больно, и интересно. Он жизни своей не представлял своей без этого колледжа. И раньше даже задумывался «А как мне жить после окончания колледжа?» Видимо, никак не жить. Богдан невесело и слегка истерично ухмыльнулся, в следующую секунду оставляя поцелуй на виске Клиффорд. Будь как будет. Он сделает всё возможное, чтобы спасти и себя, и всю страну. Осталось только настроиться… — Знаешь, что самое странное? — тихо спросил Богдан, поправляя прядь волос, упавшую на глаза Кате. — Что? — девушка подняла голову и на Богдана уставились два больших голубых глаза. — Мне с тобой всегда хорошо. Даже когда плохо. Это был последний момент, в который Богдан Эллирон был спокоен и умиротворен.

***

Тишина. Ночь. Соседки спят, уже давным давно. Лишь она не может заснуть, всё сидит и смотрит в окно. Да за окном уже ничего и не видно. Ей и не надо, никакие виды не интересуют сознание. Мысли вертятся в голове с кошмарной, просто невообразимой силой. И с каждым получасом становятся всё навязчивее, все неадекватнее. Маленький огонек над её головой мерцает едва заметно, слабо, чтобы не разбудить девчонок, привыкших спать в темноте. От его освещения Виан видит лишь свои собственные ноги, прижатые к груди, да руки, которые их обнимают. И лучше бы она думала о том, что им всем придется воевать с нечистью, с безумно опасной нечисть. Но, это-то её как раз совершенно не волнует! В её голове есть место только мыслям об одном: об Алексее Гроссе. И сказал бы ей кто об этом месяц назад, ни за что бы не поверила! А сейчас себе места не находила. Как наваждение, как гипноз, как… да невозможно было описать. Алёна точно знала, что никакого ментального вмешательства нет, но лицо Лёши не выходило из её головы ни на одну чертову секунду. Сердце билось быстрее обычного, внутри словно нарастала паника. Без причины, без решения этой проблемы. Ей до безумия хотелось просто посидеть рядом с Лёшей. Хотя, они сегодня виделись, но это совершенно не играло роли. Он просто ей был необходим прямо сейчас. Даже больше, чем в самые тяжелые моменты. Алёна не могла на сто процентов сказать, что влюбилась в Гросса, хочет с ним отношений и прочего. Или могла?.. Всё перемешалось! Это было похоже на любовное зелье, Гросс буквально как яд проникал всё глубже и глубже. Становилось все хуже, ведь в голове и вправду уже не было ни единой мысли, не относящейся к высокому блондину с татуировкой змеи на руке. Алёна бесшумно спрыгнула со своей кровати. Огонек дрогнул и потух, не ожидая такого смертельного для него порыва воздуха. Ну и ладно, из комнаты она сможет выйти и по памяти, дай Святой Яр, ничего не уронит, пока будет пробираться к выходу. А огонек можно зажечь уже и в коридоре. В коридоре, где Виан поняла, что знать не знает, куда идти. Нет, конечно, где находится мужское крыло она себе примерно представляла, да и тут не факт, что она смогла бы безошибочно найти его. А конкретная комната Лёши… Не зная наверняка, придется перебудить около пятнадцати мужских комнат. Это было весомой причиной развернуться и лечь спать, но такая мелочь не может остановить Алёну Виан! Решила, что разберется потом, сейчас планировала хотя бы найти мужское крыло. Так. Для начала нужно встать и хотя бы попытаться успокоиться, а то ночевать в подземельях, куда она случайно свалится в потемках, не хотелось совершенно. Девушка встала посередине коридора, прикрывая глаза. Вот бы никто не увидел, как ребенок с первого курса в пижаме столбачит посреди коридора! Как лошадь решила поспать, стоя на ногах, а чтобы кровать не соблазняла, в коридор вышла. Когда Виан открыла глаза, ей показалось, что она сошла с ума! Перед ней были множество линий разных цветов. Голубые, синие, красные, зеленые, белые… Одна из них светилась золотым. И сверху нее, словно по воздуху, маленькими буквами было написано «А. Гросс». Несмотря на то, что подобное с ней, собственно, происходило впервые, внутри откуда-то взялась полная уверенность в том, что Лёша находится в конце этой линии. Способность. Она открыла свою способность! Не смотреть резервы, как Богдан, но… В следующее мгновение красная линия стала золотой. И, конечно, сверху надпись «Б. Эллирон». Ага, значит, она может найти кого угодно. Проследив за линией Вальдеса, Алёна с легкостью определила, что она ведет в комнату Кати. Ладно, пусть развлекаются, ребята. А у неё другая цель. «А какая цель-то? Вот приду я, и что я ему скажу?» Кажется, это был здравый смысл. Который был отправлен Алёной куда подальше, во избежание адекватных мыслей. Таковых у неё в голове никогда не наблюдалось. Когда она подумала о Лёше, вновь подсветилась линия с его именем. Теперь Виан без проблем дошла в мужское крыло, и также без проблем нашла дверь комнаты Лёши. От него она знала, что парень почему-то тоже живет один, как и Катя. Только вот у Гросса в биографии совершенно не числились отношения с королевскими отпрысками. Но, на вопрос «за какие заслуги?» он лишь отмахнулся и посмеялся. Что же, теперь это ей на руку. Резкий рывок дверью и она открывается без всяких препятствий. Не блокирует заклинаниями? — Алёна? Что-то случилось? — спустя десятисекундное неловкое молчание спросил Лёша, вставая со своего стула и делая несколько шагов по направлению к девушке. Он сидел за столом, на нем горел очередной дорогущий фонарь, лежали бумаги. Не очень похоже на домашнее задание, но и дел других у Гросса быть не могло. Пижамой на нем даже и не пахло, разве что штанов таких он на занятия не носил. Слишком спортивные, — Ты как сюда дошла? Что-то нужно? И, честное слово, Виан была просто в невменозе, иначе бы она не сказала то, что сказала! Подняв глаза на него и чудом не умирая от быстрого биения сердца, девушка произнесла уверенно, но едва слышно: — Да. Мне нужен ты. А дальше, не дав времени Лёше осознать происходящее, потянулась к нему и поцеловала. Ожидала чего угодно. И того, что он её осадит, и того, что начнет расспрашивать, зачем она пришла. Но, вместо этого, она четко почувствовала, как Гросс улыбнулся и ответил на поцелуй. Они сделали несколько шагов вглубь комнаты и дверь за спиной Алёны захлопнулась. — Ну наконец-то, тебя пока дождешься, — с такой же улыбкой произнёс Гросс в перерыве между поцелуями. Объяснений этой фразы, кстати, тоже не было. Алёна и не требовала. Легким движением руки потушила фонарь, стоящий на столе, а документы Лёшу уже совершенно не интересовали. И снова Гросс знал что так будет. Только не думал, что сегодня. Он, конечно, был безмерно счастлив и в моменте вообще ничего не анализировал, но это значило только одно. У них было ещё меньше времени, чем он предполагал.