Почему ты любишь меня, Дэн?

— Буду поздно. Будьте осторожны, обязательно поешьте и допоздна перед телевизором не сидите, — говорит Майкл перед уходом. Он проверяет все бумаги в плоской сумке уже в десятый раз. — Ну что ты, дедушка. Не переживай, — Алиса понимающе кивает и подаёт ему ключи, которые тот сразу прячет в карман куртки. — И следите за тем мальчишкой. — Не беспокойся о нем, — Маскарад положительно кивает. — У него высокая температура. Так что вряд ли он вообще с постели поднимется, — говорит Алиса, вспоминая, как она буквально полчаса назад успокаивала Линка, что бубнил какую-то несусветную чушь, и укладывала в кровать. — Хорошо, — Майкл кивает, мысленно убедившись, что он сделал всё, что надо, и дал наставления, он обнимает Алису на прощание и треплет Маску по голове. — Пока. — Удачи, дедушка! — Да, удачи, Майкл. Через секунду дверь хлопает, и они остаются одни во всем доме, не считая спящего на втором этаже Линка. Дверь, что вела в его комнату, была надежно заперта. На всякий случай. — Теперь мы посмотрим что-нибудь? — Лимия перепрыгивает с плеча Маскарада на плечо Алисы. — Да, пошли. Выберем что-нибудь. — активно кивает девушка— Присоединишься к нам, Маски? — Я думал заняться своими ногтями, а потом... — Я сделаю чай с чем-нибудь вкусным, если присоединишься к нам, — перебивает того Алиса делая задумчивый вид. — Но если ты не хочешь... — Хочу. — Обрывает её Маска. — Ох, ангелочек, как я могу от такого отказаться? — Маска смеётся. Алиса слишком хорошо его знает. — Ура, — она победно улыбается. — И тебе стоит поторопиться с маникюром, пока мы все не съели. — О, ну ты же не сделаешь это. — Кто меня знает? — ехидно хмыкает девушка и пожимает плечами. — Я! — Маска целует сестру в лоб и уходит. Алиса смеётся и вслед говорит, чтобы тот поторапливался. Лимия всё это время просто не могла поверить своим глазам. Что бы Маскарад, да и так мило себя вел? Нет! Это какая-то несусветная чепуха. Он только что позволил этой девушке чуть ли не манипулировать собой, и всё, что он сделал, — это поцеловал её! — Какого чёрта?! — не выдерживая, выпаливает она — Что ты с ним сделала? — Ты о чем, Лимия? Он всегда себя так вел. — Ведьма!

***

Девочки остаются вдвоем. Алиса приносит в гостиную вазочку с конфетами и печеньем, а так же две кружки с кофе и чёрным чаем. А после, удобнее устроившись на диване, включила новый сериал. Бакуган в два прыжка оказывается на небольшом столике. — И всё же, почему Маска с тобой такой добрый? Я думала, он со всеми такой мудак. Что за магия? — Никакой магии. Я просто была с ним рядом, когда это было нужно. Мы просто близкие люди. Но если быть честной, я удивлена, что у него новый напарник. Он хороший игрок, но не лучший товарищ, и кажется, вы не ладите. — Нет! — возмущённо говорит Лимия. — Мы отличные напарники! Когда я осталась одна и была в отчаянии, он единственный, кто очень помог мне. Маска уничтожил базу, где меня содержали, и освободил бакуганов, что там были... Ну, то есть взорвал там всё к чертям, но если не вдаваться в подробности, он спас бакуганов. И я хочу сражаться с ним дальше! Я уверена, он не забудет меня после того, как мы освободим Вестрою.— сбивчиво объясняет Лимия. — Вот как, — Алиса гладит бакугана пальцем. Она не может её обнадежить. Уж слишком хорошо она знает Маску и его методы. Алиса помнит участь Жнеца. И знает, что Маска пожертвует любым бакуганом ради Гидраноида и большей силы. "Нет, Маска, конечно, не самый хороший человек, но он больше не использует старые методы". — А что насчёт других? Ты нашла ещё новых друзей? Бакуганов или людей во фронте сопротивления? — Нет, они слабохарактерные и ничего из себя не представляющие — Да ну? — она щурится по-лисьи и отпивает немного кофе — А что насчёт "Отчаянных бойцов"? — Да, Дэн, Шун и Маручо чертовски сильны, но они все равно не такие, как Маска! — Что же ты в нём такого нашла? — девушка подаётся чуть вперёд и подпирает голову руками. Ей правда было интересно, ведь ещё никто так лестно не отзывался о её брате. Даже Гидронойд. Эти двое много ссорились по пустякам. Орали друг на друга часами, а ей приходилось всё это слушать. Алиса в жизни не слышала столько мата, сколько от этой парочки. — Он радикален и не знает жалости. Мне в нём это нравится. Во рту неприятно пересохло после этих слов. Тут-то Лимия попала в точку, но еще ни одному человеку, что знал Маскарада, не нравились в нём эти качества. Что ж, либо Маскарад нашел самого идеального напарника, либо самого несчастного. — А что насчёт бакуганов? — она делает еще один глоток кофе. Горячий и горький. Алиса была одним из того немногого количества человеков, которым нравится вкус настоящего горького кофе, без каких-либо добавок. — Друг или подруга, как ты. Что на счёт Драго? — Он слишком скучный. Не понимаю, как только они с Дэном подружились. — Очень ... Не просто — Хмыкает Алиса — а другие? — Ну, мы с Эльфин довольно неплохо общаемся. Но я не вижу никого из них своими друзьями. А что насчёт тебя? — Лимия подлетает к лицу девушки. — А что я? — Ты сражаешься? Ты же тоже хочешь помочь Маске вернуть Гидраноида? — Вообще-то Гидраноид — мой Бакуган. — Чего? — Да, — Алиса кивает. — Маска оставил его мне, прежде чем... чем собирался уйти. Но я не буду против, если Гидраноид захочет вернуться к нему. Все же они через многое прошли вместе, а я сражалась с ним совсем немного. Лимия затихла, будто задумалась, а потом опустилась на стол. — Какой он? Гидронойд. Алиса хмыкнула и застучала пальцами по столу. — Сильный, с чувством юмора чуть лучше, чем у Маски. И он куда спокойнее. И каким бы плохим он ни казался, он верный. У них с Маской это чувство нездорово обострённое. Как ему плевать на весь мир, так же ему важны люди, которых он считает близкими. Гидронойд часто спасал и меня, и Маску. А ещё был с ним рядом, куда бы тот ни пошел. Добровольно вошёл в измерение смерти, сражался с Вейф, зная, что проиграет. Да и Маска тоже хорош. Если будет надо, камня на камне не оставит. После этих слов у Лимии в голове будто лампочка загорелась. Она поняла, почему Маска сразу согласился навести шороху, но не хотел спасать бакуганов. Он искал Гидронойда. — Вот как... — внутри что-то оборвалось, и она поникла. — Ну, ты чего? — Всё в порядке. — Не переживай из-за всего этого. Мы же можем стать подружками. Я ведь тоже боец. И не самый уж плохой, к твоему сведению. — Я не сомневаюсь — в голосе Лимии загорелась искра надежды, и бакуган улыбнулась — у меня никогда не было подруги. — Теперь есть. Девочки рассеялись и занялись тем, чем и собирались, — просмотром сериала. Совсем нового — про серийного убийцу. Не проходит и десяти минут, как в коридоре послышались шаги. — Ты должна мне помочь, — неподдельное раздражение слышится в мужском голосе, в гостиную входит Маска, держа в руках черный лак. — В чем дело? Маскарад ставит его на стол. Девушка смотрит то на лак, то на брата. — Тебе помочь накрасить ногти? — Я пытался сам, на левой куда ни шло, а на правой всё совсем плохо. У меня дрожат руки, и я не понимаю, почему. — Парень вытягивает перед собой руки. Остатки черного лака остались на краешках ногтей - отпечатки прошлых попыток. А руки парня мелко дрожат. — Боже, что с тобой? — охнула она — Сколько ты сегодня спал? — Не знаю, не считал, да и какое это имеет значение? — Ворчит Маскарад — Просто помоги мне, пожалуйста, ангелочек. — Ладно, садись, — Алиса хлопает по месту рядом с собой и чуть двигается. Маска отвечает ей благодарной улыбкой и садится рядом.

***

Маскарад вытягивает перед собой руки. Черный лак переливается в дневном свете. На бледной коже он казался в несколько раз ярче. — Нравится? — Очень. Спасибо, — парень не может налюбоваться новым маникюром. — Лими, посмотри, как тебе? — он поворачивается к бакугану, улыбается. — Тебе идёт — бубнит та, не отрываясь от экрана телевизора. А Маска, будто не замечая этого, довольно улыбается. — А то, — он погладил её пальцем по голове и откинулся на спинку дивана. Маникюр не занял много времени. Парень уносит лак, и уже чертовски довольный, лежал на диване и ждал, пока тот засохнет. Маска лениво покачивал ногой, краем глаза поглядывая в телевизор, хотя сам уже почти спал. Пары конфет в вазочке уже не хватало, фантики лежали на столе. Лимия сделала из одного что-то вроде лежанки и удобно умостившись, неотрывно смотрела сериал, куча вопросов свалилось на Алису. "А как?", "А что?", "А зачем", "Почему он так поступил?" Девушка смеётся, но отвечает на каждый, подробнее объясняя бакугану суть происходящего в телевизоре. — Ой, сейчас будет страшная сцена. — Да что там страшного? — говорит Маска, не открывая глаза. — Меня больше раздражают противные вопли. И надо ей так орать? — Вообще-то её парня сейчас убьют у неё на глазах. — Тоже мне повод, — поворачивается он на другой бок, спиной к телевизору. Ему было совершенно плевать на сериал, который не вызывал у него ровным счётом никаких эмоций. Недосып берет свое, и с каждой секундой Маска все ближе к тому, чтобы погрузиться в царство Морфея. А расслабленная обстановка и компания любимой сестрёнки успокаивали. — Нет, пожалуйста, не убивай его! Громкий крик вывел его из сладкой полудремоты. Рыдала женщина из телевизора, надрывая горло, она умоляла пощадить своего возлюбленного. Снова крики и ругательства. Скрежет. Плоть пронзает острое лезвие ножа. Потом тело падает. "Нет! Драго!" Вместо той женщины в голове послышался голос Дэна. Он кричит. Молит о пощаде. Вспышки воспоминаний проносятся перед глазами, как чертов сериал. Маска сжал кулаки. В горле застряло штук десять мотыльков. Он не может дышать. Рвано хватает ртом воздух. По телу пробегает дрожь. Парень замер и не мог пошевелиться. Красный дракон пропадает в портале, а за ним и человек. "Нет! Драго! Я не отпущу тебя одного!" Звенящая тишина. Вспышка света. Ветер забирается под белый плащ и играется с волосами. Тишина заполняется звуками вечернего города. Потом противные крики Мисаки выводят его из ступора. Она плачет, зовёт Дэна. А он не может перестать улыбаться. Солнце почти закатилось за горизонт, закатное небо было красно-рыжим. Кровь смешалась с лучами жёлтого солнца, давая небу такой окрас. Становится холодно. "— Что ты с ним сделал!? Отвечай! "— Я с ним ничего не делал. Он сам выбрал свою судьбу. Измерение смерти - это загробный мир для бакуганов, оттуда не возвращаются. Ни бакуганы. Ни люди." Собственный голос разносится эхом в его голове. Плач не стихает. Облака, такие же рыжие, плывут по небу, гонимые ветром, закрывая закатное солнце. Оно медленно уйдет, оставив после себя темноту. Закат. Он ненавидит закаты! Тошнота подступает к горлу. Маска срывается с места и бежит в уборную. — Хей, ты чего? — Алиса только и остаётся, что проводить его недоуменным взглядом.

***

Его тошнит. Маскарада буквально выворачивает наизнанку, весь завтрак выходит наружу вместе с желчью. И всё это время в голове не переставали кричать. Просто отчаянно вопить, да так, что казалось, ещё немного, и лопнут барабанные перепонки. Потом подступает новый позыв тошноты. Горло горело, будто его жгли огнем, а по ощущениям желудок сжался и стал плоским, а всё что там было, стремительно рвалось наружу. Это было сравнимо с пыткией. Долгой и болезненной. Ему даже вспомнился один из кучи кошмаров, где из человека медленно доставали кишки. И что теперь он будет на его месте? К счастью, нет. Когда рвотные позывы заканчиваются, он садится на холодную плитку, пытаясь прийти в себя. Почти задыхаясь в кашле, вытирая рот рукой, он чувствует противную жидкость на них. Почти белые руки были запачканы кровью по локоть. Он, кажется, перестает дышать. Отшатывается. В панике смотрит на окровавленные руки. Вязкая и противная кровь большими каплями падает на пол. Скапливается в красные лужи, которые с каждой секундой становятся все больше. В голове всё ещё слышатся отчаянные вопли и мольбы Дэна. Маска зажмуривается. И закрывает лицо руками. Кровь размазывается по лицу и маленькими струйками стекает по щекам, подбородку и шее. Темные пятна остаются на футболке. — Я убил Дэна? Своими руками! Убил его! В голове проносится слишком много воспоминаний, от которых всё вокруг начинает кружиться с невероятной скоростью. Но глаза открывать было страшно, хотя он знал, что нечто, которое показываали в фильмах ужасах, перед ним не появится. "Буду рад видеть тебя в команде" "Надеюсь, это был не последний наш бой" "Ты без неё хоть что-то видишь?" "Ты противоречишь сам себе" "Пытался убить Дэна, но спас его" Голова начинает болеть, что-то изнутри ползло между черепной коробкой и мозгом. Забиралось внутрь. Это были опарыши и черви. Обычное жужжание мух сменилось голосами. Маскарад закрывает уши. Это не помогает. Только кровь теперь запачкала ещё и волосы. — Нет! Прекрати! Он вообще не хотел убивать. Своими руками отправляя в измерение смерти, он старался не думать о бакуганах, но когда туда отправились люди, он не знал, что и думать. —Нет. Я никого не убивал. Он сам. Сам выбрал свою судьбу. Сам зашёл в измерение смерти. Маска мотает головой и открывает глаза. Ни крови на его руках, ни кровавых луж. " Он жив! Мы ведь разговаривали! Сражались вместе! Я показал ему своё лицо!" — Черт, Дэн... Он поднимается и ледяной водой начинает мыть руки. Черный лак быстро смывается, но это совершенно не волнует. После Маскарад умывает лицо. В ушах все ещё слышится крик, и он не знает, как его заглушить. Парень закрывает глаза и снова умывает лицо. Холодные капли попадают на футболку. После он набирает немного воды в руки и выпивает, стараясь приглушить вкус рвоты. Глубоко дышит. Кажется, что каждый вдох мог быть последним. Холодная вода помогает, но не сразу. Как только крики в голове стихают, он садится на пол ванной комнаты. И утыкается головой в колени. Пара мокрых прядей липнет к лицу. — Почему я это вспомнил? Чертов Дэн. Ну зачем ты так сделал? Лучше бы он тогда смотрел на его лицо, полное отчаяния, чем на то, как он пропадает в глубокой пучине измерения смерти. Почему-то захотелось увидеть его улыбку, которая его так бесит, услышать радостный голос, а ещё дать в морду. Хочется просто убедиться, что он жив. Маска устало вздыхает, растрёпывая свои волосы. В дверь тихо стучат. — Ты как там? Гехабит делает ещё один глубокий вдох и собирается с мыслями. — Нормально. Он поднимается и открывает дверь. Алиса охает. — Что случилось? Выглядишь так себе. — Я не знаю, — говорит он честно. Такое с ним впервые. От воспоминаний каждый раз все хуже и хуже. — Накрасишь меня снова? — Он виновато смотрит на свои руки. Лак почти смылся. Алиса кивает, берет его за руку, и они идут назад в гостиную. — И может, посмотрим что-то другое? — Конечно, Маски. Может, тебе поспать? — Я с удовольствием. Ночью, когда Майкл возвращается со встречи, он застаёт две фигуры, мирно спящих на диване в объятиях друг друга. Мужчина улыбается и качает головой. "И зачем разделял? Они же не отлипают друг от друга." Он берет плед с изголовья дивана и укрывает их. На столе стоят две полупустые чашки и вазочка из-под конфет. Но сейчас там лежали скомканные фантики, на которых мирно спала Лимия, а по невыключенному телевизору шла реклама мультфильма Дисней.

***

На следующий день Майкл с утра пораньше пропадал в лаборатории. Сегодня его оттуда никакими силками не вытащишь. Двое младших Гехабитов сидели на кухне вместе с полуживым Линком. Векс неспешно завтракал, дрожа от холода. Теплый свитер совсем не согревал его. — У тебя опять температура? — Алиса трогает его лоб. Почти огненный. — Ничего серьёзного, — бросает Волан и отворачивается от её прикосновений. Алиса закатывает глаза и уходит к себе, сказав, чтобы тот, как поел, вернулся в спальню. Маска бросает на Векса испепеляющий взгляд, как бы предупреждая, и сново утыкается в телефон. Лимия, как приставучий попугай или кот (разница невелика), сидела у того на плече. Линк поднимает голову, игнорируя инстинкты самосохранения, смотрит с интересом на лицо Маски. Было любопытно изучать лицо парня, когда он без маски. (Маскарад совсем не собирался ходить при этом жалком вексе в маске.) Заглядывать в глаза блондина было страшно. Что-то пугало в них Линка. Наверное, это была пустота. — Ты выглядишь уставшим, — крысиный голос звучит хрипло. Почти неслышно. — А сам-то, — Маска хмыкает. — Скажи спасибо Алисе, что вообще жив. — Больно надо! Эта глупая девчонка... Договорить Линку не дают. Маскарад даёт ему подзатыльник, и лицо парня встречается с манной кашей. — Узнаю, что ты ещё раз её так назовешь или посмеешь что-то сделать, сверну шею, — говорит тот, почти скалясь, после уходит, забирая с собой чашку чая и все оставшиеся конфеты. На его телефон приходит новое сообщение. "Привет, Маска. Как насчёт тренировки? Только ты и я. Будет весело и, думаю, у тебя чешутся руки сразиться. Не так ли? Так что, как насчёт того, чтобы встретиться завтра?" Маска издает тихий смешок, перечитывая сообщение Дэна. Что ж, от такого предложения просто невозможно отказаться.