The Dragonwolf

***

Бейлор Хайтауэр, Пайк — Я ожидал, что Железнорожденные все же будут сопротивляться, — прогремел голос Алана Боулера. Он сжал рукоять своего топора, пока они высадились в гавани Лордспорта. Город выглядел заброшенным, площадь была безлюдна, узкие улочки — пусты. Бейлор его понимал. Он потерял брата, и его собственная жажда мести горела так же ярко. После короткой стычки с тремя кораблями железнорожденных возле Светлого осторва они не видели ни одного кракена. Как будто все они исчезли в море. — Они хитры и трусливы, — пробормотал Бейлор, скользя взглядом по пустынной местности. Разведчики осторожно переходили узкие улочки. Люди, несомненно, прятались в домах. Но вопрос был в том, не поджидает ли их засада в этом маленьком городке. — Алан, приведи мне нескольких местных жителей. Посмотрим, знают ли они что-нибудь. — Будет сделано, лорд Хайтауэр, — поклонился рыцарь, взял с собой два десятка латников и начал методично врываться в дом за домом, разыскивая людей. Бейелор повернулся к Томмену Костейну. — Они могут попытаться атаковать наш флот с тыла, пока мы стоим здесь на якоре, убедитесь, что капитаны готовы к сюрпризам. Лорд Трех Башен кивнул и поспешил обратно к кораблям. Через несколько минут из кузницы вышел Алан Боулер, и на этот раз его люди тащили за собой одного из местных жителей. Мужчина был плотный, с лысеющей головой и темной бородой, одетый в грубую коричневую льняную тунику. — Помилуйте, милорд, — островитянин опустился на колени и взмолился, как только латники отпустили его. — Отвечай на мои вопросы, и тебя пощадят, — пообещал Бейелор. — Как тебя зовут? — Меня зовут Джард, милорд. Я кузнец. — Где все? — Большинство из страха сбежало в горы седмицу назад, — дрожащим голосом сказал Джард. — Чертовы трусы, — тихо выругался Алан, прежде чем заговорить. — А что насчет Железного флота? — Железного Флота больше нет, милорды, — с ужасом пробормотал кузнец. — Что значит больше нет?! — Д-дракон. Капитаны собрались на Вече, но с неба спикировал дракон и сжёг их всех — и корабли, и людей. Лишь нескольким рыбакам поблизости удалось выжить и р-разнести весть, — задрожал он в страхе. — Значит, все капитаны и лорды Железных островов теперь мертвы, а их флот исчез? Королева Драконов преподнесла нам великолепный подарок, — сказал Бейлор и засмеялся от восторга. — Вероятно, в крепости все еще есть гарнизон и кастелян, — предупредил Алан. — Это не имеет значения. Лишь горстка сопляков, да младенцев, которые не смогут руководить. Найдите в этом городе всех кузнецов, каменщиков, корабельных мастеров и других мастеров, которых сможете, и отправьте их вместе с семьями в Простор. Каждый, кто сдастся, будет пощажен, а те, кто не сдастся, будут преданы мечу. Каждое дерево на этих островах будет срублено, а все постройки сожжены. Когда я закончу здесь, не останется ничего, кроме пустых, бесплодных скал.

***

Уиллас Тирелл, Хайгарден       Каштановая борода Гарлана исчезла, сменившись чисто выбритым подбородком, что сделало его невероятно молодым.Один из слуг вошел в солярий вслед за братом и передал бабушке два маленьких письма. — Рад видеть тебя в целости и сохранности дома, Гарлан, — тепло поприветствовал Уиллас, — но что случилось с твоей бородой? — Леонетте она не нравится, — сказал тот с легкой улыбкой, садясь на один из стульев, и его щеки слегка покраснели. — У нас проблема посерьезнее, чем борода Гарлана, — пробормотала Оленна Тирелл со своего места у горящего очага, прочитав первое письмо. — Очевидно, Серсее Ланнистер удалось покончить с собой. — Как? — с любопытством спросил Гарлан. — Она выпила слишком много вина и упала с балкона прямо в Закатное море, — вслух прочитала письмо его бабушка и фыркнула. — Ее брат был там с ней. Вероятно, протянул ей руку помощи и все такое. — Ты совсем не выглядишь счастливой, бабушка, — заметил Уиллас. — Разве это не должно быть хорошей новостью? — Нет. С некомпетентными врагами, такими как Серсея, легко иметь дело, хотя и немного непредсказуемо. Она в одиночку навредила делу своих сыновей гораздо больше, чем кто-либо другой. Она якобы упала с балкона в Закатное море. Я думаю, что даже Цареубийца устал это терпеть и убил свою любовницу и сестру. Без нее есть шанс, что кто-то способный возьмет бразды правления Домом Ланнистеров, что было бы хорошо, будь они нашими союзниками, но это не так, — тяжело объяснила Оленна и открыла второе письмо. Ее лицо бледнело все больше и больше с каждой секундой, пока глаза метались по пергаменту. — Что случилось теперь, бабушка? — осторожно спросил Гарлан, потирая голый подбородок. — Эйгон и Дейенерис мертвы, — тихо ответила она. — Что? Но как? — Тишину нарушил удивленный голос Гарлана. — Я сам видел драконов, когда присягал на верность. Пусть они и не были такими большими, как Балерион, но, тем не менее, это были ужасные звери. В армии Эйгона были тысячи Безупречных и гораздо больше рыцарей и воинов. К тому же у короля и королевы всегда была охрана! — Видимо, мы недооценили Северного Волка. Или теперь это Драконий Волк? Мало того, что у Джона Старка есть собственный дракон, он еще и опасный колдун, — медленно выдохнула Оленна и устало потерла лоб. — Разве магия не мертва? — усмехнулся Гарлан. — Не смейся надо мной, мальчик. Драконы сами по себе достаточное доказательство ее существования в этом мире. Но говорят, что северный король управляет огнем лучше, чем его собственный дракон. Он ворвался в лагерь Таргариенов, убил Эйгона и Дейенерис и сжег их армию до золы. — Все еще звучит как сказка сумасшедшего, — осторожно сказал Уиллас. — Насколько надежен ваш источник? — Мир давно сошел с ума, — процедила она и внимательно перечитала свиток. — И это исходит от помощника мейстера в Золотом Зубе. У Серана нет причин лгать мне, я ему покровительствовала и отправила в Цитадель. — Может быть, он выпил слишком много вина, — предположил Гарлан. — Если бы у Старка был дракон, способный соперничать с чудовищами Дейенерис и Эйгона, разве об этом не узнали бы давно? Это не то, что можно скрывать. И гораздо более вероятно, что все сжег дракон, а не северный король. — Зачем Джону Старку вообще нападать на них? Конечно, в предыдущем поколении было много кровопролития, но нападать на них без провокации…? — Уиллас задумался вслух. — Ах, но его спровоцировали. Судя по всему, Дейенерис прилетела в Винтерфелл и угрожала ему в его собственном доме, когда требовала верности, — сказала Оленна с мрачным хихиканьем, бросая пергамент в потрескивающий очаг. — Но как он мог скрываться, не говоря уже о том, чтобы вылупить дракона? — спросил Уиллас. — В королевствах много семян с драконьей кровью, — ответила Оленна, пожав плечами. — Эддард Старк, вероятно, трахнул хорошенькую шлюху с каплей валирийской крови во время Восстания. В конце концов, все мужчины одинаковы. Тихий Волк прославился своей честью, но он произвел на свет ублюдка, и никто и глазом не моргнул. — А как же яйца? Они не совсем обычные, и никто, кроме Дейенерис, раньше не оживлял драконов? — Или, может быть, он украл третьего дракона Дейенерис и использовал его, чтобы убить Таргариенов, — задумчиво предположил его брат. — Не исключено, но если бы дракона было так легко приручить, то у Красного Посева был бы другой результат, и Чёрные решительно выиграли бы танец, — задумчиво возразила бабушка. — Ладно, нет смысла останавливаться на таких мелочах. — Да уж, если он повелевает драконом и способен убить сразу двух драконьих всадников, а потом и целую армию уничтожить, значит никто и ничто не может остановить его в Вестеросе, — мрачно заключил Уиллас. — Теперь мне придется отправиться на Север и присягнуть на верность Джону Старку? — спросил Гарлан с оттенком веселья. — Пусть он сначала посетит Дом Тиреллов, — терпеливо объяснила его бабушка, прежде чем погрузиться в размышления. Ее глаза загорелись, и она весело рассмеялась. — О, он гораздо хитрее, чем я ожидала. — О чем ты? — с любопытством спросил Уиллас и налил себе и Гарлану аборского золотого. — Я думала, что он не в своем уме, но… Джон Старк действительно женился на Ширен Баратеон, помнишь? Или, по крайней мере, на девушке, которая, как утверждается, является ею. — С драконом у него теперь законные права на Семь Королевств, — понял Уиллас, медленно вращая свою чашу с вином. — Гарлан, будет лучше, если ты отправишься в Винтерфелл в качестве посланника. Тщательно оцени ситуацию. Если у Джона Старка есть дракон и он женат на Ширен Баратеон, ты должен присягнуть на верность от моего имени, если потребуется. — Я никогда раньше не был на Севере, это должно быть интересно, особенно зимой, — согласился его брат с широкой улыбкой и одним махом опустошил свою чашу. — Это идеальный момент, чтобы заполучить невесту и тебе, — проворчала Оленна, повернувшись к нему, отчего Уиллас чуть не подавился вином. Она, однако, ухмыльнулась и неумолимо продолжила. — Санса Старк будет хорошей леди Хайгардена. Маленькая птичка не слишком умна, но и не очень глупа, и очень мягка. Мы даже будем теми, кто заплатит королевский выкуп с приданым. Бедняжка пережила свадьбу с карликом и ублюдком, а ты лучшее, что она когда-либо сможет получить. У Джона Старка нет причин отказываться. Его сестра станет леди Хайгардена, а он получит в десять раз больше ее веса в золоте. Жаль, что мы не смогли схватить ее до того, как Старый Лев выдал ее за Беса.

***

Вторая битва за Рассвет       Как раз когда Ширен Старк могла разбиться, почти невидимая под слоями и слоями одежды, некий золотой кулон в форме воющей головы лютоволка с замысловатым руническим узором начал мягко светиться. Большой Джон Амбер в этом время собрал большую часть людей и вел их к южной стороне лагеря. Его сердце замерло, когда он увидел, как маленькая фигурка упала, а затем фиолетовый дракон рухнул к южным холмам. Его бок снова начал болезненно пульсировать, выводя его из ступора. Королева не могла быть мертва. Она не умерла! Твари были ближе к тому месту, где она упала, чем северная армия. Кто-то другой на его месте приказал бы окопаться, встретить врага в строю и бросить королеву, так как она, вероятно, мертва после падения. Амбер тоже все это понимал… но проигнорировал логику. Он был слишком многим обязан Старкам, и без всадника они в любом случае были обречены. — Вперед! Вперед! — Лорд Последнего Очага взревел во всю силу своих легких и поднял большой меч в воздух, игнорируя пронзающую боль в боку. — ЗАЩИТИТЕ ВАШУ КОРОЛЕВУ! Он стиснул зубы и побежал, а северная армия последовала за ним. Даже у великанов не было никаких сомнений, и они тоже устремились вперед.       К большому удивлению и облегчению Ширен Старк, ничего не болело. Она даже встала и удивленно похлопала себя по телу. Боли не было, и холодный ветер больше не щипал кожу. Как только она попыталась оглядеться в поисках Штормового Странника, то увидела, что со стороны залива к ней бегут двое. Северная королева оказалась лицом к лицу с двумя Белыми Ходоками, которые двигались к ней с нечеловеческой скоростью, опережая армию трупов. Они были облачены в темные доспехи, даже на расстоянии она видела как светятся синим их глаза, что предвещают ей смерть. А потом и кое-что похуже. Проклятие слетело с ее губ, поскольку она знала, что шансов убежать от них нет. У нее не было ни оружия, ни подготовки, чтобы сразиться в последнем бою. Неправда. У нее все еще был кинжал, подаренный ей Джоном. Ширен неуверенно вытащила его из ножен, но бронзовый клинок выглядел маленьким и казался смешным по сравнению с длинными ледяными мечами в руках ее приближающихся врагов. Да и она сомневалась, что этот враг останется неподвижным, чтобы она могла нанести удар. Когда первая тварь уже почти добралась до нее, белое пятно врезалось в него, отбросив на заснеженные скалы. Другой не остановился ни на секунду и безжалостно пронзил ее своим ледяным мечом, прежде чем она успела даже среагировать. К ее удивлению, боли снова не было, а ледяное лицо даже исказилось в удивлении. Его клинок был заблокирован мягким красноватым свечением. Он снова замахнулся и нанес удар, но безрезультатно. Кулон под ее одеждой потускнел, на нем появились трещины. В этот момент до Ширен дошло, что она по-прежнему сжимает в руке кинжал, и девушка неуверенно ударила Белого Ходока в незащищенное лицо. Синие глаза расширились от недоверия, прежде чем последовал быстрый громкий треск, и он разлетелся на куски. Несколько сотен тварей, штурмовавших северную стену, безжизненно пали, к большому облегчению защитников. Но это не имело значения, поскольку из Ущелья продолжали выливаться все новые и новые реки нежити.       Тем временем Призрак попытался прокусить незащищенную часть своего ледяного врага, но его зубы погрузились в живой лед лишь на полдюйма, не сломав его. Ходок повернулся, чтобы ударить лютоволка, но Призрак отпрыгнул в сторону и настороженно посмотрел на своего противника, который быстро встал. Прежде чем Белый Ходок успел среагировать, лютоволк молниеносно бросился, укусил основание его ледяного меча, вырвал его из руки и исчез в заснеженном ландшафте. Ледяное существо посмотрело на Ширен, которая стояла ошеломленная среди осколков льда. И на армию людей и великанов, которая быстро приближалась к северной королеве. После короткого колебания Ходок отступил в замерзшую бухту, куда только что прибыли твари. Недалеко к югу из особенно большой кучи снега медленно и вяло выползал Штормовой Странник. Снег значительно смягчил падение, но дракон не остался невредимым. Зияющая рана в левом крыле и кровоточащая шея не позволяли дракону взлететь и он полз, порыкивая от боли. Это привлекло внимание троицы Ходоков, которые отделились от основной армии и с большим количеством умертвий медленно направились в сторону дракона.       Гиганты первыми прибыли к Ширен, но опередили тварей всего на несколько секунд. Королева, наконец, вышла из ступора, только чтобы обнаружить, что один из гигантов подхватил ее, в то время как другие атаковали вихтов большими деревянными дубинками. Как только он развернулся и собирался бежать обратно в лагерь, зловещий свистящий звук снова быстро приблизился, и ледяное копье пронзило его шею, мгновенно убив его. Ширен упала и едва успела откатиться в бок, когда огромное тело упало совсем рядом. Остальных гигантов быстро окружило бесконечное количество тварей и полдюжины Ходоков, которые без особых усилий валили гигантов. Королева встала и повернулась, чтобы бежать к приближающейся армии северян, но только что упавший великан открыл глаза, сияющие зловещей голубизной, и поймал ее за ногу. Огромное существо попыталось притянуть ее обратно, но в этот момент что-то белое врезалось в его руку и с болезненно звучащим хрустом оторвало ее вместе со смертельной хваткой на ее ноге. Лютоволк повернулся, чтобы снова исчезнуть в снежной пустыне, но несколько тварей вцепились в мех и замедлили его. Вскоре его накрыло волной умертвий, но их когти и зубы не могли пробить белый мех. Разъяренный Призрак все же сумел раскидать всех, кто вцепился в него. Ширен, теперь свободная, быстро побежала навстречу армии. Но через примерно пятнадцать ярдов ее нога скользнула по замерзшей слякоти, и она упала лицом на землю. Она быстро собралась и встала, только чтобы содрогнуться от боли и снова упасть, как только она перенесла свой вес на правую ногу.       Безрукий восставший гигант был подожжен огненной стрелой, но пятеро Белых Ходоков, которые только что убили всех оставшихся великанов, бросились к упавшей девушке. Авангард северных войск тоже увидел ее и бросился вперед, быстро преодолевая оставшееся расстояние. И все же, недостаточно быстро. Один из Белых Ходоков первым добрался до Ширен и сразу же сильно ударил своим ледяным клинком, но был остановлен мягким красноватым свечением. Он остановился в удивлении на мгновение, прежде чем снова занести свой меч. Под слоями одежды кулон нагрелся и сломался, а осколки вонзились в ее кожу и от боли она потеряла сознание. Ходок уже собирался поднять руку для третьего удара, когда разъяренный Хьюго Вулл врезался в него и пронзил кинжалом из драконьего стекла. — ЗА КОРОЛЕВУ! У западной стены бездыханно упало несколько десятков умертвий. Но другие Ходоки уже были рядом и два хрустальных меча пронзили торс старого Вулла в одно мгновение. Однако вождь клана безумно схватил их холодные руки и удержал последние остатки своей силы. Его конечности быстро начали синеть от холода, но он не отпускал даже тогда, когда его сердце перестало биться, как бы его недруги ни пытались освободиться. Мгновение спустя Рогар Вулл, его сын, вонзил копье с черным наконечником в одного из Ходоков, в то время как огромный седобородый воин ткнул кинжалом из драконьего стекла в глаз другого, прежде чем броситься на следующего врага. Большой Джон с бледным от боли и гнева лицом подобрал один из упавших ледяных мечей. Даже сквозь толстые перчатки он ощутил обжигающий холод, но не обратил на это внимания и яростно вонзил клинок в шею Ходока, который был так занят, убивая его людей. Сукин сын вмиг разлетелся на осколки. Всего за несколько секунд сотня человек погибла, чтобы убить восьмерых Ходоков. Вихты из ущелья догнали их и все превратилось в хаотическое месиво среди каменистого берега. Королева, потерявшая сознание и считавшаяся мертвой после того, как ее дважды ударил Белый Ходок, была почти неразличима в этом хаосе. Тем немногим, кто пытался найти и вернуть ее останки, не повезло в битве. Уже через несколько ударов сердца после смерти их воины поднимались с голубыми глазами. Северная и западная стены давали солидное оборонительное преимущество. Люди там были хорошо вооружены и уже привыкли иметь дело с бесконечными полчищами трупов.       Между тем, Штормовой Странник сердито извергал огненные полосы в приближающихся вихтов, растопив при этом много окружающего снега. Десятки трупов сгорали каждую секунду, но их неумолимо становилось все больше и больше. Он попытался взлететь, но его тело тут же пронзила невыносимая боль, что только еще больше разозлило его. С востока что-то похожее на снежную бурю быстро приближалось к дракону, трое Ходоков двигались к нему с запада. Странник увидел их, и в их сторону хлынул яростный поток багрового пламени. Но как только пламя погасло, Белые Ходоки бросились вперед, совершенно невредимые. Дракон попытался уползти, но раненый, он двигался слишком медленно по сравнению со своими ледяными врагами. В этот момент на Ходоков посыпались стрелы из драконьего стекла. Некоторые они успели отбить своими мечами, но стрел было слишком много, и ледяные нелюди рассыпались льдом. И тысячи умертвий пали где-то севернее. Вдруг раздались воинственные крики и огромный неуклюжий кабан со здоровенным мужчиной в мехах на спине пронесся сквозь толпу вихтов, расчищая путь для всадников на мохнатых единорогах, вооруженных факелами, копьями и луками с наконечниками из драконьего стекла. — ВПЕРЕД! МАГНАР! Гигантский вепрь без усилий прорывался сквозь мертвых, топча все на своем пути, а скагосцы следовали за ним и давили все, что осталось. Штормовой Странник выдохнул пламя на затоптанные трупы, а затем с облегчением рухнул на снег. Пространство вокруг него было пока безопасным.       Но у северян дела шли совсем плохо — люди умирали слишком быстро, вихтов было много. Враг быстро окружал их, когда неповоротливый кабан врезался в море трупов, и на несколько мгновений казалось, что он может все изменить. Но трое синеглазых великанов встали на пути и сумели его остановить. Его грубый мех был непроницаем, но это мало что значило. Прежде чем Боррок Оборотень успел что-либо сделать, его схватили и разорвали, а его компаньону выцарапали глаза и убили. Скагосцы на своих единорогах теперь тоже застряли, окруженные морем вихтов. Они отчаянно размахивали факелами и копьями с черными наконечниками, но вскоре были погребены под трупами. Мертвые хлынули внутрь лагеря, и стены вскоре подверглись нападению с обеих сторон. Новые волны тварей начали приближаться и к Штормовому Страннику. Он продолжал изрыгать на них огонь, но его пламя постепенно становилось все слабее. Дыхание огнем вызывало уколы боли в его раненом боку. Призрак без усилий перемалывал кости с каждым укусом, но на каждое убитое существо приходило три новых, и его медленно окружали. Хотя его мех был намного жестче, чем обычно, он чувствовал боль, а его глаза не были неуязвимыми, поэтому у него были большие проблемы с их защитой, и он уже не мог убежать.       В этот момент Король Ночи, сопровождаемый двумя дюжинами Белых Ходоков, вышел на берег и посмотрел на сражающихся впереди. Стена ослабевала на протяжении десятилетий и резко ослабла за последние две луны, что позволило ему пересечь залив. Король Ночи на мгновение посмотрел на сопротивляющегося дракона, но его взгляд тут же переместился. В одной точке он мог чувствовать что-то древнее и могущественное. Там, где только что пришла в себя королева Севера. Не торопясь, он спокойно шел вперед в сопровождении своей свиты. Вихты расступались перед ними. Достигнув сражающихся, он поднял руку, и все факелы погасли, снег стал падать сильнее. Защитники теперь падали еще быстрее, но так же быстро поднимались с холодными синими глазами. Воздух стал невозможно ледяным, в нем чувствовалось отчаяние. С большим усилием Ширен удалось оттолкнуть от себя полусгоревший труп и несколько обугленных костей и осторожно оглядеться. Ее тело было холодным, а конечности тяжелыми. Бежать было некуда. Не то чтобы она могла с вывихнутой лодыжкой. Люди отчаянно сражались и умирали везде, куда падал взгляд. В Ходоков полетело несколько стрел, но только одна попала в цель. Драконьего стекла едва хватило на три наконечника на каждого лучника, и многие стрелки уже израсходовали свои. Любой, кто пытался приблизиться к Белым Ходокам или Королю Ночи, был мгновенно убит ледяными клинками. Лучники лишь привлекли внимание нескольких Ходоков, которые направились в их сторону. Северяне были храбры, но сражались слишком долго и потеряли много сил еще на пути сюда. Они не могли держать строй и были окружены со всех сторон. Еще до того, как их факелы погасли, битва была проиграна. Штормового Странника окружили уже со всех сторон, и его пламя почти угасло. Легкие Рогара Вулла словно горели. Он едва избежал удара одного из ледяных ублюдков. И еще одного. С каждым вздохом ему казалось, что расплавленное серебро течет ему в горло. Он знал, что Север проиграл. Но что с того? Если ему суждено умереть, он унесет с собой в ад столько врагов, сколько сможет! Другие, кто еще дышал вокруг него, казалось, думали так же, поскольку Белые Ходоки были сметены одним отчаянным рывком. Два седобородых воина прыгнули на его противника сбоку и это дало Рогару достаточно времени, чтобы вонзить свой кинжал в лицо ледяного ублюдка. Он сердито заскрипел зубами при виде сломанного кинжала. Это было его последнее оружие из драконьего стекла. Было слишком много ледяных врагов. Когда он огляделся, Белые Ходоки с легкостью убивали северян, а тварей было почти не остановить, и не было огня, чтобы победить их. Он видел, как Великого Моржа разорвали на части, а Сорен Щитолом потерял руку, пытаясь сразиться с двумя Ходоками одновременно.       Лицо Короля Ночи скривилось в неестественно жестокой улыбке, когда он собственными глазами увидел, как Ширен Старк изо всех сил пытается встать. Он одним движением руки разрубил надоедливого человека, стоявшего на пути, пополам, прежде чем приблизиться к северной королеве. В ее глазах застыли страх и отчаяние. Не дойдя до нее трех шагов, он изогнулся, избегая ледяного меча, который летел ему в шею. Большой Джон вызывающе взревел и снова взмахнул трофейным ледяным мечом, но прежде чем он успел даже моргнуть, такой же клинок вонзился ему в живот. Он застонал от боли, но в качестве последнего акта неповиновения ударил Короля Ночи головой… но тот даже не моргнул. Лорд Последнего Очага упал на землю замертво. Через несколько мгновений его глаза стали голубыми, а тело зашевелилось. Ширен попыталась отползти, но это было бесполезно, так как ее конечности онемели от холода. Какой-то свистящий звук раздался вдалеке. Но два удара сердца спустя Король Ночи уже стоял перед ней со своей искривленной, леденящей кровь улыбкой и заносил свой меч. Ширен дрожала, но все еще вызывающе смотрела смерти в глаза. Словно весь мир остановился на мгновение. Пока меч медленно опускался, она задавалась вопросом, будет ли Джон скучать по ней… ТРЕСК!