My reason living.

Дазай знал, что Чуя его не прогонит, когда он в очередной по счету раз посреди ночи завалился к тому в квартиру. И пусть каждый раз, проводя вместе ночь, Дазай садился на край кровати, чтобы набросить на свои плечи рубашку и затем подобрать свои разбросанные по полу шмотки, он знал, что ни эта, ни другая проведённая вместе ночь ни к чему их не обязывают. Тем не менее он сидел так почти с минуту. На краю кровати. В темноте. Борясь с желанием сорваться с этого места со всех ног. Эйфория от блаженства тает, словно утекающее между пальцев время. Но к моменту, когда Чуя выходил из душа, его спальня и квартира уже были пусты. Для Дазая навсегда это будет лишь одна очередная ночь. Молчаливый взгляд Чуи на то, как он бесшумно собирается и уходит, никогда не будет давящим или душащим. Это даже не договорённость. Это даже не идеальное понимание между напарниками. Это даже не стоны и оргазмы, прошибающие покрытые каплями пота красивые тела. «Это чёрт знает что».

***

Бесшумно ступая по коридору в спальню, Дазай на ходу раздевается, бросая рубашку и пиджак на холодную поверхность гранитогреса. В спальне Чуя расположился на постели «звездой», и Дазай даже подумал на мгновение, не уйти ли. Напарник спал? Но чёрта с два! Переступить порог квартиры Накахары для Дазая не так просто, как мог бы кто-то подумать. Поэтому пройдя в спальню, Дазай расстегнул ремень и молнию и, присев на край кровати, принялся снимать с себя брюки. Сдувая в сторону свою чёлку, он думал о том, как растолкать спящего исполнителя портовой мафии. Но не успел он к тому обернуться, как две руки, появившиеся из ниоткуда и обхватившие его, потянули его на себя. Повалившись на постель, Дазай распахнул глаза широко, но Чуя уже крепко вжимался в него со спины, оплетая его и руками, и ногами. — Тебе не спалось? Сонный шёпот в его затылок отправил дрожь по телу Дазая, и это не ушло от Чуи, поэтому, дотянувшись рукой, он накрыл и себя, и парня перед собой тонким одеялом. — Не спалось. — Понимаю, — зарывшись носом в растрёпанные пряди волос на затылке Дазая, Чуя сделал глубокий вдох. — Надеюсь, теперь тебе станет спокойнее. Сладких снов. Дазай смотрел перед собой в темноту; в какой-то момент хватка руки Чуи на его талии ослабла: тот заснул. И лишь тогда Дазай ощутил, что всё это время находился в напряжении. Делая глубокий вдох, он наконец вытянул свои ноги и просунул руку под подушку. В этот момент Чуя внезапно крепче в него вжался, при этом даже не просыпаясь. «Он? Не хочет, чтобы я уходил». Это звучало как бред сумасшедшего. И Дазай бы упал в обмусоливание действий Чуи в своей голове. Но чужое размеренное дыхание, ровное сердцебиение, тепло Чуиного тела убаюкали Дазая до того, как в своей голове он успел задать вопрос «Почему?». Очередная ночь являлась очередной лишь из-за предубеждений Дазая. А вот Чуя… Он знал, что рано или поздно скитаниям Дазая туда-сюда должен настать конец. Так почему же именно сегодня? У Чуи нет ответа на этот вопрос. Ведь он просто позволил себе пойти у своего сердца на поводу. Позволил наконец.