Часть 5
27 апреля 2023 г., 18:37
Пиетт дрожал и дергался на холодном и грязном полу своей камеры. Он знал, кто он такой, знал, что его положение ужасно, но на остальное его мозг был не способен — слишком занятый попытками справиться с болью. Адмирал попытался глубоко дышать через нос, что стало ошибкой и закончилось тем, что его беспомощно вырвало от отвратительного зловония в камере.
Он даже не мог облегчить это, так как руки все еще были скованы за спиной, заставляя ноющие плечи принимать неестественное положение.
Когда смог, он вытер рот своей оливкового цвета майкой (они забрали его форменный китель) и попробовал глубоко дышать ртом. Это помогло. Его сердце замедлило бешеный ритм, и разум медленно начал складываться в некое подобие логического мышления.
Им нужны были коды «Палача», потому что… потому что… лорд Вейдер. Они убили лорда Вейдера?
Шаттл, поднимающийся в воздух, когда у него перед глазами потемнело...
Нет, он выжил, в этом Пиетт был уверен. Но они потерпели неудачу и поэтому хотели получить коды, чтобы добраться до лорда Вейдера. Испачкать его прекрасную Леди своими отвратительными контрабандистскими сапогами, убить его командира. Что ж. Он скорее побывал бы на всех 9 уровнях кореллианской преисподней, чем это случилось. И, казалось, все они были слишком счастливы ему услужить.
— Коды, адмирал... — протянула женщина-кореллианка, когда — это был Бал'Эш? — ухмыльнулся ему со своего места впереди. Холодная, грубая сталь обхватила его запястья и лодыжки, удерживая у вертикальной металлической плиты и мучительно вытягивая руки над головой.
— Съешь.... хаттову... слюну, — выдохнул он, пытаясь подготовиться к тому, что уже повторялось бесчисленное множество раз. Этого было недостаточно.
Рогатое лицо Бал'Эша выглядело фальшиво страдальческим: — Адмирал. Это так выражаются в Ядре? Должно быть, дело в грубом аксиланском воспитании. — И он нажал кнопку на пульте дистанционного управления, который держал в руках. Голубые молнии потрескивали вокруг и сквозь беспомощного имперца. Пиетт прокусил губу, по подбородку потекла струйка крови, но, в конце концов, он поддался нарастающему внутри него крику. Слишком много! Чересчур!! Его тело яростно выгнулось, пытаясь уйти от агонии. Отдаленно он почувствовал, как хрустнуло его правое плечо, а затем так же внезапно, как и началось, все прекратилось.
Он дрожал от остаточного повреждения нервов и усиливающейся боли от вывихнутого плеча. Пиетт знал, что не вся влага на его лице была потом или кровью, но его это не заботило.
— Такая сила от столь маленького существа, — промурлыкал Бал'Эш, проводя острым когтем по ноге, чтобы вонзить его в рану от бластера на бедре. Пиетт снова выгнулся от пронзившей его огненной боли.
Кореллианка обошла машину и, нахмурившись, посмотрела на него: — Это заражено. Нам придется предоставить ему некоторое лечение, если хотим, чтобы он оставался в живых достаточно долго, чтобы дать нам нужное.
— Прекрасно, — датомирец фыркнул и отошел. Пиетт смутно осознавал, что его штанина была порвана, и его пронзил холод от бакта-пластыря, наложенного на рану. Затем резкий укол в плечо. Антибиотики, понял он. Ровно столько, чтобы удостовериться, что он не умрет от сепсиса или гангрены. Прелестно.
Он слышал, как они разговаривали в стороне, но был слишком сосредоточен на том, чтобы контролировать боль, поэтому мало, что смог уловить, пока в тесную комнату не ворвалась какая-то мелкая сошка.
— Принц послал шаттл, Бал'Эш, и сказал, что мы найдем имперскую форму...
— Заткнись, тупой идиот! — прорычал Бал'Эш, шагнув к своему подчиненному и злобно ударив его тыльной стороной ладони. — Убирайся и не возвращайся сюда.
— Трудно... найти... хорошего помощника, — произнес Пиетт, изобразив ухмылку.
Контрабандист быстро переместился, чтобы стиснуть его лицо большой грубой рукой: — Издеваться надо мной крайне неразумно, человек.
— Однако… занимательно, — выдавил из себя Пиетт. После этого он мало что помнил.
Адмирал осторожно, один болезненный дюйм за другим, пододвинулся к стене, где использовал опору, чтобы сесть. Плечо надрывалось от боли, но, сидя, ему стало легче дышать. Во рту страшно пересохло, и он задавался вопросом, понимают ли они, как быстро человек может умереть от обезвоживания. Хотя, размышлял Пиетт, его смерть решила бы множество проблем. Он знал, что лорд Вейдер не придет за ним — это было бы слишком рискованно со всеми разработанными им планами. Очевидно, у Ксизора были связи внутри имперского флота, если он раздобыл шаттл. Пиетт не мог дать командные коды и рисковать тем, что эти люди поднимутся на борт Леди. Однако, учитывая их недавнее выступление, он не думал, что им удастся добраться до лорда Вейдера. Конечно, лорд ситхов почувствовал бы их присутствие. Пиетт задумался. Да, план был паршивым, если они считали, что смогут подняться на борт «Палача», проникнуть в покои лорда Вейдера и убить его так, чтобы тот ничего не заметил. Адмирал, возможно, не очень разбирался в Силе и ее действии, но достаточно знал своего командира, чтобы понимать, что Вейдер может читать мысли. Его прикосновение к разуму адмирала на горнодобывающем предприятии укрепило это знание.
Так на что же могла надеяться эта разношерстная группа?
Ответ пришел к нему внезапно и заставил его задохнуться от последствий. Зачем утруждать себя попыткой самоубийственной миссии, чтобы убить лорда ситхов, если можно просто взорвать корабль, на котором тот находится? Пиетт старался не поддаваться ошеломлению при мысли о том, что его корабль погибнет в огненном шаре... потеря сотен тысяч жизней...
Он откинул голову назад, к холодной стене. Он не должен давать коды. Сдаваться было не в характере Пиетта, так что он не собирался кончать с собой. Но он мог быть максимально неприятным — так сказать, ускорить процесс.
Что, если они получат коды другим способом, после того, как его убьют? Если бы только он мог послать предупреждение… Но побег был тем, от чего он отказался после второго дня. Его тело просто не было на это способно, как бы того ни хотел его дух.
Сообщит ли лорд Вейдер его матери? Макс, конечно, так и сделает. Он полагал, что это могло его хоть как-то утешить.
Он закрыл больные глаза, представляя ее лицо...
— Адмирал?
Его глаза резко распахнулись. Он был один в холодной металлической камере. Пиетт внимательно прислушался, но кроме отдаленного гудения... двигателей? Генераторов? Он подумал, что, возможно, находится на космической станции… он не слышал голосов.
— Адмирал Пиетт?
На этот раз словно что-то коснулось его разума... иначе не опишешь. Это было знакомо, но не похоже на тот безумный момент, когда лорд Вейдер позвал его в шахтерском лагере. Чувствуя себя немного глупо, он подумал: — Алло?
На него нахлынуло облегчение, которое не было его собственным. Это было... по меньшей мере, странное ощущение.
— Адмирал, это — коммандер Скайуокер.
О. О.
— Я не могу долго поддерживать эту связь, адмирал. Расстояние слишком велико, а поскольку вы не чувствительны к Силе, это еще труднее. Мой отец хочет, чтобы вы знали, что он обнаружил систему, в которой вы находитесь. Они работают над планом.
Лорд ситхов, его командир, прибудет за ним? Пиетт почувствовал от Скайуокера волну горького развлечения.
— Я обнаружил, адмирал, что, когда мой отец считает что-то... своим, он перевернет галактику, чтобы это заполучить. Как вы думаете, сколько времени у вас есть?
Не было смысла изображать ложную браваду — Скайуокер, как и его отец, почуял бы ложь.
— Два дня? Возможно, даже больше, если они вспомнят, что нужно дать мне воды.
Вспышка гнева, но не на него. За него?
Вздох через их связь: — Вы действительно недооцениваете себя, сэр. Держитесь — мы идем.
— Мы?..
Снова развлечение Скайуокера. Он почти мог видеть любящее покачивание головой: — Что ж, теперь я — часть этой криффовой группы заговорщиков, адмирал. Кроме того, думаю, я у вас в долгу. Постараюсь связаться с вами позже.
И связь пропала. Но она оставила Пиетту кое-что после себя.
Надежду.
***
Вирс сидел в одной из комнат отдыха для старших офицеров со своей (пятой?) чашкой кафа и рассматривал лежащий перед ним датапад. Он проигнорировал вид огромных верфей Куата, вокруг которых они в настоящее время вращались, чтобы сосредоточиться на планетах, которые находились в системе Ругоза.
Вейдер отправил ему наиболее вероятную траекторию и предоставил Вирсу определить наиболее логичную планету в конце маршрута, пока сам осматривал верфи, чтобы проверить их безопасность. От темного лорда волнами исходило раздражение, и Вирс был рад, что не находится в шаттле, сопровождая его.
Откуда Вейдер узнал траекторию и систему, которую они искали, было загадкой для другого времени. Пиетт был тем, кто близко и лично имел дело с магией Силы. Вирс обычно общался с Дартом Вейдером по комму — этих встреч за последние несколько дней было больше, чем у него с коммандером за год.
Он посмотрел через стол на пустое место и мысленно отругал себя. Не годилось генералу «Громыхающего Стада» становиться сентиментальным во время подготовки к миссии. Неважно, что ему не хватало возможности делиться своими идеями с миниатюрным адмиралом, чье предпочтение в горячих напитках было этой пряной аксилланской ерундой.
Вирс встряхнулся и снова сосредоточился на датападе. Он сузил список до трех планет. Две из них он счел крайне маловероятными, поскольку они были, преимущественно, водными мирами и чрезвычайно негостеприимными для всех, кроме нескольких видов. И все же. Основываясь на этом слабом шансе, он сохранил их в списке. Третья планета, по его мнению, была самой многообещающей, но даже она, похоже, не совсем соответствовала всем требованиям. Он вздохнул и сделал глоток чуть теплого кафа, когда на него упала тень.
Венка выглядел так, словно его протащили за стадом кааду. Если подумать, он, вероятно, предпочел бы это своему нынешнему положению.
— Могу я присоединиться к вам, генерал? — спросил исполняющий обязанности адмирала, указывая на кресло напротив Вирса.
Вирс чувствовал нелогичное раздражение и чувство собственности, но это было несправедливо по отношению к мужчине. Он хмыкнул и махнул рукой — Венка опустился на него и наклонился вперед, чтобы спрятать лицо в ладонях, когда над ним завис дройд-слуга: — Каф, сэр? — спросил он.
— Я не на дежурстве, — пробормотал Венка себе в ладони. — Кореллианский бренди. — Вирс вскинул бровь, но он не был его начальником, а Вейдера не было на борту, так что...
Дройд издал трель, и Венка снял кепи. Вирс заметил, что тот еще не сменил капитанские погоны, и прокомментировал это.
Венка мутным взглядом посмотрел на свою форму: — Я… Это просто казалось неправильным, Макс. Это — его команда. Я не хочу этого! Быть капитаном на этом корабле и так достаточно напряженно. Я не знаю, как он... делал это каждый день, не напиваясь до одури!
Вирс мрачно улыбнулся про себя. Вероятно, он был единственным на борту, кто когда-либо видел Фирмуса пьяным в стельку, и это случалось крайне редко. Если его друг так пил — дела были плохи. В последний раз это случилось в ночь его... повышения. Той ночью Вирс фактически выдернул бутылку из его дрожащих рук и оттащил Питта в его кровать в недавно отремонтированной адмиральской каюте, чтобы уложить спать. Вирс рухнул на диван — после Хота оба мужчины были истощены по совершенно разным причинам.
— Что ж, и.о. адмирала Венка, вам придется к этому привыкнуть.
Венка изучил его.
— Могу я спросить, как вы, генерал?
На полсекунды Вирс озадачился, прежде чем сообразил. Да, людям сказали, что адмирал погиб в бою. Атмосфера на всем корабле была невыносимо тяжелой. Вирс сделал еще один глоток кафа и пожалел, что его очень скромный друг не может быть здесь, чтобы увидеть, насколько его любят. Венка был единственным, кто знал, что Пиетта захватили живым.
— Лорд Вейдер держит меня занятым, — ответил ему Вирс частичную правду. — Он намекнул, что в ближайшее время может потребоваться наземная миссия в соседнем секторе. Я надеюсь, что очень скоро.
Дройд, жужжа, вернулся с бренди для Венки. Тот сделал огромный глоток и с трудом поставил стакан, глаза его слегка заслезились. Вирс поднял бровь.
— Лорд Вейдер скоро вернется, — осторожно заметил он. Венка бросил на него свирепый взгляд.
— А как вы думаете, почему я пью?
Вирс вздохнул: — Ладно, тогда помогайте. — Он подтолкнул к мужчине датапад.
— Я проследил эту траекторию сюда, — он провел по ней стилусом, — и сузил вероятную конечную точку до этих трех планет. Однако ни одна из них, похоже, не подходит в точности.
Венка нахмурился: — Что за корабль?
— Тот, что его забрал.
Венка покраснел: — Верно, извините. Ладно, я достаточно хорошо разбирался в географии сектора. Эти два мира — водные, и крайне маловероятно, что корабль такой конструкции отправится туда, но я понимаю, почему вы не исключили их полностью. Что это за планета, которую вы выделили?
— Дрексель.
— Ммм. Да, я понимаю, почему вы не совсем уверены. Все еще слишком далеко от Рилота, чтобы иметь смысл, и очень близко к дикому космосу.
— Почему вы не обратили внимания на Сокорро?
Вирс допил свой уже остывший каф: — Это слишком близко к пространству Хаттов — «Черное Солнце» не настолько глупо, чтобы там находиться. — Но, едва сказав это, Вирс передумал.
— Да, но они импортируют металлы. И посмотрите, как близко они находятся к этому известному месту доставки спайса. Это — прибыльное место, и они осмелели под руководством Ксизора.
Вирс побарабанил пальцами по столу. Венка приблизил изображение: — Стоит попробовать, Макс.
— Я бы хотел сначала его разведать.
— О, да? — усмехнулся Венка. — И как же незаметно это сделать? Кроме того, я понимаю, что это, возможно, ускользнуло от вашего внимания, но мы находимся у Куата.
Вирс внезапно хлопнул ладонью по столу и встал. Венка выругался и схватился за свой стакан: — Вирс!..
— Мне нужно связаться с лордом Вейдером. Спасибо за помощь, адмирал.
Венка скорчил ему гримасу и поднял свой бокал в знак приветствия, прежде чем допить остатки.
