Часть 12
30 апреля 2023 г., 19:23
Они не сдавались. Если в ближайшее время он что-нибудь не предпримет, они потеряют «Тирана». Его мостик и задние дефлекторные щиты уже были уничтожены, и единственным, что пока спасало ситуацию, была эскадрилья СИДов во главе с Вейдером, совершавшая поистине впечатляющие маневры. Так, ладно. Пиетт был готов раскрыть все карты. Если, как он подозревал, эту атаку координировал Акбар, то он должен был знать, насколько «Тиран»сейчас уязвим.
— Статус энергии передних щитов, — рявкнул он.
— Сэр, держится на уровне 87%.
— Увеличьте мощность щитов мостика и передних турболазеров. Взять курс на головной крейсер на полной мощности.
— Сэр! — позвал навигатор. Пиетт направился к их станции, изо всех сил стараясь не обращать внимания на легкое головокружение и болезненное трение кепи о шишку на затылке. — Вы... вы подразумеваете встречный курс, сэр?
— Вы когда-нибудь раньше играли в аксиланского цыпленка, лейтенант? — спросил Пиетт с мрачной улыбкой.
— Эм, нет, сэр, я с Корусканта.
Конечно, — подумал Пиетт.
— Да, встречный курс. Полный вперед!
Половина команды мостика теперь смотрела на него в откровенном шоке: — Боевые посты! — взревел Пиетт. Освещение мостика переключилось на красное, когда «Палач» увеличил мощность своих могучих двигателей и начал ускоряться по направлению к головному крейсеру.
В течение нескольких секунд казалось, что повстанцы понятия не имеют, что они делают.
Может, и так, — подумал Пиетт. — Кто когда-нибудь играл в цыпленка со звездным суперразрушителем?
Затем их орудия сосредоточились на мостике «Палача». Пиетту и половине экипажа пришлось ухватиться за переборки.
— Усилить огонь вперед! — скомандовал Пиетт. — Оставайтесь на этом курсе! — Он чувствовал, как нервничают вокруг него люди.
Затем, наконец-то, крейсер изменил курс, отворачивая в сторону, когда Леди, как стрела, понеслась к своей цели. Последний выстрел по мостику, но щиты Леди выдержали. Затем... головной крейсер перешел на гиперскорость.
— Сэр, другие корабли повстанцев тоже запускают свои гипердвигатели!
По мостику прокатились одобрительные возгласы.
— Отставить! — закричал Пиетт. — Бой не закончится, пока не исчезнет последний Y-крыл!! — Должным образом отчитанные, его люди сосредоточились на своих постах или передних экранах, когда флот повстанцев исчез, один корабль за другим.
— Они полностью отступают, сэр, — Герант стоял у его плеча, держа аптечку. Пиетт почувствовал такую сильную волну облегчения, что у него слегка закружилась голова.
— Спасибо, Герант. Отчеты о повреждениях! Я хочу, чтобы немедленно были отправлены поисково-спасательные транспорты — это наш приоритет. Свяжитесь с «Тираном» и узнайте, какая им нужна техническая помощь. Может ли «Мститель» принять наиболее поврежденные истребители? Поскольку наш самый большой ангар в данный момент выведен из строя, мы могли бы воспользоваться их ангаром.
Его приказы были переданы, и Леди вернула освещение к нормальным рабочим параметрам. Герант выглядел бледным и потрясенным, но в остальном невредимым и весьма решительным.
— Сэр, можно вас на минутку?
Он отошел в сторону от мостика, подальше от основной суеты.
— Проследите, чтобы сюда также прибыли медики и ремонтные бригады, — сказал ему Пиетт, оглядываясь на повреждения, полученные мостиком.
— Да, сэр, но сначала могу я предложить вам принять обезболивающее? Вы нужны нам в наилучшем состоянии, адмирал.
Пиетт сделал паузу и оценивающе посмотрел на коммандера. Он оценил осторожность и предусмотрительность этого человека. Боль в руке теперь действительно отдавалась по всему телу, и рана на голове не помогала. Последнее, что ему было нужно, так это напоминать Хенли, что технически он вообще не должен был быть на службе.
— Спасибо, Герант, — шприц зашипел у его руки, и Пиетта захлестнуло облегчение.
— Мне нужны отчеты. Начните с любого от лорда Вейдера, затем капитанов «Тирана» и «Освободителя», а затем генерала Вирса.
Пиетт переходил от одной задачи к другой, теряя счет времени. Герант стал чрезвычайно полезной тенью, и Пиетт уже решил оставить его старпомом еще до того, как коммандер в какой-то момент принес ему фляжку, наполненную пряным аксиланским чаем.
Действие обезболивающего давно закончилось, и Пиетт с трудом шевелил левой рукой. Он знал, что заплатит за снятие повязки, но не мог заставить себя действительно об этом пожалеть. Он жадно пил чай, просматривая отчеты коммандеров СИДов.
Вейдер помогал собирать выживших в битве малых истребителей, поскольку мог их почувствовать. Пиетт внезапно осознал, что это был первый бой с врагом, в котором он участвовал без темного присутствия Вейдера на мостике. Казалось, все прошло хорошо, — без сомнения, он скоро узнает, согласен ли его командир.
— Сэр, — снова заговорил Герант, и Пиетт устало моргнул, посмотрев на него. — Сэр, я действительно думаю, что вам следует сделать перерыв. Вы находитесь на мостике уже 21 час и 18 минут. Все идет так, как вы приказали, и...
— Коммандер, — прервал его Пиетт, — здесь нет половины флота, лорд Вейдер не присутствует, чтобы принять командование, и, хотя я ценю вашу компетентность, вы недостаточно долго пробыли на борту, чтобы этим заниматься. Я ценю вашу заботу, но, поверьте моим словам, что бывало и хуже.
Так и было. Не часто, но бывало и похуже. Стоять рядом с Оззелем и слушать его последние судорожные вдохи… гадать, когда придет его очередь... «Тысячелетний Сокол», исчезающий в гиперпространстве...
— Герант, проверьте, вернулся ли лорд Вейдер.
— Да, сэр, — коммандер энергично отдал честь и повиновался.
Некоторое время спустя, когда Герант снова появился, Пиетт пытался сосредоточиться на том, что инженеры мостика говорили о ремонте генераторов щита.
— Сэр! Извините, что прерываю, но генерал Вирс просит вашего присутствия в ангарном отсеке.
Крифф. Макс никогда не просил его покидать мостик, если только это не было серьезно. Страх вызвал прилив адреналина. Что-то случилось со Скайуокером?
— Спасибо, коммандер, — Пиетт старался оставаться внешне спокойным, пока шел к противовзрывным дверям на другом конце. Герант шагал рядом с ним, держа что-то в руке. — Надеюсь, это не займет много времени, но я буду держать вас в курсе, если это продлится дольше, чем ожидалось. Мостик ваш.
Двери с шипением открылись, когда Герант одарил его странно торжествующим взглядом, и Пиетт чуть не врезался в массивную фигуру генерала. Вирс протянул руку Геранту, который вложил в нее что-то черное — его снятый бандаж, понял Пиетт.
— Он произнес волшебные слова, коммандер? — спросил Вирс.
— Да, сэр, — отдал честь Герант, затем повернулся и улыбнулся Пиетту. — Со мной он будет в безопасности, сэр, — заявил он и повернулся обратно к мостику.
Измученному мозгу Пиетта потребовалось некоторое время, чтобы наверстать упущенное, когда Вирс обнял его за плечи и повел по коридору.
— Вы... вы тайно сговорились! Ситховы отродья, Макс...
— Почти уверен, что в данный момент у нас на борту есть только один из них, Фирмус.
— Ха.
— И, проклятье, я так и сделал. Но начал все этот парень. Он дозвонился мне — с некоторым трудом, — чтобы сказать, что мы должны убрать тебя с мостика, прежде чем ты свалишься. Он мне нравится.
— А мне нет. Я собирался сделать его старпомом. Это мятеж, — Вирс фыркнул и набрал код на двери, направляя их внутрь того, что, как смутно понял Пиетт, было его личным конференц-залом.
— Ты добровольно передал ему мостик?
— Да, но...
— Тогда это не мятеж. Кроме того, этот молодой коммандер спас тебя от судьбы худшей, чем смерть.
— Как это? — Он начал говорить невнятно? Пиетт надеялся, что ему только показалось. Вирс расстегивал его форменный китель.
— Заканчивай расстегивать это, адмирал, и садись, — Вирс слегка подтолкнул друга и заставил его сесть на один из диванов, а сам занялся сапогами Пиетта.
— Нет, Макс, правда, я не могу. Лорд Вейдер скоро лично прибудет сюда...
— И ты не сможешь дать ему отчет, будучи без сознания в лазарете. Моя очередь командовать, адмирал, вы официально освобождены от дежурства. А теперь позвольте мне объяснить, почему я — такой потрясающий друг.
Пиетт вздохнул. Макса было уже не остановить, и он медленно скользнул правой рукой вниз по кителю, расстегивая застежки.
— Хенли жаждет твоей крови, и я знаю, как ты ненавидишь быть в стороне. Так что... я заключил сделку с дьяволом...
— Доктор Хенли — дьявол в этом сценарии?
— Очевидно. Ты отдохнешь 5 часов и позволишь ему себя осмотреть. Взамен ты будешь отдыхать здесь, рядом с мостиком, и сможешь давать и получать отчеты.
Пиетт обдумал это. Вирс действительно хорошо его знал, и он мог с этим смириться. Кроме того, теперь, сидя, он не думал, что физически способен снова встать. Вирс закончил бороться с его сапогами — и это не был еще один уровень боли — перед тем, как встать, чтобы помочь ему снять китель.
— Кепи, пожалуйста, — Вирс протянул руку, и Пиетт медленно подчинился. Генерал аккуратно разложил оба предмета на спинке дивана, затем обошел его и встал перед адмиралом...
...которого внезапно окатила волна ужаса, и он сел, вызвав волну огня вверх по его руке.
— Макс, где Скайуокер? Плевок ситхов, лорд Вейдер разорвет нас на кусочки. Буквально.
Вирс поднял руку: — Фирмус... — Но в этот момент двери с шипением открылись, и вошел мужчина — на самом деле юноша, — о котором шла речь, выглядя гораздо более отдохнувшим, чем, по мнению Пиетта, было справедливо. Он держал в руках завернутый сэндвич и бутылку воды, а через одну руку было перекинуто одеяло. И… он был одет в имперскую униформу?
— Адмирал, — сказал Скайуокер, протягивая ему воду и сэндвич. — Очень рад снова вас видеть, сэр. Хотя... я... надеялся, что это случится при других обстоятельствах. Я хотел бы вас заверить...
— Только не опять, — вздохнул Вирс. — Выпей это, Пиетт.
Пиетт догадался, куда клонит коммандер, и открыл воду: — Конечно, вы не знали, — сказал он. — Я никогда и не думал, что вы знаете. Очевидно, одному или обоим из нас нужно сделать дома кое-какую уборку. — Облегчение и благодарность на лице Скайуокера заставили Пиетта слегка улыбнуться. — В любом случае, вы — не лучший лжец, — заметил адмирал.
— Что ж, думаю, спасибо за это, — ответил коммандер, встряхивая одеяло и протягивая его Пиетту.
— Нет. Я смирюсь с отдыхом, но это не значит...
— Не вам решать, что это значит, адмирал, — произнес новый голос, и Вирс раздраженно закрыл глаза. В комнату вошел доктор Хенли, неся в руках свой набор инструментов и сканер.
— И когда же мы отказались от бандажа? — язвительно поинтересовался он, водя сканером по Пиетту и полностью игнорируя двух других присутствующих.
— Доктор, возможно, вы не заметили, но недавно у нас была боевая ситуация...
— Поднимите ноги на диван. Я не совсем понимаю, как можно жить с такой частотой пульса. Выпейте эту воду, у вас обезвоживание. О, прелестно, ко всему этому, я смотрю, добавилось сотрясение мозга.
Пиетт осторожно полностью устроился на диване и увидел, как Вирс обменялся взглядом с молодым джедаем поверх головы доктора, продолжавшего перечислять жалобы. Но его руки были твердыми и нежными, когда он заменил повязку и дал Пиетту еще одно обезболивающее, прежде чем вытащить физиологический раствор.
— Доктор, это уже чересчур...
— Обезвоживание. Сотрясение мозга. Я могу доставить вас в лазарет, если вы предпочитаете, адмирал. Скажите только слово.
Пиетт закрыл рот с такой силой, что клацнули зубы. Хенли закончил и отступил назад, наконец-то, удовлетворенный.
— Что ж, вам действительно следует быть в лазарете — не думайте, что я не знаю, что вы не смогли бы поднять эту руку, даже если бы захотели — вы отсрочили выздоровление. Но, поскольку мое решение отклонили…
— И каждый человек на этом корабле благодарен вам за это, поскольку сегодняшнее присутствие адмирала Пиетта на мостике спасло тысячи жизней.
Вейдер маячил позади доктора, и то, как этот человек умудрялся быть незаметным в подобном костюме, все еще было выше понимания Пиетта. Затем он осознал прямой комплимент от лорда Вейдера, и Пиетт, к своему ужасу, обнаружил, что краснеет.
— Спасибо, доктор, — продолжил лорд ситхов, — но сейчас нам нужно обсудить конфиденциальные дела.
— Пять часов, — сказал Хенли, указывая пальцем на Вейдера, и Пиетт поразило то, что этот человек так разговаривает с темным лордом. — И он не двинется с этого дивана.
— Конечно, доктор.
И двери за ним закрылись.
Остальные четыре человека, находившиеся в комнате, остались смотреть друг на друга. Вейдер первым подошел к своему сыну, положив руку ему на плечо и явно проверяя его на наличие травм, возможно, ведя один из их жутких беззвучных разговоров.
— Я рад, что ты здесь в целости и сохранности, сын мой, — наконец, сказал он. — Генерал, хорошо, что вы нашли его и убедились, что он останется с вами. Ваши усилия были отмечены. И ваши, адмирал, — сказал он, поворачиваясь к Пиетту, который тотчас же выпрямился. — Аксиланский цыпленок?
Никаких оправданий, сказал он себе, Вейдер любил прямые и краткие объяснения: — Да, милорд. Я подумал, что неожиданность может сработать.
— Действительно. Интересно, как быстро могла бы двигаться Леди, если дать ей волю, — задумался Вейдер, и полные ужаса глаза Пиетта встретились с глазами Вирса при мысли о Вейдере, пилотирующем звездный суперразрушитель.
Скайуокер, опасный человек, откровенно рассмеялся, затем поднял забытое одеяло и накрыл им колени адмирала. Настроение в комнате незаметно изменилось — не стало расслабленным (все-таки Вейдер присутствовал), но заверяющим, что все они вместе были в этом замешаны. Вирс сел в ближайшее к дивану Пиетта кресло, в то время как Скайуокер опустился в другое напротив него. Темный лорд остался стоять рядом со своим сыном, но засунул большие пальцы рук за пояс, и Пиетт обнаружил, что сильно заинтригован предстоящим разговором. Он с благодарностью вытянул ноги под одеялом (Сила, он был уже не в том возрасте, когда ношение сапог в течение 22 часов было хорошей идеей) и принялся за свой бутерброд.
