За гранью жизни, за гранью смерти. Моя любовь к тебе бесконечна.

      Сулийские свадьбы давно вошли в поговорки из-за количества и разнообразия гостей. Где ж ещё могут встретиться твоя пятиюродная бабушка со стороны папы, занимающаяся разведением цветов, и семиюродный племянник жены твоего троюродного дяди, работающий жонглёром в цирке? И это ещё не самые одиозные гости, и Зоя была уверена, что привела самого необычного. Хотя как «привела»? Он, когда Зоя ему рассказала о планах на остаток отпуска, сам решительно собрал чемоданы вслед за ней, оставив свою драгоценную яхту на друзей, заявив, что корсары своих девушек не бросают перед лицом проблем. К тому же, когда ещё выпадет случай побывать на традиционной сулийской свадьбе?       Зоя как-то упустила момент, когда она стала девушкой Ланцова, но, несмотря ни на что, была ему благодарна. Может, три дня свадьбы, на которую ей в ультимативной форме велели явиться, пройдут хоть чуточку легче, если рядом с ней будет вот такой хороший, надёжный парень, прекрасно понимающий, как это — общаться со сложными родственниками. — Ничего, Зоя, — тёплая, чуть шершавая ладонь Николая, задела её щёку, когда он заправил выбившуюся прядь волос за ухо.       Они тусовались на пропахшем бензином вокзале городка Карьев — самом крупном городе рядом с деревней Зои, и ждали дядю Тимура на транспорте, чтобы он забрал их и ещё шестерых гостей. Назяленская бы многое отдала, за то, чтобы им позвоили либо доехать самим либо не ехать вообще, но блин! — Я даже не знаю, что лучше, чтобы ты понравился моим, или наоборот, чтобы разбесил их настолько, что они откажутся видеть свою заблудшую дочь ещё несколько лет. — Напомни, сколько гостей? — Ну, — Зоя попыталась вспомнить свадьбу, на которой она была лет в восемь, — человек триста наберётся. — Отлично, — Николай с хрустом размял плечи и залихватски улыбнулся. — Я могу сделать и то, и другое. Одним понравлюсь, других выбешу. — Ну-ну. — Утешься тем, что я буду самым необычным гостем, — Ланцов потянулся, приоткрыл глаз, смотря куда-то за спину Зои, да так и застыл. — Облом. Кажется, не буду. Скажи, если в группе из шестерых людей есть сулийка, то это означает, что это наши попутчики?       Зоя проследила за его взглядом: — Видимо. И да — земенца тебе не переплюнуть, как и пижона с т… — девушка поперхнулась словами, когда тот самый темноволосый парень с тростью, прихрамывая, двинулся к ним вслед за маленькой сулийкой. — С дерьмовой причёской. — Ты найдёшь, к чему прицепиться, да? — Ланцов фыркнул, как лис.       Конечно. Но тряска в грузовичке, в который кто-то втиснул скамейки, в компании керчийцев, фьерданца и двух равкианок всё же лучше, наверное, чем в компании одной из многочисленных тётушек, какого-нибудь дядюшки или кучи детишек. По крайней мере, самых общительных, Джеспера и Нину, Николай с удовольствием взял на себя, так что Зое досталась компания волевой и спокойной, как гладь озера, Инеж и маленького, как подросток, Уайлена, который, как и все рыжие, очаровательно легко краснел. Если бы с другой стороны от Инеж не восседал Бреккер со злыми чёрными глазами и (Святые!) в перчатках, то Зоя бы нашла эту поездку довольно приятной.       Тем более, что Назяленская уже к середине пути была готова признать, что Инеж, пожалуй — лучшая из многочисленных кузин. А когда она созналась, что позвала своих друзей для того, чтобы чуть отвлечь внимание родственников от себя и (она запнулась и чуть покосилась на Бреккера) своего парня, то Зоя едва ей честь не отдала. Угодники, нашлась родственная душа! Если бы Зоя могла, она бы тоже кого-нибудь захватила, кроме Коли, но тётю на порог бы не пустили, с сослуживцами у неё были не настолько близкие отношения, а вести искалеченного Александра туда, где ему было бы гарантированно самое назойливое внимание… Зоя слишком любила дядю Сашу.       А ещё Инеж, как и Зоя, разочаровала бы всех кумушек. Потому что выбрала не путь домохозяйки или какую-нибудь «женскую» профессию, а работала програмистом, хотя, судя по запинке, не все её действия были законными. Но Назяленская ей не судья.

***

      Уже к концу первого дня Николай обломался второй раз — фамилия «Ланцов» значила очень многое, так что никто с него не бесился, а если и бесился, то всё равно продолжал улыбаться. — Это всё этот мафиозник, — жаловался парень в темноте. — Он забрал всю антипатию, и мне остаётся только нравится твоей родне.       Гостей было так много, что многим пришлось спать в палатках. Особенно тем, кто не приехал заранее, а, как Зоя с Ланцовым и, по словам Джеспера, «шестёрка воронов», прибыли только на главные три дня свадьбы. — Угодники, у нас тут что, ещё и мафия есть… — утомлённая болтливыми тётушками и кузинами Назяленская уже почти заснула, так что известие о каком-то «мафиознике» её даже не тронуло. — А как же! Бреккер! Ну, и Фахи ещё, плюс у Нины остатки татуировки… Слушай, а если я с ним подружусь, это уравновесит сипатии и антипатии твоих родичей? — Чего?! — Зоя аж даже проснулась. — Ну, татуировки. Бреккеровскую я не рассмотрел, но почти уверен, что она такая же, как и у Джеса — ворон на кубке. Помнишь Толю? Так он, когда мы были в Кеттердаме, хотел набить себе татуировку и, углядев где-то вот такую, попросил её. Мастер аж со стула чуть не упал. Оказалось, что это — знак отличия одной из банд. Там их в районе Бочки офигеть как много, и у каждой — свой символ. — И ты захотел подружиться с бандитом? — Зоя попыталась рассмотреть в темноте лицо лежащего напротив Николая. — Так почему бы и нет, если человек хороший и интересный. А что мафиозник — так у каждого свои недостатки.       Наутро Зоя искренне надеялась, что этот диалог ей только приснился.       Надеялась она долго — до обеда, после которого её выцепил Бреккер. — У меня есть разговор. — А у меня — булочка с маком. Сейчас что, будут разборки? — Назяленская никогда не имела склонности травить шуточки к месту и не очень, как Коля. Но блин! Даже она немного перепугалась, когда ей дорогу перекрыл, скорее всего, бандит с жутким взглядом, ужасным голосом и противной причёской.       Бреккер склонил голову на бок и прокрутил трость в руке: — Твой Ланцов решил, что хочет дружить со мной, — Бреккер говорил на равкианском, тщательно подбирая слова. Акцент был довольно сильным, но при этом он не коверкал слов. — Угодники, я надеялась, что это мне приснилось, — вздохнула Назяленская под тяжёлым взглядом тёмных глаз. — Его напрягает, что он всем нравится. — И он решил, что я страдаю от того, что не понравился всем, кроме родителей Инеж и бабушки Махи? — насмешливо скрипнул Каз. — Я что, должен воспользоваться шансом ухватить долю симпатий, положенных ланцовскому принцу?       Кажется, Зоя поняла, что примерно чувствовал Александр, когда познакомил её с Колей, а потом посоветовал смириться с тем, что он от неё не отстанет. — Не знаю, что хочешь делай. Уверена, что такой парень, как ты, — видимо, августовская жара доканала даже Бреккера, так что он, хоть и не снял перчаток, закатал рукава рубашки, оголив бледные жилистые предплечья, покрытые полосками шрамов — на правом действительно чернел ворон на кубке, — придумает, как извлечь из этого пользу для себя. Но смирись — Коля очень упёртый, он меня в закрытой военчасти достал, так что ты даже в Керчии не спрячешься. А вот это тебе в качестве задатка, для терпения, — повинуясь какому-то порыву, она почти торжественно вручила Бреккеру кулёк с булочкой. Почти от сердца оторвала. — Удачи, Бреккер.       Тот только как-то странно дёрнул головой и принюхавшись к пакету, похромал прочь. Зоя, пожалуй, могла с чистой совестью заявить, что пережила первую стычку с мафией без потерь (булочка не в счёт).

***

— У меня вопрос. — Угодники, Инеж, кто научил тебя так подкрадываться? — Зоя аж чуть за сердце не схватилась.       Вечером третьего дня были танцы, от которых Зоя успешно ускользнула, притаившись в темноте. Танцевать она умела, но смотреть за тем, как танцуют другие, ей нравилось больше. Вот и сейчас она тихонько стояла под кустами давно отцветшей сирени со стаканом чая, то и дело выцепляя взглядом из толпы танцующих то родителей, то Нину Зеник с её огромным и молчаливым, как гора, фьерданцем, то Фахи и милого Уайлена, которые вводили в ступор самых консервативных гостей. — Жизнь научила, — губы кузины чуть дрогнули в горькой усмешке. — Так вот — у меня родители спросили, почему твой парень пытается отбить моего? — А? — Зоя проследила за её взглядом и нашла Ланцова и Бреккера рядом со столиком, на котором бабушка Маха разложила свои булочки. — Я просто заплатила твоему, чтобы он немного поддался обаянию моего. А что, они всерьёз беспокоятся?.. — Не то что бы. Я им довольно много рассказала про нашу с Казом совместную работу, чтобы они, наоборот, надеялись, что его кто-то уведёт. — Н-да? А мне Бреккер сказал, что понравился твоим родителям. А вообще — он так на тебя смотрит, что ты можешь не волноваться, что его кто-то отобьёт. Скорее, он сам побьёт разлучницу своей палкой. Или разлучника, — Инеж поперхнулась своим чаем, и Зоя от души похлопала ей по спине. — Да что ж вы все глазастые такие, расшифровщики взглядов Бреккера! Мало мне Нины… — Вот такие мы, — довольный собой Николай принялся что-то надиктовывать печатающему в телефоне Бреккеру, перед этим на секунду найдя Зою взглядом и улыбнувшись так, что Назяленская сама невольно улыбнулась в ответ. — Да и вообще, я в Казе не сомневаюсь. — Правда? — сама Зоя со стыдом признавалась себе, что не может не ревновать Николая, и старалась этого никому не показывать. — Зоя, нельзя отбить того, кто и так отбитый наглухо. — Логично. — Что вы здесь зависли? — под кустами стало тесно, когда к ним присоеденилась Зеник, но Зоя с удивлением обнаружила, что не против её компании. — Любуетесь, как мамочки, на своих мальчиков в окружении плюшек, или вас тоже выгнали из кружка достойных сулийских девушек под покровительством тётушки Вадиды? — Меня туда и не звали в этот раз, — Зоя мысленно поблагодарила Святых за то, что тётка в этот раз не отыскала её. — Меня тоже, я ухитрилась поругаться с её мужем, который мнит себя великим компьютерщиком, — усмехнулась Инеж. — А что же разрушило твою карьеру шпионки в обществе сулийских дев? — Я работаю врачом. — Ну да, я знаю, — определённо, Зеник что-то говорила об этом, когда они ехали сюда. — И тётушка Вадида знала, когда привела меня в девичий кружок, — от хитрой улыбки Нины на её щеках появились ямочки. — Она сама виновата, что не уточнила подробностей, и вместо неё конкретики спросила чья-то нежная, как подснежник, племяшка, — Зоя приподняла бровь, и Зенник хохотнула. — Я патологоанатом! Самое обидное: почему-то меня всё равно деликатно выгнали, хотя я, вообще-то, привела в чувство всех впечатлительных. — Уоу, это звучит шикарно! Жаль, что меня там не было, — Зоя приподняла стакан с чаем, будто поднимала тост. — Вы спасли эти три дня, девочки.

***

— Ну, давай, докладывай о результатах переговорах с мафией.       Они с Николаем смогли полноценно перемыть всем кости только на второй день после возвращения в Ос Альту. Зоя, конечно, отвела душу с тётей, а вот парень чуть не лопался от энергии. — Первое — всё-таки как минимум четверть гостей говорила со мной сквозь зубы. Второе — я знакомлю Каза с Александром. Мы созвонимся, у меня есть идея, которую нужно обсудить нам втроём. — Э? — Зоя искренне понадеялась, что ей показалось. — Ты серьёзно хочешь познакомить дядю Сашу и бандита? — Ой, бандит, — отмахнулся Ланцов. — Знала бы ты, какие там мозги! Я хрен знаю, как Бреккер дошёл до жизни такой, но если бы только его таланты применить на благо общества… Морозов оценит. Да и сам Бреккер не только криминалом занимается, у него и вполне легальные источники дохода имеются. — Это звучит как ужасная идея. — О, Бреккер также сказал, только в его голосе было побольше энтузиазма.       Святые, она солидарна в чём-то с грёбаным бандитом из Кеттердама. Воистину, она не это знание хотела привезти со своей малой родины.