Цветущая камелия

Одним человеком больше, одним меньше, как и с насекомыми. Люди стараются внести какой-либо вклад в историю, либо делают что-то хорошее, разумеется, из разных целей, либо запоминаются своим прогибающимся характером, доброжелательностью. Акутагава хотел обеспечить себя, вот и помогал остальным, разве что Ацуши, который стал исключением, которому искренне хотелось помогать. Глаза закрыты, пред Рюноске встаëт отец и мать, что подзывают к себе, заключают в долгие объятия, наполненные родительским теплом. Становится темно. Все люди смертны. Он шëл, зная, что не будет больше доставлять любимому боль тем, что с каждым годом жизнь его будет сокращаться. Накаджима не состарился бы ни через 5 лет, ни через 10. Он оставался бы таким же прекрасным, поэтому охотник мечтал, чтобы они запомнились друг другу такими же юными, какими были сейчас. Рюноске Акутагава умер, лëжа на прогретой солнцем земле, окружëнный клевером, по-настоящему холодный. Он дома. Он там, где нет боли, нет всех заморочек, там, где мирно, тихо и спокойно. Ацуши в ожидании засыпает, обнимая любимую кошку. Просыпается тот уже под вечер, улыбаясь, пытаясь найти глазами Акутагаву. Его нет. Расемон скребëтся в дверь и жалобно завывает, подзывая к себе хозяина. Кошки всегда знают больше, чем люди, чем оборотни и вампиры. Накаджима открывает дверь, бежит за животным в лес, спотыкаясь, не давая себе отдышаться, падает прямо перед поляной, из последних сил доползает до кровавого пятна. Он молча смотрит, ещё не особо понимая, что перед ним труп, кладëт руки на мертвецки холодные щëки, наклоняется и целует в лоб возлюбленного. –Ты такой холодный... –глаза наливаются слезами , что капают на лицо мертвеца. Рюноске бледнее, чем обычно, грудная клетка его больше не двигается, лишь короткие выдохи слышны в глуши этого леса. Хочется обнять его, как раньше, углубиться в длинный поцелуй и, прислонившись к его груди, слушать удары сердца. Глаза заболели. Ацуши приподнялся и поцеловал холодные губы, легко и быстро. В одежду впиталась красная жидкость, что, вряд ли быстро отстирается. Это почти не волнует, как и мимолëтная железная горечь на языке, шаркнувшем по расколотым губам Ацуши. Я буду ждать тебя здесь. Мы навсегда будем вместе. Во сне, иль наяву. Пусть на этом полюшке долго не будут расти цветы. Он встал и спокойно ушёл, продолжая чувствовать пустоту, что ничем уже не заполнишь. Ацуши похоронил его следующим утром. На могиле своими же когтями выцарапал имя, годы жизни. Жить надо было на что-то, поэтому тот снова начал прибегать к воровству. Нечисти в том городке больше не было, ведь все были запуганы слухами, слухами, что никому больше не причиеят вреда, ведь их главный герой-- не больше, чем труп, погребённый глубоко под землёй. Накаджима прижимал к себе ближе плащ, что стал единственным его связующим с любимым. Жизнь даже стала налаживаться, ведь навечно молодой паренёк стал зарабатывать на продаже каких-то своих рукоделий, что производились с улыбкой у могилы, где начал расти клевер, ромашки, гораздо больше, чем раньше. Рюноске сделал своим уходом лучшее, о чём только мечтал--он оставил вклад. Люди сменяли друг друга. Было больно смотреть, как полюбившиеся старушки слегали в деревянные гробы. Он повидал так много, сколько не мог и представить ранее. Было тяжко. Домик на поле всё больше пропитывался запахом одиночества. Да и любимая чёрная кошка умерла от странной болезни через несколько дней после хозяина. Как так можно? Как можно бить с каждым разом больнее, совсем не теряя сил? Это был очередной день одиночества, когда к прилавку Ацуши подбежали дети, указав на какие-то рукоделия. Синяки под глазами выдавали явную усталость. Старших товарищей своих новых посетителей Накаджима сразу узнал–тех он нянчил ещë с пелëнок, они мирно друг другу улыбнулись и кинули пару монет, взяв деревянную игрушку малышам. Наступила ночь. Сегодня он снова идëт к могиле, попутно зажигая совсем уже догоревшую свечу, об которую вскоре зажигает сигару, что купил сегодня, она было жутко дорогой из-за того, что была привезена из-за границы. Он закурил впервые, усевшись на холодную могильную землю. Парень облокотился на камень, стоявший на могиле, уложил рядом очередные полевые цветы. Он знал, что они будут последними в хрупкой жизни. В ту же ночь он повесился, хотя когда-то раньше думал, что до такого не дойдëт. Тигр прокручивал свои последние дни. То, как скитался раньше. Из личного дневника Ацуши Накаджимы. «Сегодня я снова остался без еды. Расемон не стало–с утра я нашëл на пороге еë тушку, никак с этим не смирюсь. Я бродил сегодня весь день без особой цели, все ноги себе истëр. Домой вернулся только вчера вечером: старался избегать места смерти Акутагавы. Встретил молодую даму, как-то траурно одетую, а она взяла и набросилась на меня с объятиями. Видно, что она знала ЕГО, и известие о смерти сбило её с толку. Хигучи (да, я выяснил, как еë звали) так горько плакала, что под конец нашей беседы я тоже не сдержался. Мы оба любили Рюноске, просто по разному. Мы постараемся чаще связываться, я думаю. Мысленно я готовлю себя к тому, что люди вольны умирать раньше меня, но до сих пор не могу представить, каково это. Имеется ввиду, смотреть, как человек стареет...» «... Сегодня пропал дорогой граф. Акутагава рассказывал о ритуале, который он проводил, но только я видно знаю, что больше мы его не свидим. Он написал мне какое-то письмо, но я не читал его особо... » На следующей страницы было закреплено письмо, которое гласило: «Несильно унываешь там без своего голубка? Я вот без своей возлюбленной ох, как скучаю. Отправлюсь на еë поиски. Никому из "наших" не говори о том, что я пропаду с концами. Прощай до лучших времен, Отныне вечно молодой граф. » «Сегодня похоронил Гин Акутагаву и Хигучи Ичие. Они умерли в один день и, кажется, прожили хорошую жизнь вместе. Эта пара была мне ужасно близка. Теперь я знаю.» "Сегодня я вспомнил теплоту его тела, когда мы спали на кровати вместе, вспомнил его руки, как они гладили меня по голове. Я понял, что очень скучаю. Мне одиноко. Я целый день пролежал на полу, не мог найти в себе сил встать. Но всё хорошо. Я смирился, а иначе Акутагава не сможет упокоиться. Я не хочу врать себе, ведь на самом деле я боюсь забыть его, боюсь того, что перестану ощущать его присутствие, вот и хожу ежедневно на могилу, но мне так тяжело думать, что он лежит там и гниёт. Я верю, что он где-то далеко со своим отцом. А ведь, может быть, и Рюноске не стало в ту ночь. Что было бы, если бы мы не познакомились? " "Больше я так не могу. Эта запись--моя последняя. Я твёрдо решил. Я отправлюсь за тобой, мой Рюноске, мой луч света, пусть ты и считал себя совершенно другим. Я закопаюсь в твои объятия по приходу. Меня тут давно никто не ждёт. Все, кто были мне дороги--мертвы. А ты...Ты жив, я знаю, хотя бы внутри меня ты останешься живым. Я не могу описать то, что чувствую на бумаге, извини. Когда мы встретимся--скажу всё. Спрошу, почему ты тогда ушёл от меня, почему мы так и не поцеловались вновь." В нём угасло желание жить, вот он ушёл следом за любимым. Было мучительно видеть могилу каждый день на протяжении нескольких десятков лет. Ацуши поднялся на ноги, увидев вокруг себя свет, увидев силуэты вдалеке. Он стал кричать имена мёртвых, они стали приближаться к нему. Тигр заметил блондинку Хигучи, неловко держащую за руку Гин, но Рюноске так и не пришёл, как вдруг пара начала медленно исчезать, не отпуская руки друг друга. Слёзы покатились из глаз оборотня, он упал на "пол" в истерике, но холодное тело накрыло его, крепко скрепив в объятиях. Ничего не оставалось, как обернуться и, утерев слёзы, увидеть его, что так искренне улыбается. Он вернулся. --Почему?--дальше слова отказались лезть изо рта Ацуши, поэтому тот просто поцеловал возлюбленного. --Я не ждал тебя, не рад, что ты пришёл, покинув своё прекрасное тело, но...--Рюноске обнял и не отпускал любимого до тех пор, пока они не исчезли, не оставив ни следа. Они сильно устали. Им нужно отдохнуть.