Белая Ворона

Темное помещение, холодный пол, легкая дрожь предвкушения и затаенного страха. А если что-то пойдет не так? А если она ошибается сейчас? А если ошибаются они и поймут это чуть позже? Ромина смотрела на огромный алтарь из голубого агата в центре рунического круга, который слабо светился светло-голубым. Он красиво переливался и искрился. Свет отражался от черных, гладких камней, которыми было отделано все помещение. А ведь всего неделю назад они с Юфимией сидели на такой красивой и уютной полянке... Радовало хотя бы то, что по какой-то причине она дочерью своих кровных родителей отныне не являлась. “Прости, дорогая, но нам кажется, что будет лучше рассказать тебе об этом чуть позже, когда ты разберешься и привыкнешь к нашему миру” - сказал Флимонт ей, стоило девочке уточнить на счет причин. Ну, что ж... Когда-то ведь они расскажут? Ромина сжала своими ладошками белоснежную ткань свободного, тонкого платья. Прохладная ткань словно была пропитана магией, как и ее тело. Все же выпить пять зелий подряд для “очищения”, а затем часа три сидеть в специальной ванне - дело утомительное, хоть и не сложное. Специальное платье закрывало все тело альбиноса, касалось его, успокаивая. Девочка делает медленный выдох и поднимает глаза на Флимонта Поттера. Тот одет в просторные белые брюки и длинную рубашку из такого же материала, как и “платье” Ромины. Белая одежда смотрится очень яркой на фоне окружающего мрака. Он стоит у алтаря, положив на него свою руку и судя по шевелящимся губам, что-то тихо шепчет. Символы на полу вспыхивают с новой силой, заставив сердце девочки забиться в несколько раз быстрее от неожиданности. Флимонт открывает глаза и Ромина замечает, что те еле заметно светятся. Мужчина протягивает в сторону альбиноса руку в приглашающем жесте, и та неуверенно делает шаг навстречу, заступая в круг. Тот, мигнув, немного изменил цвет света, теперь горя более мягким оттенком. Хотя руны были на все том же полу, ногам больше холодно не было, наоборот, легкое тепло просачивалось в кожу, заполняя собой хрупкое тело. Следующий шаг дается легче. Ромина чувствует, словно все делает правильно, словно так и должно быть. Она чувствует, как выравнивается ее дыхание, а легкие, кажется, заполняются на столько чистым воздухом, что она невольно на секунду прикрывает глаза, позволяя себе вдохнуть глубже. Сердцебиение так же приходит в норму и больше не отдает неприятным набатом в висках. Шаг и она поднимает глаза на Флимонта, который внимательно смотрит на девочку перед ним, продолжая протягивать ей руку. По Ромине течет магия рода. Она впитывается в ее мысли, кровь и органы. Оно греет, успокаивает и принимает. Шаг и она берется за чужую ладонь, замечая на лице Поттера-старшего мягкую, теплую улыбку. “Все будет хорошо.” - говорит она себе. “Все будет хорошо” - Говорит ей взгляд мужчины напротив. Она не без помощи Фли садится на огромный постамент из агата, из которого исходила такая магия, что по позвоночнику бегут мурашки. Девочка на секунду сжимает чужие руки, переводит дыхание и отпустив мужчину из крепкой хватки, ложится. Спину обдает сначала жгучим холодом, из-за которого хочется сжаться или вскрикнуть и вскочить с места, однако уже через секунду холод заменяется нежным теплом, которое ластится к маленькому тельцу, гладит белоснежную кожу, словно прося прощение и Ромина понимает, что это тепло - не что иное как сама Магия Рода, которую она до этого чувствовала. Здесь ее концентрация, ее Дом. Это то, что хранит в себе семейный камень. Это сила рода Поттер и в скором времени ее рода. Но пока - Ромина в чужих владениях. Роми лишь спустя минут пять поняла, что Флимонт все это время читает какое-то сложное заклинание, разрезая своим уверенным голосом тишину ритуального зала. По ладоням мужчины сочится кровь и магия. Он глава рода, который желает принять в свою ветвь чужую кровь, сделав из нее свою дочь по Магии. Однако для этого Магия рода должна принять ее, стать ее опорой, покровителем, защитником... Частью ее самой. Сначала малышка пыталась, прикрыв глаза прислушиваться к тому, что говорит Флимонт, однако вскоре она осознала, что провалилась во тьму. Она то ли летела вверх, то ли падала в ласкающий кожу мрак. Тот просачивался сквозь руку, но в то же время был словно твердой, ощутимой материей. Крайне странное чувство. Вот девочка зависает и осторожно оглядывается по сторонам, однако ничего не видит и не слышит. Она просто есть. И как не странно вопросы по типу “Где именно?” ее не сильно волнуют. Просто знает какой-то несокрушимой уверенностью, что все хорошо и это правильно. Тут девочка чувствует, как кто-то осторожно касается ее руки. Она опускает глаза, зачарованно наблюдая за сгустком тьмы, который скользит сквозь ее пальцы. Затем “утопают” лодыжки. Они словно исчезают, но девочка чувствует, что все на месте, ее не “пожирают”, просто видеть она их не может. А мгла тем временем медленно, но, верно, поглощает ее всю, закрывая в свой нежный кокон. Ромина открывает глаза и на мгновенье у нее перехватывает дыхание, а сердце начинает мчаться галопом. Какая красота, с ума сойти! Малышка крутится на месте, разглядывая зеленый, девственный лес. Здесь явно не бывали люди, не уничтожали прелести природы, словно яд медленного действия. Точно нет. Все здесь было восхитительно. Зеленая листва шелестит над головой под песни ветра. Где-то в дали поют неизвестные девочке птицы. Мимо пролетела бабочка с голубыми крылышками, а после уселась на один из многочисленных цветочков. На стволах деревьев рос зеленый, мягкий мох, а под босыми ногами стелилась не менее мягкая трава, напоминая восхитительный ковер. Девочка, совсем по-детски приоткрыв рот, любовалась всей этой красотой, пока не услышала чей-то голос. Точнее голоса, которые говорили, слившись в один такой прекрасный и от чего-то родной, что Ромина даже улыбнулась. Иди ко мне, дитя, не бойся И Ромина пошла. Даже несмотря на то, что голоса эти говорили сразу везде, даже в ее голове, она знала куда идти. А потому вскоре оказалась на полянке. Совсем такой, как место их игры с Джеймсом, только вот домика не было, как и тропинки слева. Лишь зеленая, сочная трава, яркие цветы и огромный раскидистый дуб, из-за ствола которого медленно вышло существо, напоминающее единорога. Но только тем, что у него был рог. Само животное было огромным, мощным... Уж точно не как нежные, пусть и дикие единороги. Настолько оно было высоким, что Флимонт, будучи взрослым мужчиной в довольно неплохой физической форме доставал бы “единорогу” макушкой лишь до холки, и то не факт. Что уж говорить про действительно маленькую девочку? Однако та не боялась, а наоборот с интересом разглядывала незнакомое и такое прекрасное существо. Рог его был не ровным и напоминал ветвь какого-то дерева. Шерсть была белоснежной и наверняка очень мягкой. Она красиво переливалась под солнечными лучами, которые осторожно пробивались сквозь листья дуба. Голубые глаза смотрели на Ромину с такой мудростью и чистотой, что она на какое-то время “зависла”. Пушистая грива напоминала льва, как и длинный, гибкий хвост с пушистой кисточкой на его окончании. Ромина вновь ощутила, как ее сердце забилось в бешенном ритме. Но она совсем не боялась. Совсем нет. Душа и сердце ее трепетали от неизвестного малышке уважения и какой-то всепоглощающей любви. Казалось, еще немного и она заплачет от радости, хотя не понимала причины. Осторожный шаг вперед и животное склоняет голову к плечу, с интересом поглядывая на незнакомку. Еще один шаг и она оказывается куда ближе, словно этот маленький шажок был за пять. Протяни руку и сможешь коснуться шерсти, которая сейчас очень сильно напоминала девочке лунный камень, про который она читала совсем недавно. Протяни руку и коснись... Однако девочка лишь опускает глаза и присаживается в реверансе, которому ее научила преподавательница. Ромина замирает и сердце замирает вместе с ней. Кажется, девочка перестает дышать. Она просто смотрит в траву, пока не слышит голоса, к которым прислушивалась совсем недавно. Добро пожаловать в семью, дитя Ромина выпрямляется, тут же ощущая под пальцами мягкую перламутровую шерсть зверя. Спустя секунду она открывает глаза, словно проснувшись от глубокого сна и видит над собой знакомое лицо Флимонта. В его глазах читается счастье и легкое беспокойство. Малышка улыбается, лишь сейчас чувствуя, как сильно устала. Когда они начали ритуал было уже далеко за полночь, значит она не спала уже более 12 часов, практически все это время находившись на ногах, как, впрочем, и вся ее семья... Семья. Как же странно. Теперь она у нее была. Настоящая любящая и любимая семья. И плевать она хотела на тех людей, которых когда-то называла родителями.

***

Ромина проснулась и сладко потянувшись, села в кровати. Тело ломило, словно она вчера целый день занималась сложными физическими упражнениями, либо всю ночь провела в крайне неудобном положении. На столько, что стоило девочке повернуть голову, сразу же застонала от неприятных ощущений в шее. Однако Ромина все же слезла с постели и быстро накинув на плечи пушистый темно-зеленый халат, а на ноги - не менее пушистые тапочки, потопала на первый этаж. Есть хотелось неимоверно, потому стоило только учуять запах панкейков, как желудок жалобно заурчал. Малышка заглянула в столовую, где за небольшим столом собрались все Поттеры. И все они были явно сонными. Даже не приоделись, сидя сейчас в поистине “домашнем”. А именно - пушистые халаты, тапочки, у мужчин - брюки и легкие рубашки, в то время как на Юфимии, и Ромине - свободные платья из плотной, но мягкой ткани. - Доброе утро. Простите, я видимо проспала - Девочка тихонько вошла в помещение и заняла свое место, с аппетитом поглядывая на порцию. Домочадцы тем временем скрестили свои взгляды на белокурой малышке, из-за чего та все же оторвалась от разглядывания завтрака и подняла свои глаза. - Что-то случилось? - Пискнула девочка, на что тут же получила теплые улыбки. - Нет, дорогая, ничего такого. Кушай, кушай - Юфимия погладила девочку по ее белым волосам, которые после сна были слегка спутаны, что выглядело довольно умилительно. - Как ты себя чувствуешь, Ро? - Спросил Джеймс, впрочем, так же послушно принимаясь за свою порцию. Игнорировать строгий взгляд отца он не желал. Тем более сейчас, когда живот то и дело урчал, прося перекуса. - Все тело болит, если честно - Ответила Ромина - А еще не помню, что было после ритуала - Девочка слегка нахмурилась, кусая сладкий панкейк. Чувство того, что твой мозг удалил какой-то кусок информации ужасно раздражал. Хотя с чего она взяла, что что-то случилось после ритуала?.. - После него ты потеряла сознание от истощения... - Ну, вот и подтверждение - Магического истощения, точнее, если это можно таковым назвать. Все же ты не привыкла к магии, потому твое тело решило минимизировать шок и просто ввело тебя в состояние покоя. - Сообщил Флимонт, делая глоток кофе — Это совершенно нормально, так что не волнуйся - Он тут же подарил ребенку добрую улыбку, и та слегка кивнула. Юфимия вновь пригладила торчащие белые локоны и пододвинула поближе к Ромине тарелку. - Похоже, магия Рода все же подходит тебе. Это замечательно - Женщина улыбнулась - Теперь твои волосы стали волнистыми. Даже пару завитушек появилось - Юфи хихикнула, с радостью и теплотой смотря на девочку. - Не волнуйся, сильно это тебя не поменяет. Да и изменения будут проходить постепенно. Надеюсь, что ты не против этого? - Нет, все в порядке - Ро даже головой покачала. А что ей, жалко, что ли? У нее семья появилась, так что никакие мелкие изменения во внешности ее не пугали. Тем более, что она станет походить на свою новоявленную семью. Чем не плюс? — Ты ела когда-нибудь панкейки? Скажи ведь вкусно, Ромина! - Тут же разулыбался Джеймс. - Ой, а попробуй еще с ягодами. - Девочка послушно добавила к блюду малину и продолжила завтракать, то и дело вслушиваясь в расслабленные беседы членов остального семейства. Они делились своими мыслями на счет этого дня. Сообщали о планах или договаривались о чем-то. То и дело слышались смешки, сияли улыбки и Ромина не могла не улыбаться в ответ. В ее груди разлилось тепло, а все плохие мысли улетучились. Сейчас она с радостью смотрела на окружающих ее людей, сердце трепетало, а еще так хотелось весело смеяться! - Кстати, нужно будет обязательно зайти в банк Гринготтс - Юфимия протерла салфеточкой свои пухлые губы, на которых все еще играла легкая улыбка. Ее темные волосы собраны в самую простую прическу, которую можно было бы назвать “Чтоб не мешались”, однако один локон все же выпал и теперь игривой кудряшкой обрамлял ее лицо. Белоснежный пушистый халат и фарфоровая кожа красиво подчеркивают румянец ее губ и щек... Элегантная, притягательная, нежная и такая домашняя... Ро хотела бы быть такой, как мадам Поттер. Флимонт улыбался, смотря на супругу и слегка кивнул, стоило той высказать свою идею. Ромина перевела взгляд на мужчину, ожидая его словесного ответа, однако тот молчал, не отрывая взгляда от собственной супруги. Ромина совсем по-детски приоткрыла рот, заглядывая в темные глаза Поттера. Ей казалось, что там горят два костра. Или прекрасное ночное небо, усыпанное мириадами звезд. Они сияли. Эти два темных омута пылали такой нежностью и любовью по отношению к Юфимии, что засмотреться было так легко! И лишь сейчас Ромина поняла, что имел в виду дедушка Бис, говоря фразу “Глаза любящего — вот единственно надежное зеркало . Если человек любит, ты это увидишь, почувствуешь, поймешь...”. И впрямь, это так хорошо видно, хотя любовь эта была направленна не к ней. Что же она почувствует, если так будут смотреть на нее? Если она станет единственной для человека? Особенной. - Милый, пойдешь с нами? - Женщина тем временем повернулась к сыну, мягко пригладив его непослушные вихри. - А зачем нам туда, мам? - Ромина стала частью нашей семьи - Джеймс кивнул - И, хотя Магия признала ее частью нашего рода, остаются документы. Нам необходимо ввести Ромину в наш род по всем правилам. Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то говорил, что она не “наша”? - Джеймс отрицательно покачал головой. Его брови сошлись на переносице. Мама лишь тепло улыбнулась. — Значит я иду с вами! - Все же уверенно сказал мальчишка - Я ведь все же наследник. - Он гордо поднял подбородок - К тому же гоблины могут напугать Ро, а я этого не хочу, поэтому просто обязан быть рядом - Джей подмигнул Ромине и та, не сдержавшись, рассмеялась. - Тогда идите собираться - И дети пошли. До первого поворота. Затем Джеймс, коснувшись руки девочки крикнул что-то вроде “Кто последний, тот получает дополнительную порцию мороженного в Фортескью!” и рванул по коридору. Конечно же Ромина была воспитанным, спокойным ребенком, а потому, осознав, что произошло, побежала вслед за ним...

***

Банк впечатлял своим убранством. Казалось, что ты попала в сказку, пусть и довольно странную, мрачную. Весь холл был отделан мрамором с золотыми вставками. Под высоким потолком висели тяжелые люстры. По двум сторонам были колонны. Где-то на стенах Ромина даже заметила золотые руны защиты или надписи на языке гоблинов - гукляк. Жаль, что она не знала ни одной буковки. Как, в общем-то и все маги. Гоблины не распространялись информацией о своем народе, потому все, что известно на данный момент - как именно выглядят символы. На этом, в данной сфере - все. Все ли известны, что они означают и так далее - неизвестно. За большими стойками сидели сами гоблины. Кожа их была серой, а у некоторых особей отдавала легкой зеленцой. Большие носы и уши, маленькие черные глазки, морщинистые мордашки и закругленные, острые коготки вместо ногтей делали их внешний вид не особо привлекательным. Ромине казалось, что все они хмуро поглядывают на семейство Поттеров и уж очень странно - на нее саму, однако стоило поднять глаза, как она видела, что никому и дела до них нет. Первые гоблины что-то писали огромными белыми перьями на своих пожелтевших пергаментах. Вторые на весах взвешивали драгоценные камни, перекладывая их то так, то эдак, после чего смотрели на свету, под странной лупой, измеряли, и только что не стучали камушками по столу, лишь после всех проверок откладывая их куда-то под стойки и приступая к следующему образцу. Третьи же проделывали похожие манипуляции с золотыми монетками, которые доставали из маленьких мешочков. Только вот Ро отметила про себя, что то количество монет, которые они достают, далеко не всегда могло бы уместиться в таком крошечном пространстве. Ну вот никак! Но они их доставали... - Пусть ваши хранилища будут полны золота, а кровь врагов льется рекой - Флимонт слегка кивнул одному из гоблинов и тот оскалился, что на самом деле должно было быть улыбкой. Его острые зубы заставили девочку сильнее сжать ладонь Джеймса и тот, сделав небольшой шаг вперед слегка прикрыл девочку. Вот так, легко и без лишних слов просто прикрыл ее собой лишь потому, что понял: Она боится этих существ. Альбинос улыбнулась. Такая забота была не привычной, но очень уж приятной. Тем временем до ушей донесся хриплый голос гоблина. - Богатства вашему роду и бед его врагам, лорд Поттер. Чего желаете? - Нам нужно к нашему поверенному. - Мужчина протянул свою волшебную палочку. Гоблин повертел ее в руках и отдал хозяину вещицы, кивнув. - Прошу за мной - Прохрипел он и спустившись со своего насиженного места пошел в сторону одной из многочисленных дверей. Вся семья отправилась за ним по такому же мраморному коридору, как и холл банка. Вскоре они остановились у еще одной двери. Такой же, как и десятки таких же до этого. Гоблин постучал, дверь открылась, и Поттеры прошли в довольно темный, но вполне уютный кабинет. Камин с искусственным, “вечным” пламенем, два дивана друг напротив друга, маленький столик, пушистый ковер, в стороне - огромный стол, заполненный стопками бумаг и свертков, шкаф во всю стену и практически незаметная дверь в противоположном от входа углу. Гоблин, до этого сидящий за столом поднялся на ноги слегка склонил свою голову. Второй “зеленолицый”, выполнив свою миссию в качестве сопровождающего закрыл дверь с другой стороны. - Пусть ваши хранилища будут полны золота, а кровь врагов ваших льется рекой, Крюкохват - Вновь повторяет приветствие Флимонт. - Богатства вашему роду и бед его врагам - Скрипит гоблин. Ромина скользит взглядом сначала по гоблину. По его черным, с проседью волосам, угольно-черным же глазам без единого намека на белки, по желтовато-белой коже и грязным коготкам. Затем осматривает кабинет. Тот довольно прост, хоть и видно, что, например, мебель стоит не маленьких денег. А после поглядывает на новоявленных родственников. Те смотрят на гоблина с холодной вежливостью, при этом держа идеальную осанку и не показывая своих “лишних” эмоций. Впервые она видела Юфимию, Флимонта и тем более Джеймса такими. Настоящие аристократы. И раз уж она стала частью их семьи, то должна соответствовать, не так ли? Тем более, что сама желала стать сильной. А как это может произойти, если вечно прятаться за спинами других людей? Ромина распрямляет плечи и слегка приподняв подбородок гордо и уверенно смотрит в черные глаза гоблина. Она не боится. Она справится. А если вдруг понадобится помощь, то за ее спиной отныне есть ее семья. - Мы бы хотели удочерить эту девочку - Флимонт кладет ладонь на плечо Ромины и та еще больше успокаивается. - Магия приняла ее. Отныне она часть нашего рода, однако мы желаем сделать все по правилам. - Крюкохват кивает, задумчиво рассматривая альбиноса. Та стойко выдерживает на себе изучающий взгляд и вместе со всей семьей садится на один из мягких диванов. И хотя со стороны места казалось маловато, на деле все сидели более чем комфортно, практически не задевая “соседа”. Должно быть здесь наложены чары для удобства клиентов. Крюкохват присел напротив. В руках его уже была небольшая шкатулочка. Красивая, явно дорогая. Ромина даже засмотрелась на то, как переливался неопределенный золотой узор на ее крышке, когда гоблин ее открывал. - Прошу вашу руку - Прохрипел сотрудник и девочка послушно протянула свою ладошку. Резкая, скорее неожиданная, чем сильная боль и Ромина уже смотрит на тонкую царапину, из которой просочилось пару капель алой крови. Словно бусины они застыли, а после вовсе растаяли. Сама ранка затянулась за пару секунд, потому, подняв глаза, девочка заметила, как сверкнул атам в руках гоблина, когда пара капель алой жидкости упала на старый, желтоватый, но идеально чистый пергамент. Мгновенье и кровь впитывается, не оставляя после себя и следа. Гоблин что-то тихо шепчет на своем языке, а Ромина завороженно наблюдает за тем, как медленно проступают надписи. Вскоре Крюкохват кивает самому себе и протягивает Флимонту пергамент. Тот читает и лишь после этого отдает занятную вещицу Юфимии и детям. “ По рождении: Ромина Морена Марвуд Ныне: Ромина Морена Флимонт Поттер Пол: Женский Статус: По крови - маглорожденная По магии - чистокровная Семейные дары: Зельеваренье, пророчества, артефакторика. Введена в род Поттер магией с правом наследования в качестве второго ребенка.” Пока Ромина читала и перечитывала документ, Крюкохват уже достал свиток и развернув его, ткнул своим острым, закругленным когтем в правый нижний край. -Прошу вас расписаться как главу рода, сэр. Это автоматически сделает ее частью вашей семьи по всем документам. - Министерство? - Уточнил Флимонт. Зеленолиций лишь серьезно кивнул. Маг тем временем достал свою палочку и перечитав на всякий случай документ пару раз, поставил роспись. Да, вот так вот, магией. Все же в магическом мире несколько иные правила, а потому и магическая роспись будет куда весомее “обычной, магловской”, хотя стоит признать, что и обычная подпись в магическом мире в неправильных руках могла сыграть с тобой очень злую шутку. А именно такой способ, с использованием магического слепка, использовался лишь для крайне серьезных документов. Например, как в данном случае. Благо все закончилось быстро, потому семейство вернулось домой. Опять преподаватели, спокойствие и идиллия. После уроков, во время обеда, Ромина рассказала про свое увлечение растениями и зельеварением. Джеймс, однако, радости новоявленной сестры не разделял. Ему больше симпатизировали чары и ЗОТИ, о которых рассказывал мистер Моррис. Детей обоих похвалили и пообещали, что обязательно после того, как они получат свои волшебные палочки, наймут учителей отдельно по этим дисциплинам. Ромине, однако, повезло чуть больше. Все же Фли был довольно знаменитым зельеваром, а потому мог показать счастливому ребенку хотя бы место своей работы. Дверь открывается, и девочка теряется в обилии запахов, пара, флакончиков, котелков и многого, многого другого. Она осмотрела длиннющий стол, на котором стояли как минимум пять досок для разделки ингредиентов, на котором было что-то разрезано, разломано, раздавлено и превращено в такую субстанцию, что понять, что это было изначально, возможным не представлялось. На горелке булькал огромный котел. Из него шли клубы тяжелого, светлого дыма. Он стелился по полу мягким облачком, который скрывал под собой каменный, идеально чистый пол. Куча полок с маленькими и большими баночками. Все подписаны аккуратным, ровным почерком и закупорены. А за дверцами шкафа нашлись уже готовые зелья. Те так же были закупорены и разлиты по флакончикам. К каждому флакончику прилагалась подпись, а также рецепт использования. Но больше всего Ромине понравились книги. Они были в соседнем помещении. Все тома распределены по алфавиту, а на маленьком столике аккуратно сложены листы еще не исписанного пергамента, которые так и ожидают как на них напишут рецепт и название нового зелья теми самыми чернилами белым, пушистым пером. Девочка влюбилась в это место. В этот запах, мир, науку…