Вкус Смерти

      Воскресенье, знаменующее торжество в честь успешной Охоты третьего курса, наступило слишком быстро. Невзирая на пожелания Фреда, вместо хорошего сна я, как и в прошлую ночь, проворочалась до самого утра. Впрочем, на этот раз причиной стало то, что я так и не смогла найти с Дорианом общий язык касательно магии тьмы.       Да, безусловно, каждый волен иметь своё мнение. Но как бы я себя ни уговаривала в попытках утешить, голова отказывалась принимать доводы здравого смысла. Я хотела, чтобы Дориан меня поддержал, несмотря на свою непоколебимую позицию. И всё. Не важно, что там твердят другие… Он — это всё, что мне сейчас было нужно.       Неужели так сложно было уступить мне и сказать хоть что-нибудь ободряющее? До этого же и так дал от ворот поворот в отношениях. Не прямо, конечно, но очень сильно намекнул, что нам, двум магам тьмы, явно не по пути. Тогда зачем было корчить такое лицо при виде моих новых меток, будто я предала его?       Сам же сказал выбирать между любовью и магией. Вот я и выбрала. Какие ещё вопросы? Дурачьё! Мне жить с этим! Всё. Ещё раз кто-то полезет со своими «ценными» замечаниями насчёт моих решений, и я точно не сдержусь и опробую новую силу Фоскора.       Криво ухмыльнувшись, я приоткрыла веки и увидела добродушное лицо Стеллы.       — У тебя такой устрашающий взгляд, что мне аж как-то не по себе, — отложив мягкие кисточки, подруга закончила наносить мне макияж.       В спину донеслось колкое:       — Да, Бель, сколько тебя не прихорашивай, а ты лишь больше походишь на злодейку с ледяным сердцем. Ты там часом не собираешься всех отравить на празднике?       Придав своему лицу ещё более грозный вид, я повернула голову к разболтавшейся Дафне.       — Не переживай, дорогуша, тебя я оставлю в живых. Буду сидеть на троне и потешаться, как ты оплакиваешь табун своих мужиков.       Состроив безразличное личико, шатенка прыснула:       — Было бы за кем плакать… Вообще-то, Бель, если бы ты не витала в облаках, то знала бы, что сейчас я обижена даже на Джейка. Он по приезде направился к дружкам, вместо того чтобы провести время со своей ненаглядной.       Стелла опёрлась на стол и склонила голову в сторону, задумчиво протянув:       — Так ведь он всё же пришёл к тебе вечером, разве нет?       Недовольно сложив руки под пышной грудью, Дафна, смутившись, уставилась на дверь:       — Поздно. Нужно было сразу ко мне идти.       Я меланхолично заметила:       — Каждый раз одно и тоже, Дафна. Ты ведь просто набиваешь себе цену. Научись уступать, в конце-то концов…       — Чего? У тебя, Аннабель, вообще отношений никогда не было, чтобы советы мне раздавать!       Дубовая дверь приоткрылась. Возникшая на пороге Ирма с дымящимся чайничком в руке вздрогнула от уставившихся на неё трёх пар глаз.       — Девочки? Неужели умудрились перегрызться, пока я отходила?       — Это Бель с Дафной, они всегда так. Добавь побольше успокоительных трав в чай, ладно? — Стелла направилась к своей соседке и принялась помогать с чашками, сказав чуть тише: — А то они и в самом деле что-то странное выкинут на торжестве.       Я устало выдохнула, опустив глаза в пол. Сил нет, настроение паскудное… Когда я в порядке, все наши с Дафной взаимные колкости проходят бесследно. Но сейчас, чувствуя себя неважно, я была более остра на язык и не хотела просто так уступать. Надеюсь, чай и правда поможет мне успокоиться.       Ещё за завтраком мы договорились, что возьмём платья и будем прихорашиваться у Стеллы в комнате в ожидании парней, чтобы пойти на вечер парами. Не хочется сдуру всё всем испортить. Да и Фреда я предупредила, куда зайти за мной, по воле случая столкнулись с ним утром. А Дориан… С ним я так и не общалась после ночных споров… Интересно, он придёт за Стеллой?       Я подняла голову, отрываясь от разглядывания половиц. Милое личико подруги искрилось счастьем. Мои губы безмолвно дрогнули, так и не решаясь спросить, как у неё дела с моим соседом.       Дафна торопливо метнулась к столу с чашками, подгоняя последовательниц Вассера:       — Боги, вам лишь бы чай хлестать днями напролёт. Это уже третий раз за полдня! Давайте быстро, мы же так ничего не успеем!       Мне, по-прежнему сидевшей у зеркала в пол, была вручена дымящаяся чашка. Шатенка подмигнула, встретившись со мной взглядом, напрочь уничтожая возникшую ранее между нами неловкость. Я благодарно улыбнулась, и она тотчас переключилась на остальных:       — А ты, Стелла? Ещё одна любительница погрузиться в грёзы… Ты-то хоть договорилась с Дорианом? — сделав несколько больших глотков, Дафна громыхнула чашкой, коварно улыбнувшись.       Пока блондинка думала, решительно настроенная Дафна ухватила Ирму и потащила переодевать. Пока та смущалась ловких рук опытной подруги, Стелла выровнялась и мечтательно протянула:       — Да. Договорилась ещё вчера, после завтрака. Правда, он сначала заставил меня поволноваться. Сказал, что не собирается идти вовсе, а потом, когда мы молча шли обратно к общежитиям по парку… Дориан резко остановился и сказал, что передумал и составит мне компанию.       Я чуть ли чашку не выронила, но вовремя спохватилась, спасая белоснежную камизу. Чтоб его… Неужели они были где-то поблизости? Не мог ли Дориан услышать мои разбирательства с Лукасом? У него ведь магия позволяет услышать значительно дальше.       Впрочем… — мои плечи опустились, — какая теперь разница? Что есть, то есть. А то опять начинаю принимать всё на свой счёт.       Бель, мир не крутится вокруг тебя одной, успокойся. Это логично, что Дориан пойдёт со Стеллой. Она очень милая, изящная и аккуратная, настоящая девушка… не то, что я.       Ирма протяжно заныла, стягиваемая шнуровкой корсета, а Дафна недовольно пробурчала:       — Меньше есть нужно было! Знала же, что будут платья с корсетами!       Хмыкнув, я поднялась и тоже начала облачаться в свой наряд, пока наш пышногрудый тиран был занят.       В этот раз я выбрала себе платье, полностью противоположное тому, которое было у меня на первом и пока единственном свидании. Длинные рукава — чтобы скрыть от любопытных глаз руку, покрытую метками. Высокий чёрный ворот на застёжках с ониксами, юбка в пол — от всяких непрошенных поползновений. Никаких разрезов и ничего лишнего. Украшением, помимо застёжек, разве что можно было считать лишь то, что поверх гладкого атласа, повторяя силуэт платья, находился ажурный слой цвета графита. Из манжет, ворота и подола скромно выглядывало белое кружево нижней подкладки.       Стелла, как и все остальные, невысоко оценила мой выбор. Помогая мне затянуть чернильный корсет, она всё же не сдержалась:       — Бель, может, я дам тебе своё платье? Подберу что-то миленькое, а? Просто такой торжественный вечер, а ты как работница храма…       — Не хочу испытывать судьбу дважды. Я иду туда только потому, что пообещала вам. Так что всё, разговор исчерпан, — буркнув, я глубоко вдохнула и задержала дыхание.       Шатенка тем временем юркнула в свой синий наряд, подчёркивающий её глаза, и двусмысленно бросила в нашу сторону:       — Аннабель просто волнуется, что парни вновь наставят своих меток любви!       — Фу, Дафна. Давай без этого, хорошо? — скривившись на её слова, я отвернулась.       Едва блондинка покончила с моим корсетом, я принялась помогать ей с розовым платьем, на котором красовался довольно вызывающий вырез на груди.       Покрывшись румянцем, Стелла тихо прошептала:       — Надеюсь, Дориан тоже поставит мне хоть одну меточку…       Что?! Прищурив глаза, я что есть мочи потянула за шнурки платья, вызывая сдавленный стон подруги.       — Ах, Бель, ты такая сильная! Никогда бы не подумала, что в тебе скрывается такая мощь. А выглядела ведь такой уставшей… — взглянув на меня из-за плеча, Стелла слабо улыбнулась.       В этот момент Дафна приблизилась к нам с увесистой шкатулкой в руках и принялась извлекать оттуда украшения, прикидывая, какое кому всучить.       — Это же Аннабель. Она всегда такая. Поэтому до сих пор и одна. Такой сильной даме слабаки не нужны. Надеюсь, Фред справится с нашей бунтаркой.       — Мне без разницы, Дафна, да и твои украшения не нужны. Убери это! — уклонившись от навязчивой подруги, я отошла ко второму зеркалу, поправляя уложенные ранее с помощью Ирмы чёрные локоны. Хорошо, что успели справиться с ними перед нанесением макияжа.       — Бель, ты последнее время сама не своя. Совсем без настроения… — руки Стеллы аккуратно обвили мою талию, а её щека упёрлась мне в плечо.       — Да-да, мы думали ты уже свыклась со своей магией, раз больше не говоришь о ней, — Дафна поддакивала, облачаясь с Ирмой во всё самое яркое и сверкающее, подобно сорокам.       И что мне им ответить? Они считают, что проблема в магии. Но я и правда разобралась со всем. Тогда почему мне так плохо? Проклятие, я и сама до конца не понимаю, почему всё так…       — Просто дорогие мне люди не приняли мой выбор. Твердят, что я должна отказаться от Фоскора…       Как только я это произнесла, раздался звук упавшей на пол шкатулки. Не успела я и глазом моргнуть, как Дафна возникла по правую руку, а Стелла застыла слева от меня. Они обе внимательно изучали моё поникшее отражение в зеркале. Прошло несколько томительных мгновений тишины, как Дафна спросила:       — Милая, а ты что?.. Кто такое предложил? Почему ты раньше не рассказала нам?       Я обречённо закатила глаза и вздохнула:       — Да, а что тут скажешь? Это ведь мой выбор. А я жизнь без магии не представляю. Я, конечно, приняла Фоскора, но, думаю, вы и сами это поняли по руке в метках.       — Магия тьмы, бесспорно, самая сложная, но мы всегда будем рядом, чтобы помочь тебе справиться. Будь более откровенной с нами, — нежные губы Стеллы коснулись моей щеки, вызывая в ответ лёгкую улыбку.       Дафна одобрительно закивала, переглянувшись с магичкой воды. Собрав рассыпавшиеся украшения, к нам подошла и Ирма, подытожив:       — Главное, не закрывайся от остальных и помни, что у тебя есть подруги, которые всегда готовы выслушать и поддержать.       — Спасибо, девчат.       От их слов внутри расцвела весна. Стало тепло и куда спокойней, чем от крепкого чая Стеллы. Подруги принимают меня, а не пытаются отговорить и повлиять на решение. Это дорогого стоит.       Да, они правы. Я сама виновата, что по глупости отстранилась от них. Пока у меня есть такие замечательные друзья, мне не стоит беспокоиться и желать чего-то большего.       В дверь громко постучали, вынуждая меня дёрнуться от резкого звука. Дафна сразу оживилась и радостно полетела открывать, воскликнув:       — Это мальчики! Наконец-то!       Я лишь вздохнула ей вслед. Кто-то вроде недавно обижался на парней? Она не меняется. Всегда такая: наведёт трагедии и тумана, а в итоге ситуация и выеденного яйца не стоит.       Как только дверь распахнулась, шатенка повисла на мускулистом Джейкобе. Кивнув нам в знак приветствия, он отошёл в сторону, не выпуская девушку из объятий. Похоже, наша подруга для него как пушинка. Я начала провожать взглядом наполняющих комнату юношей в красивых праздничных фраках. Ирме ожидаемо подсунули второго друга Джейка — Майкла. Следом за ним вошёл Фред, направляясь ко мне с радостным блеском в глазах. Но мой взгляд скользнул юноше за спину и был всецело прикован к последнему гостю — Дориану.       Что с ним случилось?..       А как же его вечно закрытое непроглядной чёлкой лицо? Длинные угольные волосы до лопаток… Подрезаны?! Да, пусть не так коротко, как у Фреда и остальных парней в комнате, но для меня это было, мягко говоря, неожиданно. Теперь чёлка не мешала рассмотреть его большие выразительные глаза. Хвост на затылке тоже теперь не собрать, но при этом сохранилась пышность шевелюры, едва прикрывающая уши. Привычных очков с золотой оправой на фарфоровом лице тоже не обнаружилось.       — Бель?       — А? — крайне смущённая, я перевела взгляд на Фреда, по-прежнему стоявшего рядом.       Осознавая, насколько сейчас глупо было так долго глазеть на чужого партнёра, я мысленно себя выругала и тотчас затараторила:       — Прости-прости, я задумалась. Хорошо выглядишь, Фред.       — А ты ещё прекрасней, даже в таком… скромном наряде, — он обернулся, окидывая взглядом причину моего замешательства, в данный момент беседующую со Стеллой. — Твоё удивление ожидаемо. Я предлагал Дориану подрезать ещё короче, но он напрочь отказался. Это и так для него достижение.       Я ничего не ответила, стараясь больше не глазеть на соседа, чтобы не возникали лишние подозрения и разговоры. Наоборот, насупилась, злясь на свою прежнюю реакцию.       Больно он мне нужен!       — Пойдёмте? А то мы так опоздаем.       Услышав мои слова, Джейк отлип от Дафны и, расплываясь в широкой улыбке, махнул в сторону блондинки:       — Стелла, ты приготовила то, о чём я просил?       Она, не сразу спустившись на землю к нам грешным, коснулась зардевшихся щёк:       — Д-да, хорошо, что напомнил, я чуть не забыла, — она метнулась к своему узорчатому котелку.       — Влюблённым простительна их забывчивость, — Фред улыбнулся, подлив этой репликой алой краски на лица Дориана и Стеллы.       — О чём Джейкоб спросил? — я аккуратно, стараясь не принимать во внимание его слова, коснулась локтя юноши.       — Стелла ведь готовит превосходные зелья, — Фред перевёл на меня малахитовый взгляд и выгнул бровь, словно удивляясь, что я сама не поняла, в чём дело.       — Но ведь после обретения стихии её зелья стали безопасными, разве нет?       — Бель, ты что, серьёзно? Её талант уже ни для кого не секрет. Более того, теперь она может готовить не только обычные зелья, но и настолько хмельные, что хорошенько ударяют в голову с первого глотка. К ней часто заглядывают «нуждающиеся», а Стелла ведь у вас душа добрая, всегда рада помочь за спасибо.       Закатив глаза, я сдержалась, чтобы не шлёпнуть себя по лбу. Это ж какая я наивная, раз решила, что подруга перестанет варить всякое непотребное пойло? Я, естественно, рада за её достижения, но что-то мне страшновато пробовать, что она там подготовила по заказу Джейка. У него ведь совсем нет тормозов.       В руках у меня очутилась небольшая колба. Я подняла неуверенный взгляд на окружающих. Без лишних слов все опустошали свои ёмкости. Мы встретились глазами с Дорианом, который, подобно мне, не торопился пить.       Что это за взгляд? Недовольство? Осуждение?! Холодно отвернувшись в сторону, он нахмурился и выпил свою порцию залпом. Я приоткрыла рот от неожиданности.       — Ты чего, Бель?       Услышав Фреда, я вернулась в реальность. Обуреваемая злостью от такого поведения соседа, тоже выпила всё без остатка. Горло обожгло, будто я готова была задышать огнём, а лицо перекосило. На голову словно накинули котелок и хорошенько ударили по нему черпаком… и не раз. Я аж подалась вперёд, стараясь не согнуться пополам, пока первое яркое впечатление не отпустило.       Я часто заморгала, пытаясь привести дыхание в порядок. Фух… вроде полегчало. Не подумала бы, что от такого небольшого количества будет настолько сильная отдача.       — Слишком крепкое для тебя?       — Угу… непривычно, — промямлив, я расправила плечи.       — Не волнуйся, я позабочусь о тебе сегодня, — Фред вежливо подставил руку, услужливо позволяя мне облокотиться.       Почему-то такие слова юноши меня больше напрягли, нежели расслабили. Мысленно я уже не раз успела пожалеть, что выпила эту странную дрянь. Фред же потащил меня к выходу вслед за расшумевшейся толпой.

⁺˚⋆｡°✩₊✩°｡⋆˚⁺

      Я надеялась, что хоть вечерний воздух приведёт меня в чувство. Увы, он не смог. Не удивлюсь, если зелье Стеллы дополнительно имело какой-то продолжительный эффект. Ведь я явно ощущала, как моё тело становится с каждым шагом всё легче. В принципе, это хорошо, я и хотела этого, но… Вместе с тем мне казалось, мой рот то и дело норовит раскрыться и высказать всем всё, что я о них думаю.       О надоедливых шумных друзьях, о бесящем соседе, и как меня раздражает каждый шаг из-за того, что я вынуждена идти на этот дурацкий вечер! Смотреть на всеобщую радость, а внутри разрываться на куски из-за никуда не девшихся, ненужных, противоречивых чувств.       Похоже, моя негативная аура была слишком сильной, так что даже Фред не распускал руки, что несказанно радовало. А то чувствую, в таком состоянии и оглянуться бы не успела, как повторила бы на нём тот приём с отрезанием кисти… Интересно, учитель уже её починил? Или пришлось покупать новую металлическую руку…       Казалось, я всего-то несколько раз моргнула под сменяющимися, под стать мыслям, уличными фонарями, как оказалась в дальнем корпусе. А именно — в роскошном, уже пышущем жизнью и шумом бальном зале. Вот тебе и зелье. Совсем всё спуталось. Так дело не пойдёт. Судя по остальным, меня одну так подкосило. Нужно прийти в себя.       В это время, пока я удручённо пыталась остудить ледяными пальцами пульсирующие виски, Фред что-то сказал и, махнув мне рукой, растворился в толпе.       Проклятие, ничего не разобрала!       — Что он сказал?! — громко выпалила я, оглядываясь по сторонам в надежде услышать объяснения от подруг.       Только вот все они были заняты своими партнёрами. Прекрасно. Я резко повернулась всем телом, желая отыскать на столах позади чем освежиться. Но мой порыв остановила чья-то грудь, в которую я со всего маху врезалась головой.       Вот кому хватило ума стоять прямо за спиной?!       Я недовольно подняла голову и, скользнув взглядом по лимонному костюму, остановилась на знакомых светлых волосах.       — Лукас? — он расплылся в улыбке. — Лукас… — моё удивление сменилось возмущением. — Чего тебе?       — Фред сказал, что скоро начнётся церемония. После своей речи о пойманной зверюшке он вернётся к тебе.       — А ты чего тут стоишь и зубы скалишь? Тебе разве не нужно тоже отчитываться? — ухмыльнувшись одним уголком рта, я осадила его. По крайней мере, мне это так виделось.       — Я успею и здесь, и на сцене, котёнок.       Его рука поднялась и прытко прошлась по моему вороту, переходя на плечо. Я, нахмурившись, небрежно отбросила её от себя.       — Попрошу без непре… непристойностей, — язык запутался, вынуждая меня краснеть. Надувшись, я обиженно добавила: — А то отрежу твои вездесущие ручонки!       Юноша улыбнулся ещё шире, явно не принимая мои угрозы всерьёз. А зря. Не успела я опять огрызнуться, как он наклонился к моему уху и зашептал:       — Что это за платье такое, Бель? Ты нарочно так вырядилась? Выходит, знаешь, что я люблю…       В замешательстве я сделала шаг назад, врезаясь плечом в проходящего мимо нас человека. Пробубнив ругательство, я сжала кулаки и со всей серьёзностью выпалила:       — Лукас, иди, куда шёл! Не твоё дело, что и как я ношу, ясно?       Его взгляд метнулся куда-то вдаль и, словно потеряв интерес, парень беспристрастно ответил:       — Хорошо, котёнок. Мы вернёмся к твоему наряду позже. Не скучай тут без меня, — он прошёл мимо и исчез в пёстрой толпе.       Вот придурок! Ну правда, ему больше нечем заняться? Сам говорил, что я ему не интересна, а задевает при каждой встрече! Ещё и дурацкую кличку придумал… Да и в конце-то концов, что с моим платьем не так?! Я посмотрела на длиннющий подол. Всё же в порядке, целомудреннее некуда. Вот же странный извращенец.       Цокнув языком, я протиснулась к длинному столу, накрытому кремовой парчовой скатертью с золотистой вышивкой. Тут и там отсвечивали бликами от кристальных люстр серебряные подносы, на которых горками лежали всякие изысканные закуски. Тут было всё, начиная от миниатюрных кремовых пирожных с персиками и вишнями, заканчивая хрустящими на вид тарталетками с пряным сыром, что соседствовали либо с тонко нарезанным лососем, либо с ломтиками мяса.       Недолго думая, я ловко погрузила солёное лакомство в рот, стараясь заглушить недовольство от вечера хоть какой-то радостью сего мира. Пока жевала — изучала взглядом другие лакомства: различные нарезанные фрукты, а вон на шпажках что-то интересное кусочками… Вовремя остановив себя, я покачала головой. Бель, ты ведь не есть сюда пришла! Хотя, с другой стороны… А правда, зачем я здесь? Долго мне тут торчать? Может, уйти сейчас, пока все заняты выступлениями третьекурсников?       Последний вопрос стал поперёк горла. Винить вкусную тарталетку в этом было бы кощунством. Я сделала пару шагов в сторону, направляясь к краю стола, где покоились кубки с напитками. А то с моей удачей и аккуратностью будет этот котелок, из которого наполняют кубки, у меня на голове, если решусь сама наливать… Вдохнув сладковатый запах карамелизированных яблок и жареных орехов, красующихся на тарелках подле кубков, я потянулась к крайнему.       Мои пальцы задели кого-то. Да чтоб его, вам что, посуды не хватает? Нужно вот прям брать тот, который я присмотрела? Подняв голову, я встретилась взглядом с Дорианом. Не отрывая от меня глаз, юноша поднял кубок и медленно отпил из него. Я по-прежнему стояла как дура, с застывшей над питьём рукой. Сосед первым решил прервать наши гляделки, поступив уж совсем жестоко и холодно — отвернулся и направился прочь.       — Подожди, Дори! — довольно-таки громко выпалила я, но он и не думал меня слушать. Огибая край стола, я догнала юношу и преградила ему путь. Сосед вздохнул. — Дориан, почему ты один? Где твоя спутница?       — Я просто отошёл выпить, пока Стелла с Дафной шумят у сцены. Ты что-то хотела от меня?       — Ну… я… — я растерялась, забегав глазами по собравшейся немного поодаль толпе, что была подобна разноцветным шумным волнам.       Из-за хмельного совсем позабыла, что обижалась на соседа. Зачем я вообще остановила Дориана? Но, как бы там ни было, сейчас мне было крайне неприятно от его пронзительного недоброго взгляда.       Мои размышления прервал бархатистый голос:       — Если ничего, я пойду.       — Подожди, я… хотела этот кубок, — ляпнув очевидную ерунду, я ощутила, как мне стало неловко от того, как же глупо я себя веду.       — Да? Я уже отпил из него. На столе полно нетронутых, тебе поднести?       — Нет, я хочу именно этот, — твёрдо ответила я.       Выгнув бровь, он наконец-то улыбнулся:       — Надо же… Как решительно. Держи.       Не обращая внимания на слова юноши, я быстро забрала кубок и залпом его осушила в надежде на ясность в голове. Только вот виски почему-то сдавило ещё больше, а рот тотчас заполнило странное горько-сладкое послевкусие.       — Бель, ты, конечно, нечто. Только не говори мне, что приняла это за обычный сок. Ты ведь видишь, сколько здесь старшекурсников. Найти что-то некрепкое на подобном вечере — как искать иголку в стоге сена.       — Проклятие! — зашипев, я оглянулась в поисках места, чтобы присесть.       Рядом раздался тяжёлый вздох:       — Ты так быстро пьянеешь… Тебя провести в комнату отдыха?       — Да, пожалуйста, Дориан.       Сосед подставил мне локоть, и я, вцепившись в него как тонущий, опёрлась на тело рядом излишне сильно. Казалось, я ощущаю пленяющий жар, исходящий от него даже сквозь наши одежды. А запах… этот запах ночных фиалок… Мои веки, налившись сладкой истомой, прикрылись.       Лишь споткнувшись у порога, я распахнула глаза и увидела небольшую комнатку, на удивление пустую. Свет, струившийся из кристальных подсвечников в углах комнаты, был не такой яркий, как в главном зале, создавая довольно уютный полумрак. Было несколько небольших диванчиков, возле которых раскинулись пышные гортензии в мозаичных горшках.       Эх… Наверное, только мне повезло напиться в начале основной части торжества.       Дориан усадил меня на софу в уголке комнаты. Очевидно, он желал поскорее освободиться. Только вот моё тело было других взглядов на этот счёт. Моя цепкая хватка на руке юноши не разжималась. Это не осталось незамеченным.       — Что ты делаешь, Бель? Тебе плохо?       — Да, присядь рядом на минутку, — образ соседа время от времени размывался перед глазами, как и окружающие предметы. Даже когда Дориан, очередной раз вздохнув, наконец-то сел, оказавшись вблизи, его лик обрамило свечение лампы неподалёку, создавая из юноши нечто возвышенное и непорочное.       — Так, и что дальше? Может, мне поискать для тебя воды или привести целителя?       Удерживая руку Дориана, свободной я метнулась к его лицу, разворачивая на себя.       Боги… как он красив. Очередной луч света пробежался по драгоценным камням на наших одеждах, милостиво разбрасывая радужные отсветы на жемчужную кожу юноши напротив. Мои пальцы от такого вида пронзила мелкая дрожь, молнией проносясь по всему телу. И я скользнула по бархатистой скуле, чуть ли не издав стон от трепетного ощущения.       — Что такое? — его голос был по-прежнему холоден, как и взгляд.       Этот проклятый взгляд, вечно изменчивый в своей глубине тёмно-лилейного чернолесья длинных ресниц. Да… Я горько улыбнулась, сдерживая наворачивающиеся слёзы. Постоянный здесь лишь трепет моего сердца при виде тебя… При вдыхании в непочтительной близости пленительно сладкого аромата, отравляющего моё тело губительным желанием.       — Стена, Фоскор, — отдав приказ, я заметила боковым зрением, как тьма отрезает наш уголок от остальной части комнаты.       Юноша, нахмурившись, хотел было что-то сказать, но я тотчас сократила дистанцию, впиваясь в его губы своими, нагло и требовательно.       Даже не успев ощутить радости, в следующий миг я глотнула ледяной воздух. Мне на рот поднялась горячая рука Дориана, удерживая от продолжения. Глаза соседа были широко распахнуты, а от прежнего безразличия и след простыл. Он был взволнован…       — Что ты творишь, Бель?! Ты хоть понимаешь, кто я?! Ты спутала меня с другим… Успокойся…       Рассматривая его раздосадованным, затуманенным взглядом, я быстро отдала приказ в голове, и неожиданно всё получилось без слов. Тёмные руки обвили худощавое тело Дориана, убирая его мешающие руки от меня. Удерживая их по сторонам и тем самым открывая мне доступ к телу соседа, магия выполняла всё, что я желала, просто превосходно.       Довольная результатом, я широко улыбнулась и, взмахнув подолом аспидного платья, умостилась юноше на колени. Не первый раз на нём быть в такой позе и, надеюсь, не в последний…       Облизнув пересушенные губы, я опять подняла руки к его прелестному личику. Чтоб его, ну что за щемящая душу нежность?! Утопая в удовольствии, я немного прикрыла веки. Мне не хотелось спешить. Подольше бы насладиться чувством его нагой кожи под пальцами. Изучить каждый участок перед тем, как сорвусь и буду безудержно целовать, пока не потеряю сознание.       — Бель… Стой, не нужно, не вынуждай меня применять… — я наклонилась и, опустив ворот юноши, скользнула языком по его шее, прикусив напоследок мочку уха. Моё имя вновь вырвалось из его рта. Так хрипло и сладострастно, что я окончательно сошла с ума.       Крепко обвив его в чувственных объятиях, я глубоко поцеловала эти наглые губы, скользнув языком внутрь. Да и что-то Дориан уже не очень сопротивлялся. Пальцы одной моей руки путались в шелковистых волосах юноши, пока вторая кисть впивалась ногтями в плечо.       Мой язык словно раз за разом обжигался от прикосновения с его, вынуждая то и дело вздрагивать от распирающих изнутри чувств. Во мне словно взрывались звёзды, полыхало пламя и кружилось ураганом бескрайнее море. Мне хотелось плакать, кричать и безустанно целовать… ощущать его снова и снова. Быть вечно от этого головокружительного счастливого осязания на грани потери сознания.       В лёгких катастрофически не хватало воздуха, но я так боялась оторваться от этих желанных губ… боялась, что тогда это всё закончится. Оставив после себя лишь губительный холод.       Чуть ли не задыхаясь, я всё же отстранилась и зашептала, перебирая его губы своими:       — Дориан, я… я… я без ума от тебя… Всё в тебе мне безумно нравится, Дори, даже когда ты злишься. Я не могу больше так, ты постоянно в моей голове… Я так сильно, так сильно тебя… — внезапно его губы первыми накрыли мои, жадно целуя.       Моя магия, удерживающая юношу, развеялась, и я ощутила на своём теле нежные, но такие уверенные пальцы, обжигающие тело даже сквозь ткань платья. Язык Дориана, будто сумасшедший, кружился с моим, вынуждая раствориться в его движениях… В самом юноше. Забыться в каждом тихом стоне, желая стать одним целым с ним не только через поцелуй.       Оторвавшись на миг, сосед вдохнул так сладко и шумно, что я опять ощутила потерю хрупкой связи с реальностью. Его губы начали касаться каждого участка моего лица. Высокий ворот начал расстёгиваться, и на смену плотной ткани приходили лихорадочные поцелуи, вынуждавшие меня с упованием зашептать:       — Дориан, я хочу тебя… Прошу, не останавливайся…       Услышав это, юноша, невзирая на мольбы, отстранился дальше прежнего. Его глаза виновато забегали, а голос болезненно надломился:       — Что же я делаю?.. Я не имею права на это, Бель… Не проси невозможного. То, что сейчас произошло, и так неправильно.       — Но как же… — на моих глазах выступили слёзы. — Ты лжёшь мне! Ты ведь возбуждён, я чувствую это даже сквозь одежду. Ты отвечаешь мне взаимностью, делишь со мной одно дыхание… И ты говоришь, что это неправильно?! Обманываешь и меня, и себя!       — Да, я буду говорить это всегда.       Мне стало так обидно. Опять эти дурацкие предрассудки разделили нас пропастью! Почему даже сейчас он выбрал их, а не меня? Казалось, что-то внутри враз сломалось, вынуждая задать такой важный вопрос. Вопрос, ответ на который я никак не хотела услышать. Но всё же произнесла…       — Ты меня… Я тебе не нравлюсь? Противна тебе?       Юноша отвернул голову и, не глядя на меня, холодно бросил:       — Да. Поэтому не делай так больше.       Я услышала хруст. И не понимала, это моё сердце или магическая стена, закрывающая нас до этого момента. Повернув полные слёз глаза, я увидела, как по чёрной поверхности зигзагами пошли золотые трещины.       Дориан сообразил быстрее меня. Чуть грубовато скинул моё тело на софу и вскочил на ноги. Махнул рукой, создавая чернильную дымящуюся воронку размером с себя, и вошёл в неё. Портал захлопнулся как раз в тот момент, когда моя магическая стена рухнула и рассыпалась светящимися осколками. За ней показалась знакомая златовласая фигура.       Увидев меня, незваный гость явно загрустил:       — Проклятие, я думал, ты с кем-то тут развратничаешь, раз закрылась магией…       Сглотнув тяжёлый ком, я резко опустила голову и вытерла слёзы, стараясь скрыть их.       — Эй, ты чего? Неужели так рада меня вновь видеть, что расплакалась? — моих запястий коснулись руки Лукаса, уводя дрожащие кисти от лица. — Послушай, я просто дежурный на балу и должен следить за парочками. Не знал, что ты тут одна страдаешь. Это… извини, ладно?       Я со злостью выдернула руки. Его голос звучал так далеко, был сейчас так не важен и чужд. Слёзы всё катились градом по щекам, не желая останавливаться, как бы сильно я не тёрла глаза. Такое ощущение, что моё тело стало сплошной болью, горькой и неприятной, хуже крепкого хмельного питья. Вкус разбитой любви никак не покидал внутренности, разрезая их осколками, пропитанными разочарованием и горечью.       Слёзы хлынули совсем уж рекой, вынуждая меня закрыть лицо руками в надежде всё прекратить и не сорваться на истерику.       Я почувствовала, как рядом прогнулась обивка софы. Спустя мгновение бережным движениям мою голову положили, судя по ощущениям, на плечо. Тёплая рука аккуратно легла на мои волосы и, не встречая сопротивления, принялась гладить, утешая. Движения Лукаса были слегка неуклюжими и наполненными неуверенностью. Не успела я сообразить, как моё содрогающееся всхлипами глупое тело оказалось заключено в тёплые объятия. Но, как бы там ни было, он старался меня утешить вместо того чтобы в который раз осыпать колкостями.       Он не бросил меня одну.       — Чтоб его, Бель. Ну в самом деле, успокойся. Чтобы не случилось, оно того не стоит, слышишь?       — …       — Аннабель, прекратить разводить лужи намного больше в твоих интересах, чем ты можешь себе представить. Если сейчас кто-нибудь войдёт и увидит нас, пойдут слухи… Пожалуйста, успокойся, ладно?       Переместив руки ему на грудь, я слабо толкнула, процедив сквозь зубы:       — Ну и оставь меня! Пошёл прочь…       Но Лукас не отстранился ни на малость:       — Да чтоб тебя! Как я уйду, когда ты так плачешь?! Даже у меня на сердце неспокойно от такого зрелища. Так что спрячь свои коготки и постарайся расслабиться, котёнок, — голос стал сочувствующим, и юноша, мягко уложив меня обратно, продолжил поглаживания.       Честно говоря, пара минут приговаривания, что «всё будет хорошо», мне не сильно помогли. В итоге, отстранившись, Лукас поднял моё лицо ладонями, вынуждая посмотреть на него.       — Тише-тише, взгляни на меня… Я могу использовать магию, чтобы попытаться помочь. Это должно успокоить тебя. Просто раньше такого не делал, не знаю, получится ли. Что скажешь?       Шмыгая, я уставилась на его встревоженные океаны. Так близко…       Недалеко от нас раздался голос. Я, не успевшая до конца прийти в себя, опять сорвалась на плач.       — Какого древня здесь происходит? Лукас?!       Руки юноши резко отпрянули от моего лица. Вскинув их вверх, маг света затараторил:       — Фред, успокойся, я всё могу объяснить…       Не прекращая рыдать, я невнятно пробормотала, подгоняемая не выветрившимся из головы хмелем:       — Он… разбил моё сердце…       — Лукас, ты что… с Бель?!       — Не-не-не, это не…       В комнату, судя по голосу, вошла Дафна, а может, она была с Фредом всё это время.       — Что у вас здесь происходит?       Фред трактовал ситуацию по-своему:       — Лукас разбил сердце Бель.       — Что?! — Дафна вскрикнула одновременно с Лукасом.       А я всё никак не могла прийти в себя, чтобы нормально объясниться. На шум подтянулись зеваки, выводя ситуацию ещё больше из-под контроля. Комнату наполнили громкие перешёптывания.       — У меня с ней ничего нет!       — Да кому ты врёшь, мы со Стеллой целую неделю лечили её тело после вашей ночи!       Услышав слова Дафны, я думала, что провалюсь сквозь землю. Но, наверное, не я одна… Я подняла шокированный взгляд на Лукаса — он выглядел таким же ошарашенным и при этом смущённо смотрел на меня, пока пьяная Дафна тараторила на весь зал:       — Да-да, ты, Лукас, хоть и красавчик, но то ещё животное! Аннабель ведь такая хрупкая, а ты на ней ни единого живого места не оставил. Сплошные синяки! А теперь ещё и сердце разбил, ловелас ты проклятый!       Лукас побелел. Но секунду спустя резко махнул рукой, вынуждая всех затихнуть. Я бросила беглый взгляд на перекошенное яростью лицо Фреда. Его с трудом сдерживала на месте Стелла. Похоже, всё вот-вот взлетит на воздух, подобно пороховой бочке.       Изменившись в лице и вскинув высоко подбородок, маг света властно заговорил:       — Да, хорошо! На самом деле мы с Бель встречаемся! Мы тайно встречались, но я сказал, что так продолжаться не может, и мы не должны это скрывать! Иначе расходимся! Но она расплакалась, потому что боится осуждения брата, ибо мы с ним друзья и соседи! Всё всем ясно?! А теперь пошли вон отсюда!       Послышался растерянный голос Фреда:       — Но как же я?.. Ты просто играла со мной, Бель?       — Она выбрала меня, Фред. Всё. Так бывает, смирись с этим.       Только сейчас я пришла в себя. Меня ужасно мутило, и казалось, не от хмельного, а от глупых разборок, этого цирка, который устроил Лукас, чтобы выйти сухим из воды. Хотя сомневаюсь, что он сможет… после таких-то слов Дафны, опорочивших благопристойный образ старосты и дежурного.       Вскочив, я стрелой вылетела из помещения, грубо расталкивая студентов на своём пути.       Едва я оказалась снаружи, как безжалостный осенний ветер окутал меня ледяными объятиями. Но даже они не могли сравниться с тем холодом, что царил у меня на душе, когда я вспоминала Дориана. Я заревела ещё сильнее, переходя на шаг.       Переполняющее душу чувство утраты действовало отрезвляюще. В скором времени вместо ручьёв слёз я начала перебирать события этого проклятого вечера, чтобы по приходу домой иметь какой-никакой план… Чтобы не показывать перед кое-кем, насколько я убита отказом.       Чтоб его! Мне не стоило всё это делать! Сердце гулко заныло, окуная меня в моменты о нашей мимолётной, но жаркой близости с Дорианом, будто крича тем самым: «Стоило!»       Но, как бы там ни было, это… это должно было остаться между нами. Если бы только не вмешался Лукас! Зачем он всем наврал, выдумал какие-то тайные отношения?! Нельзя было просто сказать, как есть? Что нашёл меня уже в таком состоянии. Он что, не понимает, чем нам теперь это грозит?       Слёзы полностью сошли на нет, а может, мне попросту больше не было чем плакать… Опухшие глаза, как и мокрые щёки, безжалостно кололо холодом.       Теперь, после таких откровений Лукаса, мне только и оставалось, что уповать на принятие Фредом произошедшего. Надеюсь, он мирно отстанет от меня, а не начнёт выяснять отношения, которых вообще-то и нет! Да, он неплохой парень, но я так и не смогла почувствовать к нему хоть что-нибудь, поэтому даже рада, что избавилась. Пусть и таким жестоким способом.       Проклятие… Если Фред всё-таки придёт и прямо спросит, а я честно отвечу, что причина в другом, он вновь начнёт строить воздушные замки. Скажу правду — он не поймёт, ещё и у Дориана будут проблемы… У этого треклятого дурака! Как же я его ненавижу! И почему я влюбилась именно в него?!       Спеша по тропе, изредка подсвеченной фонарями, я чуть ли не врезалась в кого-то. Отшатнувшись от незнакомца, собиралась было уже привычно обругать, однако рядом никого уже не было.       Показалось? В принципе темно, так что не удивлюсь, если…       В этот момент уже с другой стороны мелькнули очертания какой-то высокой фигуры, вынуждая меня сглотнуть ком тревоги и поспешить под яркий фонарь. Благо у центральной дороги, проходящей сквозь всю территорию академии, они куда больше, чем в оранжерее и густой части парка.       Нервно заламывая пальцы, я стояла посреди белого круга света, набираясь решимости.       — Это… мне сейчас не до тупых разговоров. Но кто бы за мной ни поплёлся, выходи на свет и говори, что тебе нужно, пока я добрая! — вглядываясь во мрак, я вздрогнула, когда над головой, из-под большой чашеобразной крышки фонаря, вспорхнула ночная бабочка словно испугавшись моего крика. Трепетно покружившись вокруг меня, она устремилась в ночную мглу и растворилась в ней.       Ответом мне был лишь шорох листвы, перегоняемой ветром по аллее.       — Я серьёзно. За такие шутки рассеку тебя напополам магией и глазом не моргну!       — …       Боковым зрением я опять уловила движение, напрягаясь всем телом. Но стоило мне повернуть туда голову, как уже в другой стороне что-то замельтешило, будто глумясь надо мной.       По телу пробежались мурашки. Я опустила взгляд на острые носки туфель и ощутила непрошенную мелкую дрожь. Руками обхватила себя за плечи, пытаясь совладать с беспокойством.       Что за глупости? Я что, боюсь? Может, из-за выпивки или переживаний так… Как-то прям не по себе.       Это точно не люди. Это нечто иное.       Неужели Фоскор разгневался, что я такое учудила с Дорианом на следующий же день после получения новой метки? Но я ведь ничего такого не сделала! Да и не будь во мне хмельного, удержалась бы. Стоят ли эти мелочи внимания божества?       Сердце, не обращая внимания на самовнушение, заколотилось от волнения ещё больше. Ну вот, служу Фоскору, но почему-то тьма сейчас… пугает.       Я продолжала стоять, словно пригвождённая к кругу света, не желая поднимать высоко голову. Мне хватало и того, что за границей света на земле, тьма как-то странно пульсировала, извивалась непонятными формами, будто не решаясь подползти ближе. Это настолько стало давить, что я присела на корточки и зажмурилась, уперев лоб в колени.       Прекрасно! Теперь ещё и непрошеные галлюцинации или что бы оно там ни было. Понимаю, что мне, наверное, ничего не сделают, а если попробуют, я смогу дать отпор, но… Не хочется проверять.       Пожалуйста, не сейчас… не тогда, когда я и так разбита.       — Бель? — я повернула лицо на голос, открывая глаза.       Лукас стоял, окутанный темнотой, выделяясь своим лимонным костюмом и, конечно же, светлой шевелюрой. Мои глаза испуганно расширились, когда я взглянула за его спину. Невзирая на то, что раньше тени пропадали, стоило перевести на них взгляд, сейчас они лишь больше стали походить на людей. Лица мертвецов, очертания измученных тел, местами не совсем целых, как бы намекали на разные обстоятельства смерти. И хуже всего, что сейчас они уже никуда не девались.       Резко вскочив, я схватила юношу за руку и рывком затащила к себе под фонарь. Не ожидавший этого, Лукас врезался в меня. При этом, приобняв одной рукой за талию, всё же смог сохранить равновесие.       — Ты чего? Неужели так рада моим словам о том, что мы встречаемся?..       — А? — я оторвала взгляд от обезображенного облика, застывшего во мраке. Моргнув несколько раз и убедившись, что мне не кажется, я расстроено подняла голову к юноше, уходя из его объятий. — Ты что-то сказал?       Лукас недовольно цокнул. Может, действительно было что-то важное?       — Ты себя нормально чувствуешь? Совсем бледная, будто призрака увидела.       — Призрака? — я вновь перевела взгляд в темноту и облегчённо выдохнула, когда в этот раз глаза ничего не обнаружили. Странных движений по сторонам тоже не последовало.       Я слабо улыбнулась и устала потёрла глаза. Точно из-за нервов мерещится всякое.       — Слушай, Аннабель, я вижу, ты вообще не настроена на разговор. Давай тогда я просто провожу тебя?       — Не стоит, это лишнее.       — Это был риторический вопрос, Бель. Я не слепой и… — он замялся, будто высматривая что-то в стороне.       — И?       — Ну, если твой брат узнает, что я тебя просто так оставил посреди ночи в парке, он рассердится. Поэтому я должен тебя проводить.       Неловко отвернувшись, я тихо пробубнила, поправляя прядь растрепавшихся волос за ухо:       — Тогда призовёшь светляка, пока мы идём?       — Хорошо. Не думал, что ты бои… — он резко умолк, не договорив до конца. Всё же не решился в этот раз меня уколоть. Видимо, понял, что с меня и так хватит.       Над нашими головами загорелся огонёк, растекаясь светящимся куполом. Я сделала неуверенный шаг в темноту.       Так. Спокойно. Над нами свет, я не одна, да и не уверена, что всё увиденное было взаправду. Больше не должно быть сюрпризов.       Несмотря на «просто провожу» Лукаса, рот у него не закрывался. Неожиданно для себя я даже немного расслабилась, слушая болтовню о выступлениях, которые я пропустила. Да и никаких странных теней мне больше не наблюдалось.       Всё было хорошо, пока Лукас, немного переменившись в голосе, не дошёл к не самой приятной теме:       — Я рассчитывал, что ты захочешь меня убить после того, что я сказал. Ну, об отношениях. Но ты поступила так… по-девичьи. Я был, мягко говоря, удивлён, даже растерян. Но твоя болтливая подруга вернула меня на землю, велев, чтобы я догнал тебя.       — А ты прям любишь, когда тобой командуют, Лукас? У самого не хватило смекалки?       — Если бы я не хотел, я бы и шагу не ступил за тобой, — он повернул голову, странно взглянув в мои глаза.       Прищурившись от подозрений и света очередного яркого фонаря, я ответила:       — Ты уж определись: отправился за мной из-за Итана, из-за Дафны или потому, что сам так решил.       — Ну вот, тебе коли мёд, так и ложку…       — Конечно, — хмыкнув, я мягко улыбнулась.       — Слипнется, — теперь уже Лукас победоносно улыбнулся, омрачив моё настроение.       Ох, была бы я в лучшем состоянии, я бы ему уже сказала пару ласковых. Но сердце при виде горящих вдали окон башен защемило, а глаза остекленели.       Шмыгнув, я шепнула:       — Так и что нам теперь делать, исходя из твоего гениального плана?       — Ну как что, глупый котёнок? Встречаться, конечно же! — я уже развернулась, чтобы врезать ему на ходу, но он быстро поднял руки и затараторил: — Да ты дослушай сначала, Бель! Тебе ведь наши «отношения» тоже выгодны. Тебя обидел парень, как я понял, да? Ты можешь отомстить ему, заставить ревновать. Пусть помучается от мыслей, что упустил тебя. Проявишь холодность. Она его точно взбодрит. Покажешь, что он для тебя ничего не значит, тем, что ты с другим в отношениях. Что скажешь?       Я опустила руку и задумчиво коснулась подбородка. Как ни крути, а он, похоже, разбирается в таких вещах; я даже не подумала сначала. Правда, больше всего в его плане привлекало то, что меня никто не будет трогать и предлагать встречаться. В общем, мне хотелось, чтобы что-то такое было, но только на словах…       Впрочем, есть ли мне смысл вообще играть в эти игры, ещё и ради Дориана? Он явно не хочет иметь со мной ничего общего. Зачем тогда мстить и пытаться пробудить какую-то ревность? Но, с другой стороны, возвращаясь к первой части, я могу быть уверена, что не влюблюсь в Лукаса, поэтому можно считать его своеобразным гарантом моего спокойствия.       Пока я раздумывала, мы как раз добрались до общежития. Юноша тактично ждал моего ответа всё это время. Когда мы остановились у двери, я всё же решила сказать хоть что-то:       — Я подумаю, Лукас. Доброй ночи.       — Э-э, а «спасибо» за то, что проводил?       — Пожалуйста. Мог и не благодарить за то, что позволила себя проводить.       — Я уже начинаю жалеть о том, что… — мы встретились взглядами, и он умолк.       — Ну, рискни, Лукас, — сложив руки на груди, я нахмурилась.       Его взгляд скользнул по мне.       — Ничего плохого, Бель. Замечательное у тебя всё-таки платье. И я действительно рад, что тебе уже лучше. Хорошего отдыха, — взлохматив мне волосы, он развернулся и быстро зашагал в сторону своего общежития.       Я совру, если скажу, что мне было неприятно слышать подобное. Он и правда сделал мой вечер чуточку лучше. По крайней мере, его финал. Есть, конечно, нечто странное в его поведении, но спасибо, что не приставал, а то точно бы отказала без раздумий.       Протяжно вдохнув прохладный воздух, я ещё раз окинула взглядом окошко. Долго стоять желания не было, но и подниматься в комнату — тем более. Судя по отсутствию света в комнате, сосед спит, если он уже вернулся.       Точно, он же опять странно ушёл, вернее, сбежал через портал… Может, так и лучше. Но то, что Дориан оставил меня там одну, разбитую на растерзание — чести ему не делает.       Зайдя внутрь башни, я хмыкнула. Напротив входа на жердочке замерло в причудливой позе замороженное подобие птицы, принадлежавшее мадам Соне. Я и забыла о ней. Судя по всему, кто-то позаботился о магическом доносчике ещё до праздника. Сама вахтёрша, не слыша пронзительных криков своего питомца, свидетельствующих о нарушении комендантского часа учениками, наверняка давно спит крепким сном. Впрочем, если смельчак успеет утром разморозить птицу, то эта шалость пройдёт вообще без последствий.       Добравшись до лестницы, я застыла и, недолго думая, применила магию, чтобы посмотреть, где Дориан. Если он где-то на празднике, туда я, наверное, не достану. На удивление, сила сработала, но показала мне не комнату со спящим телом, а крышу…       Ругая себя в попытках остановить, я всё же последовала, как заворожённая, в указанное место. Было непросто совладать с платьем на узких лестницах и пыльном чердаке, но я смогла и вскоре высунулась наружу, подставляя лицо осеннему ветру.       — Нашла меня всё-таки.       — Уйдёшь? — я аккуратно прошлась по черепице и уселась рядом с растрёпанным юношей.       — Я ведь слышал, Бель, что ты идёшь сюда, так что мог уйти и раньше, если бы захотел.       — Что ещё ты слышал, Дориан?       — Твои разговоры с Лукасом я не слушал, можешь не волноваться.       Так я и поверила, вот прям то, что он даже знает, с кем я говорила, лишь подтверждает обратное. Словно прочитав мои мысли, он поправил вернувшиеся на лицо очки и улыбнулся, продолжая смотреть перед собой.       — Я понял, что говорите именно вы, и перестал подслушивать. Это не моё дело.       Обняв колени, я вскинула голову и, рассматривая звёздное небо, прошептала:       — Он предложил мне встречаться.       — И что ты ответила?       Я повернулась к соседу, обнаружив на себе пристальный взгляд. Хотелось сказать правду, но будет ли тогда в плане Лукаса смысл? Хотя… как бы то ни было, Дориан точно не будет ревновать.       Проклятие, почему я думаю о таком? Мне ведь должно быть всё равно! Отчего же, увидев его, я опять готова накинуться на юношу и повторить, наплевав на всё произошедшее после?       Смутившись, я неуверенно протянула:       — Сказала, что подумаю.       Я даже не соврала. Скривившись, Дориан резко отвернулся:       — Прекрасно! Просто замечательно, Аннабель. Соглашайся, будет травмировать тебя на законных основаниях, — поднявшись, он небрежно процедил сквозь зубы: — Знал бы, что ты такая мазохистка, не лечил бы тогда. Не трясся бы над каждым твоим болезненным вздохом!       Отряхнув вещи, юноша хотел было уйти, но я поднялась следом, вскрикнув:       — Ты чего?! Подожди, Дори.       В спешке, путаясь ногами в платье и безостановочно ругаясь, я юркнула за соседом. Очередной раз споткнувшись, чуть ли не упала. Но рука юноши очень вовремя оказалась рядом, подхватывая меня за талию.       Голос опять наполнился непониманием и горечью:       — Зачем, Бель? Ты вообще не думаешь головой?       — Ты о чём? — я выровнялась, и он торопливо отпустил меня.       — Какие отношения? Ты ведь сама выбрала Фоскора. Или тебе без разницы с кем… — я прервала его речь пощёчиной. На глазах в тот же миг навернулись слёзы.       — Тебе ли говорить мне подобное, Дориан? Сам-то пришёл со Стеллой, а на поцелуй отвечал мне! Мне, которая тебе совершенно безразлична, противна… — щёки опять стали покрываться горячими дорожками, пока сердце с каждым словом болезненно обливалось кровью.       Недоговорив всё, что накипело, я стихла. Больше не желая показывать слабость, я впопыхах покинула это место.       С каждым стуком сердца я повторяла вслух «дурак» в надежде, что Дориан услышит… Правда, он вряд ли поймёт «почему».