Вкус Смерти

      Утром моя голова, казалось, лопнет от злосчастного будильника, разразившегося трелью у ножки кровати. Не разлепляя глаз, скинула на него вторую подушку, и он, сдавшись, умолк. В наступившей тишине я расслышала тихий шум дождя.       Распахнув тяжёлые веки, увидела на потолке причудливые тени от стекающих по окну капель. В том, что это узоры были заслугой именно погоды, я была уверена. Благодаря вчерашнему заклинанию Лукаса, подарившего мне этой ночью покой, плохие мысли я сразу гнала прочь.       Черепушку будто тиски сжали, но хуже этого было ощущение нарастающей боли, пронзающей тело с каждым вдохом. Воспоминания минувшего дня были слишком уж явными, словно это происходило незадолго до того, как я проснулась. Вот только тревога пробудилась первее меня и уже начала кусаться дурными мыслями.       «Нет времени лежать и прохлаждаться, Бель».       Превозмогая немощность, я поднялась и налегла на стол. Взгляд устремился на сторону соседа.       Сердце сразу же заколотилось при виде юноши. Так мирно спит. Красивый даже после всего, что случилось с ним вчера… Его ресницы затрепетали, как крылья мотыльков, будто ощутив моё внимание. Слегка приоткрыв веки, он скользнул туманным фиалковым взглядом по мне. Словно безмолвно спрашивая, Дориан чуть кивнул головой, проезжаясь бледной щекой по подушке. Судя по внезапной реакции и вскинутой к вискам руке, не одной мне было плохо.       Вроде бы узнал меня. Не рванулся бежать — и то хорошо. Внутри зародилась надежда, что старания Стеллы не увенчались успехом.       Я первая не выдержала и затараторила, оставляя дремоту серого утра позади:       — Дориан, ты как? Выпей воды! Я сейчас ещё принесу!       Не дожидаясь ответа, я вскочила, позабыв обо всём, что меня волновало до этого: и о боли, и о бессилии. Даже сырой прохладный воздух не мог стать мне преградой.       Поспешив набрать ещё один стакан из графина, покоившегося на столике неподалёку двери, я влетела на сторону соседа. Аккуратно поставив ёмкость на тёмную деревянную поверхность, принялась изучать юношу взглядом.       Приподнявшись на локтях, сосед опустошил первый стакан и кинул на меня странный взгляд:       — Бель, ты… В порядке? — обычно мелодичный голос сейчас был севшим, с небольшой хрипотцой.       Смутившись, я села на край постели Дориана, подбирая слова. Юноша прокашлялся и более мягко продолжил:       — Аннабель, почему ты спала одетой?..       Я опустила голову, взглянув на тунику, которую так и не тронула вчера. По возвращению всего лишь сняла верхний вязаный свитер, штаны, а эту кофту оставила, натянув поверх неё ночную сорочку. Пожалуй, со стороны и правда странно смотрится…       Дориан бережно коснулся моей руки. Я вздрогнула и кинула испуганный взгляд в его сторону. Сразу же отпрянула, не отдавая отчёт своим действиям, чем вызвала ещё больше изумления на лице юноши.       — Да что с тобой? Тебе плохо? — Дориан мимоходом взглянул на мои ноги, которые ниже колен были обнажены. — Ты упала? Что у тебя с ногами? Откуда синяки?       Зардевшись и растеряв все слова, я промямлила:       — Прости, Дори, я… Это… Случайность.       — В каком плане «случайность»? Что с тобой произошло?! — судя по повышенному тону, юноша терял самообладание.       Я же, вспомнив наставления Лукаса о том, что мне не стоит кому-либо рассказывать о странных отметинах, не спешила жаловаться. Опустила голову. Не хотелось заставлять сосед волноваться лишний раз. Да и расспросы в таком состоянии — так себе идея.       — Дориан, я вчера много тренировалась… — не успела я договорить наспех придуманную ложь, как меня обняли за плечи. — Дори… ты чего?       Раскрасневшись, я замерла, не понимая, что случилось.       — Аннабель… — на волосах почувствовалось дыхание, а его голос стал тихим и вкрадчивым. — Не беспокойся, я сделаю всё, чтобы вылечить тебя… Каждый твой ушиб, каждую царапину… всё пройдёт…       Меня словно молния пронзила, накрыв тело волной мурашек, а сердце тотчас обволокло мечтательным трепетом. Не верится, что это говорит Дориан…       Преодолевая своё смущение, я коснулась рук юноши. Если это происходит на самом деле, сосед просто бредит, не стоит очередной раз обманываться и забывать, что потом всё волнующее внимание сойдёт на нет. Его руки по-прежнему обнимали меня в районе ключиц, в то время как дыхание на макушке сменилось тёплой щекой юноши.       — Не стоит так переживать, Дориан. Это всего лишь ушибы. Да и я устала тревожиться по пустякам. За страхами и оглянуться не успею, как жизнь закончится. Пусти, у меня уже ноги замёрзли. Нужно одеться, не май месяц… — осторожно заметила я.       В дверь застучали, и я, воспользовавшись возникшим замешательством, поспешила выпутаться из рук Дориана.       — Кто это?..       Не глядя на соседа, я ответила на ходу:       — Скорее всего Лукас. Я пообещала ему сходить вместе к целителю перед занятиями.       — Подожди-подожди, — за руку внезапно схватили, вынуждая остановиться в шаге от двери. Я удивлённо обернулась, отметив, как быстро сосед оказался рядом. — Я не понимаю, ты ведь сказала, что ничего страшного. Что это просто ушибы! Они есть и под кофтой? Поэтому ты в таком виде? — руку сжали сильнее, а прекрасное лицо юноши исказило недовольство.       — Да. Всё верно. Пусти, Дори, мне нужно открыть.       — Мы не закончили, Бель! Почему ты идёшь с ним в такое место? Он что, видел тебя без одежды?!       Смутившись, но в то же время напрягшись от такого поведения, я зло заметила:       — Только верх и грудь у меня была закрыта. Лукас заметил следы на запястьях, которые ты, между прочим, сейчас очень больно сжимаешь, и уговорил меня снять кофту. Допрос окончен?       Дориан побледнел и отпустил мою руку. В растерянности кинул мне уже в спину:       — Я сам тебя вылечу, Бель! Прошлый раз я прекрасно справился без посторонней помощи! Думаешь, я не справлюсь с синяками?!       Я застыла, ухватив дверную ручку. Сосед, конечно, прав, да и его внимание мне будет крайне приятно. С другой же стороны… В него влюблена Стелла. После всей вчерашней истории мне крайне паскудно и даже вспоминать об этом не хочется. Если мы с Дорианом сблизимся… Не думаю, что сейчас это хорошая идея. И вообще какое «сблизимся»? Он же сам меня постоянно отвергает! Сначала весь из себя такой паинька, душа наизнанку, а потом внезапно вновь, словно чужой человек. Сколько времени прошло, а я по-прежнему не понимаю его… Да и стоит ему стать ко мне ближе, как я вновь потеряю голову, влюблюсь в него ещё больше. Проклятие…       Стук повторился, и я сразу же распахнула дверь, отогнав мысли.       Из-под капюшона бордовой мантии на меня смотрело добродушное лицо третьекурсника.       — Лукас, привет. Ты раньше, чем я думала…       Его улыбка стала шире, а на мою голову опустилась рука и ласково погладила.       — Привет, звёздочка. Нам нужно успеть к целителю до занятий. Постарайся побыстрее собраться… — я послушно устремилась к шкафу, позволяя юноше пройти в комнату.       Послышался недовольный голос соседа:       — Здравствуй, Лукас. Вижу, ты уже протоптал дорожку к нашей тёмной обители… А Валгус не против такого внимания к магам тьмы?       Сдвинув цветастую ширму в сторону, я принялась переодеваться за ней, пока Дориан пытался задеть Лукаса. Тот кинул мне нежное: «Одевайся потеплее», а после совершенно другим, безучастным голосом ответил Дориану:       — Мне неинтересна твоя наблюдательность, как и внимание в целом. Я пришёл к своей Аннабель, а не к тебе.       Я закатила глаза, но вмешиваться не стала, затягивая ремень на штанах.       — Так-то рано или поздно тебе придётся начать со мной считаться, потому что мы с Бель хорошие друзья. Неуважительно так обращаться с важными, дорогими для неё людьми… — последние слова сосед выделил торжественным тоном, будто намекая на что-то иное.       — Ох, Дориан… если моё отношение тебя так сильно коробит, можешь перестать с ней общаться. Уверен, я прекрасно смогу справиться не только с положением возлюбленного, но и с ролью «важного» и «дорогого» друга вместо тебя.       Я в это время как раз скинула надоевшую тунику и, впопыхах накинув на плечи рубашку, вылетела из-за ширмы. Они же сейчас друг другу глотки перегрызут!       — Что вы тут устроили?! Как кошка с собакой, честное слово! Можно ведь нормально общаться!       Дориан, который был немногим ниже Лукаса, отпустил ворот бордовой мантии и сделал шаг назад под моим осуждающим взором. Впрочем, лицо мага света даже не дрогнуло, неужели настолько уверен в своих силах?       Только вот стоило юношам скользнуть по мне взглядами, как они изменились в лице. Как по команде, оба нахмурились, сузив глаза и поджав губы. Дориан взял себя в руки первым и вскрикнул:       — Бель, ты чего в таком виде?! Застегни рубашку! Мы же не одни!       В ответ на это на лице Лукаса расцвела самодовольная ухмылка. Видимо, он решил довести ситуацию до точки кипения и подошёл ко мне совсем близко. Его пальцы уверенно взялись за верхнюю пуговицу моей рубашки, принявшись медленно её застёгивать.       — Это перед Дорианом лучше так не ходить, он же просто… друг. А перед своим молодым человеком можно ходить и без одежды. Я не дам тебе замёрзнуть, какой бы непогожий день не был…       Взглянув в его синие глаза, я мысленно спросила, зачем он так со мной. Ответа, конечно же, не последовало. Старшекурсник лишь подмигнул мне.       Вздохнув, я отвернулась… Признаться честно, эти глупые выяснения отношений между парнями помогли мне прийти в себя. А то утром вновь повела себя как дура, растеряла самообладание перед смазливым личиком Дориана. Но видно же, что он ведёт себя как обычно. Значит, всё с ним хорошо, и переживать не стоит.       «Всё, никаких любовных вздохов ему вслед».       Лукас хоть и перегибает порой в выражениях, но этим он меня вытаскивает из фиолетового омута. Поэтому ругать или спешить заканчивать «отношения» с ним я не буду торопиться. Да, меня немного беспокоит наш вчерашний разговор… но я больше склонна к тому, что Лукас просто пошутил, нежели и вправду влюбился в меня. Пройдёт немного времени, и мы ещё раз поговорим о наших выдуманных отношениях, и тогда он точно расскажет, зачем ему всё это сдалось.       Проследив, как Лукас застегнул последнюю нижнюю пуговицу, я кивнула ему в знак благодарности. Несмотря на всё, почему-то не чувствуется от него опасности, скорее наоборот. Даже смешно стало… Не сдержавшись, я слабо улыбнулась. Как же быстро всё изменилось…       Застегнув манжеты, я наконец-то выглянула из-за широких плеч старшекурсника. Сосед стоял всё там же, правда, сейчас был белее мела.       — Дориан, тебе плохо?       Лукас цокнул и недовольно поставил руки на пояс:       — На это нет времени, Бель. Он взрослый и сам справится со всем. Накидывай свитер, мантию и пошли.       Услышав это, сосед подлетел к своему шкафу и тоже начал переодеваться. Лукас, стоявший возле меня, тактично опустил руки мне на глаза, закрывая неожиданное представление Дориана.       — Так, нам пора, Бель.       — Подождите, я пойду с вами! — крикнул мой сосед, судя по звукам роняя всё впопыхах.       — Не стоит. Меня ей будет достаточно, — маг света развернул меня и мягко подтолкнул к ширме, чтобы я закончила, наконец, уже одеваться.       — Я не доверяю тебе, Лукас! Я должен сам всё проконтролировать.       Стоя у края ширмы, старшекурсник сложил руки на груди и стал нетерпеливо притоптывать. Его голос так и сочился насмешкой:       — Аннабель, надо же, я думал, твой сосед — юноша, а не вторая мамочка… Пожалуй, не стоит бояться того, что Итан узнает, с кем ты живёшь. К такой «наседке» он не станет относиться с подозрением.       Расчесав волосы и надев свитер, я искоса взглянула на блондина. Вот ещё, разборок с братом мне не хватало.       Собирая книги в сумку, я уверенно произнесла:       — Сейчас не лучшее время для таких откровений, Лукас. Не говори пока Итану, ладно?       — Ну смотри, если он сам узнает раньше, чем ты расскажешь, может навоображать себе невесть чего.       — Ты же меня спасёшь от своего лучшего друга, верно? — собравшись, я подошла к нему и хмыкнула.       — За своего маленького котёнка буду бороться как лев… — юноша, ласково улыбаясь, протянул ко мне руку. Ровно в этот же момент к нам за ширму вбежал Дориан. Заметив неладное, он нагло ухватил мага света за кисть.       Мы молчаливо переглянулись, и Дориан сразу же растерянно отпустил руку Лукаса.       — Мальчик, я не знаю, что ты себе там нафантазировал, но меня не интересуют юноши…       — Больно ты мне нужен! — на этих словах Дориан схватил за руку уже меня.       Лукас, нахмурившись, тоже взял меня за свободную кисть и процедил с угрозой сквозь зубы:       — Пусти её, малец…       — Ну уж нет! Да и мы с тобой почти ровесники, хватит цепляться к моему возрасту.       Довольно улыбнувшись, старшекурсник протянул, глядя на Дориана сверху вниз:       — Не то, чтобы я о возрасте… Я же не только в нём тебя превосхожу.       Я мысленно взвыла. Как же мне это надоело! Вот правда. Они же даже на меня не смотрят!       Тихо выдохнув, я взяла их руки и, мягко применив магию, освободила себя, а пальцы юношей сцепила в замок. Заметив неладное, они сразу же отпрянули, разжимая руки. Наконец-то внимание обратилось ко мне. Какое ни есть…       — Если так хотите цапаться — шуруйте парочкой куда хотите. Я и одна справлюсь без вашей болтовни! — проскочив мимо ошарашенных парней, добавила чуть тише: — И так голова болит, ещё и вы не затыкаетесь…       Мне в спину донеслись: «Бель!» и «Подожди!». Я же уже обувалась. Быстро накинув мантию, с сумкой наперевес покинула комнату.       Первым меня нагнал Лукас. Возле лестницы подоспел и Дориан, задержался, наверное, из-за возни с замком.       — Пока вы собачились, уже дождь прекратился, да и уроки скоро начнутся.       Лукас, слева от меня, утвердительно ответил:       — Это даже хорошо, что нет дождя. Однако я не знал, что у тебя такое рвение к учёбе. Ещё скажи, что все домашние задания сдала раньше срока.       Я сглотнула и молчаливо уставилась под ноги, на ступеньки. Вот же… вспомнил.       Так-то нам задают задания, и довольно много, но я предпочитаю это всё делать за ночь до их сдачи… Как и любой студент, занятый более важными делами. Да и в порыве вытолкать Дориана из головы, я даже приступила к некоторым докладам, которые сдавать нескоро.       — Не бурчи, ещё две недели в запасе.       Блондин не унимался:       — Хочешь сказать, ты ещё ничего не сдала?!       — Хочу сказать, что сейчас у меня есть дела поважнее, Лукас.       — Вот поэтому ты и учишься плохо, своенравный котёнок. Невозможно за пару дней всё идеально сделать и выучить. У тебя же каша будет в голове… — кинув на него быстрый взгляд, я скривилась. Видно, как он доволен ещё одной своей отличительной особенностью — безупречный отличник, которого ставят всем в пример. Не обращая на меня внимания, Лукас добавил: — Ну ничего, раз уж мы встречаемся, Бель, то так и быть… Подтянуть тебя по учёбе — это мой долг.       Мы вышли наружу. Сырость сразу ударила в нос, вынуждая меня сжаться и недовольно насупиться. Да, погодка, конечно, блеск. Только если не торчать на улице, а сидеть дома под одеялом. Окинув взглядом темнеющие свинцовые облака, намекающие, что это только начало, услышала по правую сторону от себя не менее твёрдое:       — У меня тоже отличные отметки. Да и мы однокурсники с Аннабель, хоть и с разных групп. Моя помощь будет куда более уместной и полезной.       — Где же ты раньше был со своей уместной помощью? А? — Дориану нечего было ответить, и Лукас гордо задрал подбородок так, что даже капюшон ветром снесло. — То-то же. Раньше нужно было думать. Сейчас уже у неё есть я.       Посудив, что Лукас прав, я даже сама своим мыслям кивнула. Я и правда не раз просила помощи или совета у соседа, но он либо скупо и односложно отвечал, либо вертелся, как уж на сковородке, чтобы в следующий раз я не цеплялась к нему.       Услышав скрип зубов, я взглянула на Дориана. Мы все остановились. Благо других студентов сейчас поблизости не было. Небось, спокойно завтракают, а вот нам это, увы, уже не светит…       — Не нужно злиться, Дори. Лукас прав, — от неожиданной поддержки маг света аж немного засветился, в прямом смысле этого слова, привлекая моё внимание. — Хоть он и засранец, который не раз мне вредил, но он извинился за те случаи. И когда мне нужна помощь, он безоговорочно помогает мне всем, чем может. Не осуждает и без лишних препирательств готов…       — Да понял я! — вскрикнув, перебил меня Дориан, после чего бессильно взмахнул руками и натянул капюшон на глаза. — Я знаю, что заслужил всё это, но не стоит подбирать подобные фразы и закапывать меня ещё глубже! Я и так виню себя во всех грехах!       Ощутив, как его голос наполнился горечью на грани слёз, я хотела было взять юношу за руку, но он не позволил.       — Не нужно! Ты и так достаточно сказала! Не буду вам мешать! — в пару шагов он отдалился и нырнул во внезапно возникшую на влажной траве чернильную воронку.       Магия Фоскора рассеялась, а Лукас на выдохе протянул:       — Да-а-а, он у тебя немного нервный.       Ощутив предательский укол в сердце, я закусила губу, глядя на опустевшую поляну среди круглых кустов самшита.       — Мне не следовало говорить подобного. Он обиделся.       — Бель, он мужчина… Точнее, мальчик, если судить по эмоциям. Но когда-то же ему стоит повзрослеть и научиться держать себя в руках? Ты не сказала ничего предосудительного. Он сделает выводы. А если нет… значит, Дориан ещё более незрелый, чем показался мне сейчас.       Ветер подул, вынуждая меня отвернуться от хлёстких ударов непогоды. Моих плеч коснулись руки, и я подняла голову.       — Немного приобниму свою звёздочку, чтобы не угасла, пока мы идём.       Я не стала спорить, поэтому мы так и пошли. Не скажу, что его близость меня отвращала или пугала. Мне было приятно, но, увы, не больше. Были тому причиной безответные чувства к Дориану или просто мы с Лукасом пока слишком мало времени провели вместе… Но пока я не могла ощутить к нему ничего сильнее, чем обычную симпатию. Искоса кинув очередной изучающий взгляд на третьекурсника, я мысленно кивнула себе.       Да, было бы странно, отрицай я его аристократическую красоту. Тонкие черты лица, более острые и хищные, чем у моего соседа, но от этого не менее привлекательные. Идеальные волосы почти до поясницы, напоминающие жидкое золото. Широкие плечи, говорящие, что Лукас довольно часто уделяет время тренировкам. Глаза, которые порой как озёра или погожее небо, а вот в хмурый день — как волны моря, более тёмные. Ресницы длинные, скулы острые, кожа молочная и без единого лишнего пятна и изъяна. Губы тонкие, но когда он улыбается — улыбка просто ослепительная…       — Бель, у меня что-то на лице?       — А? — я как-то и не заметила, как короткие взгляды превратились в наглое разглядывание. Я отвернулась в сторону, смутившись. — Задумалась, извини.       Голос юноши заискрился озорством:       — Я не против, чтобы ты меня «поизучала». Но давай выберем более укромное местечко для этого… и я покажу тебе абсолютно всё, что пожелаешь, любопытный котёнок.       От таких двусмысленных намёков меня спасла башня целителей, к которой мы наконец-то добрались. Она выступала из главного корпуса полукругом. Белостенное здание с арочными окнами было обвитое голубоватым плющом в белую крапинку. Поговаривают, этот плющ, уменьшающий расход магической силы, — одно из немногих растений, которое удалось вывести селекциями из привезённого вида из Пепельного Леса.       Внутри всё было залито мягким светом, словно стены сами источали сияние. Может, так было из-за того самого плюща снаружи, подробности ещё и о таких свойствах я не знала. Белоснежные и жемчужные оттенки покрывали всё вокруг — от гладкой плитки пола до сводчатых потолков. За арочными же окнами опять заморосил непрошенный дождь.       В воздухе витал запах трав и чего-то терпкого, напоминая мне о не самых приятных лекарствах от простуды. Мы прошли мимо пустого окошка дежурного и направились по коридору. Плотные дубовые двери чередовались с настенными светильниками. Остановившись у одной из открытых дверей, я краем глаза разглядела внутри ровные ряды кроватей. Лукас же вошёл внутрь в поисках дежурного целителя, пока я глазела по сторонам. Возле каждой кровати находился маленький столик, на котором возвышались разноцветные флаконы. Напротив постелей было несколько шкафов с обилием медицинских принадлежностей. Окна у изголовий каждой кровати были сейчас задёрнуты плотными шторами зеленоватого оттенка.       — Бель?       Я вздрогнула, крепко сжимая ремень своей сумки на плече, и повернула голову на подошедших. Можно сказать, что мне повезло — сегодня дежурила Николь. Со взрослой женщиной мне будет как-то поспокойнее. Поприветствовав меня, она рукой позвала нас за собой. Мы вышли обратно в коридор и устремились за целительницей.       Её тёмные волосы были собраны в аккуратный узел, удерживаемый простой, но изящной серебряной шпилькой. Сама одежда была обычной: длинное, свободного кроя, нежно-кремового оттенка платье имело синюю замысловатую вышивку у ворота и на широких манжетах. На спине так же был вышит целительский знак: по центру главной руны — небольшая ветвь с листьями, которая крест-накрест пересекалась с волной из горлышка пузырька. Талию худощавой женщины украшал пояс с небольшой кожаной сумкой, а на груди, ещё во время приветствия, я заметила кулон с руной Вассера.       Водные адепты… Нет, среди целителей бывали, конечно, и маги земли, но их здесь было куда меньше. Притом, насколько я знаю, в основном они работали с лекарствами на травах, а вот с пациентами, умея обращаться мастерски с кровью, в большинстве своём взаимодействовали последователи божества воды.       Толкнув рукой одну из дверей, Николь пропустила меня внутрь, как оказалось, смотрового кабинета. Идеальная чистота, которой и подобает быть, своей бездушностью не располагала к желанию задерживаться здесь надолго. Лукас тактично остался за дверью, присев на деревянную скамью. Я же, помимо закрывающейся двери, услышала в спину бархатистый, но настойчивый голос Николь:       — Что ж, Аннабель, не переживай и расскажи мне всё. Это не так страшно, — она натянула перчатки. — Я вынуждена провести полный осмотр. Раздевайся.       Я нервно сглотнула. Ощущая обречённость, послушно начала выполнять её указания. Благо в смотровой было довольно тепло, хоть и совсем неуютно.

⁺˚⋆｡°✩₊✩°｡⋆˚⁺

      Благодаря хмурому, во всех смыслах, утру настроение было бесповоротно испорчено. А то, что мне сказала целительница… да я вообще сразу же от этого отмахнулась, не поверив услышанному.       Я — и спала с кем-то?! Да ни за что в жизни!       Сама мысль о близости смущала и выбивала почву из-под ног. А учитывая то, в каком виде и при каких обстоятельствах я проснулась, как-то не сильно и хотелось докапываться до истины.       На вопрос с кем я была: промолчала. Не желала говорить правду, чтобы Николь не подняла панику. Не хватало ещё стать «достоянием» академии, о котором будут судачить на каждом углу.       Судя по всему, целительница сделала какие-то свои выводы и решила, что у меня была близость.       Да, после осмотра мне пришлось терпеливо выслушать какой-то бред о взаимоотношениях и вреде хмельного. Ещё и заставила выпить мерзкое зелье, чтобы я не понесла. И лишь после всего Николь всучила мне мазь и парочку восстанавливающих тело зелий. Разбитая, я направилась на выход.       Было неимоверно стыдно. А ещё тоскливо и больно на душе. Я ощущала себя такой беззащитной… Казалось, в этом мире всё враз исказилось, разрушилось, и не было больше места, где бы я могла спокойно выдохнуть и расслабиться.       Стоило мне покинуть кабинет, как Лукас вскочил и с волнением в голосе поинтересовался, как всё прошло. Как назло, Николь многозначительно окинула нас взглядом и ляпнула:       — Будьте в следующий раз более сдержанны в своих порывах.       Слава богам, не став дожидаться ответа ошарашенного Лукаса, целительница захлопнула дверь. Мне хотелось взвыть от обиды. Ну правда… я ведь и сама не знаю, даже не помню… А что, если это и вовсе были мёртвые?!       Глотку сжало от отвращения, а на глазах выступили слёзы.       — Бель?.. Что это значит? — мягко спросил юноша, но, видя, как я напряжена, быстро добавил: — Котёнок, успокойся, со мной ты в безопасности. Я не дам тебя в обиду.       Приблизившись, он вскинул руки и позволил уткнуться носом в его кофту. Лукас тут же обнял меня, пряча тем самым под мантией.       — Хочешь, прогуляем первый урок? Куда бы ты хотела пойти?       Честно, хотелось просто разреветься ему в грудь, как дура. А ещё — всё рассказать. Но стоило моим мыслям начать возвращаться к случившемуся, как мне становилось только хуже. Нет… я не смогу сейчас и слова сказать! Мне нужно успокоиться и отвлечься, а то точно разрыдаюсь. Пока я для себя всё не решу — не должна показывать чувства.       Отстранившись, я подняла взгляд к лицу взволнованного юноши.       — Лукас, ты как-то обмолвился после торжества, что можешь использовать магию света, чтобы успокоить меня. Можешь сейчас попробовать?       — Да, — он недовольно поджал губы, но спорить не стал. Взяв меня за руку, уверенно направился по коридору. Но не в сторону выхода.       Я не стала спрашивать, печатая за ним шаг. Ощущалось, что Лукасу не понравилось моё молчание в ответ на его обеспокоенные вопросы. Но я была безмерно благодарна, что он не стал меня доставать прямо там, под дверью, а дал время, если можно это так назвать.       Мы прошли к лестнице и на втором этаже повернули направо. Вскоре, судя по немного сменившемуся виду коридоров, вышли в главный корпус академии. Мы миновали несколько дверей, за которыми слышался монотонный голос вперемешку с размеренным стуком дождя по окнам, и вошли в пустую аудиторию.       Услышав, как дверь позади затворилась, я оглянулась. Лекционная как лекционная: те же ряды, доски за сценой, только окон много, вся стена в них. А ещё у потолка закреплена странная конструкция из золотых кругов, линий, зеркал и кристаллов.       Будто прочитав мои мысли, Лукас заявил:       — Это кабинет для магов света. На том механизме, на который ты так пристально смотришь, мы тренируемся управлять магией, чтобы не терять концентрацию.       — Выглядит сложно… для тьмы такого нет, — я повернула голову, ощутив, что Лукас стоит за моей спиной.       — Ты и сама видишь, что день не сильно располагает к свету. Если ты не передумала, я запущу светляка в аппарат над твоей головой и, умножив на нём силу, использую её всю для заклинания.       Немного неуверенно сглотнув, я хотела уж было отказаться… Но, с другой стороны, выйду я отсюда, и на меня опять накинется тревога, как бешеная псина. Это сейчас я отвлеклась на эту громадину над головой, а впереди ведь целый день. Так ещё и нужно всё произошедшее обдумать и решить для себя, как жить дальше…       — Не передумала, Лукас. Куда лучше стать?       Аккуратно приобняв за талию, юноша повёл меня вдоль рядов в самый верх аудитории. Мою сумку забрал, чтобы не мешала.       — Мне приятно, что ты стала доверять мне, звёздочка.       Остановившись у последнего ряда, маг света принялся уверенно командовать:       — Стой смирно, твои глаза должны быть закрыты, чтобы я тебя случайно не ослепил. Я скажу, когда можно будет открыть.       Медленно выдохнув, я в который уже раз постаралась взять себя в руки. Всё сделала, как было велено, и уверенно кивнула, разрешая Лукасу начать. На виски опустились прохладные пальцы. Я зажмурилась, когда в аудитории стало светлее. Меня окутал тихий шёпот Лукаса. А потом, как тогда, когда юноша накладывал на меня свет, чтобы отогнать мертвецов, стало ещё ярче.       Рой тревожных мыслей начал сгорать в золотом сиянии, которое проникало всё глубже и глубже… Я ощущала, как магия Валгуса неспешно струится по моему телу, запечатывая плохие ощущения. Они выцветали и становились не столь важными… Сегодняшний поход к целителю, все переживания, вчерашний день, вечер со Стеллой, переживания о Дориане…       «Бель… убей меня…Что?.. Доверься мне… Закрой глаза. Не смотри… Чтобы ни было, просто не смотри, Бель».       После потока спутанных слов моё горло будто сжали, а потом я ощутила, как ледяные касания принялись обвивать всю меня. Их становилось всё больше и больше. Я вскрикнула, но мой голос растворился в темноте, как и вся я.       Яркие лучи пробили мрак, и я испуганно оттолкнула чёрную тень. Ноги подкосились, и я упала. Ощущая под пальцами прохладные половицы, стала медленно приходить в чувство. Правда, вместе с каждым вздохом тело пронзала непрерывная дрожь. Перед глазами по-прежнему ничего не было.       — Я не вижу! Я ничего не вижу! — новый страх сильной волной неопределённости захлестнул моё сознание.       — Бель, я рядом! — я почувствовала, как меня обняли, утыкая лицом в грудь.       Я продолжала то и дело вздрагивать, но отвратительные ледяные касания постепенно сходили на нет, заменяясь теплом тела Лукаса. Всхлипнув, я обмякла, услышав напоследок лишь:       — Звёздочка, что же с тобой случилось…       Мне снился сон. Был летний день, солнце сверкало, пробиваясь сквозь зелёную листву. Я опиралась щекой на плечо Лукаса и слушала, как он читает о теории истощения магических сил заклинателя. Это показалось мне какой-то скучной ерундой. Поэтому, чтобы не уснуть, я принялась сплетать наши волосы в чёрно-золотую косу.       — Бель, а как ты собралась потом возвращаться к себе?       — А? Ну, как видишь, я не сильно спешу в пустующую комнату, — недовольно скривившись, добавила: — Мне там скучно… Это несправедливо.       — Нужно будет попросить, чтобы меня переселили к тебе. В качестве исключения, конечно же, учитывая произошедшее в прошлом году, — моего подбородка коснулись, вынудив взглянуть в ясные глаза, полные трепета. — Не хочу, чтобы котёнок грустил в одиночестве.       Сладкий сон, наполненный беззаботностью и приятными чувствами, прервался громким звонком. Я поёжилась и вздрогнула.       — Тише, всё хорошо, Аннабель.       Мою голову ласково погладили, и я приоткрыла веки. Сначала не поняла, где я и что происходит. Моя память возвращалась какими-то блеклыми мазками. Правда, сейчас… всё было так далеко и так неважно.       Я очнулась на скамье в той же аудитории для занятий светлой магией. Головой лежала на коленях юноши, сверху на мне была накинута его бордовая мантия. Стараясь прийти в себя, я аккуратно поднялась в положение сидя.       — Ты как, котёнок? С тобой всё в порядке? Что-то болит? Хорошо видишь? — встревоженно затараторил Лукас.       — М-м-м? Нет, не волнуйся… вижу, как обычно. Только вот я словно… — хрипло пробормотав, я помедлила и, прокашлявшись, всё же сказала: — в дремоте. Странное чувство. Все эмоции так… далеко.       Лукас улыбнулся и поправил мои волосы. Наверное, растрепались, пока лежала.       — Это из-за магии. Не знаю, сколько продлится действие; заклинание хоть и было в конце прервано, но, похоже, этого было достаточно, чтобы оно сработало. Прости, ты… — он замялся, скользнув взглядом по партам внизу, — ты что-то вспомнила, когда я очищал твои воспоминания? Это были всё же мёртвые?       — Не знаю… эти обрывки слов, воспоминаний и сплошная тьма, какой-то силуэт, как из чёрного тумана… Это всё мало о чём мне говорит. Сложно сказать, что именно произошло.       Юноша вздохнул, но уверенно произнёс:       — Не переживай, я с тобой. Не обязательно всё сразу вспоминать, Бель. Не изводи себя.       Он внезапно подхватил мою руку и оставил поцелуй на самих кончиках пальцев. Касание губ, словно что-то во мне попыталось пробудить, но я не смогла вспомнить и намёка на то, что именно. Смутное предчувствие повторения чего-то странного ускользнуло…       Переводя взгляд на окно, за которым перестало моросить, я услышала звонок.       — Пора на занятия, — я обернулась к Лукасу, по-прежнему удерживающему мою кисть. Аккуратно извлекла её из тёплых рук и кивнула. — Спасибо за заклинание и что сходил со мной утром… Нам пора.       — Ты уверена? Может, мне провести тебя домой? Котёнок, ты точно в состоянии присутствовать на занятиях?       В ответ на это я поднялась с места и, подхватив свою сумку, уверенно отчеканила:       — Думаю, так будет лучше. Не переживай, всё уже в порядке.       Лукас сдался и спустя время мы подошли к кабинету, в котором уже слышался голос преподавателя. Проблем с опозданием не было. Сказала, что задержалась у целителей. С учётом ухудшившейся погоды и моего немного севшего после пробуждения голоса, звучало всё очень убедительно.       Профессор лишь покачала головой, отметив, что сегодня многие нехорошо себя чувствуют. То на грязи поскользнутся и упадут в лужу, то, побывав под дождём, чихают и кашляют. Что ж, маги не славятся своим крепким здоровьем. Помню, слышала, что это тоже своего рода расплата за магическую силу. Как по мне, виной всему происхождение. Мы просто привыкли, что за нас всё делают слуги, а здесь, в академии, мы предоставлены сами себе, вот некоторые и не справляются… Даже я не справилась.       Занятия прошли вполне гладко, меня никто не доставал. На перемене я успела выпить одно из восстанавливающих зелий, полученных от Николь, поэтому боль и вовсе стихла. В голове же, после заклинания Лукаса, будто возник щит, не пускающий грусть и лишние домыслы. Как итог, всё прошло явно лучше, чем я ожидала вначале.       Последним уроком было занятие в оранжерее. Слушая вполуха о растениях, я больше наслаждалась здешними видами. Небо было затянуто тучами, отчего даже пёстрые цветы выглядели совсем уж тускло. Но зато глазам было приятно и имелась в этой хмурости своя прелесть.       Внезапно меня толкнули в бок и, когда я повернулась к подругам, те, не сговариваясь, одновременно коварно улыбнулись. Дафна подняла руку, выделяясь из толпы студентов, собравшейся вокруг учителя. Ничуть не сомневаясь, прервала рассказ о редком ядовитом растении громким:       — Учитель, а расскажите о флорелии. Там же есть скрытое значение, история любви, давшая это название… Верно?       Я смерила шатенку недовольным взглядом. Сомневаюсь, что она о подобном не знает, а мне, признаться честно, не сильно-то и интересно. Ну подарил Лукас цветок, и что? Всё равно его уже нет.       Судя по всему, мадам Грейсвелл оценила порыв Дафны к знаниям, хоть и не по теме, а может, тоже была натурой с трепетным характером. По крайней мере, ходила учитель всегда в красивых платьях под мантией и с мечтательной улыбкой на карминовых губах.       — Ах, гордость нашей библиотеки. Цветок первой любви… — женщина коснулась щеки ладошкой и, немного склонив голову, начала рассказ: — Поговаривают, сотворивший это древо маг земли страдал от невзаимной любви. Чтобы избавиться от бедного парня, предмет его воздыханий пожелала невозможное — чудо, которое будет олицетворять его любовь. На Охоте юноша собрал множество образцов, которые после принялся скрещивать с любимыми цветами своей девушки — пышными белыми хризантемами. Первый удачный образец получился из хризантем и водяных лилий из Пепельного Леса, но был слишком слаб, поэтому магу пришлось использовать более живучую форму — дерево. Юноша взял за основу дуб, и в итоге вместо серёжек на нём привились эти цветы. Древо остаётся вечноцветущим из-за того, что питается окружающей магической силой. Но также поэтому его и нельзя размножить подобно дубу.       — Это всё чудесно, но что там о «первой любви»? — возмутился уже кто-то другой из группы, явно слыша эту историю не первый раз.       — А девушка ответила магу земли взаимностью? — послышался ещё один заинтересованный голос.       Поправив светлую прядь за ухо, Айрис Грейсвелл широко улыбнулась. Убрав руки за спину, она кинула взгляд в сторону библиотеки.       — Нет. Девушка ему не ответила взаимностью, так как уже была в отношениях, которые возникли, пока маг земли выводил идеальную «любовь» для неё. Но дерево так и осталось названным в её честь. Девушку звали Флора, отсюда и название — флорелия. Цветком первой любви его называют потому, что Флора была первой и единственной любовью на всю оставшуюся жизнь этого мага. Мужчина остался одинок даже после того, как получил отказ, — вскинув указательный палец вверх, учитель внезапно оживилась после грустного рассказа: — Если вам дарят флорелию, дорогие мои, то помните! Во-первых, даритель нарушает закон, так как это дерево трогать нельзя. Во-вторых, таким образом человек даёт вам понять, что вы его первая любовь. Ходят слухи, что если такой цветок не принять, на беднягу наложится проклятие, и он будет одинок, подобно несчастному магу земли. Именно поэтому, как мне кажется, студенты и не спешат проверять, правдива ли эта история…       Дафна опять толкнула меня в бок и возбуждённо зашептала:       — Как хорошо, что ты приняла чувства блондинчика! А то сломала бы жизнь бедняге.       Я смутилась от таких умозаключений, пока учитель внезапно добавила:       — Если же принять цветок и чувства дарителя, то вы будете благословенные на долгую и счастливую жизнь. И только смерть разлучит вас.       Девушки под боком захихикали, явно что-то себе навооброжав. Я одарила их осуждающим взглядом. Мне и благословения Фоскора хватает. Да и кто знает, когда будет та смерть… с учётом всего, может, уже и не за горами.       Криво ухмыльнувшись, я потупила взгляд на ядовитые растения, о которых нам рассказывали ранее. Дальше я уже не слушала столь внимательно, притом довольно быстро прозвучал звонок. Попрощавшись со всеми, я вышла наружу, покидая купольную территорию оранжереи. Дафна и Стелла остались внутри, чтобы пополнить свои запасы трав, так что мне пришлось идти одной.       Стоило свернуть на аллею в парке, чтобы сократить дорогу к общежитиям, как со мной поровняли шаг. Я с сомнением взглянула на подошедшего соседа. Но внезапно вспомнив ночной разговор со Стеллой, закрутила головой. Блондинки было не видать, и я облегчённо вздохнула. Не то, чтобы я её боялась, но глупых вопросов не хотелось…       Проклятие… вопросы… Придерживая одной рукой сумку на плече, второй я смачно влепила себе ладонью по лбу. Я ведь даже Лукаса не расспросила о его вчерашних догадках, да и с Дорианом говорили не о том. Вообще потерялась за всем этим…       — Всё в порядке, Бель?       Не глядя на соседа, я отстранённо хмыкнула.       — Ну… допустим. Кстати, у тебя ведь тоже только закончилось занятие. Как ты успел меня подловить? У вас же лекция в главном корпусе, разве нет?       — Я отпросился немного раньше, чтобы встретить тебя.       — Это лишнее. Мы ведь могли и в комнате поговорить, если ты что-то хотел…       — Хотел, — моей руки коснулись, неуверенно сжимая. — Бель, просто ты всё чаще оказываешься не одна. Я волновался, что некоторые личности вновь будут сидеть у нас в комнате и мешать нам.       — Хорошо, я поговорю с Лукасом, чтобы больше тебя не беспокоил. Если он прицепится ко мне с домашкой, мы будем заниматься у него. Не переживай… — я высвободила руку и спрятала в карман.       На этот жест Дориан колко отреагировал:       — Боишься сплетен?       — Не хочу усложнять себе жизнь. Да и холодно.       Юноша явно хотел что-то ещё съязвить, но почему-то сдержался. Между нами повисло некое напряжение, и я, спустя пару шагов, не сдержалась:       — А где твои очки? Непривычно тебя видеть без них.       — Потерял вчера. Не помню, где именно… — отстранённо бросил он.       Разговор как-то не задался. Остаток пути мы шли в тишине, а как только переступили порог комнаты, Дориан внезапно оживился и решил покомандовать:       — Сходи в душ, а потом займёмся твоими синяками.       Остановившись у вешалки, повесила сумку и с непониманием уставилась на соседа.       — Не слишком ли ты много на себя берёшь? Я ничего не ела утром. Может быть, я голодна?       — Тебе нужно побольше отдыхать, Аннабель. На тебе лица нет. Я сам принесу еды со столовой, но только после того, как буду уверен, что все твои ушибы обработаны.       Сняв плащ, я разулась и, всем своим видом излучая недовольство, пошла к шкафу:       — Отдыхать? Серьёзно… Отдохнула уже раз. Довольно… Да и хватит делать из меня немощную! Меня это достало, Дориан!       Юноша явно растерялся, не ожидая от меня такого. Впрочем, я тоже не думала, что он сможет вывести меня из себя. Тоже мне, «командир» нашёлся… Раздражает.       Не обращая никакого внимания на соседа, я скинула одежду и, оставшись в нижнем белье, обмоталась полотенцем.       — Раньше ты меня смущалась…       — В самом начале нашего знакомства — нет. Пора возвращаться к тем временам. Мне надоело это всё, — я многозначительно обвела комнату рукой. — Ты сам мне постоянно говорил, чтобы я оставила тебя в покое и перестала думать о тебе. Так что тебе сейчас не так?!       Сделав пару шагов к выходу, я остановилась возле юноши и зло уставилась на него.       Сосед стоял с таким пустым взглядом, что это взбесило меня лишь больше. Тихо, но крайне недовольно, он первым процедил сквозь зубы:       — А может, проблема не во мне? Возможно, ты просто переключилась на этого… Лукаса? А ко мне же твои чувства остыли?       Вот же… запомнил мои признания на балу. Шумно выдохнув, я безразлично хмыкнула.       — Думай, что хочешь. У всего есть свой предел, Дориан. Я не буду бегать за тобой всю жизнь. У меня, знаешь ли, тоже есть какое-никакое достоинство и самоуважение. Хватит! И так втоптала себя в грязь, гоняясь за тобой. Пора и…       Моё лицо внезапно обхватили ладонями, прервав на полуслове, и притянули к себе, нагло впиваясь своими губами в мои. Я попыталась вырваться и попятилась, но в результате врезалась спиной в стену. Пока губы бесчестно воровали моё дыхание, а тело юноши прижимало моё к холодной стене, я пару раз ударила соседа по спине.       Ну вот зачем Дориан так со мной?! Только я набралась решимости остановить всё это между нами, как он… Он… Потом опять будет меня прогонять от себя и говорить, что я ему противна! Будет убеждать, что не хочет отношений… Что не будет связывать судьбу с магом тьмы… Что я ему не нужна… Так зачем же?..       Несмотря на моё напряжение и удары по спине, юноша продолжал меня целовать. Правда, уже неспешно, будто ласково уговаривая поддаться. И я сдалась. Всё равно от моего протеста становилось мне же только хуже. А вот касания Дориана… Они явно действовали как сладкое лекарство. Слишком дорогое и запретное, но от этого ещё более желанное и действенное.       Мои кулаки разжались и кисти быстро скользнули вверх, зарываясь в шелковистые волосы юноши. Как же я долго ждала этого, боги… Я сама прижалась к соседу ближе, желая утонуть в исходящем от него трепете. Мне чудилось, что всё моё естество переплетается с Дорианом, даже сердце стучит в такт его.       Продолжая с упоением делить одно дыхание на двоих, моё тело заныло внизу, невзирая на боль. Но мне так не хотелось, чтобы Дориан останавливался… Хотелось, чтобы юноша продолжал меня обнимать, прижимая к себе, и целовал, чередуя нежность и страсть.       Да, только в этот раз… Я расслаблюсь и позволю чувствам взять верх — только в этот проклятый раз. А после вновь надену маску безразличия. И мы будем делать вид, что мы просто соседи.       С каждым касанием его языка к моему я растворялась. Каждая частичка моего тела изнывала от желания быть с Дорианом, расплавиться, подобно железу в раскалённой кузне под его пальцами… Мне хотелось вновь и вновь утопать в аромате юноши и искриться чувствами в ответ на его горячее дыхание.       Сосед сводил меня с ума. А я и рада была обезуметь, лишь бы с ним… лишь бы это не заканчивалось.       Отстранившись, тяжело выдыхая мне в губы, юноша зашептал неожиданное:       — Я сделаю всё, что ты захочешь, Аннабель. Только скажи. Любое твоё желание, что бы это ни было. Абсолютно всё… Лишь бы была счастлива и улыбалась.       Растерянная от таких внезапных слов, я ощутила, как пелена необузданных чувств немного спала.       Где же ты был раньше со своими желаниями и словами?!. Мне стало так обидно. То ли магия Лукаса перестала работать, то ли всё, что было связано с Дорианом, было куда сильнее… Происходящее вновь завязалось удавкой сомнений на шее. Разве нельзя было ответить мне взаимностью ещё раньше. Не делать мне так больно на балу? Почему именно сейчас сосед решил сблизиться?..       — У меня всё болит, Дориан. Отпусти, я хочу сходить в душ.       — Д-да, конечно, прости. Я не хотел тебя обидеть или напугать, Бель, — торопливо отойдя на пару шагов, он раскраснелся и отвернулся.       Поправив полотенце, я поспешила за дверь. Досада вновь заскользила холодной змейкой по сердцу. Только мне стоило стать безразличной и отвлечься, так сразу я стала ему мила. Прекрасно. А если я отвечу ему взаимностью, в который раз признаюсь в своих чувствах? Что тогда? Вновь потеряет ко мне интерес? Я не понимаю его…       Душ облегчения не принёс, наоборот, усталость будто нарастала с каждым моим шагом. Такое ощущение, что поцелуй соседа забрал все мои силы. Ещё и за окном дождь начал лить как из ведра. Я совсем замёрзла, пока добралась до двери в свою комнату. Так хотелось залезть под одеяло и забыться, уснуть безмятежно и сладко. Ещё бы светляка Лукаса на лоб, чтобы точно не волноваться ни о чём… Кстати, что-то мёртвых нигде не видно. Подозрительно это.       Войдя в комнату, я сразу нырнула в постель.       — Бель, ты чего? Тебе плохо? — на мою сторону зашёл встревоженный сосед.       — Нет сил… Я просто хочу спать…       — Давай я обработаю синяки, и ты поспишь? — голос был слишком ласковым и подкупающим. Я уж было хотела согласиться, лишь бы меня поскорее оставили в покое, как в дверь постучали.       Едва слышно выдохнув, я попросила:       — Дориан, открой, пожалуйста…       Не прошло и пары минут, как под недовольное бурчание соседа в комнату вошёл Лукас. Маг света сразу же приблизился к моей постели и, опустившись на колени, всмотрелся в мои полуприкрытые глаза:       — Живая?       Я буркнула:       — Как видишь, пока ещё да.       — А я тебе еды принёс. Догадался, что ты обед тоже решишь пропустить. А ещё хотел поговорить. Наедине, — повернув голову, он кинул многозначительный взгляд на Дориана. — Не мог бы ты сделать чай, пока я пообщаюсь с Бель?       — Только ради неё, — отвернувшись, раздосадованный юноша взял необходимое и вышел из комнаты.       Я лишь слабо улыбнулась.       — Лукас, он всё равно услышит с помощью магии. Необязательно было прогонять.       — А так? — блондин махнул рукой по воздуху.       Над нами появился полупрозрачный светящийся купол, отгораживая от внешнего мира. Я тотчас зажмурилась и повернулась лицом в подушку.       — Не очень приятно глазам. Так что давай побыстрее, что ты там хотел…       — Хорошо, котёнок. Я хочу, чтобы ты уехала к себе домой. Пока нет экзаменов, ты можешь позволить себе пропустить недельку-другую. Семья позаботится о тебе.       — Зачем?.. Потом ещё подтягивать все хвосты, — невнятно пробубнила я в подушку.       — Бель. Мы оба видим, что всё складывается не лучшим образом. Дошло до того, что на тебе живого места нет. Зелья зельями, но тебе нужно выздороветь в обстановке, где о тебе позаботятся. Где не будет проблем. И мёртвых.       — Они будут кругом… всё тщетно.       — Маги огня, если ты забыла, умеют создавать оберегающее пламя. Оно будет отгонять от тебе умерших. Да и, котёнок, я ведь не говорю бросать учёбу. Просто напиши заявление и поезжай. Наберись сил и разберись в себе. Я потом тебе помогу всё наверстать, это не будет проблемой!       Я повернулась к юноше, щурясь от света.       — Ты правда думаешь, что мне это нужно?       — Я считаю, что тебе это необходимо. Бель, ты уже другая. Нужно время свыкнуться со всем, а родные стены — именно то, что тебе сейчас поможет в этом, — моей руки коснулись, бережно сжимая её. — Поверь, котёнок, я желаю тебе только добра.       Мне оставалось лишь сомкнуть веки на эти слова. Здесь кого ни спроси — все знают, как для меня лучше. Только вот его забота, нежные фразы… я не могу их принять. Не имею права. Ни после странной близости, ни после сумасшедших поцелуев с Дорианом. Это бесчестно и мерзко.       — Лукас, я уеду домой только при одном условии.       — Каком?       Немного помедлив, я всё же решилась сказать ему правду. Распахнула глаза, вынув руку из его ладоней. Даже чутка приподнялась, чтобы мы были на одном уровне.       — Мы расстаёмся, Лукас. Да, это было сложно назвать отношениями, но всё же…       Явно не ожидая такого, блондин аж отшатнулся назад, вперив в меня взгляд.       — Нет!       — Нет? Да мы не можем встречаться, Лукас! Ты со мной просто тратишь своё время… — облизнув пересушенные губы, я виновато опустила взгляд. — Прости, пожалуйста, но я… не смогу быть с тобой. Я люблю другого.       — Кого? Своего соседа? Вот его?! — не глядя юноша махнул рукой себе за спину. — Я отказываюсь, Бель. Это не обсуждается. Я умею ждать. Ты узнаешь меня получше, и твой выбор падёт в мою сторону! Иначе и быть не может.       Покачав головой, я вздохнула.       — Глупый…       — Я знаю, Аннабель. Но не спеши рубить с плеча. Всегда успеешь это сделать. Подумаешь ещё раз обо всём дома… Хорошо? Завтра я проведу тебя на поезд и буду ждать твоего возвращения. Ждать — в качестве твоего парня.       Мне не хотелось спорить и продолжать эту тему. Лукас — тот ещё упрямец, себе дороже пытаться его переубедить. Поэтому я покорно кивнула.       — Хорошо.       — Напишешь заявление, а я после твоего отбытия пойду и отнесу его сам в академию. Улажу любые вопросы.       — Ладно…       Сил на разговоры не было. Вообще ничего не хотелось. В моей жизни происходят сплошные неприятности, и я сама ничего не могу с этим поделать. Просто прекрасно. Хуже и не придумаешь.       Светящий купол рассыпался ярким мерцанием тысяч золотых огней. Дориан стоял, словно дожидаясь, пока заклинание Лукаса развеется. Я услышал, как зубы соседа скрипнули, а на лице дрогнула кривая ухмылка.       — Чай готов, голубки.       — Спасибо, Дориан.       Маг света ответил подчёркнуто вежливо и поднялся. Не спеша уходить, он вновь обратился ко мне:       — Тебе помочь с обработкой синяков?       — Эй! Вообще-то мы с Бель уже договорились! Ты будешь только мешать, — раздражённо выпалил Дориан.       — Да, останься, — ответила я Лукасу, прерывая их гляделки. После того поцелуя наедине с Дорианом мне будет крайне неловко, — в четыре руки будет быстрее.       Сосед аж опешил от такого. Я же сделала прогоняющий жест рукой:       — Подождите на той стороне ширмы, мне нужно хоть что-то накинуть на себя.       Они послушно покинули мою сторону, и я быстро облачилась в ночное платье, накинув поверх тёплый халат в пол. Закатала рукава и крикнула, что уже можно заходить. Села на постель и глубоко ушла в свои мысли.       На самом деле, поцелуй соседа был малейшей моей проблемой. Точнее, я больше волновалась, что подобное повторится. Ведь принимая нежность и заботу Дориана, я тем самым предавала его. Всё время думала о нём, хотела, чтобы он был моим возлюбленным, моим первым. А в результате… Я даже не знаю точно, что со мной произошло. Разве я имею право желать даже просто его внимания?.. Сомневаюсь. Точно не после вчерашнего дня. Как жаль, что всё обернулось так глупо.       О Лукасе вообще молчу, он точно не заслуживает, чтобы рядом с ним находилась такая, как я. Которая любит другого, а с ним… просто по договорённости. Я ведь использую его… хоть он и не против, но это неправильно.       Лукас прав… Мне нужно уехать и разобраться в себе. Отдохнуть от всего и понять, что действительно для меня важно. И как жить со всем этим дальше…       Я была так погружена в себя, что даже не заметила, когда юноши обработали мои синяки. Коротко попрощавшись с Лукасом и поблагодарив его, я вернулась на свою сторону комнаты. И лишь после этого принялась разбираться с оставшимися ушибами, которые были под одеждой.       На глаза попался свёрток с едой, который принёс Лукас, и я вздохнула. Признаться, есть не хотелось, но я пересилила себя и съела один пирожок с чаем. Не пропадать же заботе старшекурсника. Да и силы наверняка ещё понадобятся, а я так плохо ем в последнее время…       Дождь мерно барабанил по стёклам. Смеркалось.       Не обращая внимание на соседа за ширмой и навалившуюся на плечи непомерную усталость, я поднялась. Нужно собрать вещи, чтобы завтра уехать… А то кто знает, когда проснусь. Лучше быть наготове, а потом уже спать с чистой совестью.       Распахнув шкаф, я принялась швырять вещи на постель, чтобы потом их затолкать в чемодан. Не прошло и пары минут, как в спину донеслось:       — Ты куда-то собралась?       — Хочу поспать. Нужно получше одеться, прохладно. А я где-то дела тунику, не могу найти.       Вскоре я нашла искомое, но, помимо этого, ещё и вытащила чемодан.       — Бель? — позади опять раздался встревоженный голос.       — Я хочу съездить домой…       Дориан быстро оказался рядом, перехватывая мою руку и останавливая. Я нетерпеливо цокнула языком.       — Пусти, Дори. Я хочу поскорее со всем разобраться и лечь отдыхать!       — Бель, останься! Зачем тебе уезжать? Я смогу позаботиться о тебе сам, не нужно бросать меня одного!       Мне стало мерзко и неприятно от того, что он так печётся обо мне, незаслуживающей его любви. Знал бы сосед, что я предала его… Он бы точно возненавидел меня… Больше никогда бы не коснулся, не посмотрел с таким беспокойством и нежностью в глазах.       — Дориан, ты не понимаешь… — сдерживая выступившие слёзы, я не смогла найти в себе силы и отвернулась, желая продолжить собирать вещи.       Меня же требовательно схватили за вторую руку и развернули к себе лицом.       — Послушай меня внимательно, Аннабель. Для меня совершенно неважно, что ты там себе нафантазировала. Это не повод сбегать.       Ощущая, как по щекам потекли слёзы, я горько улыбнулась.       — Неудивительно… Ты ведь отвергал меня постоянно. Но, Дориан… пойми, даже если я тебе стала интересна сейчас, то я не смогу быть с тобой. Я… понимаешь, я…       Мои глаза забегали. Не могла я смотреть юноше в лицо, как и не могла говорить. Слова стали в глотке ежом. Застыла как дура и мучилась. Я желала рассказать всё и не знала как… Получилось только разводить лужи от бессилия.       — Бель, — меня притянули к себе, обнимая. — Если тебе тяжело, не стоит.       — Нет… — я оттолкнула Дориана и, опустив голову почти что в поклоне, тихо прошептала: — У меня уже была близость, я не могу после такого принять твои чувства.       — Это… это произошло с Лукасом?       — Он не при чём, — я сжала кулаки, ненавидя себя всем сердцем, — я ничего не помню. Это было вчера, до твоего возвращения. Я боюсь, что это могли быть мёртвые. Сегодня вспомнила лишь обрывки: странные слова и темноту, всё искажено и запутанно. Ещё когда проснулась, рядом были умершие…       Дориан погладил меня по спине, и я вздрогнула, прекратив шмыгать. Я неуверенно выровнялась, встречаясь с фиолетовыми глазами. Моей щеки коснулись тонкие пальцы, вытирая слёзы, а взгляд юноши был таким обеспокоенным, что от этого стало лишь больнее.       — Аннабель, нужно было сразу мне рассказать. Ты не говорила о мёртвых… Они могут касаться тебя?       — Да… в первый раз я увидела их после бала, а потом… — картинка перед глазами вновь размылась слезами.       — Тс-с-с, всё хорошо, — меня вновь притянули к себе.       Дориан ловко поднял меня на руки и направился к своей постели. Сев вместе со мной, продолжал удерживать и легонько покачивать из стороны в сторону. Мне же оставалось лишь улечься у него на плече и постараться не впасть в истерику. Чтобы как-то унять свою горечь, я сбивчиво затараторила, в то время как юноша гладил меня по голове:       — Я не могу, Дориан… Мне больно. Ты не представляешь, как это всё разрывает меня изнутри. Сначала магия, твои отказы, потом внезапные тени, а теперь ещё и это… Маркус был прав, мне и правда недолго осталось. Жаль, что он списал моё видение на способность глаза с меткой. Но касаться… ты и сам сказал, что такое возможно только в одном случае.       Меня поцеловали в лоб и тихо прошептали:       — Аннабель, я никому не позволю больше и пальцем тебя тронуть. Даже если это будет стоить мне жизни…       — Не нужно идти на такие жертвы. Я испорченная.       Подбородка коснулась рука юноши и осторожно приподняла. Глаза-аметисты поглотили мой взгляд, излучая непомерную тоску, пока бархатистый голос окутывал душу в крепкие объятия:       — Бель, пожалуйста, не говори так. Я готов хоть сейчас заняться с тобой любовью. Столько раз, сколько тебе будет необходимо, лишь бы ты забыла о том, что произошло. Я буду любить тебя до тех пор, пока у тебя в голове не останется только наша близость…       Растерявшись, ощущая, как моё сердце вот-вот пробьёт грудную клетку, я бросила:       — Я не… — мою речь прервали, опустив палец на губы.       Дориан медленно провёл им по моим губам и со всей серьёзностью заявил:       — Хватит препираться. Я люблю тебя, Бель. Ещё с того раза, как ты нагло залезла на меня и нарисовала непристойности у меня на лице. Уже тогда я ощутил трепет в сердце… и со временем он становился лишь сильнее, глубже. Даже когда я всеми силами пытался отдалиться, я лишь больше терял от тебя голову.       Покраснев до кончиков ушей, я в недоумении отвела его руку от своих губ, которые он продолжал поглаживать.       — Это невозможно. Ты врё… — в этот раз мою удивлённую речь прервали не пальцы, а его уста.       Продолжая аккуратно целуя, юноша уложил меня на постель. Только мне было позволено вдохнуть, как он спустился на шею, и я вскрикнула:       — Дориан, я же вся в мази!       Нависнув надо мной и смотря каким-то снисходительным взглядом, он улыбнулся.       — Не переживай, мази ещё много осталось. Мне не составит труда обработать твои ушибы заново опосля.       Я, смутившись, отвернулась, а сосед выровнялся, опираясь по обе стороны от моих бёдер коленями. Преодолевая неловкость, я сбивчиво поинтересовалась:       — Но, а… мы что… Ты в самом деле хочешь заняться со мной этим?.. — заметив боковым зрением, что юноша уже скинул рубашку, я зажмурилась.       Не дождавшись ответа, я ощутила, как внутри всё сжалось, и вскрикнула:       — Дориан, подожди! Как-то это неправильно вот так использовать тебя…       — Аннабель, — возле уха раздался шёпот: — Доверься мне. Я точно не сделаю тебе больно. Мы ведь так долго ждали этого… Нет смысла сейчас идти на попятную.       Стоило мне доверчиво повернуться и взглянуть на него, как в мои губы вновь впились. Вместе с жадным поцелуем, от которого начала кружиться голова, я ощутила, как пояс моего халата развязывается. На смену нагретой ткани пришли горячие касания рук, ощутимые сквозь тонкое ночное платье. Жар разлился по телу, заставляя расслабиться и поддаться, вспыхнуть огнём необузданных чувств. Пусть тело и болело, но от нежных прикосновений любимого мне становилось так хорошо… что всё остальное не имело никакого значения.       Только его обещания и признания в любви, обжигающе сладкие поцелуи, подтверждающие слова; тяжёлое дыхание одно на двоих и всепоглощающее желание. А всё остальное совершенно не важно, не имеет смысла.