Не касаясь рукой руки...

А последствия себя так долго ждать и не заставили. После того, как братья, обсудив и отпустив всю страшную сложившуюся ситуацию, отсмеялись, в палату заходили ещё Лина с Димой. Последний прибыл не так давно, всего-то минут пятнадцать как, но поддерживал изо всех сил. Притащил Саше ту самую подушку, что оказалась мягкой игрушкой-пандой, подаренной фанатками. Не мог он спокойно смотреть на неё после случившегося, всё являлось перед глазами бьющаяся о мягкий чёрно-белый параллон голова Александра. Поэтому решено было, что хозяин у игрушки теперь новый. Вместе с мягкими подарками и фруктами, заботливо упакованными Линой, друзья принесли вести с полей, так сказать. Руководство телеканала тнт решило всё же выпустить ту серию, как невошедшее, уж такая жуткая ситуация точно должна заинтересовать фанатов. Конечно, всю личную информацию решено было скрыть, как и причастность Влада к сложившейся трагедии. Режиссёрам не нужен был скандал посреди сезона, поэтому они решили, пока есть такая прекрасная возможность, всё замять.. Выслушивая эту речь, Олег не выдержал. Вскочил с постели брата, у ног которого так было удобно сидеть до этого момента, задев ладонью ненароком чужую ладонь. Схватил другой рукой Матвеева за локоть и, улыбнувшись натянуто, отвёл за дверь "поговорить". Всё было очень даже мирно, но у стойки регистрации всё ещё крутился этот трижды клятый Череватый, что уже оскомину успел набить. Они тут уже сколько гостят, дай бог памяти, часа три точно. Какого лешего этот чёрт здесь ошивается и что вынюхивает? И что это за непонятный виноватый взгляд.. Пока два молодых и перспективных экстрасенса о чём-то там шептались в коридоре, внутри палаты завязался взрослый разговор. -Спасибо за помощь, Лин, что бы мы без тебя делали.. -Да не за что, Господи, что бы делали они. Не надо благодарить меня, я от чистого сердца и искреннего желания помогла. Олег бы и сам справился, только дольше. Ты же там ему эти свои баррикады понаставил, всё оградить хотел. Это всё чувства старшего брата, понятно, и я не лезу в них. Поступай как знаешь, только себя в процессе береги. Олег же не потянет без тебя, загнётся сразу. Ты не видел его эти дни и лучше бы тебе никогда таким вот брата не увидеть. Он очень сильный медиум, посильнее некоторых будет. Но при этом всё ещё твой младший братик, который любит тебя невероятно сильно. И ему не жертва твоя нужна, а лишь присутствие. Он взрослый, сильный мальчик, вытащил вот, видишь, и тебя, чуть ли не у смерти из лап вырвал. Да, я помогла, и дальше помогу, если понадобится, но уж лучше не рискуй так больше. Хотя, людям ты тогда помог, моё уважение, Саша, как обычно, крут.. -Не надо меня смущать! - расплылся в улыбке, как Чешир, открыв вновь свои клыки. Но в следующий миг свет на лице вдруг снова потускнел. - Я же не дурак, Лин, всё понимаю. И всё, что было, сейчас помню. Первое время, когда очнулся тут, голова была как чистый белый лист, и шипела, как помехи телевидения. Ничего не всплывало, чувствовал лишь ладони Олега на своих предплечьях. И боли не было. А потом память стала возвращаться, сначала кусочками, а дальше без подготовки ушатом ледяной воды по голове. И разом я всё вспомнил. И тут, и там, одновременно, что происходило. И каждую вибрацию Олегова сердца и души, и каждую его слезу, прожигающую раны в нашей связи. И как он прорваться пытался, а я, выдирая свои руки у осатаневших женщин, ставил защитные барьеры. Чтобы не пробрался, под раздачу не попал и не увидел меня вот в этом состоянии.. А теперь он руки мои греет и взгляда не отводит от бинтов. Волнуется. А моё сердце так и рвётся, хотел ведь защитить, но всё же сделал больно... -Ты не виноват, Саш, ты старался. Изо всех сил старался ведь как лучше. Благими намерениями дорогу себе каждый раз в ад прокладываешь и шагаешь по ней модельной своей походкой фирменной, от которой девочки визжат. Ты охренительный. И всё у тебя получилось. Только дай и Олегу иногда о себе заботиться.. -Обязательно, Лин. С этого дня всенепременно. На этой мысли их прервал стук двух пар ботинок о казённый пол палаты. -О, вы вернулись. Олежа, Сашенька, мы с Димой, наверное, отчаливаем уже. Засиделись мы тут с вами. Завтра ещё забежим обязательно. Но только после вашей мамы, она, конечно же, вне очереди. -Спасибо тебе, Лина, очень выручила. Век тебе благодарен буду теперь. -Прекращай. Брата тут береги, а то он может и одумался на время, как бы прямо из палаты вновь на помощь людям не помчался. -Так точно, товарищ капитан! -К пустой голове ладони не прикладывают, дурень. Всё, сладких вам снов, котики. Идём, Дима. Молодой человек отсалютовал двоим оставшимся в палате прощальным жестом. И наступила тишина, сбиваемая лишь мерным писком аппаратов, тихим посапыванием раскумаренного долгим с непривычки общением Саши да вознёй в приготовлениях ко сну Олега. Конечно, он не поедет домой сейчас. Конечно, он вообще от постели до выздоровления самого родного ни на шаг. Ни на секунду больше не оставит. Будет держать подрагивающую во сне руку, вырубаться сам минут на двадцать и вновь хватать обратно руку, когда та выскользнет. И чувствовать сердцебиение, считать удары пульса, успокаиваться и вновь, поглаживая израненные запястья, засыпать. Пока не разбудит дикий вскрик.