Кто украл сокровище твое?

На темном небе ярко мерцают бесчисленные огоньки звезд. Они складываются в дуэты, фигуры, созвездия и целые скопления, однако Сергей знать не знает их названия и имена. Ему достаточно просто смотреть на них, наслаждаясь ночной тишиной и красотой космических просторов, которые человечество когда-нибудь обязательно покорит. Рядом с ним так же молчаливо сидит на парковой скамеечке Дмитрий Сергеевич, смотря то ли на небо, то на самого Сергея, и отсчитывая проведенные наедине секунды. У них редко выдаются такие моменты, когда они могут побыть вдвоем — только они одни и никаких ХРАЗов, докторов и «ромашек», что фиксируют каждый шаг и каждый вздох. Сергей тихо выдыхает и закрывает глаза, устало склонив голову на плечо Сеченова. — Мне жаль, что я бесцельно трачу ваше время, Дмитрий Сергеевич, — извиняющимся тоном произносит он, не слишком уже понимая, что и кому он сейчас говорит. Почему-то эта необъяснимая близость с Сеченовым кажется ему совершенно привычной и естественной, будто они не в первый раз так сидят, глядя на звезды. Как будто всё это — устоявшаяся традиция, когда в сложные моменты они выходят в парк и молча смотрят на темное, покрытое космическими искорками небо и просто ждут. Ждут то ли покоя, то ли умиротворения, то ли утешения в этой россыпи бездушных космических тел, что вечно движутся в поисках лучшей доли. Им бы самим тоже сорваться с места, наконец выйти за пределы собственных границ и рамок, сжать в руке руку, сцепив пальцы и соприкоснувшись ладонями, но всё никак не получается. — Всё в порядке, Серёжа, — спокойно произносит Сеченов. В его голосе можно даже услышать нежность, ласку, заботу — то, что Сергею сейчас так невыносимо нужно и одновременно так не хочется ни от кого принимать. — Давай посидим еще немного. Сергей вслушивается в его голос — строгий и в то же время такой привычно мягкий — и обещает себе: в следующий раз точно. В следующий раз точно коснусь его руки, отвечу на нежность нежностью, на заботу и ласку — своей любовью. Буду с ним всегда и навечно. И попрошу его любви в ответ.