Книга 1.[I am a girl in the dungeon] Я - девушка в подземелье.

=Предупреждение! =

Эта глава, если вы не поняли, что было в предыдущей, содержит некоторые довольно уродливые вещи. Просто говорю. Я должен оправдать свой рейтинг «М», и это одна из глав, которая определенно делает это. Но это часть истории, так что я не могу просто не поставить его. Наслаждайтесь. :)

________________________________________

Глава 47

Она сказала «час или два»… Она сказала «скоро». Так где же она была? Харухиме зашагала. Или пыталась. Гестия взяла ее за кончик хвоста, как она делала это с Кодори, и с улыбкой наблюдала за тем, как девушка беспокойно переминается с ноги на ногу. «Ты слишком много беспокоишься, Харухиме». сказала Гестия, слегка погладив кончик хвоста Харухиме. «Леди Гестия!!!» В столовую ввалилась Лилли и еще кто-то, кого никто из них не узнал. «Ты скажи ей! Я позову остальных!» сказала Лилли новому лицу, Чиентропу, одетому в красный жилет и черную рубашку, а также в строгие выцветшие красные штаны. Двое за столом удивленно моргнули, когда Лилли сбросила рюкзак, часть содержимого которого высыпалась на пол, и бросилась бежать так быстро, как только позволяло ее короткое тело и статус искателя приключений. Оба заметили, что на ней кровь. Длинный полумесяц багровой полосой расплылся по ее лицу. Стоя, Гестия посмотрела на новое лицо и с удивительной властностью сказала: «Объяснись!». Все еще задыхаясь и тоже забрызганная кровью, хотя это было трудно разглядеть на фоне красного, новое лицо ответило: «Я Рурун. Семья Гермеса. Он сказал мне присматривать за тобой, если ты когда-нибудь покинешь дом». Она сделала еще пару быстрых вдохов, успокоилась, проверила лоб и, нахмурившись, посмотрела на свою ладонь: «Лиса заметила меня на крыше, и пока она отвлеклась, пара амазонок устроила засаду на Лилли». Харухиме широко раскрыла глаза, ее тело начала бить мелкая дрожь. Чувство тревоги, которое нарастало с тех пор, как Кодори начала «опаздывать», переросло в настоящий ужас. «Продолжай…» терпеливо потребовала Гестия. «Она прыгнула обратно вниз, чтобы спасти ее, убив одного из них. Вот откуда кровь на Лилли, если тебе интересно». Вторая убежала, и Лиса погналась за ней. Мы пытались следовать за ней, но потеряли их почти сразу. Я подала сигнал остальным троим, которые дежурят вместе со мной, но они все еще ищут. Нам пришлось избежать еще одной пары амазонок, прежде чем мы смогли добраться сюда». Через мгновение в комнату ввалились все члены парной Семьи. Все еще покрытые «работой» над проектом, Белл был впереди. «Леди Гестия», — сказал Белл, его красные глаза были в ярости, — «Мы уходим. Пожалуйста, присмотрите за домом, пока нас не будет». Молча, сердито, все они прошли мимо. Лилли подошла последней, глаза обеспокоенные: «Леди Гестия… Это были они. Я знаю это. Берберы, из семьи Иштар». Харухиме покачала головой: «Но… Когда леди Иштар была изгнана… Ее заклинание должно было быть снято». «Это были те же самые! Красные кожаные, с гербом Фамилии на них». Лилли ответила: «Леди Гестия, что нам делать?» «Куда все ушли?» спросила Вина, выглядывая из-за дверного проема, ее желтые глаза моргали, словно только что проснувшись. «Я объясню… Я не могу помочь им искать, но я могу хотя бы что-то сделать». Харухиме тихо сказала двум другим: «Я не такая быстрая, как вы… И если у них все еще есть обида, я буду только мешать, если им придется искать и меня…» Гестия кивнула, обняв обеих девушек. «Я буду ждать здесь и молиться за удачу».

________________________________________

Вернулись они только к обеду. Харухиме была уже на взводе, но заняла себя приготовлением ужина. Если ничего плохого не произошло, и ее чувство страха было просто беспокойством по пустякам, то готовить должна была Кодори, и, как всегда, это была ночь пасты. Она чуть не порезалась, когда услышала, как хлопнула входная дверь, и тяжелые шаги мужчин и легкие шаги женщин вошли в дом. Когда она побежала им навстречу, то заметила Мариуса, который нес в руках сверток, завернутый в окровавленную простыню. Ее сердце замерло. «Леди Харухиме.» сказал Мариус, его голос, в который раз, был властным. Абсолют. Генерал на поле боя. Отличие от его обычного тона потрясло Харухиме, и прежде чем она успела просто застыть на месте, она подняла на него глаза: «Она жива. Но не позволяйте детям видеть». Он выделил каждое слово, его командный голос эхом отражался от мраморных стен. «Двигайся». И она пошла. Отступая от него, она побежала искать лорда Такемикадзути. Миновав по пути леди Гестию, она взяла за руку одну из сирот, которая следовала за ней. «Пойдемте сюда, в ту сторону сейчас опасно. Скоро будет ужин». «О, но леди Гестия собиралась почитать нам сказку». Он тихо пожаловался: «Может, ты прочитаешь нам вместо этого?» «Давай сначала найдем лорда Такэмикадзути, а потом, может быть.» Она ответила, борясь со слезами, но отказываясь показать слабость.

________________________________________

Мариус был прав. Дети не должны были этого видеть. Нос Харухиме, чуть более чувствительный, чем у других, чувствовал тошнотворный запах крови и грязи. Подойдя к двери в комнату первой помощи, она услышала всхлипывания Гестии и спор двух мужчин, Белла и Вельфа. Мариус стоял у двери, полностью вооруженный, с мечом, щитом и шлемом. Он смотрел на нее сверху вниз, его обычно пассивное лицо было сосредоточенным, как в подземелье. «Ты уверена?» спросил он, вставая на ее пути с шумом сдвигаемого металла. «Я должна пойти к ней». Харухиме ответила: «Почему ты…?» «Из того, что Лилли смогла нам рассказать, Кодори была выделена и за ней охотились. Это не было случайностью. Нашего капитана вычислили, навели на след и уничтожили». Он немного подвинулся, чтобы Харухиме могла пройти. «Я стою здесь, чтобы никто не смог закончить работу, пока я жив. Чигуса и Оука прижались к окну по той же причине». Кивнув и похлопав здоровяка по бронированному бедру в знак благодарности, она прошла мимо него и вошла в комнату. Свет был включен на полную яркость, а запах был гораздо хуже. А там, на одной из кроватей, в окружении Леди Гестии, Лилли, Асуки и Такемиказучи, лежало… тело. Вельф и Белл перестали спорить, когда она вошла, беловолосый мальчик посмотрел в сторону кузнеца и поднял руку, как бы желая что-то сказать, но остановился. Он просто смотрел, как золотоволосый Ренар мелкими шажками подходит к кровати. Тело было почти не прикрыто. Простая ткань на бедрах и больше ничего. Мариус был прав. Это было плохо. Нет, плохо — это еще не все. Одна из ног тела была отрезана. На другой не хватало пальцев. Сухожилие на лодыжке было разорвано. Обе голени, колени и бедра были сломаны и вывернуты. На обеих руках отсутствовали беспорядочные куски пальцев, оба предплечья были сломаны по меньшей мере дважды, оба локтя были отбиты, оба бицепса были разрезаны, и кости под ними тоже были сломаны. Ребра были сломаны, ругательства вырезаны на коже, которая не была содрана, груди удалены. Нос, губы, зубы и даже уши были отрезаны. Единственное, по чему она могла определить, что это Кодори, были ее глаза. Оба золотых глаза были вырезаны посередине, но они все еще были в ее голове. Ее грудь все еще вздымалась и опадала, но она была сломана. Даже горло было аккуратно разрезано. И хвостов у нее не было. Еще хуже, поняла Харухиме, было то, что раны не кровоточили. Тот, кто сделал это с ней, наполовину залечил ее на каждом шагу. Гестия обхватила ее руками, даже когда силы в ее ногах иссякли, а дыхание перехватило в горле.

________________________________________

«Мы не можем просто пойти и искать их». Вельф зашипел, когда Харухиме, казалось, просто… отключилась. «Мы не можем просто ничего не делать». прорычал Белл. «Мы также не можем просто стоять и спорить». сказала Микото со своего места у другого окна, которое охраняли Оука и Чигуса. «Может, госпожа Назза или лорд Миах знают, как помочь?» «Девушка из Гермеса должна скоро вернуться с ними». ответил Вельф. «Исцеление… не сработает, не так ли?» спросила Асука, «Все было исцелено… так плохо…». Было видно, что Асука едва сдерживается. Но, как медик Такемиказучи, она держала себя в руках. «Может быть, кто-нибудь из других Богов знает, как помочь?» спросила Белл. «Дайте нам пройти!» раздался из-за двери обычно спокойный голос Миаха. Мгновение спустя вошли Он и Назза. «Позвольте мне… о…» Назза протиснулась мимо своего Бога и моргнула, ее живая рука направилась к металлической, прежде чем она начала выкрикивать приказы.

________________________________________

Была вызвана помощь, даны объяснения, и спустя почти четыре часа сам Ганеша, стоя рядом с кем-то, как Он сказал, без всяких глупых поз, вычурных слов и громких голосов, вызвал своего лучшего хирурга. «Мы сделаем все, что в наших силах, но…» Он посмотрел на Харухиме, которая держала то, что осталось от правой руки Кодори. «Маленькая госпожа… Вы должны отпустить ее, мы должны работать». «У нее… нет хвостов…» пробормотала Харухиме, «Даже если она может быть исцелена…» «Что?» Это были первые слова, которые она произнесла с тех пор, как села рядом с едва дышащим телом, «Это наименьшая из ее проблем, госпожа». сказал хирург. «Без них у нее нет магии». Она ответила, хотя было похоже, что она говорит больше сама с собой. Ганеша выглядел так, словно хотел выругаться. Его обычная жизнерадостность сошла на нет, и он ответил: «Отлично. Возможно, мы сможем помочь этому с помощью зелий разума». «Нет!» — закричала Харухиме, «Вы не понимаете…» Она покачала головой туда-сюда: «Они просто… утекут. Без хвоста любые зелья разума, которые ты ей дашь, отравят ее раньше, чем восстановят ее после потери разума». «Лорд… Если я буду оперировать ее, пока она в отключке, я, вероятно, убью ее». Хирург признал: «Без воли тело просто умрет. Это просто чудо, что она еще жива». «И даже если вы все это исправите, чтобы зелья снова работали… У нашей Семьи просто нет ничего достаточно сильного, чтобы исцелить все, что пропало». Назза нахмурилась: «А эликсир из Семейства Дайн Кехт или Семейства Асклепий… Даже не заботясь о цене, они не всегда имеют их под заказ.» «Я продам один из своих мечей.» мгновенно сказал Вельф. «Будь проклята цена, я покрою ее. Если это спасет ее, я продам его кому угодно». Вся комната, за исключением Харухиме и Кодори, в шоке смотрела на кузнеца. «Я, Ганеша, куплю этот клинок». Бог в маске слона серьезно сказал: «Односторонний, пожалуйста». «Готово». И Вельф вышел из комнаты. «Значит, она не сможет восстановить свою магию». вздохнув, сказал хирург: «И мы снова потеряем деньги». Он пробормотал. «Я сделаю это.» сказала Харухиме. «Неважно, сколько времени это займет, я дам ей свою магию». Она посмотрела на Лилли: «Принеси все зелья разума, которые у нас есть, я выпью их все, если придется». «В последний раз, когда ты это сделала, она вроде как… взорвалась». Белл сказал, потрясенный: «Все будет хорошо?» «Да. Это случилось только тогда, когда она использовала свою собственную магию. Но с тех пор, как… ее хвосты…» Она замялась, крепче сжав искалеченную руку. «Пожалуйста, Харухиме. Если ты можешь это сделать, пожалуйста…» Гестия ответила: «Я… я приготовлю ужин. Мы не принесем ей пользы, если потеряем сознание от голода». «Могу ли я получить твою печать на это, друг Ганеша? Я возьму свою семью и принесу зелье». сказал Такемикадзути, встав перед богом людей. «Да. Это было бы полезно. Я помогу моему капитану. Леди Харухиме, мы начнем, когда вы будете готовы».

________________________________________

Весь следующий день людям из двух Семей пришлось заниматься своими делами. Гестия, в лучшем случае, была на взводе. Как и раньше, когда Кодори пропала, она металась, пыталась не заснуть, не спала, когда другие члены ее Семьи заметили это, и просто спряталась в своей комнате, чтобы поплакать. Виэна потребовала объяснений, и это заставило их обоих разрыдаться. Микото пришла к ним поздно вечером. Они вдвоем держались за сделанный Кодори жетон лисы из темного металла. Богиня и чудовище заснули, прижавшись лбами друг к другу и держась обеими руками за маленькую фигурку.

________________________________________

Лилли отсутствовала в доме весь день и почти весь вечер. Она посетила все места, которые только могла придумать, чтобы найти хоть какую-то информацию об этих амазонках. Это побудило Рюу, а также Айшу, которая обедала в «Хозяйке плодородия» во время визита Лилли, тоже появиться в поместье. «Кроха. Расскажи мне еще раз, как это произошло?» спросила Аиша, останавливая Лилли от повторного побега. «Мы», — Лилли перестала говорить детским голосом с самого начала этого инцидента, — «Думаем, это были берберы. Это была та же группа, которая поймала Кодори и Белла в первый раз. Красные кожаные доспехи, с эмблемой Иштар на левой груди». «Проклятье…» Аиша помрачнела: «Мы вроде как… После этого мы нашли место, где можно было остановиться на некоторое время. Я присоединилась к Гермесу, несколько других нашли другие Семьи… Но было несколько…» «Ты можешь их выследить? Или попросить их о помощи?» Рюу спросила: «Куда ты направляешься дальше, Лилли?» «Лилли поможет Айше, если сможет. И…» Она бросила на Рюу многозначительный взгляд, в ответ получив кивок. «Лилли объяснит и все остальное». «Ты хочешь сказать, что есть еще что-то?» спросила Айша, нагибаясь и подхватывая девочку Паллум, «Я побегу, так быстрее». Рюу смотрела, как они выбежали обратно, спустились по тропинке и перемахнули через передние ворота поместья. Войдя внутрь, она обнаружила, что там почти прохладно. Словно какой-то сильный сквозняк поселился в костях самого здания. Однако она знала, куда идти. «Госпожа». Мариус поприветствовал ее, но не отошел от двери. «Вы уверены?» Внутри слышался тихий разговор, состоящий из одних слов. Запах крови, пота и болезни был сильным, даже в коридоре за закрытой дверью. «Пожалуйста, сэр Мариус». Она ответила, нахмурившись: «Я помогу, если смогу». «С уважением, госпожа. Это плохо. Кроме того, над ней уже работают два бога, алхимик, хирург и леди Харухиме. Я не уверен, есть ли место для помощи». Мариус ответил стоически. «Если я не могу помочь, я займу твое место, чтобы ты мог поспать». Рюу сделал полшага в сторону, давая ей пройти. Все действительно было хуже, чем она думала. Почти целых двадцать четыре часа с тех пор, как они нашли Кодори, она была привязана к потолку множеством лент толщиной в палец. Свободно висящая, она позволяла хирургу, который очень осторожно передвигался под Кодори, работать с тем, что выглядело как молоток и зубило. Рядом с ним присела Назза с маленькой баночкой и тем, что выглядело как окровавленная кисточка. Каждый раз, когда хирург стучал молотком по концу зубила, Назза окунала кисточку в банку и наносила на это место мелкий белый порошок. Наверху Миах и Ганеша работали скальпелями и еще большим количеством этого порошка. Это выглядело как живое препарирование. Харухиме, которая сидела на табурете и очень осторожно держала голову Кодори, сказала: «Подожди». И тело Кодори слабо дернулось, прежде чем снова прозвучало: «Безопасно». И работа возобновилась. «Не приближайтесь, Рюу-сан.» сказала Аска со своего места у окна. «Если только ты не можешь помочь…» «Она может.» сказала Назза, не отрывая взгляда от рук хирурга, «Знаешь, где находится мастерская?» «Да.» ответил Рюу. «Внутри, в главной комнате, слева. Верстак со всяким стеклом и трубками. Должна быть вот такая банка на маленьком синем пламени. Она должна быть готова. И если увидишь еще бутылки с голубыми бусинами, принеси и это». Рюу кивнула, отступая назад, только успевая слышать: «Пилюли для разума… она изобретает всякие штуки, как будто это ее хобби…»

________________________________________

Харухиме было больно. Не просто от волнения, от того, что ее любимая и возлюбленная была разрезана в десятках мест, кости обнажены, кровь очень медленно стекала по белому порошку, который наносила Назза. Но ей было очень больно. Она сидела почти неподвижно почти все время с тех пор, как они начали. Только один раз она пошевелилась, чтобы позволить Вельфу и двум богам закрепить ремни, удерживающие Кодори, чтобы они могли заняться и ее разрушенной спиной. «Остановитесь.» Она оцепенело сказала, чувствуя, как постоянный поток магии, который она подавала противоположному, замерцал, тело Кодори слабо дернулось в ответ, затем снова успокоилось: «Хорошо». Ее тыл онемел. В желудке было кисло от всех зелий разума и пилюль, которые она приняла, и ей приходилось поддерживать контакт с Кодори на единственных местах, которые ее мучители не отрезали и не отбили. Там, где должны быть человеческие уши. Но она терпела. Контакт позволил ей сфокусировать поток магии до мельчайшей струйки. Достаточно, чтобы Кодори не впала в уныние, но недостаточно, чтобы вернуть ей бдительность. Если бы не Назза и лорд Миах с тем, что они вложили в раны, которые хирург и лорд Ганеша заново зашивали Кодори… Харухиме даже представить себе не могла, какую боль это принесет. И все же, время от времени, тело Кодори, словно инстинкт, пыталось втянуть в себя еще немного ее магии. И Харухиме приходилось на мгновение прерывать связь. Она, Белл и Микото однажды спасли ей жизнь. Она вытерпит это и отплатит им тем же.

________________________________________

Эйна знала, что что-то не так. Не просто «не так», в городе всегда было что-то не так. Слишком много бумажной работы, люди небрежны в подземелье, люди небрежны вне подземелья, слишком много работы, и даже с новыми сотрудниками Гильдии ее всегда было слишком много. Но ей было передано сообщение, которое она должна была лично доставить в поместье Хартстоун. Сам мастер Гильдии Ройман. После разговора с Кодори с ним стало гораздо легче ладить. Он все еще ворчал, но не потому, что она была полукровной эльфийкой, а потому, что что-то действительно было не так. Но сегодня он вручил ей письмо и сказал: «Передай его лично своим друзьям. Это очень важно. И попроси познакомить тебя с новой девушкой». Последнюю часть он произнес на эльфийском. Очень тихо, так что никто из двух ее коллег, оба люди, не мог его услышать. Когда она подошла к поместью, ощущение «неправильности» усилилось. Белл стоял у ворот. На страже. И выглядел сердитым. Белл никогда не злилась. Серьезный — да. Решительный, конечно. Но злой? Никогда. «О.» Белл заметил ее и поклонился, а не помахал рукой, как он обычно делал. «Мисс Эйна». «Привет, Белл». Впервые с момента знакомства с мальчиком Эйна почувствовала, что немного боится его. В нем было все три качества: серьезность, решительность и злость. «Я… Что случилось?» «Кодори ранили». Он ответил просто. «И я слежу за тем, чтобы никто не вошел в эти ворота, чтобы добраться до нее». «О…» Она сделала паузу, затем вытащила письмо. «Ну… Поскольку это официальное письмо, я полагаю, вы исполняете обязанности капитана?» Белл принял письмо и, казалось, собирался порвать его, но остановился, покачал головой, хлопнул себя по обеим щекам сразу и вздохнул: «Извините…» Он сказал ей, проводя большим пальцем под сургучной печатью. «И мистер Ройман велел мне попросить познакомить меня с новой девушкой? Ип!» Эйна отступила на полшага, когда руки Беллы разорвали письмо, но на этот раз это было похоже на нервы, а не на гнев. «Мистер Ройман…» Он задумался, достал письмо из конверта и сложил две половинки вместе, пока не читая их. «Да. Мы доверяем вам, мисс Эйна». Эйне начало казаться, что сейчас что-то выпрыгнет из тени или что-то в этом роде и нападет на нее. Это было далеко за пределами того, что она знала о поведении Белла. «Тогда ведите?» «Одну минуту». Повернувшись, он посмотрел в сторону главной двери и крикнул: «Оука! Переключись!» «ОСУ!» ответил большой человек с копьем, прежде чем начать приближаться.

________________________________________

«Шшш.» сказал Белл, очень осторожно открывая дверь в комнату Гестии. «Леди Гестия?» Богиня сидела в ставке, а незнакомая девушка, положив голову ей на колени, спала. Эйна была потрясена по многим причинам. Во-первых, казалось, что сама Богиня была… потускнела. Исчезла привычная энергия, когда она ее видела, будь то визит, как сейчас, или поход за картофельными котлетами во время обеденного перерыва. Нет, как и любой смертный, она выглядела разбитой от нервов, слез и почти полного отсутствия сна. Следующей была девушка. Одетая в то, что выглядело как лужа чернил, которая каким-то образом имела форму халата, ее внешний вид был… Чужой. Бледно-голубая кожа, маленькие чешуйки, выглядывающие из-под мантии, длинные уши, длиннее, чем у любого эльфа, и маленький драгоценный камень на лбу. Ее собственные уроки Беллу и другим пронеслись в голове, а глаза расширились. И в очередной момент, когда Белл вышел из привычного образа, прежде чем Эйна успела что-то сказать, он приложил палец к ее губам, его красные глаза были больше похожи на «себя в подземелье», чем на «себя в обществе». «Она плачет почти все время, пока не спит». тихо объяснила Гестия. «Она даже не дает мне подержать камень Кодори, пока она спит». Эйна снова была потрясена, так как Богиня гладила голову девочки, как будто она была просто еще одним спящим человеком. Белл убрал руку и легонько толкнул Эйну в плечо, направляя ее обратно к двери. Оказавшись снаружи и закрыв за собой дверь, он тихо сказал: «Ее зовут Вина. Я нашел ее, израненную и одинокую, после того, как на нее напали монстры и люди. Я протянул ей руку и спас ее». «Но… Она…» Эйна покачала головой, не стоит начинать обзываться. Поэтому вместо этого: «А потом?» «Кодори помогла мне убедить остальных, и мы спрятали ее, пока не вернулись домой. Это заняло немного времени, но мы дали ей имя, научили ее некоторым вещам о нас… Даже если она родилась в подземелье, она более «человечна», чем некоторые из тех, кого я знаю». И снова Белл удивила ее: «Хех… Я больше похож на госпожу Кодори…» «Леди Гестия… Взяла ее к себе?» «Потребовалось немного убеждения, но после того, как мисс Кодори помогла Вине понять разницу между «животным» и «человеком», леди Гестия подарила ей Фалну». «И… Ройман знает… Думаю, мне нужно присесть на минутку». Эйна призналась, Белл предложил ей свою руку и плечо, чтобы она могла опереться на него. «Леди Гестия упоминала о «камне»?» «О… Один момент». Он повернулся и очень тихо постучал в дверь, открывая ее: «Леди Гестия? Могу я… Спасибо.» Он исчез, затем вернулся, держа на ладони маленькую скульптуру белого кролика. «Подержите это. И пройдите со мной на кухню, я приготовлю вам чай, мисс Эйна». Он был удивительно тяжелым для своего размера, с маленькими рубиновыми чешуйками для глаз. «Это… Металл? Серебро?» «Да. Госпожа Кодори сделала для госпожи Гестии полный набор, и для господина Такемикадзути тоже, по одному для каждого из нас». Они вдвоем дошли до кухни, Эйна заметила слабый медный запах в воздухе. «Садись, я ненадолго». «Это действительно напоминает мне о тебе». сказала Эйна с небольшой улыбкой. «Закрой глаза и положи на него обе руки». объяснил Белл. Выполнив указание, Эйна взяла фигурку кролика в обе руки и закрыла глаза. Как будто Белл стоял рядом с ней, почти касаясь ее плеча. Запах его доспехов и простого шампуня, как будто он только что прибыл в зал гильдии на утренние занятия. Его улыбка, когда он приветствовал ее, его смущение, когда она напомнила ему что-то из своего последнего урока, его скромное почесывание головы, когда он обменивал свои волшебные камни в конце дня. Не удержавшись, она открыла глаза и растерянно огляделась по сторонам. Белл наблюдала за ней, сидя рядом с еще не совсем закипевшим чайником. Аромат снова стал слабым медвяным запахом, а на лице Белла не было улыбки. «Это… удивительно». Эйна наконец сказала: «Это было похоже на…» «Мисс Кодори не смогла придумать окончательного названия, но леди Гестия назвала их «камнями памяти». Это ее первая настоящая попытка зачарования, и они… Ну… Именно то, что вы только что испытали». Белл сказал, вздохнув: «Когда леди Гестия держит их, мы тоже чувствуем ее. Для всех нас это по-разному, но…» «На что это похоже для тебя?» «Как будто Она держит меня за руку и идет рядом со мной». Белл ответил с небольшой улыбкой. «Это звучит глупо… Но…» «Это не глупость. Это потрясающе! Она, наверное, могла бы сделать небольшое состояние, продавая их». Эйна сказала, пытаясь отвлечь Белла от мыслей о нынешнем состоянии Кодори и о будущем, в котором она все еще находится. Но он покачал головой, обращаясь к чайнику: «Нет… Ей нужно знать человека. Как она сказала… Ей нужно будет пить с каждым, для кого Бог захотел бы создать такого человека?» «Хм… Я бы не отказалась от одного из вас.» Эйна сказала прежде, чем смогла остановить себя, ее щеки разгорелись мгновение спустя. И снова Белл не смутился, вместо этого он поставил чашку для Эйны, а затем тоже сел. Вместо этого он сказал: «Мисс Кодори сказала, что вы можете. Если ей станет лучше». Мальчик фыркнул, на мгновение прищурил глаза, а затем снова открыл их: «Когда ей станет лучше, я попрошу тебя». Эйна похлопала мальчика по плечу, затем снова уселась поудобнее и стала потягивать чай. «Письмо все еще у тебя?» «Да… да…» Он потянулся в карман и положил две половинки письма на стол перед собой. Он не стал читать его вслух, а лишь пробормотал основные пункты. «Союз Гестии и Такэмикадзути… официально запрошен… Уранос?» Он остановился и удивленно моргнул: «Считайте это заданием гильдии. Приходите, как только сможете, по возможности в ночь получения этого письма. Присутствие вашего нового члена обязательно. Приходите во всеоружии, чтобы как следует отправиться в подземелье…» Со вздохом он откинулся назад, подперев рукой одну сторону лица: «Это ужасное время». «Опять ты говоришь как Кодори». Эйна мягко поддразнила его. «Без нее… И мисс Харухиме наверняка…» пробормотал Белл, его глаза стали отрешенными, когда он задумался. Эйна улыбнулась, глядя на свою чашку. Это был тот Белл, которого она знала с самого начала его карьеры. Вдумчивый, осторожный. Ей не нравилась мысль о том, что Кодори может пострадать, но ее радовало, что Белл все еще может действовать без своего капитана. «Должна ли я вернуться и сказать Ройману, чтобы он подождал?» «Нет. Мисс Кодори рассказала нам, что она думает по этому поводу. Мистер Ройман знает. Лорд Уранос знает. Лорд Гермес знает. Лорд Ганеша знает. У нас есть союзники, нет, у Виэны есть союзники в этом деле. Но нам нужно обратиться к ним. Они пока не могут раскрыть то, что знают. Город пока не может принять Рожденных Подземельем, но есть те, кто хочет помочь им, даже в этом случае». Теперь Белл вышагивал, два шага за шагом, два шага за шагом. Прямо как Кодори, когда кто-то держал один из ее хвостов. Эйна снова улыбнулась, на этот раз не скрывая улыбки: «Ты вырос, Белл, и ты действительно слушаешься. Я горжусь тем, что являюсь твоим наставником». На этот раз он отреагировал, как обычно, и превратился в заикающегося идиота.

________________________________________

В тот вечер, после ужина, который, казалось, никто так и не смог съесть, Белл пригласила всех в гостиную. Гестии удалось привести Виену из своей комнаты, но драконица все еще держала в руках жетон маленькой черной лисицы. Айша вернулась и заменила Микото в лазарете, а Рюу сменил Мариуса на посту охранника в коридоре. Белл тихо поднялся со своего обычного места на самом большом диване и встал посреди комнаты. Окинув взглядом лица всех присутствующих, он начал. «Время для этого выбрано ужасно». сказал он, держа в руках две половинки письма. «Но мисс Эйна доставила официальное уведомление гильдии, непосредственно от самого мастера гильдии, господина Роймана». «Кодори упоминала о нем. По крайней мере, ее вторая встреча была намного лучше первой». сказал Вельф, свесив ногу через подлокотник своего любимого кресла, «Что там написано?» «За Альянс Гестии и Такемиказучи». В комнате раздалось несколько небольших улыбок, когда Белл начал. «До нашего сведения дошло, что некоторые вещи стали известны двум вашим семьям. По приказу лорда Ураноса, бога неба, защитника города и основателя Орарио, вас просят отправиться на двадцатый». «Уранос…» пробормотал Мариус, — «Первый Бог, который спустился?» «Да, он был первым из нас, кто спустился. Именно он и его Семья изгнали Черного Дракона, хотя смогли только ранить его». Такэмикадзути объяснил: «Это позволило закрыть подземелье и основать город, каким мы его знаем». Мариус кивнул, затем вернулся к пассивному взгляду. Белл быстро оглядел комнату и продолжил: «Считайте, что это задание Гильдии. Вы должны отправиться туда, как только сможете, по возможности в ночь после получения этого письма. Присутствие вашего нового члена обязательно. Кроме того, приготовьтесь к экскурсии в подземелье. Это приведет вас на двадцатый этаж, в место, отмеченное на этой карте». «Там есть какие-то каракули, которые я считаю именем… Это очень причудливо». закончил Белл. «Хм…» сказал Вельф, почесывая голову, остальные молчали. «Мисс Эйна сказала, что это задание. Официальное. И только мы можем знать о нем». объяснил Белл. «Миссия?» спросил Вине, «В подземелье?». «Да, Вине… Мы должны отвести тебя в подземелье». Микото объяснила, нежно похлопывая девочку по руке. «Вы же… не оставите меня там?» Золотистые глаза Виены снова начали слезиться. «Нет.» Микото ответила прямо, придвинувшись и обняв одну из ее рук. «Ты — Семья». Все в комнате кивнули, драконица увидела это и сумела остановить себя, пустив всего одну слезу: «И мы не оставим семью позади». Сказали они все вместе. «Вы думаете, это то, о чем говорила Кодори? Встреча с другими… Ксеносами?» спросил Оука, «Признаюсь, мне любопытно, но до двадцатого уровня еще далеко, а когда мы туда доберемся… Что тогда?» «О…» Белл немного нервно рассмеялась: «Мисс Лилли? Мне понадобится ваша помощь, чтобы сделать копию этого…» Он протянул ей письмо, «На обратной стороне я как бы разорвал от удивления, когда мисс Эйна сказала мне, что ей сказали встретиться с Виной.» «Мисс… Эйна?» спросила Вине. «Ты спала.» сказала Гестия, забирая девочку из легких объятий Микото и обнимая ее как следует. «Но Кодори называет ее «лучшим советником». Эйна научила почти всех моих детей подземелью, и Такемикадзути тоже». «Она немного властная.» начал Вельф, усаживаясь поудобнее, затем вставая, разминая спину, «Но информация, которой она нас учит, спасла всем нам жизнь, по крайней мере, один раз каждому.» «Значит… госпожа Эйна мудра?» спросил Вине, заслужив всеобщее усталое хихиканье. «Да.» сказал Белл, почесывая затылок: «Итак, здесь сказано, что мы должны отправиться в полночь… Это дает нам… три или около того часа, чтобы подготовиться. Мисс Кодори, наверное, посоветовала бы поспать, или, может быть, попробовать одно из ее… Как она это назвала?» «Мгновенные кофейные таблетки». Аска сказала: «Блех. Пробуждает, но вкус…» Она задрожала в своем кресле. «На вкус как запах очень грязного монстра». Несколько других кивнули, также сделав кислое лицо. «Итак, мы оставляем Кодори и Харухиме здесь. Должны ли мы попросить госпожу Аишу и госпожу Рюу остаться? Думаете, это слишком большая просьба?» спросил Белл. «Я попрошу их». Гестия сказала: «Я думаю, Рюу будет рада, и разве эта амазонка не является одной из лучших подруг Харухиме?» «Да.» Микото кивнула, тоже вставая: «Она защищала ее и составляла ей компанию во время ее пребывания у Иштар». Даже строгий и вежливый восточный человек отбросил титул из имени богини. «Думаю, это все.» сказал Белл, оглядываясь по сторонам: все, кто еще не стоял, встали и приготовились уходить: «Давайте…» Они все остановились и посмотрели на него, мальчик переключил передачу, чтобы показать свою решимость, как и положено перед миссией. «Давайте выполним нашу миссию. И вернемся, чтобы наш капитан гордился нами». Белл сказал: «И докажем, что мы научились, выросли и стали двумя Семьями, которые работают как одно целое, чтобы преодолеть все». «Да!»

_______________________________________

_ Примечания Это было… трудно писать. Я так долго писал от первого лица (с октября! Вау… Как… черт.), что, переключившись на точку зрения «мухи на стене», я почувствовал, что пишу… Я не знаю. Как бы то ни было, с нетерпением жду следующей главы! Надеюсь, я не был слишком графичеым для некоторых из вас… Я имею в виду… Знаете, я собираюсь поместить предупреждение наверху, прежде чем оставить это на потом. aKAQg4bnYu