"Able Seamen"*

      Рассвет застает Кристофера на привычном месте. Он оставил Космо в постели, стараясь не разбудить, борясь с желанием насытиться тем самым хрупким и милым пониманием; лишь невесомо коснулся ладонью мальчишеской макушки, и скрылся на кухне. Как обычно рыбак садится в излюбленное кресло, оставив чашку горячего кофе у ног, вытряхивает сигарету, ищет зажигалку.       Природа после дождя, точно ей мало воды вокруг, вновь набралась жизни, сменив серо-зеленый цвет на сочную и яркую травянистость; воздух стал свежим, спокойным, прозрачным, что вдали, если сильно постараться, то можно рассмотреть мутный берег Шотландии. Под крышей остатки непогоды в своем ритме стучали по мосткам, море с самого раннего часа было изменчивым — то накатывало широкими волнами на берег, едва не заливая дорогу, то отступало, ворочало мелкие камни, шипело; чайки смешно крутили белыми головками с выпученными глазами, степенно вышагивали по пляжу в поисках еды или наоборот кидались друг на друга, распахнув мощные крылья. Крис поудобнее расположился в кресле, наблюдая, как мир вокруг него просыпался, потягивался, будто сытый кот. Все это наполнило его какой-то странной благодарностью ко всему живому, к самой деревне, и каждому, кто был рядом. Он понял, что это именно то, о чем он грезил всю сознательную жизнь, возможно это очень просто, недостаточно вычурно, но здесь было его место; даже когда его не станет, а этот момент рано или поздно наступит, деревня так и продолжит свое существование, рыбаки, сменяясь один за другим, так и будут выходить в море, когда-то появится новый кораблик, новый капитан, вырастут дети, отстроятся новые дома, но жизнь в этой бухте так и останется размеренной, тихой, без лишнего пафоса. А может (тут Крису стало немного обидно) деревня застынет во времени, уедет последний житель, море подмоет берег, домики сгниют, или шторм разобьет их в щепу, унося за собой дальше на север, и не будет здесь никого, только безмолвные острые вершины холмов, покрытые сухой травой. И его тоже не будет, их судно спишут, и хорошо если кто-то ради спортивного интереса будет им заниматься, а ведь могут свезти куда-то, также оставить позабытым вне времени. Но даже такие мысли не испортят настроение; все же в этом и заключена суть всего, что есть на свете, — одно сменяется другим, где-то угаснет жизнь, чтобы дать силы возникнуть новой.       Со стороны улицы послышались скрипучие шаги резиновых сапог по влажному песку. Капитан привычно не задержался у двери, а сразу прошел на мосток. Кристофер только чуть приподнялся с места, пожимая руку товарищу. Эпс уселся на скамью, сминая в крупных пальцах сигареты. Он тоже обратился взглядом к занимающейся утренней заре, усмехаясь своим мыслям. Крис не изменился в лице, но внутри всячески старался замять нарастающую нервозность, потому что Эпс, кем бы там не приходился Космо, мог запросто завалить рыбака расспросами — много ли здесь мест, где мог провести ночь мальчишка? Однако капитан заикнулся только о погоде, что в этот вечер небо будет ясное, и хорошо бы им успеть до ужина все закончить, выйти на промысел, пока на их стороне циклон, время и силы. Крис был с ним полностью согласен. Лишь в самом конце, когда капитан уже собирался в порт, решил уточнить не сильно ли докучал племянник, и получив ответ, что тот если и пытался буянить, то слишком быстро сдался и уснул, посмеялся только над непосредственной молодостью.       За стеной, завернувшись в одеяло, племянник старался не подавать виду, что уже не спит. Он проснулся некоторое время назад от подозрительно монотонного и глухого разговора. Мужчины сперва тихо что-то обсуждали, потом голос капитана стал узнаваем и различим, кое-что Космо даже смог выцепить из их слов. А еще прошибло холодным потом, когда Эпс спрашивал о нем у Криса, но кажется ответ его более чем удовлетворил, и вопросы прекратились. Они снова обсуждали море, рыбалку, будь она неладна. Племянник рухнул обратно на подушку — далась им рыба, и это море, будто свет клином сошелся. Его одолела беспочвенная злоба, как будто и вправду с похмелья поднялся, хотя вчера выпили не так много. Не так много, как он рассчитывал; пил скорее больше для храбрости смотреть Крису в глаза, после случившегося. А еще, конечно, он злился на Рейчел. Когда их познакомили перед ужином, она ни словом не обмолвилась, что имеет виды на рыбака, и потом вела себя так, будто бы не особо в нем заинтересована; но ее вчерашнее появление в доме, и еще эта лазанья… В общем, лазаньи у Космо теперь тоже стали не в почете.       Разговор внезапно закончился, послышались гулкие шаги вдоль дома, а после открылась дверь, впуская морской бриз и розовый солнечный свет в полумрак спальни. Племянник прикрыл глаза, надеясь, что Кристофер не заметил этого, но тут же кожей почувствовал на себе взгляд. Мужчина опустился на край кровати, широкая ладонь заботливо обхватила лицо; сам же Крис едва сдерживал улыбку, глядя как мальчишка изо всех сил старался изобразить спящего, но подрагивающие веки и сопение говорили об обратном. Однако Кристофер решил не отказывать себе в удовольствии еще лучше, кропотливее, внимательнее рассмотреть Космо, сохранить в памяти выдающиеся черты, где-то подростковую нескладность, в какой-то степени даже наивную незрелость в пробивающейся мужественности. В ответ же юноша потерся щекой о подставленную руку, лукаво вглядываясь в рыбака темными очами. Все это в самом деле впиталось отравой в кожу, и Крис с ужасом понял, что и это не любовь, а лишь жалкое влечение и больное желание обладать тем, что не равное ему, не по зубам, а гораздо большее. Эти ощущения и чувства подстегивали, грели, будоражили изнутри, но вместе с тем драли, перекручивали и изматывали. Хотелось чтобы мальчишка был рядом, и чтобы оказался на другом конце света.       Завтрак прошел мирно. Космо без устали болтал о своей жизни в Канаде, о том, как же он был рад закончить университет, что дороги перед ним открылись, но сам же не торопился принимать решения; его еще никто не гнал из отчего дома. Кристофер слушал, как и просил капитан, вполуха, однако с каждым словом понимал, что мальчишка вообще ни к чему и ни к кому никогда не был, и вряд ли будет, привязан. Общество, в котором племянник Хелен вырос, точно также пользовалось благами, считая данность своей по праву рождения. Крис снова посмотрел на юношу, который, кажется, ни разу не слышал упреков, которому постоянно все сходило с рук; и даже по отношению к мужчине — Космо добивался расположения не ради чего-то великого, а просто потому, что ему так хотелось, явно не осознавая зачем вообще нужно это делать. Такие мысли чиркали по истосковавшейся душе острой бритвой. Он был еще дальше от них, чем Рейчел. Крис лишь обмолвился в монологе, что хорошо бы мальчику вернуться к тетке, потому как его с раннего часа ждут в порту.       — Я думал, ты туда пойдешь вечером, — мужчина насторожился, когда в юношеском голосе мелькнули едкие смешки, — они не справятся без тебя?       — Нет, — отрезал Кристофер. Хотелось наговорить много чего: и то, что его помощь будет на судне кстати, и то, что он, честно говоря, немного устал от назойливого внимания, и то, что чем они дольше вместе, тем больнее потом будет. Он опирается руками на мойку, прикрывая глаза, и признаваясь самому себе, что с удовольствием сбежит от этого всего в море, где нет никого постороннего, а только слаженная команда и бескрайний простор. Но как только Космо переступает грань дозволенного, все переворачивается вверх тормашками. Кристофер оборачивается к нему, не веря своим ушам; юноша, вытянув тощие ноги под столом, сидит на стуле, скребет ногтем по чашке, и наигранно удивляется, что же именно мужчину здесь держит? И ответить на этот вопрос сложно, — в действительности — ничего, — но найдется уйма поводов и причин, из-за которых он ни за что не решится покинуть деревушку, лишь бы не поддаваться на провокацию; однако Космо, явно не принимавший отказов, или не умеющий их принимать, переводит цепкий взгляд к рыбаку и предлагает иной вариант — ему перебраться сюда.       — Нет, — едва сдерживается мужчина.       — Ты не хочешь уехать, хотя в городе гораздо больше возможностей, и не хочешь, чтобы я остался?       — Мне нет там места, а ты здесь загнешься. Все просто.       Они молчали, пока собирались. Им просто было не о чем говорить; племянник прокручивал в голове варианты как же ему договориться с Крисом, потому как совсем не хотелось портить такие странные, но вместе с тем не лишенные романтичного настроения, отношения; Кристофер боялся любого слова от юноши, потому что распирало не просто вытряхнуть всю дурь из молодой головы, но и душу вместе с тем — сейчас, что бы ему ни сказали, все могло сработать как спусковой механизм. Уже в дверях Космо потянулся за поцелуем, будто бы забыл неприятный разговор, но рыбак отстранился на короткое мгновение, чтобы в конце концов пойти на поводу и легко поцеловать мягкие губы.       Снаружи совсем рассвело; капли дождя трещали по кустарникам от легкого ветерка, трава, прибитая ливнем ночью, была скользкой и неприятно скрипела под каждым шагом. Только море было мутным и темным. Уже ото всюду слышался неровный шум — женщины с каждого крыльца провожали взглядом, мужики торопились обогнать, направляясь в порт, все были заняты, мельтешили вокруг, точно готовились к чему-то грандиозному. Крис понимал всеобщее помешательство, и хотя где-то был раздражен этим, словно бы они впервые выходят на промысел, но все-таки по большей части завидовал, что не меньше выводило из себя, — за ним так не хлопотали, но никто, кроме него самого, в этом не виноват.       Кристофер быстро поднялся на крыльцо дома, тогда как племянник, напротив, застыл у самого порога. Мужчина ни слова не сказал, не попытался что-либо объяснить, скрываясь за дверью, и Космо показалось, что с ним нарочно избегают любого контакта. Конечно, находиться в доме ирландки не хотелось вовсе, пусть и какие-то незначительные минуты, но видеть как Крис улыбается ей, как она непринужденно болтает с ним, как они легко молчат в компании друг друга, в то время как молчание с Космо Крису дается через силу, стало бы просто невыносимым. Но когда на крыльцо вышел старик, юношу обожгло изнутри. Отец специально оставил их вдвоем в доме? Бывалый моряк, хромая на одну ногу, неуклюже сел на стул. Он зажал перекошенными губами обломок сигареты, чиркнул спичкой, безотрывно всматриваясь в настороженные глаза мальчишки; Космо чудилось, что отец Рейчел точно знал, что случилось, и теперь издевательски наблюдал, как того корежило от мысли, что Крис все равно прибежал к его дочери, позабыв о своей секундной слабости. И эти мысли, наслаивающиеся друг на друга, внезапно озарили его пониманием отчего же рыбак не хочет покидать деревню, и не хочет, чтобы Космо остался — дело в Рейчел.       Молодой человек отвлекается на появление обоих на крыльце. Ирландка хихикает, а Крис слишком близко стоит рядом с ней; когда мужчина смотрит на племянника, то удивлен будто впервые видит. Старик понимающе хмыкает.       У самого капитанского дома племянник решается заговорить с мужчиной:       — И как долго вас не будет? Обязательно сегодня?       — Да, обязательно, — Кристофер смотрит куда угодно, — дней на десять.       — На десять?       Он все же взглянул на юношу, сжал челюсти. Космо выглядел поникшим и растерянным, точно совсем не планировал задерживаться так долго в деревне, но Крис на это и рассчитывал. То, что они обсудили за столом было чистой правдой — что здесь делать подающему надежды юному дарованию? Или куда уже ему бежать, когда за спиной столько прожитых лет в уединении? И почему они вообще это обсуждают, тогда как знакомы меньше двух дней? Будет лучше, если племянник уедет, пока Крис будет занят на судне — никаких болезненных прощаний, бесполезных обещаний, неловких ужимок. Они хорошо провели время, но никто никому ни в чем не клялся. Все прошло обоюдно и полюбовно, и сейчас нужно было вернуться в ту жизнь, которую оба жили до всего случившегося, не зная друг о друге. Прежде чем Кристофер успевает что-то ответить, мальчишка улыбается, глядя в лицо, пожимает плечами:       — Ну, на десять, так на десять.       А после оставляет рыбака одного. Космо сможет остаться в деревне еще на какое-то время — он никуда не торопится; почему-то изо всех сил хочется удивить мужчину. Пусть тот думает о нем лишь как о небольшой случайности, пока что, но стоит ему вернуться и увидеть Космо рядом, и сразу же пропадет между ними всякая неловкость и недопонимание, рыбак примет всю серьезность намерений, оставит Рейчел, отдавая все свое внимание юноше. Племянник был уверен в правильности своих мыслей.       До самого вечера все были заняты приготовлениями. Нужно было собрать достаточно продуктов, снастей, инструмента, каких-то вещей. Крис ходил по дрифтеру, проверяя каждую деталь, чтобы ничего не было забыто, чтобы все находилось на своем месте; снова и снова дергал лебедки, потому что, если что-то пойдет не так, то Эпс в первую очередь спросит с него. Крис не волновался, скорее наоборот, ему не терпелось покинуть деревню. Но стоило зайти домой за теплой одеждой, как резко обрушилась серая тоска. Куда бы он не бросил взгляд — везде мерещился мальчишка; что после того, как он вернется, это все будет лишь бледным воспоминанием, и ком подкатил к горлу. Не надо было вообще его пускать к себе, ложиться в одну постель, позволять ему касаться, и спускать свои желания с поводка. И враз, после слабости, нахлынула ярость, окатило гневом на себя, на все то, что случилось, и то, что случилось именно с ним, и что теперь он весь принадлежит не себе, а смазливому юноше, которому и невдомек, что же тот натворил. Крис в запале хватает сильной рукой бутылку виски, что вчера принес Космо, и бросает несчастную, будто бы ее вина во всем, куда-то от себя подальше.       Звон стекла приводит в чувство. Вновь все становится безликим. Но теперь еще предстоит убрать осколки и вытереть лужу — нельзя оставлять это все до момента, когда перед их возвращением к нему зайдет Хелен и обнаружит беспорядок. Сразу возникнет множество неудобных вопросов.       На пирсе почти никого. Рыбаки заканчивают укладываться, отец Рейчел о чем-то беседует с Эпсом, капитанская жена переминается с ноги на ногу, а после, заприметив Криса, обращается к нему, но больше всего внимания к себе привлекает Космо. Парень стоит неподалеку, уставившись в телефон, улыбается, но ни с кем толком не говорит. Крис слушает просьбу Хелен, и заставляет себя не злиться на нее. Ничего раздражающего нет в том, что жена беспокоится о муже, она и за него волнуется тоже. Кристоферу просто хочется также стоять перед выходом у дрифтера с тем, кто будет его ждать. И в эту секунду хочется утопиться.       Но все проходит через несколько дней. Работа, и правда, лечит. Пока они занимаются промыслом, у него нет времени ни жалеть о каких-то возможностях, ни горевать о случившемся, ни беспокоиться о том, что говорить, как, при каких обстоятельствах, чтобы не выйти за рамки. Даже в один вечер Крис думает, что вся эта острая необходимость смотреть на юношу исчезла. Он принимает верное для себя решение, что по возвращению в порт, сразу же объясниться с Рейчел. Давно уже надо было переступить черту, поговорить с ней, попытаться что-то изменить; и внутри у него болело не из-за мальчишки, а из-за вечного уклонения от беседы с девушкой. И это вернуло ему веру в то, что все он сделал правильно, а то неправильное оставил теперь в прошлом вместе с Космо.       Однако беспокойство внутри то пропадало, то вновь напоминало о себе. Колено ныло предвещая непогоду, и все это Кристофер сваливал на климат и возраст, старался меньше курить, и ближе к концу, когда взволнованный кашлем первого помощника Эпс, точно как Хелен, принялся причитать о здоровье, дал слово, что выделит день на посещение врачей. Но волнение капитана захлестнуло и его самого — все чаще, продолжительнее появлялся озноб, нога болела перманентно, руки трясло, крутило и выворачивало, норовя выронить что-нибудь, и кашлял Кристофер все тяжелее и удушливее. Встречу с Рейчел придется перенести на потом.       Ранним утром, как и было запланировано капитаном, дрифтер действительно возвращался в бухту на десятый день. На востоке уже показалось бледное солнце, едва освещая верхушки холмов, но еще бросая чернильную тень на деревушку, на западе в небе мерцали звезды, море лениво, будто не в охотку, колыхалось вокруг, но Кристофер, впервые на своей памяти, не любовался всем этим. Последнюю сигарету, где-то на середине, он буквально в приступе злости вдавил в пепельницу, и Эпс, озабоченный состоянием помощника, быстро подписал необходимые сметы, а после прогнал того из рубки. Рыбак не особо сопротивлялся. Голова была ватная, ходил он по корме на автопилоте и совсем не отдавал себе отчет что же происходит. Хотелось как можно скорее забыться сном. Снова раздирающий кашель сдавил легкие тугим обручем; Крис оперся руками на борт, перенес вес тела на плечи, с отчаянием понимая, что дальше будет только хуже, если не уже.       — Слушай, этот твой кашель.., — начал Эпс, боком высунулся из небольшого окна.       Но Крис остановил его, беззлобно огрызнувшись:       — Давай не сейчас.       — Не затягивай с этим!       На пирсе собралась вся деревня. Знающие моряки толковали вполголоса, что рыбы будет много; женщины вели себя так, словно сами отработали вахту на судне, вздыхали облегченно и счастливо. Космо, когда Хелен начала внизу собираться, сперва ничего не понял. На невнятное предложение вернуться в постель он, конечно, отказался, и вслед за ней, набросив парку, выскочил на улицу. Там уже было достаточно народу, в толпе мелькнули рыжие кудри Рейчел, что досыпала на плече отца, поглаживая того по боку. Племянник решил также урвать последние минуты, пока тело требовало сна. Тетка ласково погладила пухлой рукой его спутанные волосы. Космо никто так и не объяснил, зачем они все столпились почти что в ночи на пирсе, потому как стоило солнцу подняться выше, заливая улицы холодным светом, а судну показаться в бухте, и все разом разошлись по домам. Даже ирландка побрела в сторону порта.       Работа закипела мгновенно. Рыбаки по щелчку пальцев высыпали на землю, принялись бодро выгружать боксы, пока Кристофер разбирался с дрифтером. К мужчине скорым шагом подошла Хелен.       — Боже мой, а с тобой что? — Женщина обхватила лицо рыбака своими крепкими ладонями, — холодный и мокрый весь! Ты в порядке?       — Простуда. Эпс в норме, как видишь из нас двоих он куда здоровее.       Хелен выпустила его из цепких рук. Крис быстро закончил последние дела, и, подхватив рюкзак с вещами, застыл. Он бездумно смотрел куда-то сквозь мальчишку блестящими глазами, как будто увидел призрака, пока спазм не скрутил изнутри. Космо немедленно подошел к нему, намереваясь поздороваться, но его тут же перехватила тетка, уводя домой. Племянник несколько раз обернулся к мужчине, однако рыбак скрылся из виду между построек.       Этого просто не могло быть! Крис, как подкошенный, упал на стул, спрятав лицо в сгибе локтя. Его трясло сразу от всего — от болезни, от усталости, от того, что Космо все еще здесь. Может ему привиделось и это воспаленный бред? Но Хелен тогда тоже помешалась, если так уверенно повела парня в сторону дома. Хотелось встать и последний раз убедиться, что он еще в здравом рассудке.       В каком-то размытом состоянии кое-как постоял под душем, знобило все больше и больше, так что Кристофер, не заглядывая в холодильник, сразу пошел спать полон надежд, что с утра все наладится. К обеду стало хуже; чувствовал себя также разбито, перекручено и откровенно паршиво, но самое худое было то, что к нему наведался Космо. Парень быстро смекнул как без лишнего внимания оказаться у рыбака — через мостки; без приглашения постучался в дверь спальни, и, когда из сумрака вышел хозяин, прошмыгнул внутрь. Крис не мог ничего возразить, только смотрел на юношу, что быстро-быстро раздевался, едва поспевая мыслями за происходящим. И вот он уже бросается к нему, как холодные пальцы сжимают плечо:       — Что ты здесь делаешь?       — Только хотел с тобой увидеться, — Космо хлопает глазами, растягивая искусанные сухие губы в усмешке.       — Я не хочу.., — начал Крис, но тут же зашелся кашлем.       — Я знаю. Просто побуду с тобой, а потом уйду к Хелен. Идем.       Племянник помогает улечься, обнимает со спины, и мужчина с ужасом, болью и стыдом признается, что ни с кем уже так не будет — не будет невесомых касаний и спутанных под одеялом ног, не будет нежного размеренного дыхания между лопаток и хитрых улыбок, не будет пронзительных взглядов и скорых поцелуев. Мальчишка не просто разворотил все внутри, но и оставил после себя смертельную рану, которую не залечит время. Крис вздрогнул от того, как плотно и крепко к спине прижался Космо, потерся носом, что-то промурлыкал сам себе.       — Хочешь, я съезжу с тобой завтра в город?       — Посмотрим, — сквозь дрему ответил Крис. — Соберешься уходить — все сам.       — Не волнуйся, я все сделаю, — теплые ладони огладили бока, мягко скользнули к животу. Космо и сам не заметил, как уснул.       Очнулся молодой человек совершенно внезапно; в какой-то степени спал он не слишком крепко, и сознание, видно, нарочно бодрствовало где-то на задворках. Космо ясно услышал сквозь сон чьи-то шаги по крыльцу, но в конце концов, оказалось, это просто бесновались чайки. Время неумолимо клонилось к сумеркам, и нужно было возвращаться к тетке. Он нехотя сел в постели, потер глаза. Крис спал рядом, все также жутко хрипел, грудь тяжело вздымалась, а еще весь был чересчур горячий. Мальчишка решил во что бы то ни стало убедить мужчину, или прибегнуть к помощи Хелен с капитаном, с самого утра ехать в город. Космо склонился к рыбаку, легко поцеловал того в лоб, ладонь коснулась шеи, широкой груди; он вновь всем телом прижался к боку, ощущая кожей, как Крис изнутри точно закипает. Племянник нахмурился; ему не хотелось оставлять Кристофера одного, но и ночевать здесь нельзя было. Собравшись с силами и мыслями, он принялся наскоро одеваться, выискивая в темноте разбросанные вещи.       В дурном расположении духа Космо побрел домой, как внезапно его одернула, или скорее окликнула, Рейчел. Он не заметил ее под крыльцом, девушка неряшливо пропалывала небольшую клумбу, и это показалось какой-то несусветной глупостью. Что она могла там разглядеть в потемках? И все, накопившееся внутри за эти дни, нашло выход в разговоре с ней. Имел ли он хоть малейшее право на то, чтобы влезать между Рейчел и Крисом? Нет. Но Космо был из тех, кто в любом начинании стремился всех обогнать, и лишь потом думал — нужно ли это? Сейчас было важно стать для Криса всем, а Рейчел была в этом помехой. Было ли ему жаль ее? Нет. Думал ли он, что мужчина будет против? Нет. Племянник наговорил девушке все то, что было правдой в его глазах; он никогда не врал, но свято верил, что сделал ей одолжение.       На следующий день, когда над морем стелился едва заметный пар, Крис с переменным успехом мог вспомнить, что произошло прошлым вечером. Голова гудела, его бросало то в жар, то в холод; а еще перемешались сны и явь, потому что он точно уверен, что видел Космо, но ни следа, ни намека в доме не было. Но заниматься этим всем сейчас не хотелось вовсе, поэтому Кристофер, плохо соображая, начал собираться в город; к общему недомоганию добавилась еще и одышка. Он долго бродил по дому, не имея сил и желания приводить себя в порядок.       На улице мимо Криса проскочила Рейчел с пакетом продуктов. Девушка даже не обернулась, когда он с ней поздоровался; вся она была неестественно тусклая, даже волосы перестали сиять золотом, превратились в потускневшую медь. Когда мужчина еще раз позвал, она замерла. Фигурка дернулась, услышав его шаги за спиной, но не двинулась с места.       — Ты в порядке? — Крис тронул ее за руку.       — Привет, — Рейчел отшатнулась, и обратилась взглядом в сторону своего дома, — извини, я тороплюсь.       — Как отец?       Ирландка поджала губы, еще больше побледнела. Кристофер второй раз за все время видел ее такой — впервые, когда она приехала, после похорон матери.       — Отец? — Выдохнула Рейчел, — хорошо. Как ему еще быть?       —Я не понимаю, что с тобой? Давай помогу, — Крис потянулся за пакетом, чтобы помочь донести до крыльца, но девушка отскочила от него, и, сведя брови, злобно ощерилась.       — Не надо! Я не беспомощная. Не понимаешь? Я думала мы друзья, Крис, думала, что нравлюсь тебе, наивная дурочка! Поделом мне!       — Что ты..? — Мужчина отвернулся, закашлявшись.       — Я знаю, что все, что между нами было, это твое одолжение Хелен! — Выпалила Рейчел. На секунду ей стало страшно за рыбака, но она сама была совершенно разбита, — хоть ты мог мне не врать?       Не дождавшись ответа, Рейчел подхватила пакет и поспешила убраться с глаз. Ей было неловко за все их встречи, их объятия, разговоры, и стыдно было смотреть Крису в глаза, когда у самой все лицо было в слезах. Она не хотела, чтобы он продолжал с ней общаться из жалости, не хотелось сочувствия от жителей, кто мог видеть ее такой. Рейчел вновь ощутила себя бесконечно одинокой и чужой.       Кристофер смотрел вслед, но не мог сделать шаг, сорваться на бег, чтобы догнать и объяснить как все обстоит на самом деле. У него рушилась жизнь кирпичик за кирпичиком, крошилась, трещала по швам и норовила придавить обломками. Одно он понимал точно — выяснять отношения с Рейчел в таком состоянии не было причин, все эти слова принадлежали не ей. Крис сжал кулаки до побелевшей кожи и направился в сторону капитанского дома. Он знал единственного человека во всей деревне, кто мог рассказать девушке такую искривленную правду.