Тусовочный синдром

***

      Сал проснулся, когда за окном уже во всю светило солнце. Место рядом на кровати пустовало, но слышались голоса где-то в коридоре. Фишер расстегнул протез и отвернулся от двери, положив протез рядом. Он тер свои глаза и лицо, когда услышал хлопок входной двери. Решив проверить обстановку, он поплелся из комнаты. Теперь звуки исходили из кухни. Фишер подходит, приоткрывает дверь и как бы выглядывает из-за двери. Ему открывается такая картина: на столе стоят две кружки, в которые Ларри наливает кипяток из чайника, а рядом с кружками лежат две коробки пиццы. Джонсон действительно красив, — отмечает про себя Сал. Уже полностью открыв дверь, Фишер заходит на кухню, и только сейчас Ларри обращает на него свое внимание.       — О, Сал, ты уже проснулся, а я уже собирался тебя будить, — говорит шатен, добавляя в обе кружки кофе. — Тебе сколько сахара класть?       — И тебе доброе утро, — заторможенно отвечает Сал, падая на стул. — Две.       — Как спалось? — интересуется он, размешивая сахар в кружке.       — Отлично, а который час? — спрашивает Фишер, потерявшись во времени. Он двигает кружку кофе ближе к себе, расстегивает нижний ремешок протеза и делает небольшой глоток, боковым зрением замечая заинтересованный взгляд Джонсона.       — Почти два, — шатен тоже пьет кофе, не отрывая взгляд от такого загадочного Сала. Ларри открывает коробку с пиццей и берет кусочек. Голубоглазый тоже берет пиццу, но перед тем как откусить, вытаскивает помидоры из своего куска, складывая их на коробку, за что получает удивленный взгляд Джонсона. — Ты серьезно не любишь помидоры? Прости, не знал.       — Не, помидоры люблю, но не в пицце, ничего страшного, — отвечает Сал и наконец-то ест свой кусок. — Я конечно понимаю, что тебе интересно, но можешь не смотреть на то, как я ем? — не выдерживает пристального взгляда Фишер.       — Прости, — тихо говорит Ларри, устремляя свой взгляд в стену, продолжая пить кофе.       — Я обязательно покажу тебе свое лицо, но ты пока не готов да и я, наверное, тоже. Они продолжают есть в тишине, никто не решается вновь заговорить. Вот и то самое неловкое молчание. А то, что было ночью, они вдвоем решили не обсуждать, слишком неловко. Может быть они и поговорят об этом, но точно не сейчас. А Фишеру было вдвойне неловко, ведь если бы он не дал волю эмоциям ночью, то не было навязчивых мыслей об этом. Салли казалось, что Джонсону было неприятно, что он посчитал его придурком.        Ларри постукивал пальцами по кружке, понимая, что для Фишера тема с лицом болезненная, и не стоило проявлять такое внимание. Ему было стыдно за свое поведение. Он уже начал думать о том, что было бы если он повел себя иначе. Из раздумий его вывел голос Сала и щелчок протеза.       — Слышал о новой тусовке? — спросил он, вставая со стула, чтобы убрать уже пустую кружку в раковину. — Может вместе пойдем?       — Нет, — отрезал Джонсон, делая последний глоток напитка, — я не пойду.       — Почему? — облокотившись на кухонную тумбочку, заинтересовался Сал и посмотрел на друга. Ему казалась, что они с патлатым похожи именно желанием проводить время в кругу алкоголя, незнакомых людей, громкой музыки. Неужели он ошибся в выборе первого друга?       — Мне это неинтересно, — пожал плечами Ларри и начал мыть кружки, оставив коробки из-под пиццы на столе, он уберет их потом. — И тебе не советую идти, — дал совет он, выключая воду.

***

      Вечером этого же дня Сал шел в бар, наплевав на все слова Джонсона. А кто он ему такой, что бы слушаться его? Правильно — никто. Теплый летний ветер заставлял распущенные голубые волосы подниматься с плеч парня. Солнце медленно уходило за горизонт, оставляя на небе розово-оранжевые цвета.       Конечно, Фишер был расстроен тем, что Ларри не пошел с ним, но он не первый и не последний человек, который будет отговаривать Салли ходить по барам и сомнительным тусовкам. От одной мысли про Джонсона хотелось напиться еще сильнее.       Сал заходит уже в до боли знакомое помещение, на автомате кивает охранникам, которые стоят у входа, и идет к барной стойке. Бармен ничуть не удивился, увидев Фишера, лишь тихо сказал: «Привет». Протезник заказал излюбленный виски с колой и принялся осматривать людей во круг. Какие-то подростки беззаботно танцевали, а кто-то целовался прямо на танцполе, не обращая внимания на других. А какая-то компания молодых парней стояла в углу зала, наверное также осматривала остальных, спокойно пив алкоголь. На соседнем стуле, рядом с Салли, сидел мужчина в деловом костюме и пил один шот за другим. Видимо, неудачный день, или проблемы на работе, или ссора с женой. У каждого в этом здании свои поводы напиться, снять стресс и расслабиться.       — Ваш виски с колой, — сказал бармен и поставил стакан на стойку, тем самым вырвав Фишера из раздумий. Сал тихо угукнул, протянул купюру бармену и принялся перемешивать трубочкой кусочек льда в стакане.       Дверь заведения вновь открылась, оповещая маленьким колокольчиком о новых посетителях. Салли услышал чей-то громкий смех, который заставил его повернуться и посмотреть на через чур счастливых людей. Он ожидал увидеть кого угодно, но только не их. На пороге заведения стояли Трэвис и Эшли. Блондин с улыбкой на лице что-то рассказывал Эш, от чего та громко смеялась. Девушка выглядела безумно счастливой рядом с ним, да и Трэвиса Сал таким никогда не видел. Удивительно, как любовь меняет людей.       Трэвис, почувствовав на себе пристальный взгляд, начал бегать глазами по заведению и столкнулся с глазами Фишера. Они с Эш подошли ближе. Девушка уже что-то заказывала, Сал не вслушивался. Но вот фразу, сказанную трэвисом, он надолго запомнит:       — Не буду врать, что не ожидал тебя здесь встретить. Снова пьешь, Кромсали? — спокойно сказал блондин вместо приветствия. — Я думал, патлатый смог тебя вытащить из этого дерьма, — продолжил он с грустной улыбкой на лице.       Сал, ничего не ответил, встал и просто ушел, оставив на стойке так и не тронутый стакан с алкоголем. Он проебался. Снова.       Он успокаивал себя тем, что пить — это всего лишь хобби. Дело, которое у него хорошо получалось, но ошибся. У него даже это не получалось. И что ему тогда делать?       Солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя на небе оранжевые разводы. Теплый летний ветер обдувал волосы, заставляя немного расслабиться. Сал свернул за какой-то дом, облокотился на него и достал пачку сигарет. Делая глубокую затяжку, он достает из кармана телефон и пишет сообщение Ларри, который вроде как обидел его с утра. Через пару секунд, получив положительный ответ от Джонсона, Сал хмыкает и убирает телефон обратно в карман. Получая новую порцию яда, Фишер думает о том, что он может бросить пить, но вот курить не бросит никогда. Бросив окурок себе по ноги и застегнув ремешок протеза, он пошел к Ларри. Домой не хотелось вообще, да и отец его не ждет.

***

      Сал поднялся на нужный этаж, остановился возле входной двери, подумал пару минут и пришел, как ему казалось, к идеальной идее. Он расстегнул все два ремешка протеза и взял его в руку, а другой рукой открыл дверь. Фишер прекрасно знал, что Ларри не запирает дверь, когда дома, только на ночь. Протезник без протеза уверенно зашел в квартиру друга. Ларри, услышав хлопок входной двери, вышел в коридор посмотреть, кто пришел, как будто ждал кого-то кроме Салли. Но друг просто прошел мимо с опущенной головой. Джонсону ничего не оставалось, как пойти за ним.       Фишер прошел на кухню, сел на стул и устало запрокинул голову назад. Патлатый ожидал увидеть что угодно, но только не это. Сал повернул голову к другу и улыбнулся. Ларри сел на против, разглядывая тайну протезника, которую он прятал от всех много лет.       — Сал, ты такой, — начинает говорить Ларри.       — Ужасный? — перебивает его Сал, говоря свою догадку.       — Очаровательный, — честно отвечает Джонсон, после чего взгляд васильковых глаз меняется на непонимающий. Фишер считает, что это слово совсем ему не подходит, но одновременно так приятно это было услышать. Ларри мог сказать ему банальное: «Ты красивый» или того хуже.       — А ты странный, — выпрямляется Сал, с таким же непониманием глядя на друга.       — Почему? — искренне не понимал патлатый. — Из-за моих слов? — получив в ответ кивок, Ларри по-доброму рассмеялся, — прости, тебе никто комплиментов не делал?       — Не-а, — покачал головой Фишер.       — А вот это действительно странно, ведь ты заслуживаешь куда больше приятных слов, чем просто очаровательный.       Они молча смотрели друг на друга. Сал уже окончательно запутался во всем.       — Ты пил? — спросил патлатый, вспомнив их утренний разговор.       — Нет, — спокойно ответил протезник без протеза, — ненавижу алкоголь, — заметив странный взгляд Ларри, Сал решает объяснить. — Я искал в нем спасение, но только тонул в проблемах. А спасение нашел в человеке, после встречи и общения с ним, тяга к тусовкам уменьшилась, — улыбнулся Фишер. Ларри сразу понял, о ком идет речь и не смог сдержать такой яркой и искренней улыбки.       Сидят, улыбаются друг другу как дураки, но не в этом ли счастье?