Тусовочный синдром

      А знаете выражение: «Беден не тот, у кого нет денег, а тот, у кого нет мечты»?

***

      Так обидно и больно осознавать, что ты ни на что не способен и никуда не годишься. Ты бездарен во всем и чужие слова, говорящие об обратном, не помогают. Ты загоняешь самого себя, копаешься в собственных мыслях, находя там такие моменты, от которых становиться хуже. Ты стал зависим от человека и тебе это не нравится. А лучшее лечение — это игнорирование.       Как с наркотой: ты не завяжешь, пока не закончишь принимать.       Именно такие мысли посещали Салли последние пять дней, проведенные дома. Он скрылся ото всех. Закрылся дома. Перестал отвечать на сообщения Джонсона, который пытался достучаться до Фишера всеми силами. Если бы Ларри знал его точный адрес, приехал. Сам Фишер почему-то не сомневался в этом, хотя и считал себя ненужным.       Он, сидя на полу собственной комнаты, смотрел куда-то в пол, но его внимание сконцентрировано на мыслях, что вьются в голове. Прошлое перемешивалось с настоящим. Так и получилась каша в голове. Салу хотелось ударить себя по голове чем-то тяжелым, лишь бы не думать ни о чем.

Flashback

      Салу всего десять, а он уже понимает, что все люди лжецы, к которым не стоит подбираться слишком близко, чтобы потом не было больно. Над ним смеялись из-за причудливой «маски». Некоторые просили довериться и показать лицо, кто-то убегал с воплями, кто-то избивал. Фишер никогда не чувствовал того, что его рады видеть.       Салу одиннадцать. Он сидел в своей комнате, спокойно делал уроки, до тех пор пока домой не вернулся пьяный отец. В тот вечер он впервые поднял руку на маленького Салли. Генри бил сына, не переставая винить его в смерти Дианы, а Сал не понимал, почему он — всему вина. Он плакал и плакал, прося папу прекратить, но папа не прекращал.       Салу пятнадцать, он старается давать отпор обидчикам, но не всегда выходит. В середине девятого класса одноклассник избил его до предсмертного состояния. Просто из-за того, что Фишер не был как все. Этому однокласснику только пригрозили пальчиком. Всем. Было. Плевать. Даже отцу, который ни разу не навестил сына в больнице. В тот момент он окончательно потерял веру в человечность.

End flashback

      Салли ерошит волосы, и задирает голову, глядя в потолок, смаргивая слезы. Люди всегда делали больно. Его ненавидели всю жизнь. Почему же он себе нафантазировал, что его могут принять? Это ли не болезнь, представлять в романтическом плане тех, кто проявил к нему внимание? Он боялся подпускать людей слишком близко к себе, но Ларри сам подошел на недопустимое расстояние. Фишер боялся разочаровать и разочароваться уже в который раз.       А теперь встань, вытри сопли, сходи за сигаретами и сделай пару затяжек. И с каждым вдохом постарайся напомнить себе: ты никому не нужен. Ни раньше, ни сейчас. — Думал он, хватая лежащий на кровати протез.

***

      Сал стоял в каком-то дворе, под фонарем, что освещал улицу. Было приятно находиться на улице после времени, проведенного дома. Немного подождав, не спеша затянувшись, Фишер смотрел за тем, как сигарета медленно тлела, а пепел, подхваченный слабым ветром, летел куда-то. Хмыкнув, юноша поднес сигарету к губам и вдохнул небольшую порцию дыма, ощущая, как он оседает на легких, от этого внутри словно стало на миг теплее. Сигареты стали кончаться слишком быстро. Раньше Сал мог растянуть пачку на три дня, если сильно не налегать. Теперь же ее еле хватало на два дня. Это огорчало, ведь чаще нужно ходить за ними в магазин, больше денег, которых и так мало, уходили на сигареты.       Шоркая обувью по тротуару, он двинулся в сторону дома. Прохлада летней ночи, выкуренная сигарета привели его в какую-никакую норму. В голове гулял ветер, то и дело завывая где-нибудь в ухе. Все же знают этот шум в ушах, взявшийся ниоткуда?       Фонари резко закончились. Улицу поглотил мрак, лишь луна и немногочисленный свет из окон домов освещали путь. Было тихо, и только листья на деревьях, потревоженные ветром, создавали звук. Салли шел медленно. А куда ему торопиться? Домой, где никто не ждет? Нет, спасибо. Он смотрел под ноги, вдыхал и наслаждался свежим воздухом, вновь погружаясь в свои мысли. Думать глупо, нужно действовать. А как действовать, если трудно выйти из своей зоны комфорта. Нужно перешагнуть через самого себя, что тоже тяжело. Размышлял он, пока не врезался в человека, который, видимо, тоже смотрел под ноги. Фишер поднимает голову, чтобы хотя бы посмотреть на человека. А вдруг этот человек сейчас убьет его, нужно же взглянуть на своего убийцу перед смертью. Его взору предстает Ларри Джонсон собственной персоной. «Какого хера?!» — первое о чем подумал Сал. Умел Ларри появляться из ниоткуда в самый подходящий и неподходящий моменты.       — Сал? — уточнил шатен, подняв голову. По голосу было понятно, что он удивлен такой неожиданной встречи с другом. — Какого хера?       — Прям с языка снял, — улыбнувшись, ответил протезник.       — Нет, Сал, реально какого хера? — уже серьезней спросил он. — Тебя не учили на сообщения отвечать? Я уже думал ты спился или умер на той же тусовке! — отчитывал его Джонсон, активно жестикулируя руками. Фишер стоял неподвижно и просто смотрел на Ларри, не зная, что ответить. Такой реакции он тольно не ожидал. — Я переживал, — тише добавил Джонсон, уже успокоившись. А Фишер стоял и не мог понять, что значит переживал.       — Переживал, — еле слышно повторил голубоволосый, глупо улыбаясь своим мыслям.       — Да, — подтвердил Джонсон. — Ты что вообще делаешь на улице в такое время?       — А ты? — спросил Сал, прекрасно зная, что вопросом на вопрос не отвечают.       — Я за сигаретами шел, — честно ответил патлатый.       — Я тоже, — Фишер достал новую пачку сигарет из кармана, достал оттуда одну сигарету и протянул Ларри. — Хочешь, я с тобой схожу? Плевать, что я только что там был, — предложил Сал, мысленно ударяя себя по голове чем-то тяжелым. Он боялся быть слишком навязчивым.       — Конечно хочу, — улыбнулся шатен, подкуривая сигарету.       Вдвоем они зашагали в сторону круглосуточного магазина. Сал решил, что хотя бы в эту ночь он отпустит негативные мысли. Хотелось насладиться этой ночью и выжать из нее по максимуму позитивных эмоции.

***

      — Ну, рассказывай, — сказал Ларри, прикуривая сигарету из новой пачки. Они стояли под фонарем в каком-то дворе. Может, это был тот самый двор, в котором сегодня уже курил Фишер.       — Что? — спросил Сал, будто не понимал, о чем идет речь.       — Рассказывай, где пропадал, что делал?       — Давай не будем об этом? — если подумать, то что Сал может ему сказать? Прости чувак, я скитался в своей голове, в поисках хороших мыслей, но так их и не нашел. Ты мне еще начинаешь нравится, кстати. Мне самому от этого не очень, — так что ли? Нет, лучше ничего не говорить.       — Ты же понимаешь, что можешь положиться на меня если что? — ответил он с максимально серьезным видом и посмотрел Фишеру в глаза, стараясь рассмотреть в них хоть что-то.       Он выкинул наполовину выкуренную сигарету и подошел ближе к протезнику. Сигарету не жалко, а вот его да. Сал не счел нужным что-то ответить. Ларри сделал еще один шаг. Салли не выдержал и сам налетел на шатена с объятьями, которые были нужны как никогда.       Джонсон все понимал и крепко обнял друга, прижимая ближе. Фишер просто наслаждался этими минутами, понимая, что именно этого ему и не хватало. В объятьях Ларри было тепло и непозволительно хорошо. От шатена пахло сигаретами и каким-то парфюмом. Сал подпустил его слишком близко и вряд ли сможет справиться без него. Но все эти мысли он оставил на потом, позволяя себе расслабиться.       — Ну, что, пойдем? — спросил Джонсон, выпуская Фишера из объятий.       — Куда? — удивился тот.       — Ко мне, но если ты хочешь домой, то я могу тебя проводить, — спокойно сказал Ларри, понимая, что Салли сам может принять решение.       — Пойдем к тебе.

***

      Сал идет рядом с Джонсоном и смотрит под ноги. В голову пришла очередная мысль и думать о ней он не хочет, поэтому говорит:       — А ты всех своих друзей, которых случайно встретил на улице к себе зовешь? — к концу вопроса он поднимает взгляд и сморит на Ларри.       — Нет, — спокойно отвечает он, смотря на Фишера, — только тебя, — улыбается он.       Аргументировать свой ответ шатен отказывается.

***

      Ларри постелил Салу на диване, а сам ушел в свою комнату, пожелав тому хорошей ночи. И вот снова Фишер остался один в темноте. Он снял протез и положил его на спинку дивана, позволяя лицу отдохнуть хотя бы в эту ночь. Салли лег и почти сразу же провалился в тревожный сон.       Опять темно. Сал тяжело дышит. Он рефлекторно щипает себя за руку. Больно, значит это не очередной кошмар, который его потревожит. Он надевает протез и на цыпочках идет к комнате Ларри. В квартире стоит гробовая тишина. Сал открывает дверь и заходит, оставляя дверь открытой. Подходит к кровати, Ларри спит, с ним все хорошо.       — Ларри, — тихо зовет его Сал, треся того за руку. — Ларри, — уже громче повторяет Фишер.       — Ммм, — тянет шатен и приоткрывает глаза. — Сал? Что-то случилось? — встревоженно спрашивает он, приподнимаясь на локтях, уже полностью проснувшись.       — Спасибо, — единственное, что говорит Сал и уже разворачивается, чтобы уйти.       — Эй, — Ларри хватает протезника за руку. Фишер поворачивается и смотрит на патлатого. — Ложись со мной.       Джонсон двигается к стене, освобождая большую часть кровати для Салли. Легкое тело приземляется рядом с шатеном и просто лежит, но уже через пять минут Ларри сам двигается ближе и обнимает протезника со спины.