Лорды и Демоны читают «Система "Спаси-Себя-Сам" для Главного Злодея»

В этот раз перерыв объявлять не стали, и Юань находился из-за этого в легком замешательстве. С одной стороны хотелось поскорее закончить с прочтением нелицеприятных моментов его первой миссии, а что такие будут, он не сомневался. С другой же, Юаню просто было необходимо сбежать от всех хоть на пять минут и побыть в одиночестве. Подумать там или пожалеть себя и свою рушащуюся репутацию. Впрочем, за последнее был ответственен только он, однако полное осознание этого пришло лишь сейчас, когда многие его поступки выставлялись напоказ. Раньше, видя лишь одну сторону, Юань и не догадывался, как это может выглядеть в глазах окружающих, а самое главное в глазах Бинхэ. Под внимательными взглядами окружающих Юаню становилось все больше непосебе и ситуацию никак не улучшали покрасневшие лица Бинхэ и Иньин. Что могли подумать демоны и заклинатели, глядя на них, Юань не хотел даже думать. Впрочем, чтобы они не нафантазировали, это не могло и близко стоять рядом с тем, что произошло в действительности. Ну, может Самолёт имеет достаточно извращенную фантазию, чтобы приблизиться к истине. Чтобы отгородиться от чужих взглядом Юань ни на секунду не опускал веер, прикрывая нижнюю часть лица и неотрывно смотрел на книгу, которая, словно подогревая напряжение, не спешила перелетать к новому чтецу. Неужели не могла определиться, кому доверить пролить свет на его позор? И все же это ожидание не могло продолжаться вечно. Приподнявшись над столом и словно встрепенувшись, книга перелетела в руки удивленного этим Таньлан Цзюня. Глава 6. Первый блин комом Получив от Системы урок, Шэнь Цинцю стал не в пример осторожнее: Уповая на тихо-мирную поездку безо всяких происшествий, мужчина придал лицу мрачное выражение. Таким образом, процессия и достигла Шуанху. - Думаю, ты и так понимаешь, братец Огурец, что твои старания немного опоздали? - ехидно поинтересовался Шан Цинхуа. Юань не собирался ему отвечать, чтобы не растрачивать силы понапрасну. В любом случае в конце этой главы он подвергнется такому потоку издевок, что даже его красноречия может не хватить, чтобы отбить их все. Лорд Аньдин впрочем, не расстроился, что его не удостоили ответом, просто хотел немного разрядить обстановку, как всегда неудачно. Никто больше высказаться не пожелал на счастье Юаня. Городишко, пусть и впрямь был невелик, оказался чертовски шумен. По прибытии наставник в сопровождении учеников нанес визит Мастеру Чэню, известному в городе толстосуму, которому и принадлежала идея позвать на помощь заклинателей: двух юных наложниц, обожаемых почтенным господином, настигла ужасающая смерть от рук Кожедела. С появлением Шэнь Цинцю этот человек преисполнился надежды. Голос бывшего императора демонов звучал так мягко, что завораживал с первых секунд, но даже так на последнем прочитанном слове чувствовалась явная ирония, учитывая название главы. Юань искренне наслаждался прекрасным глубоким тембром, который не портила даже легкая хрипотца. Бинхэ наблюдал за этим, тихо скрежеща зубами от переполнявшей его ревности к внезапно появившемуся отцу, который явно хотел очаровать его учителя. Иначе, зачем тогда все это, брошенные словно невзначай комплименты и внимательные взгляды?! Бинхэ был так разгорячен, что стал терять контроль над своими силами, проявляя демоническую метку на лбу. Катастрофы казалось не избежать, но тут Юань положил свободную руку на кудрявую макушку Бинхэ и юный демон успокоился в одно мгновение. Не прекращая горестно причитать и ронять слезы, старик оглаживал белые и гладкие, словно нефритовые, ручки третьей своей прелестной любовницы: – Вы, чаровники, обязаны найти для нас выход! Я не отпускаю Ди-эр от себя ни на минуту из страха, что, стоит моей красавице сделать хоть один неверный шаг, как ее в мгновение ока убьет эта нечистая сила! Задание, конечно, знаменательное, но от омерзения судорога едва исказила черты Шэнь Цинцю. Ему совершенно не улыбалось смотреть на шестидесятилетнего мужа, милующегося с девочкой-подростком! Никто точно не мог сказать, как выглядел этот господин, но судя по реакции лорда Цинцзин, зрелище представляло из себя мало приятного. Потому что даже те, кто в какой - то момент или до сих пор ненавидели Шэнь Цинцю, всегда сходились в том, что вкус и чувство прекрасного у него запредельно и это не изменилось даже после того, как его заменил Шэнь Юань. Он был, пожалуй, даже более требовательным. Радовало одно: Шэнь Цинцю являлся не абы кем, а достигшим высот знатоком своего дела. После кратковременной встречи он мог спокойно развернуться и уйти, оставив обмен любезностями с Мастером на Мин Фаня. В некотором смысле, такова привилегия знати: простые люди, в отличие от нее, рядом с заклинателями боялись раскрывать рот. Какими бы восхищенными взглядами тех ни одаривали, величие шло рука об руку с холодностью и безучастностью натуры. - Глядя на тебя, даже не хочется спорить с данным утверждением, - немного грустно протянул Цинхуа, который пусть и являлся горным лордом, не мог похвастаться ни величием, ни холодностью. Но это, как подозревал Юань ненадолго. Ледяной король быстро предаст избранному человеку недостающих качеств и тогда, в сочетании с умом и умением во всем выискивать выгоду, Цанцюн может получить такого лорда, что заткнет за пояс не только Шэнь Цинцю, но и всех их вместе взятых. Но, конечно же, Юань никогда не признает вслух того, что немного, но восхищается братом-попаданцем, хоть и глубоко в душе. *** Вежливо постучавшись, Нин Иньин прошмыгнула в комнату. С очаровательной любезностью девочка проговорила: – Учитель, Ин-эр желала бы сходить на рынок. Не пройдетесь ли с нею? Шэнь Цинцю, стоя вполоборота, принял в высшей степени одухотворенный вид, изображая задумчивость, и негромко отозвался: – Если вздумалось прогуляться, разыщи кого-нибудь из шисюнов, пусть составят тебе компанию. А мне нужно разобраться с делами, пока Кожедел не объявился вновь. Хотя стоило ли гадать, кого в действительности маленькая ученица потащит с собой? - Кажется, я создана для того, чтобы приносить всем неприятности, - тихо, так чтобы ее слышал лишь Юань, пробормотала девушка, утыкаясь в сильное плечо названного отца. Прежде, чем ответить, Юань нежно погладил ее по голове, от чего та чуть не разрыдалась от счастья. - Иньин не виновата. На тот момент законы жанра были сильнее здравого смысла, так что не смей винить себя. Девушка коротко кивнула, соглашаясь, хоть не до конца еще понимала такое понятие, как «закон жанра», но оно ей определенно не нравилось. Из-за этого она вынуждена была долгое время быть наивной плачущей дурочкой, которую постоянно должен был кто-нибудь спасать, несмотря на то, что она сама была заклинательницей. Было немного обидно, что в детстве она не могла быть такой же решительной и сильной, как Лю Миньянь. Мужчина чувствовал себя смертельно огорченным. Неужто ему самому не хотелось выйти на улицу и немного развеяться? Ранее запертый в бамбуковом доме, скрытом от целого мира на Цинцзин, вынужденный день за днем выдавать себя за всеведущего Учителя, он, наконец, оставил горы позади – но только ради миссии для «Шэнь Цинцю», всученной Системой, и отсиживался вдали от людей теперь уже в этой комнатушке. Бедняга даже не стал притворяться, будто медитирует, и просто растянулся на кровати, на время прикинувшись трупом. - Вместо того, чтобы бездельничать, лучше бы занялся тренировками, - не смог не высказаться Лю Цинге на свою любимую тему. Как жаль, что сам Юань в то время еще не пришел к этой простой истине и прожигал драгоценное время в праздности. - Шиди Лю, - неожиданно обратился к нему Юань, - я не сразу распознал твою мудрость, но сейчас хочу поклониться тебе за добрый совет и наставления. И он действительно встал и со всеми почестями поклонился лорду Байджань под изумленными взглядами остальных собравшихся в комнате. На лицо Лю Цинге в этот момент было страшно смотреть. Горного лорда так перекосило, словно он вот-вот собрался упасть в обморок. Юань на это лишь улыбнулся и сел обратно на свое место. - Больше не смей меня хвалить, - придя в себя, буквально прокричал Лю Цинге. – Твое одобрение – самое страшное, что я когда-либо видел в жизни и больше не хочу это переживать. - Конечно, шиди Лю, все как ты пожелаешь. Явный сарказм потонул в скрежете зубов Ло Бинхэ и тихом смехе Лю Миньянь на пару с Ша Хуалин. А потом и в самом деле задумался, как поступить с загадочным убийцей. По сведениям о предыдущих жертвах выходило следующее: Кожедел, определенно, выбирал привлекательных молодых барышень. И тогда жители Шуанху принялись поспешно прятать хорошеньких дочерей, жен и наложниц, с наступлением ночи запирая двери, ... ни капли не мешавшие «призраку» приходить и уходить, когда заблагорассудится. - Признайся честно, ты подумывал о том, чтобы сбежать, как только столкнешься с опасностью? – поинтересовался Цинхуа, выглядывая из-под плаща ледяного демона. - Обычно в такой ситуации нет выбора, бежать или нет, но да, в какой- то мере, я собирался отсидеться в стороне. Но уже тогда понял, что «Система» мне этого не позволит. Разговор внезапно приобрел серьезные нотки и Юань уже собирался уйти в свои мысли, ведь действительно тогда слишком сильно надеялся на Бинхэ, как главного героя и собирался использовать его неуязвимость, за что теперь было стыдно, но ему не дали. Теплая рука Бинхэ опустилась на его ладонь, что не держала веер и слегка ее сжала в знак поддержки, показывая, что он не злится на старого учителя, что только что признался, как собирался не вмешиваться, пока бы его ученик сражался. Это было так ценно для Юаня, что он даже улыбнулся. На время он даже забыл о том, где находится и что каждое слово приближает его к несмываемому позору. Главное, что Бинхэ и Иньин были рядом. *** На закате явился Мин Фань, принеся с собой первые результаты расследования. Шэнь Цинцю насилу не расплакался – у него, полдня изводившегося в одиночестве, все-таки появился собеседник. Юноша с почтением произнес: – Ваш ученик осмотрел тела и опросил свидетелей, – и замолк, с мрачной торжественностью протягивая вперед нечто, по всей видимости, немаловажное. Чем бы оно ни было, Шэнь Цинцю поостерегся сразу брать улику в руки; присмотревшись, мужчина разглядел целую стопку желтоватых листков бумаги, содержащих заклинания, начертанные киноварью. Часть из них оказалась сгнившей дочерна. Все заклинатели слушали с интересом, пытаясь понять, кто стоял за нападениями. Демоны тоже погрузились в размышления, но им это было не так интересно. Их положение было слишком высоко, чтобы интересоваться низшими тварями, что выживали лишь сдирая с других кожу. Мин Фань заново переживал те события, размышляя, сделал ли он тогда все возможное, или можно было справиться лучше. Выходило так, что на тот момент он сделал все возможное, но сейчас, обладая большими знаниями, проверил бы еще несколько теорий, прежде чем идти на доклад к Учителю. Тут же разобравшись, что к чему, он кивнул: – Значит, с помощью талисманов проверил, остался ли демонический след? Мин Фань оценил проницательность наставника: – Именно так. Ваш ученик использовал талисманы дважды: сперва – на могиле одной из жертв, затем – над телом той, по которой еще не совершили обряда. А вот это уже не шутки. Если даже земля у захоронения, к тому же после всех надлежащих ритуалов, пропиталась насквозь темной энергией, по-прежнему допускать, что убийца – не демон, становилось невозможным. Стало ясно, с кем они столкнулись. Бинхэ, что в тот момент находился в городе и никак не мог наблюдать за размышлениями учителя, сейчас очень сожалел. Когда Юань уходил в свои мысли, он был действительно прекрасен и полудемон с жадностью ловил такие моменты, сохраняя их в своей памяти. Казалось, что в Юаня невозможно влюбиться сильнее, но в такие моменты, где он размышлял над какой-нибудь задачкой, показывали, как сильно Бинхэ ошибается. Шэнь Цинцю фыркнул и холодно процедил: – Тварь посмела вторгнуться на территорию школы Цанцюн, преодолев сотни ли, нести мучения и горе, убивать людей. Ничтожный, презренный демон сам постучал в нашу дверь – ну так пускай не жалует, когда мои ученики вместо самих Небес покарают его! Поверьте, на самом деле мужчина абсолютно не жаждал толкать речь актера дешевой мелодрамы. Но не выдай он подобное в эдакий момент – и Система зачла бы ООС! А изумленный Мин Фань уставился глазами, полным искреннего обожания: – Учитель мудр, и, если таково его решение, гадкое чудовище по справедливости ответит за содеянное! При последних словах, сидящий за столом Мин Фань жутко покраснел, сам не ожидая от себя такого. Просто вспомнил, как тогда поддался атмосфере, возникшей вокруг Учителя и тоже захотел сказать что-то героическое. Сейчас это казалось немного нелепым и смешным, особенно если смотреть со стороны, но никто к его удивлению не смеялся. Даже кажется, что во взглядах некоторых наставников промелькнуло одобрение, которое старший ученик уже и не надеялся получить после открывшихся его нелицеприятных поступков. Настроение поднялось настолько, что он даже позволил себе мимолетную улыбку и быстрый взгляд на Учителя. Шэнь Юань тоже бросил взгляд на Мин Фаня и коротко ему кивнул, как часто делал на занятиях, когда кто-то давал правильный ответ. Сердце ученика невольно сжалось в ответ на эту похвалу. Умом он понимал, что перед ним не тот Учитель, которому он верил, но тот, кто его многому научил и это разрывало его на части. Он все еще не знал, как вести себя с иномирцем занявшим тело его наставника и от этого на душе было больно. *** Создавалось впечатление, будто взаимоотношения новичков и мэтров зиждились на принципе «Ты наставляешь – я преклоняюсь», представляя собой весьма приятный способ сотрудничества. Говоря откровенно, сие целиком устраивало Шэнь Цинцю: по его мнению, Мин Фаня не стоило звать плохим парнем. Происходящий из богатой семьи мальчишка, естественно, привык задирать нос, но со старшими сохранял вежливость и чистосердечную почтительность. Неразумно проходить мимо людей, уважающих вас. Мин Фань обладал способностью безукоризненно выполнять поручения: так в пути юноша подгадывал место для остановок и своевременно улаживал любые вопросы, заботясь о каждой мелочи. Не столкнись он по сюжету с главным героем, тотчас испытав резкое снижение умственных способностей и оттого сочтя шиди неприятным, то не превратился бы в стереотипного мелкого самодура. И остался бы ростком отличного таланта! Стоя перед мальчиком, которого, обреченного на роль пушечного мяса, Ло Бинхэ бросил в яму с десятками тысяч муравьев, где несчастного закусали до смерти, Шэнь Цинцю остро ощутил, что они в одной лодке... От озвученной казни и ее жестокости многим, не только заклинателям стало непосебе. На Мин Фаня и вовсе страшно было смотреть, так как молодой мужчина побледнел в мгновение ока и местами приобрел зеленоватый оттенок. Все же слышать о своей смерти, пусть и больше не нависающей, как он надеялся над своей головой, было неприятно. И неужели это ждало его из-за мелких цепляний к мерзкому оборвышу, как он прозвал Ло Бинхж сразу после того, как Учитель привел его на пик? Ладно, сейчас он готов был признать, что его поступки были не совсем безобидными, а местами даже жестокими, но тогда казалось правильным выплеснуть весь свой гнев на того, кого так одаривает вниманием Иньин. Слишком детское поведение, что в другой реальности вышло ему боком, как теперь он понимал. В этой же жизни после той поездки в Шуанху, Мин Фань с Бинхэ практически не пересекались, занятые каждый своими тренировками на достаточном удалении. Что ж, теперь он был вынужден признать, что новый учитель спас его от ужасной гибели и потому Мин Фань постарается принять его как наставника. – На сей раз вы покинули горы ради нового опыта, и я не стану помогать. Мин Фань, в качестве старшего ученика ты обязан не терять бдительности и подготовиться ко всему, дабы демон не навредил твоим товарищам. – Да! Ваш ученик уже позаботился о стратегии. Если тварь... Договорить молодой человек не успел: прервав его, кто-то с грохот развел двери и ворвался в помещение. Ло Бинхэ, бледный как полотно, умоляюще вскрикнул: – Учитель! Сердце Шэнь Цинцю тяжело и глухо заколотилось, но маска ледяного спокойствия не покинула лица: – Какая необходимость заставила тебя так вопить и трястись от страха? Иньин догадывалась, о чем дальше пойдет речь и потому опасливо сжалась, снова переживая те чувства, что она испытала при похищении демоном. Она невольно прильнула к Шэнь Юаню и он обнял ее за плечи в качестве поддержки. А-Ло тоже протянул свою руку, даря девушке тепло, немного отвлекая от страшных мыслей. И это у него хорошо получилось, так как мысли девушки потекли в совсем уж интересном направлении. Она задумалась, а кто теперь ей Ло Бинхэ? Так-то он является ее шиди, младшим боевым братом, но они вскоре собирались покинуть Цанцюн и дальше называть его так будет странно. Шэнь Юань согласился стать ее приемным отцом, а Бинхэ скоро станет его спутником и мужем, если все сложится удачно, так не стоит ли ей называть его так же ифу? От мыслей о будущем голова девушки готова была взорваться, но зато она отвлеклась от самого неприятного эпизода данной главы. Она и так хорошо знала, что будет дальше и слушать об этом ей было совсем необязательно. А мучавшие ее вопросы, она может позже задать либо самому Бинхэ, либо посоветуется с Миньянь, которая в подобных вопросах казалась настоящим экспертом. Улыбнувшись и все для себя решив, Иньин вновь вернула все внимание к главе, действия которой подходили к концу. Ло Бинхэ выпалил: – Шицзе Нин Иньин и ваш покорный ученик еще днем отправились на городской рынок. Когда настала пора возвращаться, она отказалась и, обернувшись, … растворилась в воздухе! Ваш ученик обыскал всю улицу, но безуспешно, и вернулся за подмогой к Учителю... Присутствующие тут девушки с тревогой посмотрели на подругу, но та казалось, пребывала где-то далеко в своих мыслях и Миньянь с Хуалин решили поговорить с ней позже. Все же за эти пару дней юная демоница успела неплохо сдружиться с заклинательницами и теперь познавала простые радости молодой девушки, что были ей недоступны в мире демонов. Бесследное исчезновение в такой переломный момент совсем не походило на розыгрыш. Внимательно слушающий Мин Фань чудом не набросился на шиди: – Ло Бинхэ! Ты… Замахнувшись, Шэнь Цинцю рукавом сшиб со стола чашку, и та разлетелась вдребезги. Яростным жестом он не только выпустил пар, избегнув ООС, но и оттянул гибель, грозившую старшему ученику. - Братец Огурец, с каждым разом я все больше и больше поражаюсь тому, как прекрасно ты научился манипулировать Системой. Я к такому мастерству пришел только через много-много лет, а ты, не успел попасть, как уже способен договориться на уступки и чтобы с тебя не снимали баллы. - Это было не так просто и возможно, я действительно был лучше подготовлен к данному испытанию, так как читал больше книг, а не только твою ужасную новеллу. - Этими словами ты разбиваешь мне сердце, - вскричал Цинхуа, театрально хватаясь за грудь, но Юаня его представление не впечатлило. - Сердце с другой стороны, - только лишь сказал он, прежде чем снова скрыться за веером. Отвечать лорд Аньдин ему не стал, но руку все же переместил. С напускной яростью мужчина отчеканил: – Поскольку всё уже случилось, не нужно без толку разбрасываться словами. Ло Бинхэ, идешь со мной. Мин Фань, возьми оставшихся учеников и попроси Мастера Чэня оказать содействие в поисках. Мин Фань незамедлительно выскочил вон. Ло Бинхэ молчал, поникнув головой. Шэнь Цинцю знал, что мальчик ни в чем не виноват. Вся беда заключалась в Нин Иньин – вечно «почти умирающей» героине. В романе минимум пятьдесят глав отводились ей, то заблудившейся где-то, то подставившейся под удар. Порой Шэнь Цинцю приходил в настоящее восхищение от терпеливости Ло Бинхэ, сносившем в своем гареме столь проблемную женщину. И от того, как его не сожрали живьем, истосковавшиеся многочисленные наложницы, – подобная выносливость могла объясняться только «аурой главного героя», которая распространялась… абсолютно на каждую часть тела. Иньин услышав свое описание, покраснела от стыда, удивляясь, как можно быть такой дурой и при этом заклинательницей и невольно соглашалась со словами ифу о терпеливости Ло Бинхэ. Действительно было сложно представить, какой нужно было иметь характер, чтобы постоянно сталкиваться с подобной глупостью и при этом не убить ее источник. Бросив взгляд на подруг, Иньин пыталась понять их чувства от подобного, ведь согласно истории, в том, другом мире, они так же являлись женами Ло Бинхэ и вынуждены были терпеть ее, постоянно попадающую в неприятности. Интересно, какие между ними были отношения в той реальности и хотела бы она узнать об этом у Шэнь Юаня? С самого начала Ло Бинхэ уверился, что наставник задержал его, намереваясь накричать и поколотить, но только сильнее склонил голову: – Произошедшее – полностью вина вашего ученика. Если Учитель желает назначить наказание, ваш ученик без сожалений примет его и надеется лишь на счастливое возвращение шицзе. Шэнь Цинцю разглядывал ребенка, всем своим горестным видом выражающего покорность, и отчаянно хотел погладить того по макушке. С трудом удерживаясь из-за Системы, он сухо произнес: – Иди сюда. Покажи мне, где вы находились перед ее исчезновением. Бинхэ при этих словах заметно оживился, но так же и огорчился. В очередной раз он не мог получить знак внимания от Учителя из-за проклятой Системы. Юань быстро заметивший состояние бывшего ученика, решил воплотить давнее желание в жизнь, будучи больше не скованным ограничениями. Бинхэ от нежного прикосновения к его буйным волосам, которые не могла сдержать ни одна заколка, на мгновение замер, а после полностью растворился в ощущениях, наплевав на внимательные и осуждающие взгляды. Он был влюблен и наслаждался каждой секундой проведенной рядом с Юанем, а остальное ему не было важно. Мир вполне мог подождать, пока на его голове покоилась такая родная и мягкая рука. Прежде чем девочка пропала, Ло Бинхэ и Нин Иньин бродили возле кипящего суматохой рынка. Там же, смежив веки, замер Шэнь Цинцю, ощущая след темной энергии. Он зашагал, следуя за этой исчезающей нитью, а, открыв глаза вновь, обнаружил себя стоящим у входа в магазин румян. «… Может ли случиться так, что убийца – кто-то из простой лавки?» Но стоило войти в магазин – и след оборвался, рассеявшись окончательно. «Возможно, демон не затаился в помещении, а побывал в нем раньше? Румяна… он что, женщина?» Выдать задание, но без возможности сослаться на какой-нибудь эпизод из книги в качестве подсказки! Да нет у него таких мощных извилин, чтобы найти решение! - Не принижайте своих умений Мастер Шэнь, - впервые, помимо чтения, подал голос Таньлан Цзюнь. – Будь вы глупы, то уже бы сто раз погибли, так что будьте уверенней в себе. - Благодарю за столь добрые слова, Цзюньшан! – слегка поклонился ему Юань в качестве уважения. Он совершенно не ожидал поддержки от этого демона, хоть и считал его мысленно приятным и располагающим к общению. - Между семьей нет нужды в благодарностях, - подмигнул Юаню бывший император и продолжил чтение, не обращая внимания на заклинателя, что медленно осознавал сказанное. Как раз в тот момент, когда мужчина принялся мучительно ворошить в памяти детективы, которые читал, и перебирать логические суждения из пройденных им игр, Система торопливо отреагировала: [Желаете ли вы, попав в затруднительную ситуацию, заплатить 100 баллов и запустить упрощенный режим?] Предсмертный и явно завистливый писк Шан Цинхуа прозвучал слишком уж громко, даже из-под накидки Мобея. Юань мысленно усмехнулся на страдания собрата. «Черт возьми, если здесь существует упрощенный режим, почему ты не сказала об этом раньше?! Запускай, запускай, запускай!» Он мозолил взглядом кнопку «принять» около трех секунд, пока та не позеленела и не исчезла. А следом возникло ощущение чего-то, заставившего целую волну мурашек пробежаться по спине. Сильная, какая же сильная темная энергия! Словно некто волновался, как бы Шэнь Цинцю не упустил свою цель! «Не обманул меня упрощенный режим!» Лю Цинге на этом моменте не смог удержаться от очередного хмыка, которые он периодически выдавал на протяжении чтения всей новеллы. Обычно это происходило в те моменты, когда он хотел показать свое отношение к умственным или физическим навыкам Юаня, что у него вызывали сомнение, но он не собирался обличать свое разочарование словами. На этот раз всем показалось, что хмык был особенно горестным и тяжелым. Шэнь Цинцю без стеснения воспользовался предложением Системы и в приподнятом настроении понемногу приближался к источнику тьмы. Шагов пятьсот спустя дорога круто вильнула в сторону от городской черты, выводя к заброшенному, не первый год стоявшему в запустении, дому. Искомое действительно должно скрываться тут! Вы только посмотрите на этот тусклый фонарь, скверные, ветхие воротца – бесспорно, настоящий дом с привидениями! - Жуть, я бы к такому дому и на сто шагов бы не подошел, - снова подал голос самый трусливый, или намеренно ведущий себя так, лорд Цанцюн. - Никто в этом и не сомневался, - согласился с ним Юань. Остальные наверняка подумали так же, но под ледяным взглядом северного демона, никто не решился ничего сказать. Шэнь Цинцю поспешил натянуть на лицо привычное выверенное выражение, уделив внимание молча шедшему следом Ло Бинхэ: – Вернись в имение семьи Чэнь. Встреться с Мин Фанем и передай, чтоб он явился сюда, захватив талисманы, оружие и товарищей. Ло Бинхэ открыл рот, собираясь ответить, как вдруг его зрачки сузились. Шэнь Цинцю заметил, что юноша смотрит ему за спину, и понял – ничего хорошего такое не сулит, но сделать ничего не успел. Шквал энергии Инь пронесся, с грохотом распахнув врата. - Только не говори, что ты потерял сознание от темной энергии? – подал голос, не выдержавший Лю Цинге, смотря на Юаня недобрым взглядом. - Хорошо, тогда я помолчу. - Ты…! - Шиди успокойся и слушай дальше. Да и что я мог поделать в той ситуации совершенно не владея своими навыками? Я уже давно осознал все свои ошибки, так что не нужно повторять их в очередной раз. По лицу Лю Цинге было понятно, что он не собирался сдаваться так легко и ему было, что еще сказать, но Юань с громким хлопком закрыл веер и наставил его на лорда Байджань со всей строгостью на его прекрасном лице и бравый воин, один из сильнейших заклинателей не смог ему возразить. Со стороны это наверняка смотрелось забавно, но главных лиц это совершенно не смущало. Они уже давно считали друг друга друзьями, позволяя в отношении другого многое, хоть и не признавали данный факт вслух. – Учитель! Учитель, ну очнитесь же скорее! Шэнь Цинцю приходил в себя. Выйдя из обморока, мужчина углядел встревоженное лицо Ло Бинхэ, связанного у стены напротив. До этой минуты, похоже, мальчик пристально всматривался в лицо спящего наставника. Завидев, что Шэнь Цинцю проснулся, Ло Бинхэ вздохнул с облегчением, а глаза его засияли; он вновь произнес: – Учитель. Заплаканная Нин Инъин, связанная вместе с ним, тоже позвала: – Учитель! Шэнь Цинцю боролся с приступом головокружения, не зная, что за дрянь использовал демон, и каковы от нее последствия. Настрой был препоганым. С двух сторон к нему тут же прижались бывшие ученики, сдавив так сильно от переживаний, что Юань даже не мог свободно вдохнуть, но быстро исправились и теперь их объятия не доставляли дискомфорта. Юань в этот момент был так рад, что все это случилось с ним, потому что в том мире он редко ощущал такую поддержку, зачастую сам сбегая от подобных проявлений чувств. Возможно, он тогда был слишком глуп или что правдивей, там не было тех, кого он на самом деле считал своей семьей. Здесь же все было совсем по-другому и он был этому очень рад, несмотря на все испытания, что он уже прошел и что без сомнения еще случатся с ним в будущем. Поэтому он, положив веер на стол, притянул к себе ближе уже успевших отодвинуться Бинхэ с Иньин, даря им ответные объятья. Так он и намеревался сидеть до конца этой главы, борясь с желанием скрыться за тонкой завесой веера, принимая все осуждение открыто. Упрощенный режим оказался столь же незатейлив, сколь бесчеловечен! Да он же попросту привел их прямо в пасть к мини-боссу! Но самым скверным оставалось другое: этот мини-босс, да еще и на глазах у учеников, поверг самого Шэнь Цинцю, Лорда Цинцзин! И едва он очнулся, Система немилосердно обрубила: [Нарушение: ООС. -50 баллов]. Прежде он активировал упрощенный режим, отдав 100 баллов. В мгновение ока ушло еще 50. Как его сердце могло не обливаться кровью? А ведь оригинальный Шэнь Цинцю был силен именно в борьбе с демонами – как руке мастера убить цыпленка. И позор в том, что в данном случае мастеру этого не удалось! Очень скоро мужчина обнаружил еще одно обстоятельство, усугубившее его положение. На этом моменте Таньлан Цзюнь ненадолго остановился, словно подогревая напряжение, но на самом деле он сам пребывал в шоке от того, что успели прочесть его глаза, но не губы. И Шэнь Юань его прекрасно понимал. Чтобы прочесть такое была нужна немалая выдержка и смелость, ведь если бы это было неправдой, то сулило большие проблемы и обвинения в клевете, если не серьезней. А будь случившееся правдой, то он выдаст на всеобщее обозрение секрет, который до этого знали лишь трое, ведь вряд ли ученики рассказывали об увиденном всем подряд. Не зная, как поступить дальше, старший демон поднял взгляд на Шэнь Юаня, словно спрашивая разрешения и тот, поколебавшись лишь миг, чтобы собраться с силами, уверенно кивнул, закрывая глаза и прижимая сильнее участников тех же событий. Он чувствовал, что с его телом что-то не так. Слабая боль, несильный холод; опустив голову, Шэнь Цинцю чуть не разразился бранью. ОН! БЫЛ! РАЗДЕТ! Зал погрузился в такую тишину, что ее можно было сравнить лишь с кладбищенской тишью. Все взгляды были уставлены на Юаня, удивленные, пораженные и неверующие. Кто-то не смог сдержать эмоций сильнее, открыв рот и дернувшись так, что чуть не свалился с колен ледяного короля. Конечно же, это был Шан Цинхуа, который выглядел, как выброшенная на берег рыба. При этом сам ледяной демон никаких признаков заинтересованности не показывал. Все, что его волновало в этой комнате, так это маленький лорд и может быть Таньлан Цзюнь, как бывший император и сильный демон. Остальные же для него были, как пыль перед глазами. Но больше всех удивленным был Мин Фань, который до этого не знал таких подробностей о той миссии. Он с другими учениками пришел позже, когда уже все закончилось. Учитель уже был одет, хоть Мин Фаню тогда и показалось странным, что на нем были одежды Ло Бинхэ. Теперь понятно почему. Мин Фань не хотел, но чувствовал себя в этот момент скверно, словно его обманули, но на самом деле, никто и не обязан был посвящать его в те обстоятельства при которых он не присутствовал. Невольно многие представили себе это зрелище, что предстало перед Ло Бинхэ и Нин Иньин и не смогли скрыть зависти, особенно это касалось парочки из демонесы и заклинательницы, которые начали тихо перешептываться время от времени бросая взгляды на лорда Цинцзин. Блеск в их глазах очень не понравился Юаню, который встречал подобное в своем мире у знакомых яойщиц, которые обсуждали свои любимые пары. Тогда он посмеивался, как вообще можно представлять себе персонажей новеллы или манги в отношениях, когда по сюжету они друг друга на дух не переносили, а сейчас кажется, понял, став одним из тех самых персонажей. Хоть их обстоятельства немного и изменены, но на момент главы их отношения с Бинхэ все еще были напряженными, но кажется уже тогда прозвучал звоночек к тому, что происходит между ними сейчас. Вздохнув, Юань поднялся из-за стола, потянув за собой свою новообразованную семью и потянул их к выходу. Сейчас был самый удачный момент для того, чтобы уйти, пока многие все еще находились в шоковом осознании от его обнаженного тела. Дожидаться следующей стадии – пересудов и пересказов различных сплетен Юань не собирался. Вряд ли он услышит что-то принципиально новое или приятное, а возвращаться к чтению после такого завершения главы никто на сегодня не будет, так что совесть его была в этот момент чиста, как небо над Цинцзин. К тому же Бинхэ и Иньин не возражали против того, чтобы тоже покинуть зал, хотя девушка и обмолвилась, что через некоторое время уйдет проведать подруг. Шэнь Юань против такого ничего не имел, так что с радостью дал свое согласие. Теперь можно было расслабиться до следующего дня. Провести время с Бинхэ и возможно обсудить все то, что приключилось с ними в Шуанху. Юань отчаянно не хотел верить, что невольно соблазнил на тот момент несовершеннолетнего ученика и хотел узнать, не кроются ли чувства Бинхэ в обычном влечении к его телу?