Когда зацветет Азалия

– Это отвратительная идея, Джун, – с раздражением в голосе проговорил Чимин, поднимаясь по ступенькам к подножию университета. – В любом случае я жду новостей от тебя, повеселись от души, – с улыбкой в голове произнес его друг и отключился, судя по всему, к нему зашел клиент. «Тут уж повеселишься от души…». На удивление, парень успел сделать все, что планировал, и теперь стоял у крыльца учебного заведения, поправив черный галстук. Фестиваль в честь начала нового семестра было обычным делом для жизни студентов. Обычно на них происходит следующее: студенты напиваются, играют в разные игры, вовлекая наивных первокурсников или новеньких, а потом танцуют с жертвами закрутившегося романа или с девочками на одну ночь. Продолжение данного мероприятия происходит либо в туалетах, либо в раздевалках, либо в чьей-то квартире. А там стоит дать лишь волю фантазии. А если говорить правильно, то праздник для сближения студентов, нахождения новых друзей и для отвлечения от будних серых дней. Блондин не желал участвовать ни в чем подобном, поэтому он выполнить просьбу Юнги, постоит в сторонке и на дискотеке уедет домой. Все же планы на вечер, а точнее ночь он отменять не собирался. На нем были черные брюки с подтяжками, что были закреплены на его плечах, белоснежная рубашка и в цвет брюк галстук. Сверху была накинута куртка их факультета, что тоже входило в дресс-код, как узналось позже. Локоны его волос были раскинуты в сторону, прикрывая небольшую часть лба, и уложены лаком, чтобы сохранить желаемую прическу. На самом деле парень не до конца понимал, зачем он так много времени потратил на подготовку, если все равно будет стоять у стенки и распивать коктейль, если тот будет в наличии. Желательно, безалкогольный. Тот факт, что там будет сонбэ, мог повлиять на все это, но блондину было легче отвергать это всеми своими силами. И все же он прошел внутрь, внимательно осмотревшись. Свет был приглушен, а солнце теперь не светило в окнах. Стояла совсем другая атмосфера. Тишина. Лишь отдаленные звуки музыки и гула студентов, которые уже начали празднование. Заранее узнав, где находится главный зал, в котором будет проходить фестиваль, ему не составило много времени, чтобы оказаться у входа. «Надеюсь, все пройдет гладко» – произнес про себя Чимин, словно это было интерпретацией «Аминь». Сделав шаг внутрь, его груди коснулся студент, который, если он не ошибался, являлся здесь старшим. – Вход только для двоих, – с улыбкой произнес он, посмотрев за спину новенького. – Двоих? Ну и чушь… Не успев обернуться и уйти, он почувствовал, как холодная сталь коснулась его запястья, примкнув к коже. Это были наручники. Взгляд Чимина упал на руку, а потом медленно прошелся по цепи и перешел к чьей-то другой руке, схожую на мужскую. – Я с ним, – послышалось из-за спины, а вместе с этим тяжелое дыхание, обжигающее неприкрытую часть шеи блондина. – О… Давно вас не видели на фестивалях, сонбэ! Проходите-проходите, – физиономия этого парня менялась каждую секунду. Но теперь застыло в улыбчивом удивлении. Чимин обернулся и увидел перед собой Юнги, который лишь пожал плечами, состроив из себя невинного. Он не стал ждать, когда его студент начнет что-либо предъявлять и сразу потянул того к столу, оставшись в метре от него. Цепь была короткой, поэтому блондин чуть ли не касался своим телом его тела из-за резкости движений того. – Немного задержался, долго не мог выбрать пиджак, – спокойно проговорил преподаватель, после того, как его дыхание нормализовалось. – Знаю, что ты скажешь. Какого черта я не предупредил тебя о наручниках? Ответ прост: ты бы не пошел. И благо, что ты узнал об этом перед тем, как войти сюда. – Меньшего я от вас не ожидал, – тихо прорычал Чимин, схватив другой рукой стаканчик со стола. – Пиджак отвратителен. Пиджак был прекрасен. Как и весь образ сонбэ. Баланс в его стиле стоил больших похвал. Правда, было небольшое отличие. Рубашка была белой. Обычно тот носил все черное. «И зачем мне эта информация» – поругал себя студент, сделав пару глотков содержимого стаканчике и прищурился. Судя по всему, безалкогольного здесь ничего не было. Хотя это уже не имело значение, была лишь одна цель – выпить столько, чтобы забыть о том, что они настолько близки друг другу физически. – Спасибо за комплимент, но вот вы выглядите отлично. И будь осторожнее с алкоголем. Для твоего телосложения пару стаканов хватит, чтобы начать делать непристойные вещи. Может Чимину показалось, но Юнги только что подмигнул. Хотя при приглушенном свете мало, что можно разглядеть. Но вокруг были отчетливо видны множество силуэтов, а точнее парочек, которые были скреплены подобными наручниками. Кто-то из них обнимался, другие целовались, остальные просто болтали и выпивали один стакан за другим. На их лица падали разноцветные лучи от проекторов, сменяясь с красного на желтый, с желтого на зеленый и с зеленого на синий. И снова в том же порядке. Столики были размещены по периметру помещения, что имел округлую форму. А середина осталась для тех, кто желал танцевать до самого окончания вечеринки. Музыка заиграла громче после слов приветствия и пожелания хорошего вечера, поэтому гул вокруг стих, а говорить приходилось громче обычного. – Неужели это комплимент моему телосложению? – блондину пришлось чуть придвинуться к лицу преподавателя, чтобы тот услышал его слова. – Разве я похож на того, кто будет рассматривать тела студентов, хубэ? – это явно прозвучало, как вызов. Студент старался держать планку. – Не тела студентов, а мое тело, преподаватель, – брови парня свелись к переносице, показывая хмурый взгляд. – А ты бы этого хотел? От сказанного Юнги лишь рассмеялся, а его смех тут же слился с нарастающим темпом музыки. Чимин все же благодарил вселенную за то, что свет был приглушен, ведь его щеки загорелись, как и огни вокруг них. Диалог явно зашел в тупик. Может оно и к лучшему. Губы блондина вновь примкнули к стаканчику, уже допивая алкоголь. Юнги последовал его примеру и с первого раза осушил первый стакан, довольно улыбнувшись. Алкоголь был хорошим, он разогревал тело и не вызывал отвращения от послевкусия. А вместе с последующими стаканами поведения двоих менялось. Между ними не было ненависти или раздражения. Они вели разговор буквально ни о чем, пока музыка не стихла. – Те, кто желают сыграть в «Передай другому», пройдите к столику под первым номером! Рядом с этим столом будет проходить игра «Правда или действие», а третий стол сыграет в «Бутылочку». Разбегайтесь, пока есть свободные места, – закончив говорить, ведущий убрал микрофон и спустился к остальным. – Я никогда не играл в «Передай другому». Что думаешь? – Юнги кинул взгляд на Чимина, который допивал еще один стаканчик коктейля. – Раз наказание еще действительно, то стоит ли спрашивать меня? Да я и сам впервые слышу про это, – блондин поправил выпавший локон волос за ухо и перевел взгляд на первый столик, чтобы не столкнуться взглядами с сонбэ. – Не будем терять время. Оказавшись у столика, в котором еще набирались игроки, они встали в круг, после чего ведущий взмахнул картой и начал объяснять правила. Они были просты. Он распределил всех в таком порядке, что сначала идет мальчик, а потом девочка, но так как Чимин и Юнги только подошли, их поставили рядом, чтобы не путаться лишний раз и уже перейти к игре. Ведущий взял со столика новую колоду карт и вытянул лишь одну из упаковки, показав ее всем. – Правила такие: первому игроку дается в губы простая игральная карта. Задача каждого из игроков – передать карту от одного участника к другому, держа ее только… Губами! Запрещается использование рук и других частей тела. Кто уронит карту или использует запрещенный прием – целует игрока, которому должен был передать карту. Погнали! Карта была помещена в губы первому игроку. «Твою налево…». Чимин испуганно посмотрел на преподавателя, ведь именно он должен был отдать карту в губы сонбэ. Зная свою неуклюжесть, это будет полный провал. Но выход из игры был уже невозможен. Стоило лишь надеяться на то, что все пройдет гладко. – Надеюсь, на ваших губах еще осталась ваниль, всегда хотел попробовать, – ляпнул блондин сгоряча, решив запугать преподавателя, чтобы тот вышел из игры. – Упустишь карту и проверишь, Пак Чимин, – совершенно спокойно ответил Юнги, ухмыльнувшись тому напоследок. «Черт, не думал, что он так уверен в себе». Мысль о том, что преподаватель сохраняет железное спокойствие, только злило блондина. Тот прекрасно понимал, что подобное может повлечь плохие слухи, что испортит авторитет зазнавшегося сонбэ, но не подавал вида. Может алкоголь так действовал на них обоих, а может и азарт, который разгорался все сильнее. Карта медленно, но верно плыла по кругу, падая кому-то в руки, после чего следовали неловкие, страстные и обычные поцелуи. Но стоило отметить, карта все приближалась, а вместе с тем и нарастало волнение. Слова словами, но шанс того, что карта рухнет вниз, был очень высок. Губы Чимина дрожали, пока тот держал тонкую карту. Он медленно повернул корпус в сторону Юнги и наклонился ближе к нему, стараясь не делать резких движений. Их взгляды встретились вновь. Видеть его глаза при свете дня было страшным событием, но отсутствие света заставило парня прийти в неловкость. Он смотрел на него с чуть прикрытыми веками, приподняв подбородок. Да, этот взгляд был самым надменным из всех, что он видел. Но если ранее это показывало власть, то теперь показывало… – Карта! – закричал кто-то из участников, увидев, как с губ блондина слетела злосчастная карта, попав прямо в руки, – Поцелу-у-уй! – Неудачник ты, Пак Чимин, – преподаватель остался с тем же выражением лица, а все, что изменилось, а точнее добавилось, так это ухмылка. Неужели все происходящее его только забавляло? – Иди к черту, – разозлившись, кареглазый схватил Юнги за галстук и подтянул к своему лицу, с нежностью впившись в его пухловатые губы. На них и правда еще осталась ваниль. Вокруг послышались одобрительные возгласы, а кто-то даже хлопал им, отчего Чимин чуть ли не оттолкнул сонбэ от себя, продолжая смотреть в его наглые глаза. Юнги же отнял у парня карту и продолжил игру, умело передав ее своими еще влажными губами. Стук сердца отдавался в уши, которые и без того горели от смущения. Блондин понимал, что это произошло из-за внушительной дозы алкоголя. И тот согласился на это по той же причине. Больше ничего. Но… * * * – Я говорил тебе, что не стоило пить так много, – Юнги тяжело выдохнул воздух и опрокинул тело Чимина на свою кровать. Тот мог связать лишь пару слов, а в остальном был похож на маленького ребенка, что просился на ручки. – Я дома? – блондин из последних сил приподнялся на локтях, чтобы осмотреться, но из-за размытой картинки лишь обратно упал в мягкую кровать. – У меня дома. Преподаватель решил было отойти от кровати, как тот потянул его за собой за тот же галстук, который и так был весь растрепанным, отчего он рухнул в кровать, оказавшись над телом студента. Сделав один оборот рукой, блондин из последних сил подтянул его к своим губам и вновь коснулся их своими. Юнги перехватил руки обнаглевшего парня и прижал их к кровати, при этом, совсем не отстранившись от него ни на сантиметр. Чимин горячим языком раздвинул его губы и проник им внутрь, лишь углубляя поцелуй. Но поцелуй не был долгим. Преподаватель отстранился от него, уже понимая, что тот засыпает. У него самого было мало сил на то, чтобы элементарно переодеться, поэтому он лег рядом с блондином и закрыл глаза, погрузившись в глубокий сон.