Когда зацветет Азалия

Н: Господи, какой же он горячий! Как думаешь, у него есть девушка? Или парень? С задних парт послышался тяжелый вздох. Это был вздох Чимина, который только что понял, что его друг прослушал то самое голосовое, а точнее их диалог с Юнги. Правда, сам блондин до сих пор не мог выкинуть все его слова из головы, поэтому стилус вырисовывал на пустом полотне планшета некие узоры, утолщаясь в самом начале и сужаясь в кончике. Это было дерево, похожее на азалию. Правда, цветов рисовать он не умел. Да и дерево рисовать вовсе не собирался. Пальцы будто бы сами за него все делали, ведь мысли в его голове были схожи с библиотекой, где все книги расположены в случайном порядке, а не по алфавиту или авторам. Это была последняя пара на сегодня, после чего Чимин должен будет отправиться на хореографию, а точнее на пробное занятие. Однако, продлится оно недолго, да и вероятность того, что это занятие будет, сводилось к нулю, ведь сегодня был намечен фестиваль. В Пусане подобного не было. Дресс-кода он не знал, да и ему не с кем было идти. Поэтому блондин строил планы уже на свой оставшийся кусочек дня, который проведет, конечно же, дома. Скорее всего, он посмотрит новые видео для изучения очередных движений и повторит старые. Переезд растянулся на довольно большой промежуток времени, и Чимин мало уделял внимание тому, что он любит всем своим сердцем. Соответственно, он желал это исправить. И все же из его мыслей вывела приоткрывшаяся дверь, заставив пальцы застыть в очередном узоре. – Пак Чимин присутствует здесь? – от прозвучавшего голоса пронеслись мурашки по всему телу. Это был сонбэ. – Да, конечно, – преподаватель по ораторскому искусству остановился, переведя взгляд в сторону коллеги. – Разрешите забрать его на оставшееся время, думаю, он и так преуспевает в вашей дисциплине, – в его голосе не было даже частички неуверенности. Его слова были словно сталь. – Конечно, забирайте, – в ответ лишь последовала улыбка, после чего лекция сразу же продолжилась. Указательный палец парня лег на кнопку выключения планшета, после чего тот поднялся с места и, собрав все свои вещи, вышел из аудитории, вновь встретившись с взглядом своего «мучителя». – Если я не ошибаюсь, вы не упомянули то, что будете забирать меня с пар, – сразу же начал Чимин, понимая, что в лучшем случае, это будут его последние слова. – Разве я нуждался в твоем разрешении? Это часть твоего наказания. Преподаватель оборвал диалог и крепкими длинными пальцами коснулся кармашка рубашки Чимина, закинув внутрь листок. Он ушел, оставив блондина одного в пустом коридоре, что светился в лучах заката. Понадобилось еще несколько минут, чтобы отвести взгляд от телосложения сонбэ. Его высокий рост, который придавал ему власти, широкие плечи, которые обтягивала ткань черного пиджака, угольные волосы, которые были уложены словно по идеальной формуле, заставляло сердце парня колотиться быстрее обычного. А если быть точнее, то парню даже не хотелось ничего говорить в ответ. Видимо, планка нейтрального и доминирующего стремительно разрушалась, словно дамба, что не выдержала сильный напор воды. «Какое же отвратительное чувство» – пронеслось в мыслях Чимина, который уже раскрывал сложенный пополам листочек с текстом: «Два американо со льдом. Один с сиропом со вкусом ванили, другой выберешь себе сам. Кафе по адресу ниже. Буду ждать в своей аудитории. Юнги» Вместе с листком были прикреплены деньги. «Вот засранец…». Других мыслей в голове и не было. Парень уже было подумал, что его страдания закончатся, но, видимо, все только начиналось и уже набирало обороты. Выбора не было. Блондин отправился в кафе. * * * – Я уже подумал, что ты заблудился, – сразу же начал преподаватель, повернутый к нему спиной. – Проходи. Чимин даже не успел полностью открыть дверь в аудиторию, как тот уже начал язвить. Убрав ногу от нижнего угла двери, чтобы не уронить кофе, он тут же проскользнул в кабинет, оставшись с Юнги наедине. Кофе оказался на столе. – Теперь я ваш «мальчик на побегушках»? Неприятно осознавать, что вы здесь будете с кем-то распивать кофе, а я ради этого потерял драгоценное для меня время. И вообще… – Этот кофе для тебя, бестолочь. Садись. Сонбэ развернулся и отложил планшет на стол, кратко указав взглядом на стул, что находился возле него. Чимин резко почувствовал себя виноватым. Но извиняться не хотел, потому что не посчитал нужным. И все же он повиновался приказу и сел на черный кожаный стул, расправив плечи и сложив ногу на ногу. – Я жду отчет, – сразу же продолжил Юнги, взяв свой стаканчик с надписью «ваниль». – Обычный день студента, – тихо произнес блондин, поправив кончики рубашки. – Я желаю подробностей, – преподаватель сделал один глоток и перевел взгляд на парня перед собой, который явно был не в своей тарелке. – Первой парой была психология, – с небольшой паузой начал Чимин. – Я не участвовал в лекции, но записывал все, что требовалось. Вторая пара прошла абсолютно так же. На перерыве я созвонился со своим другом, но тот не взял трубку, видимо, был занят на работе. Третья пара ораторское искусство. В ней я тоже активно не участвовал, а потом вы меня забрали. Сделав выдох, кареглазый отпил содержимое стакана, прокрутив его в руке. – А как же тот факт, что ты опоздал на 10 минут? – сразу же продолжил сонбэ, глядя парню прямо в глаза. – Я еще не привык к маршруту и перепутал автобус. С кем не бывает, – Чимин пожал плечами, стараясь сохранять уверенность в голосе. – Понял. В следующий раз такого повториться не должно. Я понимаю, что та программа, которая проходит сейчас, для тебя звучит уже во второй раз, но желательно показать себя с лучшей стороны. Я не собираюсь читать тебе нотации, но имей это в виду, – Юнги отвел взгляд в сторону окна. Повисло неловкое молчание. Было громким даже еле слышные шаги по коридору вне аудитории, глотки кофе и поскрипывание кожи стульев. Чимин посмотрел туда же, куда и преподаватель. Погода, в отличие от вчерашнего дня, была совсем иная. С самого утра и до ранних сумерек сохранялась теплая погода. А между улочек и деревьев пролетал свежий, слегка влажный после ночного дождя, ветер. Обычно в это время Чимин прогуливался по парку в Пусане. Он до сих пор помнит озеро, на которое слетались утки в ожидании большой порции еды, помнит и каждое дерево. Особенно то, на котором выцарапано его имя и имя того человека, из-за которого парень впервые ощутил на себе то, с чем живет и по сей день. Одиночество. То чувство, которое имеет две стороны одной и той же медали. Счастье от одиночества бывает редко. Парень часто завидовал тем людям, которые искренне любили это чувство, что позволяло им развиваться в лучшую сторону. Но сам же он шел ко дну. Чувство, которое сжимало его горло, при шаге за порог дома. Чувство, которое заставляло часами смотреть в одну точку и думать о том, скоро ли это закончится. Чувство, которое ощущалось как тяжелая ноша, что постоянно давило на него. На протяжении многих дней, месяцев и даже лет оно не покидало его. И сколько бы людей не было вокруг, никто не мог заменить его. Его, чье имя осталось на том дерево. – Ты сегодня пойдешь на фестиваль, – без вопросительной нотки проговорил сонбэ, оторвав взгляд от окна и вернувшись к его глазам. – Дресс-код: белый верх, черный низ. – У меня не было этого в планах. К тому же, я уверен, что это мне быстро наскучит, а я снова же потеряю время, которое могу провести с пользой для себя, – Чимин чувствовал раздражение. Неужели он заставит его пойти туда? – По-моему, вопроса я не задавал, к тому же, если я не ошибаюсь, наказание является действительным до следующей недели. Его слова звучали убедительно. Да и спорить смысла не было. Чимин был уверен, что нового ничего он не увидит, ни с кем не заговорит, да и элементарно бесполезно проведет время. Но выбора, снова же, не было. – Встретимся там. Можешь быть свободен. Юнги, вежливо закончив скорее монолог, чем диалог, включил планшет и начал заниматься своими делами. До фестиваля оставалось пару часов. Чимин должен успеть съездить домой, рассказать своему другу о том, какой преподаватель противный и приехать обратно с натянутой на лице улыбкой. Вечер ожидал быть скучным.