8 through all our flaws
7 сентября 2023 г., 19:41
Примечания:
После нервного срыва Рики, Хисын понимает, что так больше продолжаться не может. Он заручается помощью других участников, чтобы устроить столь необходимый разговор с Джейком и Сонхуном.
Плач эхом отдается в собственных ушах, когда он утыкается головой в грудь Хисына, выпуская наружу все эмоции за последние несколько дней. Он очень хочет дать Джейку и Сонхуну шанс, но кажется, что они ни во что не ставят его чувства и о его самого. Всё это с трудом укладывается в голове Рики.
Он просто рад, что Хисын рядом, прижимает его к себе, ведь с ним всегда так тепло и уютно. С ним Рики чувствует себя в безопасности, и сейчас это всё, что ему нужно. Честно говоря, в этом он нуждается уже давно, и старший с легкостью восполняет эту потребность.
— Я рядом, Ки. Не держи всё в себе, я рядом, — шепчет Хисын, поглаживая его по спине.
Это только заставляет его плакать ещё сильнее, потому что Хисын так добр к нему, и в его голове проскакивает мысль — заслуживает ли он этого. В конце концов, его всё ещё раздражает тот факт, что он влюбился в кого-то недостижимого, даже если на краткий миг казалось, что они могут быть вместе. Сейчас он почти не задумывается о своих чувствах к Джейку, так как чашу весов переполняют мысли о том, как тот его предал. Ему просто так больно из-за этого.
В конце концов, его плач стихает и он тихонько сопит в объятиях старшего.
— Тебе уже лучше, Ки? — неуверенно спрашивает Хисын после долгих минут молчания.
— Я не знаю, хён. Я просто… думал, что смогу простить их или что они будут сожалеть о своем поступке. Мне кажется, что я ещё не готов их простить. Я хочу, чтобы они извинились или почувствовали себя виноватыми за то, что сделали, но они как будто этого не замечают, — Рики фыркает в ответ, пожимая плечами.
Он колеблется, прежде чем последняя фраза, крутящаяся в голове, срывается с губ. — Как будто им всё равно на меня.
Его голос едва выше шепота, только мертвая тишина в комнате позволяет Хисыну услышать его, и кажется, что миллион ножей вонзаются прямо в его сердце. Он никогда не мог подумать, что услышит от Рики будто два хёна больше не заботятся о нем. Хисын считает, что нужно что-то сделать со сложившейся ситуацией.
Рики тихо зевает в его объятиях, чувствуя себя истощенным после очередного нервного срыва. Хисын замечает это, и в его голове возникает идея.
— Ты устал, малыш? — риторически спрашивает он, медленно проводя пальцами по волосам Рики, зная, что это помогает ему заснуть.
— М-м-м, — хмыкает Рики, ощущая как глаза понемногу закрываются. Он устаёт сильнее с каждой минутой и всё больше опирается на Хисына.
Старший продолжал свои движения, пока в конце концов не ощущает, что Рики совсем обмяк. Ещё несколько минут он не шевелился, проверяя заснул ли макнэ. Когда движений не наблюдается, Хисын осторожно поднимает его и кладет на свою кровать, положив одну из своих подушек в руки Рики, зная, что это поможет ему заснуть.
Покончив с этим, он тихонько выходит из комнаты и закрывает за собой дверь. Он разворачивается и видит Джея, Чонвона и Сону, стоящих с одинаково сердитыми и обеспокоенными выражениями лиц.
— Ребята, вы всё слышали? — спрашивает у них Хисын.
— Слышали. Как Рики? — спрашивает Сону.
— Сейчас он спит, но ему очень больно, и я не позволю этому продолжаться, — уверенно говорит Ли. — Он думает, что Джейк и Сонхун больше не заботятся о нем. Эти два придурка разбили ему сердце, а им как будто всё равно.
— Мы пытались дать им шанс, но, очевидно, ничего из этого не вышло. Я думал, они поймут, что ведут себя как придурки, но, похоже, нет, — Джей хмыкает.
— В защиту Сонхуна: я думаю, он понимает. Я наблюдал за ним сегодня на тренировке, и он, кажется, раскаивается, но ему нужно предпринимать более серьезные шаги. Он всё равно должен извиниться перед Рики, — Чонвон рассуждает прагматично.
Вспомнив о ссоре Рики с ними в коридоре, Хисын немного смягчается. Сонхун действительно выглядел виноватым, но ему ещё многое предстоит исправить.
— Пойдемте, найдем этих двух придурков, — говорит он остальным.
— Думаю, они в гостиной, — говорит Сону.
— Ну что ж, пойдем, поболтаем с ними, — говорит старший, его тон холодный и жесткий, потому что он всё ещё очень зол на них, и ему нужно убедиться, что они это знают. Но самое главное, нужно, чтобы до них дошло, как сильно они обидели Рики.
Квартет спускается по лестнице, твердо решив как следует отругать Джейка и Сонхуна и, возможно, свернуть им шеи. Войдя в гостиную, они видят, что те тихонько переговариваются на диване, но в какой-то момент замечают их присутствие.
— Привет, ребята? — Джейк приветствует их, его голос полон замешательства.
— Не надо «привет, ребята», Джейк. Считай, что это групповое собрание, — резко говорит Чонвон, усаживая себя и Джея на кресло в другом конце комнаты, в то время как Хисын и Сону занимают диван.
— А разве Рики не должен быть здесь, чтобы это считалось групповым собранием? — медленно спрашивает Сонхун.
— Послушайте, я понимаю, что в последнее время вы — эгоистичные мудаки, но я знаю, что у вас осталось хоть немного мозгов. Речь идет о Рики и, что более важно, о том, что вы с ним сделали, — фыркает Сону.
— Слушай, Сону, я пытался извиниться, я не… — начинает Джейк.
Джейк не успевает закончить фразу, как чувствует удар по щеке и его голова дергается в сторону.
— Сону, ты что? — кричит Сонхун, отталкивая младшего от Джейка.
— Какого черта Сону? — спрашивает Джейк, держась за щеку, смотря на него со смесью шока и обиды.
— Это было просто пиздец как необходимо, у тебя явно отшибло все мозги, так что вбить в тебя немного здравого смысла не помешает! — резко отвечает Джей.
Хисын мягко опускает Сону на диван, и они оба смотрят друг на друга. Сону трясет рядом с ним и он кипит от злости, но Хисын легонько поглаживает его по коленке, пытаясь успокоить.
— Ладно, мы понимаем, что ты злишься, и мы облажались. Но нужно ли было бить Джейка? — раздраженно спрашивает Сонхун.
— Думаю, да, — отвечает Хисын, его голос жесткий и холодный. Таким голосом он говорит только в серьезных ситуациях, когда кто-то из членов группы провинился.
— Сонхун, ты, кажется, хотя бы чувствуешь какую-то вину за свою причастность к случившемуся, а вот клоун рядом с тобой, похоже, нет.
Сонхун заметно тушуется и ни для кого не секрет, что ему стыдно за собственный поступок.
— Джейк, давай сначала проясним одну вещь. Твои полушутливые извинения перед Рики не стоят абсолютно ничего! — злится Хисын.
— Ты использовал его, играл с его чувствами, которые он испытывал к тебе в течение трех лет, трех долбаных лет. Джейк, давай на чистоту, ты сделал это ради собственной выгоды. Ты сделал это, чтобы заставить Сонхуна ревновать, потому что он тебе нравится. Нет ничего плохого в том, что он тебе нравится, потому что ты не можешь контролировать свои чувства, но зачем использовать Рики? Зачем так поступать с ним? Неужели ты не понимаешь, насколько это отвратительная манипуляция? — гневно заявляет Хисын.
На лице Джейка, наконец, появляется сожаление и вина, и остальные, по крайней мере, чувствуют, что это своего рода прорыв. Честно говоря, они хотят убедиться, что эти чувства останутся с ним. Им нужно донести до него, как сильно он обидел Рики.
— Джейк, то, что ты сделал, мягко говоря, неправильно. Никто из нас не собирается оправдывать твои действия, и, честно говоря, тебе должно быть стыдно за то, что ты пытался оправдаться. Рики заботится о тебе, как о своем хёне, и со временем это переросло в нечто большее. Он всегда доверял тебе очень многое, а ты предал его, — Джей сурово говорит, вбивая каждое слово в мозг Джейка.
— Сонхун, ты, кажется, понимаешь, что поступил неправильно, — продолжает Джей. — Но срываться на Рики из-за ревности, особенно таким образом, как это сделал ты, очень неправильно, потому что он ни в чем не виноват, и ты должен, черт возьми, знать это.
— Я знаю, Джей-а, знаю, — тихо отвечает Сонхун и к нему приходит осознание того, насколько сильно он провинился.
— Поэтому у нас к тебе один вопрос, Джейк. Почему ты решил, что всё, что ты сделал — хорошая идея? — Чонвон прищуривается, глядя на старшего. Все в комнате выжидающе смотрят на него, предвкушая, что он наконец-то скажет.
— Я… я не знал, что я нравлюсь Рики, когда начал всё это… — Джейк признается, его голос дрожит и звучит стыдливо, но именно так они могут понять, что он, по крайней мере, говорит правду.
— Я просто очень, очень люблю Сонхуна, — он тихо говорит, глядя на бывшего фигуриста, который слегка улыбается и сжимает его руку. Джейк сжимает её в ответ, после чего снова смотрит на остальных.
Они, несомненно, злятся на этих двоих, но чувства между ними очевидны, и они выглядят счастливыми друг с другом. Всё, о чем они мечтают — чтобы это было достигнуто другим путем и Рики не пострадал.
— Мы были так близки, между нами особенная связь, но я просто… я не мог понять, будет ли между нами что-то большее. Мне казалось, что что-то меняется, но я не мог понять, ошибаюсь я или нет. Я всё больше и больше влюблялся в Сонхуна, но не знал, что делать, — продолжает он.
— Я не знал, как справиться со своими чувствами, поэтому сглупил. Я подумал, что, может быть, просто попытаюсь заставить Сонхуна ревновать, чтобы заставить его признаться первым, и надеялся, что это сработает, — Джейк тяжело вздыхает.
— Я действительно не знал, что нравлюсь Рики, правда. Я знал, что у нас удивительная связь, которая кажется нерушимой, и я дорожу этим. Клянусь, очень дорожу, поэтому я и подумал, что, может быть, использовать его, чтобы заставить Сонхуна ревновать — хорошая идея, — объясняет Джейк. — Я понял, что нравлюсь ему, только после того, как затеял весь этот план, и подумал, что даже если он узнает, то, возможно, ему будет всё рав…
— Всё равно? — раздается слишком знакомый голос, и все поднимают глаза, видя Рики, стоящего в дверях гостиной, глаза полуприкрыты от сна, но в них столько боли.
— Рики-сан… — в глазах Джейка так явно заметно чувство вины, когда он смотрит на младшего.
— Нет, Джейк, — перебивает он австралийца.
***
Рики просыпается после того, как слышит внизу какие-то крики и без труда понимает, что это хёны. Он медленно спускается по лестнице и до его ушей доносится разговор на повышенных тонах в гостиной. Он сразу понимает, что они говорят о нем и о ситуации с Джейком и Сонхуном. Младший слышит, как Сону кричит на Сонхуна, и двигается дальше по коридору, стараясь оставаться незаметным. Он внимательно слушает, как все ругают пару и откровенно срываются на них, чего Рики не может сказать, что они не заслуживают. Хисын говорит так искренне и он легко может сказать, что старший расстроился и это видно по тому, как он поддерживал его всё время. Похоже, они действительно как-то достучались до них, и Сонхун выглядит и звучит раскаивающимся в содеянном. Рики знает, что он, по крайней мере, чувствует себя виноватым, особенно после сегодняшнего дня. Немного выслушав речь бывшего фигуриста, Рики только ещё больше убеждается в этом. Он правда просто хочет знать, что они оба искренне сожалеют, но он сосредотачивается на том, что скажет Джейк. Рики внимательно слушает каждое слово. Он сопереживает Джейку, слыша, что тот не знает, что делать со своими чувствами, потому что ему очень хорошо знакомо, что такое запутаться в собственных чувствах. Он слишком долго не мог разобраться в своих и, честно говоря, до сих пор не разобрался. Однако слышать от него искренние слова о том, что Рики ему небезразличен очень трогательно и важно. Но тот факт, что он признается, что не знал о чувствах Рики, но продолжал всё даже после того, как узнал — разбивает сердце. Кроме того, он думал, что младшему на самом деле всё равно, так больно ранит и он не может больше молчать. — Ты думал, что мне будет всё равно, если ты будешь играть с моими чувствами в своих корыстных целях, Джейк-хён? Ты думал, что я просто не воспринимаю всё это всерьез или мне всё равно, потому что это ты? — Рики продолжает говорить. Его сердце снова пронзает боль, а Джейк смотрит на него так виновато. — То, что я не умею открываться и говорить о своих чувствах, не означает, что мне всё равно, Джейк. Даже если бы ты был честен со мной, мне было бы больно, но я думаю, что не так сильно, чем если бы ты лгал и использовал меня, — он честно говорит старшему, потому что так и было бы. — Может быть, если бы ты даже попросил меня, я бы помог тебе. Мы были друг для друга партнерами во всём, Джейк, ты всегда помогал мне во всём или просил помочь тебе. Почему ты просто забыл об этом? — Рики сухо усмехается. — Нет, Рики, я не забыл. Ты мне как младший брат, и я чувствую, что я настоящий хён… — глаза Джейка блестят, смотря на макнэ. — Тогда почему ты перестал вести себя, как настоящий хён? — голос Рики дрожит и едва выше шепота, а его глаза мечутся туда-сюда между Сонхуном и Джейком. Он обращается к ним обоим, а не только к Джейку. Они оба так плохо справились с этой ситуацией и вели себя не так, как положено хёнам. В комнате воцаряется мертвая тишина. — Почему после всего ты ведешь себя так, будто не сделал ничего плохого? И Сонхун, я понимаю, что ты ревнуешь, но зачем называть меня эгоистом? Почему ты так на меня набросился? — спрашивает младший. Он видит, что тот готов снова заговорить, но ему ещё есть что сказать. — Хён, мне так долго нравился Джейк, но я видел, как вы были близки, и да, я подумал, что между вами что-то есть. Я думал, что, возможно, я вел себя как эгоист и встал между вами. Мне было всё равно, что я чувствовал к Джейку, и думал, что между нами может что-то произойти. Я просто очень хотел, чтобы ты перестал на меня злиться, — честно признается Рики. — Рики-я, мне так жаль. Я идиот, я не должен был вести себя с тобой так, только потому, что ревновал. Я думал, что между вами с Джейком что-то есть, а у меня не было ни единого шанса, — Сонхун тяжело вздыхает. — Честно говоря, я не мог не думать, понимаешь? Я имею в виду, что это же ты, в конце концов, я правда думал, что Джейк выберет тебя, потому что ты потрясающий, Рики-я, любому бы так повезло с тобой. Я просто был не уверен в себе и ревновал, и выместил это на тебе. Я сожалею об этом. И больше всего мне жаль, что я подвел тебя как хён и не защитил от ужасных слов Джейка… — говорит Сонхун, бросая на него разочарованный взгляд. — Мне очень, очень жаль, Ки. Ты не должен меня прощать, потому что, видит Бог, я этого не заслуживаю. Я облажался, очень сильно и знаю, что одного извинения недостаточно, но я искуплю свою вину. Я люблю тебя и хочу снова быть твоим хёном. Прости меня за то, что я вел себя так, — говорит Сонхун, его голос наполнен, пожалуй, самыми сильными эмоциями, которые Рики когда-либо слышал от ледяного принца. Сонхун говорит так искренне, как будто ему не всё равно. Рики чувствует, что ему не всё равно, хотя и сомневается, так как теперь в его словах нет такой уверенности и доверия, как раньше, но это уже шаг в положительном направлении. — Мне тоже жаль, Рики, — Джейк извиняется, в его тоне наконец-то звучит что-то искреннее и похожее на чувство вины. — Я самый большой идиот, и я причинил тебе ужасную боль, и никакие слова не исправят это. — Я был настолько сосредоточен на собственных чувствах, что даже не задумывался о твоих, а ведь как твой хён я обещал себе, что никогда этого не сделаю, — фыркает Джейк, его глаза явно слезятся. — Я обещал, что буду заботиться о тебе, и я нарушил это обещание. Я не оправдал твоё доверие. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь вернуть его, и чувствую себя ужасно из-за того, что разбил твоё сердце и думал, что после этого с тобой всё будет хорошо. Боже, я так ужасно вёл себя. Ничто из того, что я скажу, не изменит того, что я сделал, или того, что я был мудаком, но Рики-сан, мне жаль. Я обидел тебя, причинил тебе боль, и это неправильно. Прости, что заставил тебя думать, что люблю тебя, хотя это не так, в то время, как ты действительно любил меня, — Джейк тяжело вздыхает. — Ты когда-нибудь сможешь простить меня? Рики фыркает и вытирает слезу, которая, как он только сейчас понимает, скатилась вниз. Он любит Джейка, но уже не так, как раньше. Он не знает, когда всё изменилось, но те романтические чувства просто исчезли, и осталась любовь к нему, как к хёну и другу. И Сонхун… Он всегда так хорошо с ними общался, они — его хёны, ставшие неотъемлемой частью его жизни. Рики не знает, сможет ли он продолжать жить без них. — Всё уже не будет так, как раньше. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуться к тому, что было с каждым из вас. Вы оба предали моё доверие и, честно говоря, разбили мне сердце. Я не знаю, смогу ли я простить вас за это… — Рики прерывается, делая глубокий вдох, наблюдая за тем, как Сонхун и Джейк расстраиваются. — Но я хотел бы попробовать, — в его голосе звучит надежда, он нерешителен и не уверен, но хочет попробовать. — Я хотел бы сказать, что у меня хорошие отношения со всеми хёнами, и это правда. Я готов попытаться восстановить нашу дружбу. — Я тоже люблю вас обоих. Этого я никогда не смогу отрицать, — вздыхает Рики. Они оба плачут, наконец осознав, что сказал Рики, и крепко держат друг друга за руки, глядя на макнэ полными слез глазами. — Спасибо тебе, Рики. Спасибо, что ты всегда был так добр к нам. Рики ловит взгляд Хисына, и тот улыбается ему. Это вселяет в него уверенность, что он принял правильное решение, дав им шанс. Он хочет, чтобы хёны остались в его жизни и не хочет потерять ни одного из них. — А теперь, Джейк, Хун, в качестве перемирия: как насчет вечера просмотра фильмов со всеми? — предлагает Джей, явно желая, чтобы наконец-то наступил мир. — Тогда я сделаю попкорн, — говорит Рики, разворачиваясь и направляясь на кухню.***
Он с нетерпением ждет, чтобы провести время вместе. Рики не прощает их, но хочет сохранить хорошие отношения со всеми. Он всё ещё хочет, чтобы они остались в его жизни. Рики лезет в шкаф и кладет пакет с попкорном в микроволновку, затем закрывает её и нажимает на кнопку. Внезапно он чувствует, как две руки обхватывают его за талию. Он немного пугается, прежде чем понять кто это. Аромат корицы и мускатного ореха прекрасно выдает виновника, и младший тает в объятиях, чувствуя тепло и комфорт. — Привет, Хисын-хён, — мягко говорит Рики. — Привет, Ки, — шепчет старший своим низким голосом, щекоча ухо Рики, вызывая дрожь по позвоночнику. — Ты в порядке? — мягко спрашивает он, поворачивая Рики лицом к себе. Его руки всё ещё лежат на талии, а Рики просто позволяет себе обнять старшего за шею. Младший вздыхает и решает быть честным, в конце концов, Хисын всегда честен с ним. — Я не знаю, было приятно услышать, как они извиняются и наконец-то всё объясняют, но я всё ещё кажется, будто мне их не хватает. Кажется, что всё уже не так, как раньше. Я не смогу часто к ним приходить и даже доверять им, и это больно. Хисын сочувствует ему и дарит небольшую улыбку, нежно сжимая талию. Это несомненно успокаивает, или, может быть, это просто секретная способность старшего. Его присутствие просто успокаивает Рики. — Я понимаю, Ки, и мне очень жаль. Джейк и Хун — тупицы, но я думаю, что они сожалеют и попытаются всё исправить. Я думаю, они всё ещё хотят попробовать наладить отношения с тобой…ради тебя. Твои чувства имеют значения, но они всё равно будут рядом с тобой, как и все мы, — Хисын мягко говорит ему. — Но пока они не заслужат полного прощения… Джей, Чонвон, Сону и я? Мы рядом, что бы тебе не понадобилось. — Я рядом, — тихо говорит Хисын, как будто сомневаясь, хотя и не должен, потому что его слова совершенно правдивы. Хисын всегда был рядом. — Спасибо, Хисын-хён, — говорит Рики, прежде чем притянуть его к себе и крепко обнять. Внутри него бурлит множество эмоций, которые он не может идентифицировать и понять, но сейчас он просто доволен тем, что находится рядом с Хисыном. Однако микроволновая печь подает звуковой сигнал, не позволяя насладиться моментом. Рики вынимает из микроволновки пакет с попкорном, а Хисын засовывает в него новый. Нужно накормить семерых прожорливых молодых людей, одного не хватит.***
Вскоре они возвращаются в гостиную и отдают Чонвону и Джею по миске с попкорном. Сону перебирается на большой диван, садясь ближе к краю и дает Сонхуну и Джейку немного места, а Рики передает хёну свою миску с попкорном. Он смотрит на пару, которая прижимается друг к другу, накрывшись одеялом. Бывший фигурист обнимает Джейка, а тот прислоняется к его боку. Рики не может отрицать, что они мило смотрятся вместе, но теперь этот вид не вызывает в нем никаких негативных эмоций. Они выглядят счастливыми, и Рики рад, что это так. Он никогда бы не расстроился из-за их счастья. — Спасибо, Ки, — они благодарят его. — Не за что, хёны, — Рики коротко улыбается им, после чего направляется к другому дивану и садится рядом с Хисыном. Ему просто хочется быть ближе к старшему, и поэтому он немного придвигается к нему, так что их бедра соприкасаются. Хисын коротко улыбается, а затем просто обнимает его за плечи. Младший кладет голову на его плечо, и они переключают своё внимание на фильм. Рики оглядывает всех, кто сидит в комнате и ему становится немного легче. Ему приятно, что все хёны вот так собрались здесь. Ничто не идеально, но в конце концов они вместе, и более того, они — семья. Они любят друг друга, даже несмотря на все недостатки.
