Счастье есть

***

       На утро конечно же Виктория начала задавать вопросы отцу по поводу того, что увидела вчера вечером на кухне. Виктор подумал, что нет ничего такого в том, чтобы рассказать дочери о своих взаимных чувствах к Сергею. Та, кажется, не совсем понимала почему ее отец, который по ее детскому мнению должен был до конца жизни любить маму (Ларису), вдруг полюбил кого-то другого. Но всё же решила не задавать вопросов какое-то время, увидев тонну радости в глазах отца.       Самому Нечаеву предстоял более сложный разговор с сыном, который понимал чуть больше, чем Вика. Однако, к удивлению майора, Василий воспринял всё совершенно спокойно. Только уточнил, точно ли счастлив его отец и получив положительный ответ, облегчённо вздохнул. — То есть, тебя не напрягает, что я люблю Виктора? — Спросил Сергей у сына. — Вернее, напрягает ли меня то, что он мужчина? — Ответил вопросом на вопрос Вася. — Если честно, не знаю. Но он всегда хорошо к нам относился и раз уж у вас всё так получилось, то я не против. — Точно? — Да, пап, успокойся уже. Я уже достаточно взрослый и что-то да знаю про всякие там чувства и любовь. Успокоившись, что всё в порядке и психика ребенка не нарушена, Сергей оставил сына в покое.

***

       Время от времени Виктор с дочерью оставались на ночь у Нечаевых. После тяжелого рабочего дня на Челомее под строгим присмотром Сеченова, было приятно окунуться в крепкие объятия. Пока Виктория тихонько посапывала в теплой постели, ее отец в соседней комнате в большинстве случаев наслаждался массажем. У Сергея сильные руки и они умело давили на нужные точки на измученной спине инженера.       Долгое сидение за компьютером в одной и той же сгорбленной позе изнуряло ничуть не меньше, чем борьба с плющами. Нечаев знал это и поэтому, когда Виктор первый раз пожаловался на боль в спине, предложил сделать ему массаж. Конечно, для большего расслабления и собственного удовольствия, он не упускал шанса нагло полапать программиста за задницу. Тот на такие действия недовольно шипел и прятал красное от смущения лицо в подушке.       Дальше поцелуев и массажа мужчины пока не заходили. Не то что бы не хотелось, но Петров каждый раз увиливал, смущался, когда Сережа затрагивал тему секса или пытался опустить руку ниже живота, чтобы сделать инженеру приятно. — Так, слушай, в чём дело? — Напрямую спросил Сергей, когда Виктор снова остался у него ночевать. — Я не настаиваю, но хочу знать в чём причина отказа. Может, я делаю что-то не так? — Нет, всё замечательно, — Инженер смущённо отвел взгляд в сторону и закусил губу. — просто я наверное пока что не готов к такому серьезному шагу. У меня ТАКОГО опыта еще никогда не было… — Дурак ты, Витя. — Офицер чмокнул его в щёку. — Сказал бы сразу, что не готов, а то я уже в себе копаться начал. — Не злишься? — Поинтересовался Витя. — Нет, конечно. Я же не какой-нибудь озабоченный подросток, который жить не может без возможности кому-то присунуть. — Ну у тебя и сравнения, конечно. — Проворчал Виктор. — Значит, всё в порядке? — Конечно! Я могу и потерпеть.       В благодарность инженер подарил Нечаеву нежный поцелуй в губы. Тот блаженно прикрыл глаза и на ощупь постепенно спустился к любимой шее. Ощутив слегка шершавые губы на чувствительной точке, Петров сладко вздохнул. Нечаеву пришла в голову одна мысль, но для начала он решил спросить разрешения у Виктора: — Можешь снять водолазку? Хочу кое-что сделать, уверен, тебе понравится.       Программист помялся немного, но все же доверился Серёже и снял с себя вверх. Тот осторожно провел пальцами по выступающим рёбрам, слегка щекоча. Медленно наклонившись, майор осторожно продолжил покрывать поцелуями шею, спускаясь ниже. Хотелось вцепиться в эту бледную кожу зубами, оставить следы от зубов на ключицах, красные засосы на шее, но сдерживал себя. Спустившись постепенно к груди, мужчина услышал томное мычание сверху. Подняв голову он увидел как Петров старательно поджимает губы, чтобы не выронить ни единого звука. — Всё в порядке? — Обеспокоено поинтересовался Сергей. — Да… Просто, это что-то типа слабой зоны. — Виктор стыдливо отвернулся, пытаясь спрятать красное то ли от смущения, то ли от возбуждения лицо в подушках. — Старайся там, ну, по аккуратнее, пожалуйста. — Обещаю.       Получив одобрительный кивок, Сережа принялся покрывать поцелуями ключицы, грудь, живот Петрова. Он делал это не спеша, осторожно, боясь сорваться и сделать больно. Сейчас было важно дарить нежность. Показать всю свою любовь через мягкие поцелуи, касания. Грубо и пошло с громкими несдержанными стонами и криками будет позже, когда они привыкнут и будут полностью доверять друг другу.       Даже несмотря на мучительную тесноту в собственных штанах, Сережа старался как можно нежнее каждую ночь прижимать к себе худощавого Виктора. Почему-то хотелось растянуть этот конфетно-букетный период романтики настолько долго, насколько было возможным. Торопиться некуда, у них есть всё время мира. Они еще успеют утонуть в страсти, в пошлых и грязных стонах.        Виктор — натура тонкая и чувствительная, но и вместе с этим до ужаса хитрая. Невольно Нечаев сравнивал его с котом, который пытается быть независимым и шипит на любого, кто к нему подойдёт. Но и в то же время всегда будет требовательно тереться, прося больше ласки.       Сережа на его фоне больше был похож на самого настоящего дворового пса — огромный, грубый и готовый броситься на своего врага в любой момент.

***

— Замёрзнешь. — Сережа вышел на балкон к Виктору и накрыл того теплым пледом. — Так ведь май на дворе. Уже не так уж и холодно. — Ответил ему Витя. — Сейчас дождь вообще-то идёт, а ты стоишь на балконе в тонкой футболке и трусах. Кто тебя лечить потом будет? — Ворчал майор. — Я думал, что ты. — Улыбнулся ему инженер, протягивая сигарету. — Я бы с радостью, но боюсь, что нет. Придется положить тебя в больницу, а самому бегать по всяким заданиям Сеченова. — Неет. — Протянул Петров. — Только не в больницу. Этим мерзким врачам лишь бы таблетками меня напичкать. Он на минуту задумался, затем хитро улыбнулся и сказал: — Хотя, может, там будут симпатичные мед сестры, которые будут приходить и ставить мне уколы в задницу. В целом, ради такого можно и поболеть немного. — Вот значит как? — Ухмыльнулся Сергей. — Позволишь каким-то мед сестрам разглядывать твою пятую точку? — Почему бы и нет. У меня очень хорошая попа для моих лет, если ты вдруг не заметил. — Продолжал издеваться Петров. — Заметил. Еще как. Я же на нее каждый день вообще-то смотрю. — Если уколы будут не очень болезненные, то я даже разрешу им меня потрогать. За эти слова инженер получил смачный шлепок по заднице, что сразу вынудило его автоматически потереть больное место. — Кроме меня твою попу никто больше трогать не будет. — Зло прошептал Сергей в самое ухо. — А если кто-то рискнёт — останется без руки.       Не спрашивая разрешения, он подхватил Виктора на руки и ушел вместе с ним с балкона. Стоило всего на мгновение представить как какая-то молоденькая практикантка приходит и ставит укол Вите, который лежит перед ней со спущенными штанами — сердце ревностно кольнуло.       Серёжа по натуре никогда не был ревнивцем, старался доверять Виктору. За тот месяц, что они вместе, он приревновал его только один раз и то это быстро прошло. Мужчина подумал, что это очень глупо — ревновать своего партнера к мед сестрам в больнице. Тем более, что всё обошлось и после того случая на балконе Петров лишь пошмыгал носом пару дней.       А вот Виктор наоборот — с трудом сдерживал порыв расцарапать лицо каждому, кто с жадным интересном разглядывал Нечаева или пытался коснуться. Но вот уж когда невозможно было держать себя в руках — когда вместо того, чтобы провести свободный день вместе, Сергей убегал помогать Сеченову с какой-то очередной проблемой. В такие моменты Петров просто закипал от злости. Почему-то он был уверен, что академик наверняка в тайне от всех надрачивает на майора. — Старый извращенец. — Выругался вслух Виктор, с силой сжимая чашку в руке.       Его совсем не успокаивали слова Сергея о том, что Дмитрий Сергеевич относится к нему как к сыну и что тут вообще нет ни единой причины для ревности. И что между ним и Сеченовым довольно большая разница в возрасте. Да и вообще с чего Петров взял, что начальник Предприятия увлекается мужчинами. — Витя, ты опять начинаешь? — Устало выговорил Серёжа. Он освободился пораньше, со всех ног примчался на Челомей к Виктору, чтобы увидеться, а в итоге опять получил головную боль. — Да он тебя буквально трахает глазами! Почему ты это отрицаешь? — Кричал инженер.       Новую порцию ревности пробудила утренняя сцена: Витя зашел к Дмитрию Сергеевичу, чтобы отдать наконец-то отчет о проделанной работе и уточнить нужно ли сделать что-то еще. Он никак не ожидал застать там Серёжу сидящего подле шефа и спокойно попивающего вместе с ним чай. Казалось бы, ничего такого, но Виктору не понравилось как Дмитрий периодически поглядывал на его возлюбленного. — Откуда весь этот бред в твоей башке? — Нечаеву огромных сил стоило говорить спокойно. — Это не бред, я говорю то, что вижу. Если ты мне не веришь, то лучше просто иди нахуй, к своему дорогому Сеченову.       Не дожидаясь какого-либо ответа, Петров зашагал прочь из комнаты отдыха, громко захлопнув за собой дверь. Серёжа был готов уже выть от отчаяния. Не любил он все эти ссоры, выяснения отношений, кто прав, а кто виноват. В последние дни Витя сам не свой, весь на нервах. Казалось, что еще немного и он буквально взорвется. Тому конечно была вполне весомая причина: уже в конце этой недели будет шесть лет как он запустил сбой и годовщина смерти Ларисы.       Мужчина подумал, что все же возьмет несколько выходных, чтобы Виктор успокоился и они провели эти тяжелые дни вместе. Им обоим это было необходимо. Да и плюс ко всему, одиннадцатое июля еще и годовщина их знакомства. Серёжа подумал, что Витя был бы рад провести этот день с ним.