Чужая душа ⌛️

Серым ноябрьским утром Северус Снейп вышел на крыльцо своего дома после долгого затворничества. По его резко заострившемуся носу и темным теням под глазами можно легко было догадаться – про еду и сон он, как обычно, забыл. Несмотря на измученный вид, держался Зельевар прямо, а неизменный сюртук был застегнут на всё бесчисленное количество маленьких черных пуговиц. Мужчина с отвращением втянул носом пыльный тяжелый воздух родных трущоб и решительно сошел с крыльца, намереваясь пешком отправиться в лавку – запертое в четырех стенах тело требовало движения, но около помойки он замедлил свои шаги и подозрительно всмотрелся в горы мусора, снова испытав это неприятное чувство, возникающее, когда тебя кто-то пристально разглядывает, оставаясь невидимым. Палочка мгновенно скользнула в руку и маг замер на месте, готовый в любую секунду сокрушить врага, однако из кучи картофельных очисток снова выглянула пушистая мордочка в черной маске. - Нормальные еноты в ноябре уже впадают в спячку. – обратился Снейп к зверьку, но тут же понял почему этому не спится – он был тощ и грязен, видимо с пропитанием на помойке было не густо. Да оно и понятно – бедный район, тут и люди-то не всегда сыты, вспомнить хотя бы как он сам в детстве часами крутился в постели, не в силах заснуть от голода. - Шел бы ты отсюда пока ноги держат – нет здесь еды. – угрюмо бросил Мастер Зелий и отправился в свою лавку, подумав что хочется или нет, а пора озаботиться совиной доставкой и жить дальше. Неделю он метался по своему жилищу без сна и отдыха, как раненый зверь, но наконец успокоился, решив, что раз он точно не знает, что случилось той ночью, то нечего и считать будто по его вине Анны больше нет. Сразу стало легче и спокойнее, когда он перестал терзать себя вопросами, на которые не было ответов и Северус Снейп принялся за работу, снова открыв свою лавку для посетителей. Отрицание очевидного, для того чтобы выжить – это одна из защитных особенностей человеческой психики, а уж в умении бывшего профессора Зельеварения переживать травмирующие события не было равных. В его жизни из-за собственных ошибок и по милости окружающих постоянно происходило такое, что не просто выбивало почву из-под ног, но и заставляло собирать себя по кусочкам, однако все эти нюансы его существования были скрыты от посторонних глаз, так как Зельевар скорее придушил бы непрошенного свидетеля своей слабости голыми руками, чем позволил произойти подобному. Снейпа всегда коробило от того, что Анна удостоилась чести (или проклятия) когда-то видеть его не скрытое масками лицо, но, к его глубочайшему неудовольствию, они просто встретились в крайне неудачный период его жизни. «Женился бы я на ней, если бы мне завтра нужно было идти в Министерство для переламывания палочки или брака? Нет. Не будь тогда я измучен так Азкабаном, не затуманься мой рассудок от змеиного яда, я бы ни в коем случае не тянул до последнего дня, а давно бы нашел способ исчезнуть из страны, например сымитировав собственную смерть. Да мало ли было вариантов решения этой задачи? Вот выплыли же в итоге воспоминания Дамблдора, но слишком поздно – от тюрьмы это меня не спасло, от принудительного брака тоже, а сейчас… да и не нужны они мне сейчас. Зачем мне обеленное имя, тогда как я живу на свободе, ничем не связан, могу заниматься любимым делом, а покупатели приходят за зельями, а не за моей репутацией.» Возвращаясь домой, он снова встретил енота, деловито снующего между ящиков. Вспомнилось, как Анна просила завести дома такого пушистика и Северус подумал, что зря он отказал ей – зверек весьма интересный. «Очень грязный экземпляр – прям под стать мне – шерсть свалялась сосульками, пахнет как мусорный бак, но любознательный и живой. А этому дому совсем не помешает капелька оживления, отвык я за это время от одиночества, надо его приманить.» - Эй ты, Шерстяное Недоразумение, пойдешь ко мне? У меня печенье есть. – он пошарил в пакете, который нес  с собой и протянул зверьку пачку. Тот замер на месте, недоверчиво  поглядывая – с одной стороны хотелось есть, а с другой помнились вылетающие из палочки заклятия. Снейп положил несколько крекеров на дорожку и пошел к своему крыльцу, с удовлетворением отметив, что енот тут же бросился к угощению, видимо и правда в помойке насчет пропитания не густо. Пустота и тишина в доме давили как бетонная плита, делать ничего не хотелось и Северус сам принялся за печенье, запивая его горячим чаем. По-хорошему нужно бы было приготовить поесть, но не для себя же одного это делать? На крыльце послышался шорох, словно кто-то когтями скреб ступени. Хозяин резко взмахнул палочкой, распахивая дверь и увидел распластавшегося на пороге енота, привлеченного запахом еды. - Ну заходи, она хотела чтобы я пригласил тебя, -  произнес Северус, подумав что это уже признаки непорядка в мозгах - разговаривать с животными, не обладающими магической силой. Енот деловито прошел через коридор на кухню и тут же залез на стол, загремел грязными чашками, зашуршал пакетами, выискивая съестное. - Ээээ, мы так не договаривались, ты комок грязи, убирайся на пол! – запротестовал Снейп сталкивая тощую тушку, но гость вцепился мертвой хваткой в буханку хлеба и зашипел. Северусу внезапно стало стыдно – он такой огромный человек по сравнению с голодным зверьком, а пытается силой сбросить его на пол, хотя сам и пригласил. - Я не знаю как мне жить дальше, понимаешь? Та жизнь, которую я вел до Азкабана – канула в небытие, та что была после – тоже, в 40 лет знаешь ли сложно начинать все с нуля и искать новый смысл, новые цели. – он опустился рядом с гостем на пол и закрыл лицо руками, устало потирая пальцами лоб, словно пытался этими прикосновениями разогнать туман непонимания. – Да и не было у меня никогда никого, даже совы. Я и заботиться не умею. Не обижайся, но нам с тобой и правда помыться не мешает. Он протянул руку и к своему удивлению заметил, что енот не пытается отстраниться, занятый уничтожением хлеба. Однако, стоило схватить его за грязный загривок, как тот сразу запротестовал и попытался укусить за палец, но Зельевар замотал его в какое-то кухонное полотенце и поволок в душ. Попытка отмыть этот злобный негодующий меховой шар оказалась практически невыполнимой – он ни в какую не шел под струи воды, а наматывал круги по ванне, прикидывая где легче выпрыгнуть. Пока человек пытался поймать его в одном конце, протестующий енот уже злобно сверкал глазами совершенно с другой стороны и, что самое невероятное, был все таким же сухим, тогда как ловец уже вымок до нитки. - Да успокойся ты, я же не боюсь воды, смотри… - сказал Северус сбрасывая одежду и забираясь к зверьку, подавив в себе желание замедлить того при помощи магии. От снятия человеческой шкуры Шерстяное Недоразумение впало в легкий транс и недоумевающе уставилось на Зельевара, а тот, не теряя времени, быстро схватил с полки первый попавшийся флакон и намылил мохнатую тушку. На беду под руку подвернулся шампунь Анны и ванная комната мгновенно наполнилась медовым ароматом белой акации, широко распахнув дверь в воспоминания. Северус изо всех сил пытался не думать об Анне, но в голову упрямо лезли мысли про их первое совместное купание… как она резко притянула его к себе и они стояли разделенные лишь полупрозрачной шторой… как ее горячие руки касались его тела… как он скользил губами по нежной коже…  Возбуждение волной накатило на Зельевара, ладони сами потянулись к себе, но енот снова злобно зашипел («Мерлин великий! Еноты вообще умеют издавать другие звуки?») и Снейп быстро опомнился: - Да не зоофил я, ты не подумай! «Приехали, конечная. Станция «Дно», пассажиров просят покинуть вагоны. Лезет в голову всякое лишнее… Но зверюгу действительно надо отсюда убрать бы.» Он быстро вытащил негодующего зверька из ванны, подсушил его заклинанием и отпустил на пол, а сам, задернув штору, выдавил немного шампуня на ладонь и прикоснулся к возбужденной плоти, с болезненным стоном откинувшись на стену. Впервые за непонятно сколько времени тело требовало немедленной ласки и прикосновений, пылая огнем. Шерстяной выродок тут же отодвинул занавеску и с любопытством уставился на происходящее, мигом сбив весь настрой. Не выдержав взгляда черных глаз-бусинок Снейп выругался и кинул в него мочалкой, но поганец ловко увернулся, не покинув свой наблюдательный пост. Желание получить разрядку и избавиться от мучительной боли в паху тут же трансформировалось в необходимость отлевитировать мерзкого шпиона в окошко, маг подавил в себе и это. Мытье пошло обоим на пользу – Северус стал похож на человека, хоть и порядком раздраженного, а енот превратился в мохнатый шар, распушившись до невероятных размеров, что, впрочем тоже не улучшило характер зверька. - Что ты уставился? Твои мохнатые шары никогда тебе не мешают, да? – вздохнул Зельевар и начал одеваться, поймав себя на мысли, что в доме стало гораздо теплее и уютнее с появлением нового жильца, а пушистый молчаливый слушатель странным образом заполнял образовавшуюся пустоту. Он постелил еноту в гостиной плед на диване, в который сообразительный зверек сразу зарылся с головой, а сам пошел наверх в спальню. Пустая комната действовала удручающе, а кроваво-красные розы на столике каждый раз заставляли его содрогаться, но Снейп принципиально не убирал их, сам не зная почему. По сути они были живым напоминанием его предательства, так что оставлять их на виду было одной из форм извращенного мазохизма. Он уже подумал не заночевать ли на диване вдвоем с енотом – все не так тоскливо будет, как вдруг услышал постукивание коготков по ступеням и через несколько секунд в спальню вкатился меховой шар, тут же ловко запрыгнувший на стол и сунувший любопытный нос в корзинку. Правда цветами зверек не заинтересовался по причине их несъедобности, а потому продолжил дальнейшее обследование комнаты. Обойдя все закоулки, заглянув в каждый ящик комода и за каждую дверцу шкафа, он запрыгнул на кровать и, угрожающе зашипев, ввинтился под одеяло. - Ладно обижаться, не трогает же тебя никто, - вздохнул Северус и лег рядом. Пахло акацией и казалось, что Анна вернулась домой.

***

Утром Мастер Зелий проснулся отдохнувшим и с удивлением осознал, что его нос уткнулся в пушистый бок. Налив себе чая, он задумался чем же кормить зверька, но тот по-хозяйски запрыгнул на стол, стащил с тарелки бутерброд с сыром и демонстративно окунул его в чашку Снейпа. Вид жирных разводов на горячей жидкости аппетита не вызывал, поэтому пришлось уступить её наглецу, а себе налить новую. Мохнатый не растерялся и, покончив с бутербродом, довольно причмокивая опустошил чашку. «Вот я идиот, я же даже не налил ему воды. Если он не сдохнет от моих забот за неделю, то я сильно удивлюсь, однако пора идти в лавку.» Енот попытался выскользнуть в дверь, но Снейп быстро схватил его за пушистый хвост, не дав юркнуть в помойку, справедливо рассудив: мыть его вечером совершенно не хочется. Вернувшись же из лавки он первым делом позвал зверька и замер прислушиваясь – а вдруг тот каким-то образом исхитрился выбраться наружу и убежал? Постоялец быстро нашелся спящим на кровати посреди развороченной спальни, откуда его как ветром сдуло, стоило Северусу пошуршать пачкой печенья. Так и потянулись их дни – Снейп кормил с утра енота завтраком и уходил на работу, а вечером спешил домой, чтобы с руганью убирать разрушенный за день дом.  Зато по ночам мохнатый шар позволял утыкаться лицом в шелковистый мех и навевал добрые сны, отгоняя своим теплом щемящее чувство. Противное ощущение одиночества никак не хотело покинуть человека, хотя он день за днем пытался говорить себе что это свобода. Наступило 25 число – день внесения арендной платы за лавку, однако сова внезапно вернулась вместе с монетами и Зельевар задумался – он ведь уже несколько дней не слышал наверху шагов Гвен. Обычно с самого раннего утра, когда он только открывал двери для первых покупателей, на втором этаже скрипели половицы, двигались стулья, что-то падало, но теперь же оттуда не доносилось ни звука. Снейп подумал, что хозяйка видимо уехала из города и сама появится за оплатой по приезду. В этот день он ударно потрудился, сварив уйму флаконов Укрепляющего зелья, так некстати закончившегося вчера и с удивлением ощутил странный сладковатый запах, витающий в лаборатории, но не придал ему особого значения - время было позднее и хотелось поскорее добраться до дома. Енот теперь радостно бежал встречать хозяина в прихожей, видимо окончательно продавшись за еду, однако по утрам не оставлял попыток выскользнуть на улицу и Снейп тщательно следил чтобы Шерстяное Недоразумение не осуществило задуманного. Сегодня этот бандит особенно постарался, уничтожая их жилище, а потому даже при помощи магии починка сломанного и прогрызенного затянулась, так что спать они отправились глубоко за полночь. Дом погрузился в безмолвие, нарушаемое лишь мерным тиканьем часов, отмеривших уже два часа ночи, когда енот настороженно дернул ушами, уловив какой-то подозрительный шум в прихожей, словно кто-то аккуратно отворил входную дверь и проскользнул внутрь, с непривычки в темноте налетев на обувницу. Он ощетинился, напряженно прислушиваясь, но хозяин спал, разметавшись на постели и ничего не замечал. В доме снова что-то скрипнуло и зверек в один прыжок очутился на груди мага, неприятно царапнув его при торможении. Северус испуганно дернулся, подскочив на кровати, хотел отшвырнуть взбесившийся мохнатый шар, но внезапно замер, услышав шаги на лестнице. Шли двое. Тяжело ступая крались они наверх в кромешной тьме, периодически замирая и прислушиваясь, осторожно нашаривая рукой стены. Зельевар, не став терять ни секунды, выскользнул из постели в  самый темный угол спальни и взмахом палочки сотворил на кровати иллюзию – со стороны казалось, что он по-прежнему мирно спит там. Шаги замерли за полуоткрытой дверью, словно непрошенные визитеры не могли решить кто первый войдет в комнату и напряженно прислушивались стоя в нерешительности. Наконец она медленно начала отворяться и, в еле освещенной уличным фонарем комнате, возникло две черных фигуры с палочками в руках. - Круцио! – с наслаждением произнес один из вошедших и Снейп узнал по голосу Нотта. - Экспеллярмус! – раздалось из темноты и палочки сладкой парочки вылетели из рук, - Инкарцеро! Веревки мгновенно опутали непрошенных гостей, не оставляя им ни малейшего шанса на сопротивление. Их потрясенные лица немало позабавили Снейпа: - Какой сюрприз, вы все же вернулись в Англию? Очень опрометчивое решение, хуже него только ворваться ко мне в дом ночью. И на что рассчитывали? - Вот ты мразь, как ты узнал что мы придем?  - выругался Амикус. - Вы лезли по лестнице как стадо кентавров, - отозвался Северус подбирая палочки, - Значит решили начать с пыток? И что же мне с вами делать? - Отпусти, мы больше никогда тебя не побеспокоим, - хрипло произнес Тиберий, пытаясь сбросить опутавшие его веревки. По лицу бывшего «коллеги» было понятно – стоит ему освободиться, как он тут же попытается взять реванш за позорный проигрыш. - Пожалуй, я не поверю в такое обещание. Что-то подсказывает мне, не совершать этой ошибки. Надо было прикончить вас мистер Кэрроу еще той зимой, когда мы так неожиданно встретились в переулке. А с вами и разговаривать не стоило, Нотт – оно с самого начала было понятно, что ничем хорошим для меня это не закончится. Экспекто патронум! – выкрикнул Северус, призывая патронуса для отправки сообщения в Министерство и пораженный замер: вместо привычной лани в воздухе захлопал крыльями большой серебристый ворон. «Что еще за поворот? У меня такой же патронус как у Анны? Или у нее такой же как у меня… сколько еще будет дальше таких сюрпризов и напоминаний?» Спустя двадцать минут, мракоборцы навсегда утащили в Азкабан от крыльца дома в Паучьем Тупике двоих столь долго разыскиваемых Пожирателей смерти. Некоторые из стражей магического правопорядка с удовольствием прихватили бы и Снейпа, считая, что ему самое место в уютной камере, но что поделать – наши желания не всегда совпадают с возможностями. Остаток ночи Северус посвятил проверке охранных чар, наложенных на жилище, которые, как ни странно, все работали исправно. По всем признакам выходило лишь одно – пришедшие узнали от кого-то адрес и смогли без труда проникнуть в дом, скрытый от посторонних. «Но кто мог выдать?  Значит в и так малочисленной компании знающих как сюда попасть завелась крыса? Что же получается – больше не чувствовать себя в безопасности по ночам? Эти двое, разумеется, не выйдут из Азкабана, но одни ли они действовали… Какое счастье, что Мохнатый разбудил меня, видимо в нем есть что-то магическое, потому и пошёл ко мне, и в спячку не собирается впадать. И чего я сразу не приманил его, когда Анна просила?»  Северус так и не появился в своей лаборатории в воскресенье, решив устроить себе выходной после бессонной ночи, а потому утром в понедельник его чуть не сшиб с ног тошнотворный аромат, когда он отворил дверь в лавку. «Кто здесь сдох?» подумал он, пытаясь успокоить рвотные позывы. Пахло действительно отвратительно – сладкий, удушающий запах гниющий плоти, какой всегда ощущается рядом с мертвым животным, несколько дней провалявшимся на солнце. Взмахом палочки он выгнал ядовитый воздух из помещения и бегло огляделся вокруг, пытаясь найти источник зловония. В лавке, в лаборатории, в подсобке – все было в порядке, но магическое проветривание помогло ненадолго – жуткий аромат словно сочился из стен, наполняя удушающими миазмами все вокруг. Отчаявшись найти верный ответ и определить источник смрада, Северус случайно посмотрел на потолок и пошатнулся от увиденного.