Ненормальные

Когда ему исполнилось четырнадцать, диагноз семейного врача прозвучал, как приговор: — Поздравляем, ваша светлость, ваш сын — Омега. Мне сообщить в дворянский реестр? Кейл запомнил лишь растерянный взгляд отца с затаенным страхом в глубинах зрачков. Запах полыни стал горше, заставляя чихать. — Нет, — голос Дерута прозвучал глухо. — он ещё слишком юн, чтобы… — голос старшего альфы сорвался. — Мы подождём. — Но ваша светлость, вы же знаете, что среди дворян омеги довольно редкое явление и… — А что мешает нам провести повторное исследование, когда Кейлу будет хотя бы шестнадцать? — Но феромоны… — Мы не так часто общаемся с другими дворянами… — То есть ты запрешь меня в графстве, отец? — раздался напряжённый голос Кейла, прерывая спорщиков. Дерут резко обернулся и увидел бледного сына, сжимающего ворот своей рубашки, словно ему нечем было дышать. — Кейл, нет, это только на время… — Я тебя понял, — бросил он отрывисто, а в голове билась только одна мысль: «Мало того, что меня заочно приписали в подстилки какому-нибудь альфе, так ещё и дома запирают» Тогда он неделю просидел в своей комнате, отказываясь от еды (ну, точнее отказывался он только один день, на следующий пришёл их повар Бикрокс и его строгому взгляду оказалось сложно сопротивляться. Как и не поверить обещанию, что его будут кормить с ложечки) тщательно штудируя всё, что связанно с Омегами. «Благословленные Природой» «Дарующие и Сберегающие жизнь» Информации было не так, чтобы много, но и этого хватило, чтобы заочно возненавидеть своё тело, которое однажды предаст его: "В определеный период тело Жизнь Дарующего, будет способно к зачатию и возжелает он пару свою.» Найти бы ублюдка, который придумал это дерьмо! Как ни странно, вытащила его из комнаты Леди Виолан. Просто ворвавшись к нему, эта холодная, строгая на вид женщина просто крепко-крепко обняла его, замершего от неожиданности, произнеся уверенное: — Дорогой, запомни, никто и никогда не будет тебя принуждать. Ничего не произойдёт без твоего согласия. — Даже если я не буду себя контролировать, когда…ну, — почти выпалил, но тут же смутился и попытался отстраниться, но его только крепче прижали к ближе. Мальчик почувствовал, как руки леди подрагивали. — Кейл, запомни, мы все-таки люди, а не безмозглые животные или монстры. Я уверена, что никакой период «Созидания» не изменит твоего рассудка. У нас у всех есть права и свобода, как и обязанности. В нашем королевстве альфы не имеют права причинять вред омегам. Альфы — Защитники, но… Альфы бывают разными. Поэтому твой отец пытается защитить тебя от… Нежелательных знакомых, которые не переминут возможности мелькать у тебя перед глазами, как только тебя внесут в «Реестр», как Омегу. — Но отец… — У твоего отца просто язык в заднице! — не выдержала Леди. — Дорогой, не держи всё всё в себе, — осторожное прикосновение к его волосам. — Мы переживаем за тебя. — Мы? — Кейл заглянул Виолан за спину, и увидел неловко мнущихся у двери Басена с Лили на руках. — Братик, ты в порядке? — в руке трёхлетней малышки был белый цветок. Кейл слабо улыбнулся **** Кейлу исполнилось шестнадцать, когда появились первые признаки приближающейся поры: он стал нервным, начал непроизвольно рычать, чувствуя неприятные запахи, начал пить алкоголь, стараясь заглушить восприятие, настроенное на поиск возможной пары, которая защитит и его и их будущих детёнышей. Дерут стремительно шагал по коридору, нервно оттягивая ворот рубашки. Рон передал со слугами, что у Кейла поднялась температура, и запах, ранее едва-едва слышный, раскрылся, являя себя во всей красе. — Милорд, — старый дворецкий выглядел неожиданно хмуро, отчего-то без перчаток, а на руке алел укус, — будьте осторожнее. Брови графа взлетели. Присутствие старшего Альфы необходимо в период взросления детёныша любого пола, будь то гон, или течка, ведь родитель одним своим присутствием успокаивал вторых, и останавливал от необдуманных поступков первых. Старшего сына в постели не оказалось, но в ванной шумела вода. — Кейл? — позвал Дерут, осторожно заглядывая в помещение. — Кейл! Его мальчик лежал в ванной, погрузившись в ледяную воду с головой. Но стоило вытащить его оттуда, так тот едва ли не взвыл от окружавшего его сладковатого запаха тимьяна. Срывающийся из-за ломающегося голоса рык, заставлял старшего альфу торопиться, чтобы закутать дрожащего от холода детёныша в одеяло, нервно оглядываясь в поисках опасности, из-за которой тот в таком состоянии. Но никого не было. Дерут только прижал сына к себе крепче, пока тот с хриплым стоном не попросил: — Отпусти. Задушишь. Но и тогда мужчина сидел рядом, напряжённый, и готовый вцепится в глотку любому кто приблизится. Этот детёныш — единственное, что осталось у него от любимой. Но с течением времени, граф успокоился, даже начал мерно перебирать алые волосы, с нежностью вспоминая свою первую жену, рождение Кейла, его детство… Но юный омега оставался напряжен, до побелевших костяшек сжимая одеяло. В воздухе пахло кислыми лимонами и горьковатым грейпфрутом. — Кейл, всё хорошо? — но тот только помотал головой, сворачиваясь в клубок под одеялом. — если у тебя что-то болит, то Рон приготовил обезболивающее, — напомнил, увидев бутылочку. Кейл закопошился, пытаясь сесть, но на помощь отца неожиданно отреагировал сдержанным рыком. — Я сам. Не трогай меня! Сам справлюсь! — и глядя в настороженные карие с алым глаза, пусть и подернутые поволокой боли и раздражения, альфа неожиданно осознал, что детёныш ему не доверяет. Он смотрит на него, как на чужака. Чужого альфу на своей территории… — Кейл? — в аромате тимьяна прорезалась горькая полынь. На что запах лимона начал перебивать аромат грейпфрута и… Гвоздики? — Кейл, — Дерут осторожно протянул руку, но тут же отдернул ее, когда юноша оскалился, сбивчито ворча. — Отдохни… Мужчина вышел и столкнулся взглядом с внимательным Рона. — Я принесу кресло, ваша светлость, — поклонился тот, пока хозяин дома стоял, закрыв глаза рукой, размышляя, когда он потерял одного из своих детенышей. С возрастом агрессия становилась всё сильнее, особенно усугублённая алкоголем. А после восемнадцати всё стало гораздо хуже… **** Кейлу двадцать и он с раздражением смотрит на гигантского плюшевого медведя, которого с лёгкостью можно было использовать вместо кресла. От которого за километр воняло древесиной и полевыми травами. — Ублюдок, — прошипел он, запустив руку в отросшие волосы (Виолан и Лили как-то обмолвились, что ему идёт, и он, по семейной традиции не спорить с женщинами по пустякам, оставил как есть). — Но прикольный же мишка, ну, — Хонг махом запрыгнул на плюшевую лапу. — И сидеть мягонько, — Раон окупировал голову игрушки. Их старшая сестра лишь покачала головой, с сожалением, глядя на раздражённого Кейла. После того светского раута не реже раза в неделю приходил курьер с подарками, насквозь провонявшиеся тем альфой, Мастером меча. Причём мало того, что курьеры разные, так ещё и подарки он подбирал… Грамотно. Красочные книги со сказками для детей, тренировочная амуниция для Лили (и откуда, скотина, узнал, что она с мечом тренируется?), дорогой писчий набор с авторучкой, который достался Басену. А уж чего стоила гигантская карта Западного континента с объемным изображением рельефа, городов и стран. Где, например, над северными государствами временами шёл снег, Путь невозврата клубился туманом, а над столицей Роан иногда вспыхивали салюты. Дети, да и не только, буквально прикипели к ней, каждый раз находя что-то новое. И как такое выкинуть? И вообще, кто сказал этому чертовому Мастеру меча, что подарки лично для себя омега давным-давно вышвырнул бы в камин? А с подарками детей приходилось мириться, чувствуя, как переплетаются между собой ароматы цитрусовых и цветов. Он заметила, что, если раньше все подарки находились в другой комнате, не в спальне, а сам Кейл каждый раз разбрызгивал у себя нейтрализатор запахов, то сейчас он даже не обращает внимание, если дети забудут какую-то книжку или игрушки с чужим запахом. Словно Кейл свыкся с ним… Но, если у него будет свой альфа, его пара, то… — … Мы будем не нужны? Кейл, до этого потирающий виски, предчувствуя приближающуюся «пору», замер, глядя на неё изумлённо: — О чем, черт подери, ты говоришь? — нахмурился он, на что серебристая кошечка лишь потупилась. — Он? — мужина подхватил ее на руки, прижимая к груди, инстинктивно пытаясь её успокоить (считается, что сердцебиение Омеги успокаивает детей). — Что случилось? — к запаху сладких мандаринов прибавился лайм с анисом, выдавая беспокойство. — Просто… — та, уткнулась носом в его шею, растворяясь в запахе, хотя, как кошке обычно ей не очень нравились цитрусовые, но Кейл…это Кейл, это другое. — Если у тебя будет пара, то вы заведете своих детёнышей, а мы… — вздрогнула, почувствовав низкое ворчание. — Никакой альфа не заставит меня отказаться от вас, — прокомментировал молодой мужчина. — А попробует… Пусть валит ко всем демонам! — чуть рыкнул, хотя голос разума твердил, что не всё так просто, раз уж этот «цветочный» Мастер меча всегда дарил подарки его младшим. Черт подери, да он попросту приучил его к своему запаху, позволяя привыкнуть к их смешению. Это заставляло напрягаться: то ли альфа настолько продуманный, то ли это просто часть ухаживаний. На первый взгляд вроде последнее, но… Мастер меча неотрывно связан с Наследным принцем, который является бетой и поэтому сам с Доминантой Омеги связан быть не может. С женщиной-бетой вполне, с женщиной-альфой, вроде Леди Розалин тоже, но у бет и омег, даже с Доминантой минимальный шанс завести детей. А королевскому роду нужны Наследники. Посему закрадывались закономерная тревога, что Доминанта Альфа действует по указке Наследного принца, чтобы склонить на свою сторону нейтральную семью Хенитьюз. — Он, ты же умная девочка, — протянул Кейл, оглядываясь на всё ещё топчущих несчастного медведя мальчишек. — Что даже если меня перемкнет на паре, боги, это даже звучит жутко… И он потребует оставить вас, а я неожиданно соглашусь, то разрешаю меня прибить, потому что по доброй воле я вас не оставлю, и воспользоваться моими письмами и завещанием с просьбой о том, чтобы мои родители за вами присмотрели, — и тихонько прошептал на самое ушко, — и, если вы согласны, можете взять мою фамилию и войти в род. Золотые глаза стали большими-большими и влажными. — Но мы же… — Мои дети, — улыбнулся тонко, поглаживая серебристую шерстку. Если бы он знал, что на нелегальном аукционе в Каро найдёт бедного, измученного драконьего малыша, то рванул бы туда в первую очередь, а не шлялся, где ни попадя, влипая во множество неприятностей. Правда, тогда он не ожидал, что чёрный дракон, что очень бодро сбежал, после уничтожения аукционного дома, разыщет его аж в Джунглях, чтобы остаться с ним. А небольшая работенка с наёмниками на Восточном континенте свела его с брошенными детьми племени Мао, мимо которых ни омега, ни маленький дракон просто не смогли пройти. И зачем ему нужен какой-то там альфа? Тем более герой… Омега и сам в состоянии защитить свою семью. Не зря же… Неважно. — Папа, — Хонг прыгал на заваленном медведе, — почитай нам сказку! — Да, человек! — Раон уже протягивал ему книжку с яркой обложкой… И явственным ароматом цветов. Вот конкретно сегодня он его бесит. Может, дело в приближающейся «поре»? Но, как бы то ни было, если так пойдёт и дальше, и этот ублюдок продолжит дарить подарки детям, то Кейл найдёт его, и всю душу из него вытрясет, чтобы узнать, что Герою Роана понадобилось от его детей! С этими кровожадными мыслями, омега лёг животом на медведя, шелестя страницами, выискивая, где они остановились в прошлый раз. Он и Хонг, в человеческом обличии, прижались к его бокам, заглядывая в книгу, когда, как Раон устроился у него на голове, разглядывая картинки Это день обещал быть тихими и мирным, пока вспышка телепортации не озарила комнату…