Ненормальные

Двое альф напряжённо застыли, глядя друг на друга. В воздухе висел горький аромат полыни и калины вперемешку с удушающим сандалом и пачули. — Вот документы, — медленно, цедя каждое слово, чтобы не сорваться, произнёс Дерут, пододвинув Грегору бумаги с отказом Ричарда от рода Фелль и о принятии его, как вассала рода Хенитьюз. Светловолосый граф так же медленно взял бумаги, чтобы спустя мгновение отшвырнуть их прочь. — Ложь! Я не принимаю этого! Ричард мой сын! И только я решаю… — Это был личный выбор Ричарда, — жёстко произнес граф Хенитьюз. — Омега… — выплюнул Фелль брезгливо. — А, то есть твой муж Анжей, который родил, как ты утверждаешь твоего сына, Омегой не был? — насмешливо вскинул бровь шатен. — Закрой свою пасть! — оскалился Грегор. — Не смей пачкать его имя! Бегаешь за своими бабами… — Я сочувствую Анжею, что он был связан с такой мразью, как ты, — оскалился в ответ Дерут. — И твоё счастье, что я не хочу пугать свою жену и детей дракой. — Как собачонка, — скривился блондин. — Если ты — слабак и не смог защитить свою пару и детёныша, то не все такие ублюдки, — рыкнул Хенитьюз. — Нет никакого урона гордости, если заботишься и бережешь свою семью. — Кто бы говорил, у самого детёныш… — выплюнул Грегор, с удовольствием наблюдая, как оппонент дёрнулся, словно от удара. — Да, я тоже виноват. Сильно виноват перед сыном, особенно, после смерти Джур, — сказал шатен тихо. — Но я никогда, ты меня слышишь, никогда не торговал своим ребёнком! Он — единственное и последнее, что доверила мне моя жена! — его голос низко вибрировал, но с каждым словом голос становился всё громче и громче, и вдруг резко сорвался на злой шепот. — А ты дар Анжея не оценил. И его под удар подвёл. Не защитил. Настоящий родитель детёныша в опасности не бросит. Я не успел, надеялся на приличия молодых, а ты просто мразь, который своими поступками убил свою пару и вынудил его сына уйти. Ты сам свой род разрушил. Даже Его Величество был недоволен твоим поведением. Ну, думаю, ты уже знаешь. А граф Фелль сидел вцепившись в подлокотники кресла побелевшими пальцами, отчего красное дерево начало крошиться. Он смотрел на разъяренного Дерута остекленевшим взглядом. Он? Он, Грегор, виноват? Что несёт этот ублюдок?! Не защитил Анжея? Да если бы его Ангел просто…просто остался в ту ночь с ним, как он и предлагал. Предлагал попытаться снова завести ребенка, отдав Ричарда в руки надёжного альфы. И глава рода Фелль даже не сразу понял почему супруг отказал, сказав, что ещё не время. И граф даже не стал принуждать его пить лекарства из Империи, надеясь на благоразумие Анжея. Это из-за Ричарда… Этот ублюдок за всё ответит. — Я хочу увидеть Ричарда. Наедине, — Грегор говорил медленно, чётко проговаривая каждое слово. — Нет, — граф Хенитьюз был категоричен. — Минимум в присутствии Кейла. — Хорошо, — выплюнул тот, странно ухмыльнувшись. Что для него приструнить двух омег, особенно, если один «Порченный»?

***

Но когда они подошли к гостинной, где находились Фредерик, Ричард и Кейл, то увидели, как Бикрокс с Чхве Ханом с совершенно невозмутимыми выражениями лиц вытаскивали плотно связанного наследника рода Фелль. На пороге комнаты стоял Кейл, стягивающий белые перчатки: — Выносите мусор, можно сразу в окно, — скомандовал он, бросая перчатки в сторону ловко подхватившего их Ганса. — Глаза бы мои эту мерзость не видели! Омега был раздражен. Это чувствовалось в резком с горечью запахе. Мало того, что пришлось звать и ждать Бикрокса, потому что даже у Кейла фантомно чесались руки, чтобы их отмыть. К счастью, ощущения ярости Доминанты хватало, чтобы гость не распускал руки. Инстинкт самосохранения все же присутствует. Но чертов бета не затыкался, поливая грязью и омег, которые просто обязаны с радостью раздвигать ноги перед всяким, кто не попросит, и альф, у которых мускулы вместо мозгов. И только беты достойны всего лучшего, ведь мозги размножением у них не забиты. Вон, как род Кроссманов. Ричард уже просто сидел на диване, закрыв лицо руками и бормотал: «боги… Какой же он дебил… Мне стыдно, что у нас хоть немного общей крови…» И лишь, когда пришли Бикрокс и, примчавшийся на всех порах, сбагривший детей волкам, Чхве Хан, этот дерьмофонтан, наконец, иссяк. Как же хорошо, что у повара всегда есть запасные перчатки. Глаз, от воплей нахального ублюдка, дергался даже у Моллана, пока Кейл, доступным конкретно этому бете способом, объяснял в чем тот не прав. Черноволосый альфа же попытался сбегать за верёвкой, но его опередил Ганс, напомнив что Мастер меча — это почти господин дома, да и вряд ли знает, где хранятся верёвки. И, пока тот переживал небольшой шок: «Господин дома… Я?.. А… Как так-то?», помощник дворецкого не только приволок веревку, но и помог Фредерика упаковать. Чхве Хану и Бикроксу оставалось лишь… Вынести мусор. — Что здесь происходит?! Жгучий запах специй заставил его замереть. Мастер меча впервые видел этого альфу, но, судя по внешнему виду тела в их руках — это граф Фелль. — А-а-а… — раздался елейный голос Кейла, заставивший остальных альф вздрогнуть и переглянуться — омега был в бешенстве. И тяжёлый, пряный запах обжигал рецепторы своей яростью. — Вот и выродок воспитавший настоящего выблядка, который спал и видел, как трахнуть собственного брата! Руки у Мастера меча резко ослабли. Причем, не только у него, учитывая, что бессознательный ублюдок в их руках упал ровнехонько на пол… Кажется, ему тоже нужны перчатки. И мыло. Много. А Кейл с хищной ухмылкой приближался к опешившему от таких откровений Грегору. Ричард осторожно выглядывал из комнаты, не желая получить очередной ментальный удар, но происходящее видеть хотелось. — Что ты несёшь? — зарычал граф Фелль, но осёкся, когда омега резко рванул к нему, и схватив за грудки сильно встряхнул. — Я? Я выношу… Ту грязь, которую ты развёл! Ты! Выродок, не достойный ни пары, ни детёнышей! Иди и ебись со своим бетой, и только сунься сюда…- он успел выставить плечо, когда Грегор попытался ударить его. Рык троих альф, их смешавшиеся запахи ярости давили на графа Фелль сильнее, заставляя его задыхаться, с яростью глядя только в каре-алые глаза напротив. — Что? Без защиты ни на что не способен, омега… Был бы в чьей-то постели и не рыпался, — только и смог оскалиться Грегор. Рычание стихло. Послышалось едва слышное: — Так… Зеду скажем, что граф Фелль покончил жизнь самоубийством. Чхве Хан впервые переглянулся с графом Хенитьюз с чувством полного взаимопонимания. Бикрокс только отвернулся, не желая видеть пятен крови на коврах. А Кейл расхохотался, нанося первый удар, и на этот раз его никто не собирался останавливать.

***

Ричард потирал ноющие после ментального удара виски. Рядом сидел Кейл и с самым злобным видом грыз печенье. К ним не рискнул соваться даже граф, предпочтя вместе с Чхве Ханом (ладно, скрепя сердце граф Хенитьюз решил, что Мастер меча все-таки довольно удобное приобретение, который тащил за шиворот сразу двоих и не запыхался) сопроводить болезненных (граф Фелль, конечно, пытался сопротивляться, но Кейл и без чьей-то помощи отделал его, как отбивную. Бикрокс оценил. Чхве Хан вздохнул, когда едва не попал под горячую руку, а ведь он просто хотел подержать ублюдка, чтобы тот не уползал) в лазарет. К еще одному омеге. Который считал большую часть альф адреналиновыми маньяками. Ну, Тому можно, он сменил трёх мужей, которые умерли из-за своей самоуверенности. Благо тогда ещё юный омега был категорически против меток, а уж став в первый раз вдовцом, так и вовсе близко к шее и сердцу никого не допускал. И он не очень-то цацкался со своими подопечными. Особенно с альфами — Если не нравится лечение, то и не хрен доводить себя до больничной койки, — ругался старик. Хотя детям всё же делал поблажки в виде конфет после невкусного лекарства. В общем испытания в доме Хенитьюз продолжались. Все-таки Деруту не хотелось выслушивать нытьё короля на тему того, что он сокращает Дворянское Собрание. И вообще, будь воля главы рода Хенитьюз, ноги бы его там не было! — Ты как? — уже вполне мирно спросил Кейл, глядя на Рика, будто и не он минут пятнадцать назад жестоко избивал человека. Скорее не человека. — Сносно, — пробурчал тот, обращая внимание на сидящего рядом омегу, и вдруг выпалил. — Вот был бы ты альфой, да даже бетой, убил бы за возможность затащить тебя в постель. — А? — кусок печеньки упал аловолосому на колени. — Ты это… Тебя знатно приложило, да? — Я серьёзно, — невесело хохотнул Ричард, — у меня впервые, в довольно нормальном состоянии, чуть не встал на омегу, особенно, когда ты выговаривал Фреду, какой он долбоеб. Я удивляюсь, как Чхве Хан ещё держится, чтобы не пометить тебя, явно же слюни многие роняют. — Обойдутся, — Кейла передернуло от отвращения, представив нескольких Альф с текущими слюнями. Фу! Мерзость. — Обойтись, может, и обойдутся, но инстинкты никто не отменял. Ты же, как бы… Свободный. Значит, можешь уйти. Или наоборот выгнать его взашей. — Да я! — вскинулся младший омега, но осекся, задумавшись. Он знал, что привлекал многих. И его это бесило. Очень. Он привык игнорировать чужое, нежелательное внимание. А если желательное? Задумался. Он привык, что Чхве Хан рядом. Он привык получать его внимание. И оно… Не раздражало. Рик верно раньше подметил, что Кейлу нравится целоваться с героем Роана. Ему нравится спать с ним рядом, потому что Мастер меча тёплый, и рядом с ним спокойно и уютно, особенно детям. Он… Привязан к мечнику? И это уже не просто «не неприятен», а… Симпатичен? Нет, как-то по другому… Неважно. Важно то, что он никогда не поступит по-свински с человеком, который был рядом в не самые лучшие времена. Но метка… Он на мгновение вздрогнул, вспомнив слюни Адина на шее, а после чуть покраснел, при воспоминании о губах Хана на его горле. Но, может, для начала стоит заменить метку чём-то равнозначным, как Том? Ричард, заметив задумчивое состояние Кейла, улыбнулся про себя: пора выводить эту парочку из ступора.