Балансир

Миша осторожно отодвинулся от настойчивых губ Андрея и нетерпеливо сел. Ему было бесконечно любопытно, что же такого странного происходит в королевстве, раз сам монарх не в состоянии справиться. — Послушай, — обратился он к Королю, — а ты не можешь, что ли, этого мистера Шока, если всё дело в нём одном, прищучить, блин, своим высочайшим повелением? Ты же король. Вот я бы… — Как? У нас не абсолютная монархия, — сокрушённо вздохнул печальный и спокойный не по годам Король. — Основная власть сосредоточена в руках Верховного собрания. — А там одни богатеи. Шок их всех купил. Они сами теперь как тени. И им важны только деньги, — презрительно сплюнул Шут пережёванную травинку. — Чарли ничего не может им противопоставить. Не так всё просто. Миха постарался запомнить, что короля зовут Чарли, хотел ещё что-то сказать, но вздрогнул и осёкся, спиной даже сквозь рубашку почувствовав горячие ладони Андрея. Щекотно дыша сзади, вплотную прижавшийся Князь спросил: — Значит, ты сбежал из замка, да, Буф? А где живёшь сейчас? — Тут в лесу есть хижина, — ответил вместо Шута Чарли. — Я прихожу к нему рано утром, чтоб никто не видел. — Тяжко быть королём, — Буф медленно расчёсывал пальцами золотисто-пшеничные волосы Короля, длинные и волнистые, — особенно, когда тебя к этому не готовили. — Да. Я ведь младший сын. Бегал всё детство с дворовыми ребятишками, радовался простым вещам, — голос Чарли слегка задрожал. — Но мне пришлось… Дымка печального молчания окутала притихших ребят. Солнце уже высоко висело в небе, пекло макушки. Мишкин живот жалобно уркнул. — Время обеда, — оживился Буф нырнул в кусты и вернулся с холщевой сумкой. Расстелил скатерть, выложил на неё вяленое мясо и сухари. — Налетайте. Миша благодарно улыбнулся и задвигал челюстями. Мясо было на удивление вкусным и душистым. Он ел и украдкой поглядывал на Князя. Миха не мог до конца поверить, что… Блять, что он каких-то полчаса назад целовался с Андреем как не в себя, и что это ему понравилось настолько, что страстно хотелось новых поцелуев, касаний, нежностей. Ёб твою, да не должно же быть так! Они оба парни, и это мало того, что неестественно, так ещё и противозаконно. Батя однажды цитировал им с Лёхой уголовный кодекс и рассказывал зачем-то про опущенных зэков. Миха перевёл заполошный взгляд на Буфа и Чарли. Буф набрал в горсть ягод, и теперь, смеясь, по одной отправлял их в рот Короля, слегка задерживая пальцы возле губ. Мишка робко предположил, что между ними тянется такая же ниточка, что связала сегодня его и Князя. И они её нисколько не стеснялись. — А меня этот ваш мистер Шок звал к себе в ученики, — громко сказал он, чтобы заглушить мысли, гудящие в голове. — Правда? Отлично! — Шут высоко подпрыгнул, хлопнул Короля по плечу и метнулся к Горшку. — Это то, что нам нужно. Будешь… — Разведчиком? Тайным агентом, ё-моё? — подхватил Миша и с готовностью поднялся. — Тогда давайте пойдём в город! Где он живёт? — Ребята, вам, наверное, домой пора? Вечереет, — остудил их пыл Король и посмотрел почему-то на Князя. Неужели посчитал его более дисциплинированным? Миха фыркнул и засмеялся. — Мы же здесь торчим целый день! — спохватился Андрей, толкая его в бок. — Мих, предки, наверное, нас потеряли. — Пацаны, мы вернёмся, обязательно, — посерьёзнел Миша. — У нас каникулы скоро, да, Дюх? Шут предупредил, что они с Чарли будут очень ждать возвращения, и вызвался показать короткий путь до дома. Нырнул в густые заросли и смело стал продираться вперёд. Миша пошёл следом, чувствуя, как Андрей пыхтит сзади, шутливо толкается, хватается за поясницу и, несмело, за задницу. Миха уворачивался и вроде бы смеялся, но его по-прежнему терзали сомнения, и он чуть ли не жалел, что поддался импульсу. Буф выбрался на поляну возле хижины, сплетённой из толстых ветвей, и поманил парней за собой под крыльцо. Там в земле, забросанный старыми перегнившими листьями, притаился деревянный люк. — Погреб, — пояснил Шут и, с трудом открыв тяжёлую крышку, полез туда. — Темно, — с сомнением глянул вниз Андрей, но Миша уже рванул вниз. — Андрюха, здесь невысоко, прыгай давай. Андрей повздыхал и скакнул следом. Мишке пришлось ловить его, и они свалились, обнявшись. Ласковые искорки Андреевых глаз успокаивали и соблазняли. — Всё, идите. Но обратно этим путём не возвращайтесь, опасно, — Шут зажёг огрызок свечи. По земляным стенам затанцевали отблики, тускло осветив низкую и массивную деревянную дверь. Парни с опаской шагнули туда и оказались в незнакомом Мише подвале. — Опа, бомбоубежище наше купчинское, — догадался Князь, разглядывая надписи на стенах, и пошёл вдоль толстых труб, — заброшенное. Мы прошлым летом тут с пацанами бухали. Вскоре они выбрались наружу, где уже светился фонарями поздний вечер, и впопыхах разбежались по домам. Миша долго ворочался и не мог уснуть. Перед глазами то и дело всплывал образ Андрея, его стройное и гибкое тело, его гладкая, блестящая от воды кожа, его губы… Миша перевернулся на бок и, не выдержав, ткнулся лицом в подушку, представляя, что целует Андрюху. По всему телу разлилась горячая тяжёлая волна и упёрлась в пах. Мишка снова заворочался, притираясь к матрасу. Кровать жалобно заскрипела, а на соседней койке закряхтел Лёша. Миха медленно выполз из-под одеяла и улизнул в туалет. Ему хватило нескольких резких движений. — Ан… — Миша поспешно проглотил шёпот, не договорив имя, протяжно выдохнул и поёжился. Возбуждение схлынуло, и стало совсем неуютно. Разве это правильно, представлять друга и делать это? Здесь, в реальном мире, всё как-то изменилось, и даже глаза Андрея приобрели прежний насмешливый блеск. Миша потерянно побрёл в ванную, а потом лёг спать. Может, всё, что было там, в сказке, — глупая ошибка, вздор? Забыть, да и всё. Или наоборот… — Андрюх, — утром в школе Миха первым делом взволнованно остановил Князя, взяв за руку. — Привет. — Здорово, — Андрюха пожал руку и тихо улыбнулся. — Мишка, не смотри на меня так. Спалимся. — Как «так»? — Будто съесть хочешь, — рассмеялся Князь. Он вёл себя по-прежнему, будто ничего не было, а Михе от такой конспирации быстро стало тошно. Разве они сделали что-то плохое, и поэтому вынуждены скрываться? Ведь нет! Но… Чёрт дери, столько «но»! Мишка отпросился с урока, и еле дождался Андрея в пустом и тихом туалете. — Князь, — Миша спрятался за последней сломанной кабинкой и не смог найти слов. Чё он вообще как девчонка-то разнылся? Распереживался, бля, тютя… Засмеёт же его Андрюха, как пить дать, засмеёт. Его, вон, вообще ничего не колышет. Ну, было и было. Он стопудово дохуя с кем целовался, чё ему страдать, да? А вот Мишка первый раз до чужого лица губами дотронулся. — Миш, — Андрей как-то сам всё понял и зашептал почти неслышно, — сегодня снова поедем туда? Смотри, какую красоту нарисовал. Он пролистал до нужного разворота. Там на берегу озера сидели, обнявшись, двое парнишек. В небе полыхал закат, и мальчишеские силуэты темнели неразборчиво, но в их позах была такая щемящая нежность, что Миха перестал себя накручивать, задержал дыхание и даже приоткрыл рот, пальцами скользя по карандашным линиям. Князь быстро-быстро поцеловал его расслабленную нижнюю губу и отодвинулся, хитро щурясь. Весь день, до конца учёбы, Миша ощущал вкус этого поцелуя, пожирал Андрея взглядом и готов был удавиться от переизбытка эмоций. Уроки закончились в третьем часу. Князь, почесав в затылке, предложил Мишке рвануть в чудесную страну вчерашним путём. Миха наплевал на то, что Шут предупреждал об опасности, и согласился. Они просочились в подвал, отошли подальше и сцепились в поцелуе. — Андрюха, ну ведь мы… — оторвался от жадных губ Миха, сорванно дыша, и спросил, здесь, в полутьме, где не видно было его смущения, — мы всё равно друзья? То есть… Бля, ну типа, есть друзья, а есть пары, а мы… — Мих, мы просто, — Андрей обхватил его плечи и легко боднул в лоб, — не такие, как все. Ты же чувствуешь это? — Да! — Михе очень понравилось такое объяснение, и он разулыбался. — Нахер этот их мир, да? У нас есть свой, и мы можем в нём все. Вот вырастем, и на нас будут равняться! Но почему мы должны скрываться-то, бля? — Потому что это наша личная жизнь, Миш, — убедительно сказал Князь и снова вернулся к жаркому влажному поцелую в засос, — и мы не хотим выставлять её, понимаешь, напоказ. — Точно, — Миша опять кивнул, ведь по-всему выходило, что Андрей говорит разумные вещи. — Чё-то, Андрюх, ты умней меня вдруг оказался. — У меня опыт, — подмигнул Князь и легко открыл дверь, ведущую в сказочный погреб. Миша скользнул за ним, прислушался и различил в тишине необычный чавкающий звук. — Дюх, тут… — он не успел договорить, потому что в руку ему чуть не вцепился кто-то страшный и лохматый. Миша онемел, отпрыгнул и попятился. Князь пытался толкнуть дверь обратно, но она не поддавалась, а кусачее существо всё приближалось. Миха зажмурился, вжался в стену, взял Князя за руку, и они вдвоём заорали «на помощь».