Издержки воспитания

Гарри еще на заре карьеры был довольно энергичным аврором. Ему, как и всем новичкам, кое-где не хватало опыта, но зато он был полон энтузиазма, упрям как баран и вдобавок обладал какой-то особой чуйкой на неприятности. «У тебя не иначе как шило в жопе», — недовольно брякал Робардс, его начальник, всякий раз, когда Гарри заваливался в отдел с синяками на пол-лица и закрытым делом. Может, он и был прав, но Гарри не принимал его слова близко к сердцу. Куда больше ему импонировала позиция старейшего из авроров, Аластора Муди, который, несмотря на почтенный возраст, все еще рвался на задержания, скакал на костыле по отделу, будто старый пират, и на каждом углу кричал про постоянную бдительность. Примерно так Гарри и представлял свою старость. С поправкой на две здоровых ноги. Так вот. Постоянная бдительность! До следующей «детско-родительской» встречи, которая должна была состояться в Хогсмиде, оставалось всего шесть дней, а личность Риддла волновала Гарри не меньше, чем в первый вечер. Поэтому сегодня, в свой выходной, он пробирался не в «Tesco» за банкой колы, а в главный офис «Ежедневного Пророка» — через служебный вход и под покровом старой мантии-невидимки.

***

— Доброе утро, Колин. Криви стоило отдать должное: он перестал вскрикивать всякий раз, когда голова Гарри возникала из ниоткуда посреди кабинета, а всего лишь вздрагивал, как испуганный авгурей, и иногда ронял из пальцев незаконченную самокрутку. — Гарри! — в голосе Колина почти не было удивления, но забавно смешивался укор с радостью от внезапной встречи. — Огр тебя дери! Его пальцы уже шарили в поисках палочки, чтобы загнать рассыпавшийся табак обратно в трубочку из газетной бумаги. Гарри подошел ближе или — с точки зрения Колина — подлетел. — Я тоже рад тебя видеть. Ты еще не скурил свой архив? Криви отрицательно замычал, обхватив губами самодельную сигарету и подпалив ее зажигалкой — забавная привычка, перенятая им у маглов. — Это из последней автобиографии Скитер, — пояснил он, стукнув пальцами по изрезанной книге. — Дрянь редкостная. Я про текст. А бумага отличная… В подтверждение этому он сделал затяжку, заставив кончик сигареты истлеть, и выпустил изо рта не меньше дыма, чем отъезжающий с платформы Хогвартс-Экспресс. — Будешь? Гарри неопределенно покачал головой. Не то чтобы он часто курил, но здесь, в закутке редактора, который Колин отвоевал себе несколько лет назад, это было своего рода традицией. Да и поучаствовать в уничтожении «наследия» Скитер он был не прочь. — Давай. Гарри присел на соседний стул, скинув наконец мантию-невидимку. Карие глаза Колина вспыхнули почти с детским энтузиазмом, и он, не вынимая изо рта сигареты, принялся крутить новую. Глядя на то, как возмущенная черно-белая Рита Скитер, пытающаяся сбежать с фотографии, закатывается в слой табака, Гарри одобрительно фыркнул. Сейчас было странно осознавать, что когда-то они не ладили. Точнее, не ладил он, а Колин просто был гиперактивным и очень впечатлительным первокурсником, которого так взбудоражили истории о мече Гриффиндора, свалившемся на голову Гарри, и оставшийся от этого шрам, что он весь год бегал за ним с фотокамерой и просил автограф. Но потом у них нашлись и общие интересы. — Под кого копаешь на этот раз? — спросил Колин, протягивая ему самокрутку. — Это же не кто-то из Визенгамота? Колин горел интересом ко всему, что было связано с поимкой преступников. В школе он состоял в подпольном дуэльном клубе, участвовал в «восстании» против Амбридж и даже собирался вступить в ряды сопротивления Темному Лорду (о чем Гарри теперь старался не вспоминать), а после выпуска — устроился криминальным фотографом в «Ежедневный Пророк». Только теперь, пройдя путь до редактора колонки с оперативной хроникой, старший Криви хотя бы сидел на месте, но всегда был рад поучаствовать в каком-нибудь тайном расследовании. — Мгм, — Гарри медленно затянулся, чувствуя в горле приятный жар, и выдохнул небольшое облачко дыма. — Том Марволо Риддл. Сможешь что-нибудь на него найти?

***

Если Гарри всегда пугал Колина внезапными появлениями, то Колин в свою очередь приводил его в ужас объемами так называемого «Архива» — внушительной коллекции газет и журналов, собранной исключительно силами братьев Криви и чудом помещавшейся в ящиках редакторского стола. Не считая реального Печатного Архива в Отделе тайн, куда нужен был специальный допуск, архив Криви был самым огромным в Лондоне. — Том Риддл… Том Риддл… — еле слышно бормотал Колин, склонившись над одним из своих бездонных ящиков и сосредоточенно пожевывая конец самокрутки. Под его ладонью с зажатой палочкой шелестела бесконечная вереница газет, из которой то и дело выскакивали отдельные выпуски. Их было много, действительно много, гораздо больше, чем когда они пытались нарыть компромат на Амбридж, но…

«ЛЕГЕНДАРНЫЙ ПРОРЫВ В МАГИЧЕСКОЙ ДИАГНОСТИКЕ!»

Гарри наскоро пробежался глазами по аннотации, занимавшей четверть первой страницы, и со вздохом отбросил газету в сторону.

«ПРОБЛЕМЫ И РЕШЕНИЯ В ЛЕЧЕБНОЙ ТРАНСФИГУРАЦИИ»

Шестой по счету выпуск «Трансфигурации сегодня» отправился в кучу, где уже валялось несколько «Проблем чароведения», дюжина «Вестников лекаря» и одинокий «Практикум зельевара».

«НЕ ЛУЧШЕ МАГЛОВ: СТАРШИЙ ЦЕЛИТЕЛЬ «МУНГО» О НЕРАСКРЫТОМ ПОТЕНЦИАЛЕ МАГИЧЕСКОЙ МЕДИЦИНЫ»

Туда же.

«ФОНД ПОМОЩИ РОЖЕНИЦАМ: ИНТЕРВЬЮ С БЛАГОДЕТЕЛЕМ»

— Да не может такого быть! — Гарри, не выдержав, подскочил с места и принялся расхаживать вдоль стола. — Это чушь какая-то… Если верить каждой статье, Том Марволо Риддл был первооткрывателем огромного количества заклинаний, гениальным врачом, основателем благотворительных фондов, меценатом приюта для волшебных детей… — Ну прямо ангел во плоти или перерождение великого Мерлина! — возмущенно процедил он, выхватив из воздуха новый выпуск, и тут же фыркнул. — Помяни лихую. Кавалер Ордена Мерлина второй степени! А почему бы не первой?! Колин одарил его сочувствующим взглядом. — Может, Риддл в самом деле неплох?.. — осторожно предположил он. — Сам посмотри: он умный, сильный, известный… — Известный? — Гарри казалось, что еще немного, и у него разболится голова от этого Риддла. — Ну, то есть, да, разумеется, он известный: его статьи разве что «Ведьмополитен» не выкладывает. Но почему я о нем ничего не знаю? Колин пожал плечами. — Потому что ты не интересуешься медициной? — Ну… Гарри взъерошил волосы. Допустим, это был его промах: он действительно не вникал в целительство глубже, чем того требовала обязательная аврорская подготовка. Он знал антидоты к ядам, пару лечебных чар и мог дотащить свою задницу до целителя раньше, чем истечет кровью. Этого обычно хватало. Для всего остального у них в отделе был Снейп. — Ладно, твоя взяла, — нехотя согласился Гарри, садясь обратно на стул. — Но что мне с того, что он весь такой блистательный? — Он никого не напоминает тебе? — глаза Криви снова заблестели энтузиазмом. — Ну… — Гарри ненадолго задумался, — Локхарта? — Дамблдора! — нетерпеливо воскликнул Колин. — Я говорил о Дамблдоре! — Мхм. Гарри неуверенно потарабанил пальцами по куче газет. Сравнение с Локхартом было все-таки неуместным: тот был глупым и тщеславным лентяем с красивой улыбкой, присвоившим себе множество чужих подвигов и лишившимся мозгов из-за собственного отскочившего заклинания, а Риддл казался… умным. Или даже пугающе гениальным. Опасным. Но сравнивать его с Дамблдором?! — Лучше бы ты предложил Гриндевальда. Колин в удивлении распахнул глаза. — Он настолько тебе не нравится? Определенно нет, но Гарри брякнул первое, что пришло в голову, лишь бы не думать о том, что Дамблдор тоже был гением и мог представлять опасность для среднестатистического волшебника, если бы хотел этого. — Я встречался с ним лично, Колин, — сердито отрезал Гарри. — И мое аврорское чутье говорит, что он замешан в чем-то дурном. И он, кстати, сильно не ладит с Дамблдором. — Оу… — Криви сдулся и неуверенно почесал подбородок. — Ладно… Из ящика вылетел какой-то новый пестрый журнал, и, поскольку Гарри уже растерял весь интерес к чтению, Колину наконец-то удалось поймать его раньше. — О, — взбодрившись, произнес он, — может быть, это то, что ты ищешь? Гарри без особого энтузиазма протянул руку и повернул цветастую обложку лицом к себе. На ней красовался оживленный портрет — не то карикатурный, не то нарисованный каким-то любителем-энтузиастом, — в котором угадывались риддловские черты: острые скулы, черные кудрявые волосы, алые словно кровь глаза, но присутствовали и некоторые авторские детали. К примеру, когти и большие клыки, которыми нарисованный Риддл яростно впивался в первую букву заголовка:

«ВАМПИР ПОД ПРИКРЫТИЕМ: ТОМ РИДДЛ ПЬЕТ КРОВЬ ПАЦИЕНТОВ И ПОЕДАЕТ ПЛАЦЕНТУ»

Гарри моргнул медленнее обычного и поднял взгляд выше. «Придира», — сообщил ему витиеватый шрифт в самом верху обложки. Гарри запрокинул голову и застонал вслух.

***

Следующей точкой соприкосновения с Риддлом был Дамблдор, и как бы Гарри ни хотел оттянуть эту встречу, — ведь директор ясно дал понять, что желает их примирения, — ему пришлось признать, что без этого разговора он не сдвинется с места. А он просто обязан был знать, что не так с этим чертовым главой Мунго. — Почему мы с Томом враждуем? — удивленно переспросил Дамблдор, великодушно согласившийся принять его еще раз. — Да, сэр. Гарри отхлебнул чай из чашки, ощутив теперь прилив неуверенности: почему директор говорил это так, будто он спросил что-то неожиданно глупое? Что-то вроде: «А вы правда ненавидите лимонные дольки, сэр?». — То есть… эм, если это не какой-то секрет… Хотя он бы предпочел, конечно, чтобы у Дамблдора не было никаких секретов от него касательно Риддла. И, если на то пошло, он отлично хранил секреты. — Хм, — Дамблдор улыбнулся каким-то своим мыслям и тоже сделал глоток из чашки, — Не могу сказать, что у меня или Тома совсем нет секретов, но кто не имеет их? Тем более, что я знаю его давно… Но, боюсь, мы ввели тебя в заблуждение, Гарри: между мной и Томом совершенно точно нет никакой вражды. Гарри ошалело моргнул: ну не собирался же Дамблдор внаглую врать ему?! — Сэр… вы уверены в этом? — Конечно, — Дамблдор слегка наклонился вперед, взглянув на него поверх очков-половинок. — Дружеские подколки — не более. — Альбус, при всем уважении, но я уже давно не школьник, которого легко провести! — Гарри нетерпеливо подскочил с места. — Я чувствовал его магию. Он очень силен и опасен! — Как и любой маг близкого ко мне уровня, — спокойно возразил Дамблдор. — Дело ведь вовсе не в силе, Гарри, а в том, как мы применяем ее. — Да-да, важен только наш личный выбор, я помню, — отмахнулся Гарри, бросив угрюмый взгляд на Распределяющую Шляпу, пророчившую ему карьеру на Слизерине. — И, по-вашему, Риддл сделал свой выбор правильно? — А, по-твоему, медицина не стоит его внимания? — небесно-голубые глаза Дамблдора сверкнули из-под очков. — Вы знаете, что я спрашиваю вас не об этом. Гарри скрестил руки на груди и нахмурился, пытаясь противостоять пронизывающему взгляду директора. Довольно сложное дело даже для аврора с солидным стажем, но он продержался десять секунд, двадцать, тридцать… и Дамблдор наконец со вздохом опустил взгляд, скрыв его за очками. — Не сразу, но в конце концов — да. Старый маг вздохнул снова — в этот раз виновато, — и с тихим звяканьем поставил чашку на стол. А затем поднял на Гарри усталый взгляд. — Честно признаться, я надеялся, что Том заинтересует тебя, но вовсе не таким образом… Это был не тот ответ, которого ожидал Гарри, а разочарованный тон директора окончательно сбил его с толку. Он неуверенно качнулся на месте и снова сел в кресло. — В каком смысле, сэр?.. Дамблдор окинул его внимательным взглядом, будто решая, рассказывать ему что-либо или нет, но затем все же заговорил. — Том не простой человек, как ты, наверное, уже понял, но и не плохой тоже. Он совершал ошибки по юности и с того времени сполна за них расплатился. Пусть некоторые из них и преследуют его до сих пор. — Это как-то связано с его цветом глаз, сэр? — спросил Гарри, пытаясь ухватиться хоть за какую-то ниточку: кусочки информации, из которых он надеялся составить картину, пока что складывались только в мутное и таинственное пятно. Дамблдор внезапно нахмурился. — Это очень личная тема, Гарри, и с моей стороны будет крайне невежливо сейчас о ней говорить, — строго ответил он. — Но если тебе интересно, ты можешь спросить это у Тома, когда будет возможность. — Я уже спрашивал, — нахмурившись, возразил Гарри. — И он мне ничего не ответил. Дамблдор взглянул на него с лукавой улыбкой. — Ты ведь понимаешь, что это не то, о чем я тебе говорю? Гарри уткнулся глазами в чашку: там в медленном танце кружились чайные листья, раскрывались и съеживались цветочки размером с ноготь. Картина была умиротворяющей, но сам Гарри не любил бесцельно кружиться там, где можно было пойти напролом. — Зачем вы нас познакомили, если не для того, чтобы я копался в его грязном белье? Дамблдор усмехнулся, выглядя позабавленным, и поманил жестом плавающий заварник, подливший им еще чаю. — В первую очередь для того, чтобы как-то справиться с бурей, накрывшей наш первый курс. Гарри неловко пересел в кресле: ну конечно же это дети. — Джеймс не доставляет вам много проблем? — Пока что не больше, чем в их с мисс Риддл первую выходку, — заверил Дамблдор. — Но я все еще жду вашей совместной работы с Томом. А что до других моих целей… Гарри вновь обратился в слух. — Скажем так, Том уже довольно долгое время не может сдвинуться с мертвой точки, пусть сам, скорее всего, и не замечает этого. Меня это беспокоит, и я полагаю, что ему не хватает другого взгляда на мир. — Моего взгляда? — Именно, Гарри. И тебе, в свою очередь, тоже есть чему у него поучиться. — Вам Шляпа, случайно, не предлагала поступить на Слизерин? — фыркнув, произнес Гарри. Дамблдор улыбнулся. — Нет, но, даже на мой гриффиндорский взгляд, ваше с Томом сотрудничество будет взаимовыгодным. «Если мы не убьем друг друга в процессе…» — подумал Гарри, но вслух высказал свое недовольство только унылым вздохом.

***

В понедельник утром аврор Поттер с грозным видом стоял над столом в своем кабинете с пером в руке, готовый поставить крест на чьей-нибудь жизни. В первую очередь на своей, потому что дата встречи с Джеймсом и Риддлами неминуемо приближалась, а он все еще не нашел ни крупицы компромата на Риддла-старшего. Был ли он в самом деле опасным магом? Или этот блестящий Риддл — очередной зазнавшийся сноб, с грязным бельем в шкафу? И то, и другое имело смысл после размытых намеков Дамблдора. Конечно, тот же Дамблдор попросил его не копать под Риддла, но у Гарри была своя голова на плечах. И он из принципа хотел сперва узнать правду, а потом уже решать — схоронить ее или направить в суд. Итак, что за эти выходные у него получилось найти на Риддла? Цепкий взгляд Гарри прошелся по столу с разложенными зацепками: бумажками с информацией, которую ему удалось узнать. «Ошибки юности». Означало ли это, что Риддл что-то натворил в школе? И, если так, насколько значимыми были его проступки, если за них его не отчислили? Стоило ли расспросить об этом профессоров? «Это уже попахивает какой-то профессиональной педофилией… — Гарри потер переносицу под очками. — Нахрена тебе его детство?» Но, может, Том Риддл оступился позже? Уже после выпуска? Это отсылало Гарри к газетам Архива Криви… «Колдомедик», «Графоман», «Лауреат кучи премий». И лежавшая отдельно бумажка — «Вампир». Гарри со вздохом опустился в рабочее кресло. Позор. Его личный провал в качестве натасканной на мерзавцев ищейки. Неужели его интуиция дала сбой? Тем не менее в небольшом блокноте, над которым до сих пор висело его перо, появилось две записи: «Вампир» и «Мудак». Подумав, Гарри вписал туда еще и «Друг Дамблдора». Этот пункт, конечно, не вязался с двумя предыдущими, но… Его мозговой штурм прервал аккуратный стук в дверь, заставивший Гарри одним махом собрать все бумажки в кучу и захлопнуть блокнот. — Мистер Поттер? — послышался знакомый голос из коридора, после чего дверь слегка приоткрылась и в ней показалось лицо Гермионы. — Гарри? — О, эм, привет, Миона?.. Гарри удивленно моргнул. Они, конечно, оба работали в Отделе магического правопорядка, но в разных подразделениях: Гарри ловил преступников, а Гермиона — экспериментаторов, решивших модифицировать магловские приборы без официального допуска. И поэтому они редко находили время, чтобы встретиться вне обеденных перерывов и выходных. И даже если у них каким-то чудом получалось выкроить пару минут на кофе или хотя бы чай, это никогда не случалось утром. И не по понедельникам. И уж точно не в понедельник утром. — Что-то случилось? — Случилось ли что-то?! — дверь распахнулась шире, впуская подругу внутрь, и тут же закрылась снова. — Гарри Джеймс Поттер, я надеюсь, ты шутишь! Гарри почувствовал растущее беспокойство. — Насчет чего?.. — Случилось! Конечно, случилось, Гарри! — Гермиона взволнованно всплеснула руками. — Ты отправил Джеймса в Хогвартс и ни слова не написал об этом! Гарри ошарашенно замер. — Ох. О, черт. — Рон собирался отправить тебе громовещатель, я еле отговорила его от этого… — продолжала говорить Гермиона, но приостановилась, заметив его замешательство. — Гарри, ты что, в самом деле просто забыл об этом? — Я… э-э… — Черт! Черт! Он так увлекся этим гребанным колдомедиком, что забыл написать друзьям?! — Просто… Гермиона, нахмурившись, окинула его кабинет цепким взглядом. — Гарри, ты же не ночевал на работе все выходные? — Что?! Нет! С чего ты взяла? — Гарри, не делай вид, что такого никогда не было. Я ловлю тебя за переработками как минимум раз в неделю. — Это потому, что ты сама не уходишь вовремя, — парировал Гарри, но безрезультатно: с выбранного курса подругу было уже не сбить. — Так ты все же работал? — Я был дома, клянусь! — воскликнул Гарри. — Ну… то есть не совсем дома… но и не в Министерстве! — он поднял руки в защитном жесте, но затем опустил их и устало вздохнул. — Просто… с Джеймсом… с его распределением все прошло не так гладко. Лицо Гермионы из сердитого мгновенно стало взволнованным, но затем, что-то обдумав, она скептически изогнула бровь. — Джеймс что, поступил на Хаффлпафф? — Нет. — Рейвенкло? — Нет. — повторил Гарри. — И нет, — отрезал он прежде чем Миона успела назвать последний из «нежелательных» факультетов. — Джеймс вообще не участвовал в Церемонии. — Чт… Гермиона открыла рот, но звук так и не покинул до конца ее легкие, а взгляд на секунду расфокусировался. Гарри мог видеть, как бешено вращаются мысли в ее мозгу. Наконец, она, видимо, прикинула все возможные варианты, но так и не нашла ответа на свой вопрос. И поэтому задала его шепотом. — Что?! Гарри со вздохом вытащил из кобуры палочку и подозвал заварник и пару чашек. Видимо, утром этого понедельника они все-таки попьют чай. — Боже мой, не могу поверить! — взволнованно воскликнула Гермиона. — Джеймс действительно подрался с девочкой прямо посреди Церемонии? Гарри кивнул, подливая себе в чай сливки. — С применением магии?! — Да. — Боже мой… — Миона откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. — О чем они думали?! — Ну, Джеймс всегда был прямолинейным и немного вспыльчивым, — в защиту сына произнес Гарри. — Как и я. — Но ты же не стал драться с Малфоем на нашем распределении! — Да, но он в свои одиннадцать и в подметки этой маленькой бестии не годился. Выглядит милой, но как откроет рот… — Но это не повод браться за палочки! — воскликнула Гермиона и чуть тише добавила: — Хотя бы не в первый день и не на глазах у всей школы… Гарри фыркнул, повеселев: да, они с Малфоем, если и договаривались о дуэлях, по крайней мере назначали их на время отбоя. Если бы Хорек еще приходил туда… — Это просто невообразимо! — продолжала сетовать Гермиона.— Хорошо, что вы отделались только этим проектом с… а кто, ты говоришь, отец этой девочки? Гарри не говорил. Это имя за последние дни уже набило ему оскомину. — Риддл. Том Риддл. — Кто?! Гермиона выпустила из пальцев ложку, которой мешала чай, и та оглушительно зазвенела в тишине кабинета. — Ой, — Гарри раздраженно потер переносицу, — только не говори, что ты тоже его поклонница… — Стой, стой, — Гермиона, напрочь забыв о ложке, наклонилась к нему, — ты говоришь о том самом Риддле?! — Э-э… да, наверное, — Гарри неловко повел плечами. — Гениальный лекарь, кавалер Ордена Мерлина и все такое… Гермиона, к его ужасу, восторженно пискнула, прижав ладони к губам — прямо как маленькая двенадцатилетняя девочка. — Боже мой, ты встречался с ним лично! — Да, — недовольно проворчал Гарри, — и причиной этому, если ты вдруг забыла, была драка моего сына и его дочери. Кстати, он такой же невыносимый, как и она. — Нет-нет, ты что-то путаешь, — возразила Миона. — Мистер Риддл очень образованный и вежливый человек… — Тебе-то откуда знать! — воскликнул Гарри, совсем потеряв терпение. Гермиона нахмурилась и села прямее в кресле, приняв довольно серьезный, если не грозный, вид. — Вообще-то я много с ним консультировалась по поводу модификационных патентов на магловское медицинское оборудование, поскольку он едва ли не единственный маг, одинаково хорошо понимающий тонкости волшебной и магловской медицины, а также разбирающийся в юридической стороне… Гарри прервал ее монолог обреченным вздохом. — Да-да, я в курсе, последнюю пару дней я только и делаю, что читаю, какой он блистательный. — Последнюю пару дней? — подозрительно переспросила у него Гермиона. — Ты что, досье на него собираешь? — Ну, да… — Гарри сделал вид, что очень занят разглядыванием чаинок в чашке. — Эй! Не надо так на меня смотреть! Я не могу работать с человеком, о котором ничего не знаю — даже если речь идет о школьном проекте! — Гарри, — подруга медленно выдохнула, — я понимаю, что твоя паранойя помогает тебе в работе, но ты не можешь собирать досье на каждого человека, с чьим ребенком подерется твой сын. — Да дело не в этом! — Гарри раздраженно провел рукой по макушке. — Веришь мне или нет, но он невыносимый и заносчивый… — гандон, — сноб, с которым просто невозможно находиться в одном кабинете! Гермиона выглядела совсем сбитой с толку, беспорядочно постукивая ногтями по гладкой столешнице и рассеянно глядя в заколдованное окно. — Не знаю, Гарри… — наконец сказала она. — Мне кажется, ты все-таки ошибаешься, но я в любом случае общалась с ним только в письмах. Может, если ты так хочешь что-то выяснить про него, тебе стоит поговорить с кем-то, кто знает Риддла лично? — Я уже пытался говорить с Дамблдором. — Нет-нет, я не про него! — возразила Миона. — Хотя это тоже, наверное, неплохой вариант, но я говорила о Снейпе. — О Снейпе? — Гарри недоуменно нахмурился. — О нашем Снейпе? — Да, Гарри. Он хоть и относится к Отделу магического правопорядка, но он лекарь, и фактически его начальник — Том Риддл. — О. Об этом Гарри по какой-то причине до сих пор не задумывался. Может быть, потому что уже давно причислил угрюмого лекаря к Аврорату. Может быть, потому что хотел его видеть еще меньше, чем Риддла. Но на войне хороши все средства. — Я… об этом подумаю, — наконец согласился он.

***

Вероятно, это был первый и единственный день, когда аврор Поттер, чьей ноги обычно не было в кабинете их штатного колдомедика, — если только ее не приносили туда отдельно от тела, — самолично распахнул дверь, заставив Северуса Снейпа вздрогнуть и впериться в него неверящим взглядом. Который, впрочем, вскоре перешел в раздраженный. — Поттер? Девять утра, куда вы успели вляпаться?! — Никуда, я в полном порядке, — Гарри неловко пожал плечами и прикрыл дверь. — Я просто хотел… эй, что вы делаете?! Он не успел моргнуть, как в него ударило несколько заклинаний: к счастью, похоже, диагностирующих, а не боевых. — Вас отравили? — строго спросил Снейп, ведя палочкой от его макушки к носкам ботинок. — Прокляли? — Что?! Нет! — Вы получили какие-то внутренние повреждения? — Нет! — Ваш разум контролируется извне? — Нет!!! Снейп указал палочкой на чистый листок бумаги, над которым парило черное воронье перо, и нетерпеливо схватил его, как только на нем проявились символы. — Странно… — на тон тише пробормотал он. — Должно быть, это какие-то сложные многоуровневые чары, недоступные первичному уровню диагностики… — Снейп!!! — не выдержав, гаркнул Гарри. — Я. В полном. Порядке. Лекарь, вздрогнув, оторвал взгляд от листа. — В самом деле? — губы Снейпа изогнулись в кривой усмешке. — Поттер, не смешите меня. Вы, должно быть, как обычно, соизволили заглянуть сюда, когда были на пределе собственных сил, и теперь не помните, зачем приходили. Или вас заставили это забыть. В любом случае не волнуйтесь… — маг вновь направил на него палочку, — у такого мага, как я, это не займет много времени… — Хей! — Гарри увернулся от направленного в него заклинания. — К вашему сведению, я все помню! — Поттер, не препятствуйте диагностике! — Снейп послал в него новое заклинание, от которого Гарри, выхватив палочку, закрылся щитом. — Сев! Чертов ты параноик! Ты слушаешь, что я говорю?! Лекарь остановился, оценивающе разглядывая его. — Хм-м… реакция в норме… — И все остальное тоже! — рявкнул на него Гарри. — Взгляни, на мне ни царапины! Он на мгновение отвел щит, но тут же закрылся им снова: мало ли. К счастью, заклятий больше не прилетело. Лицо Снейпа стало задумчивым. — Тогда что вы здесь делаете? Гарри со вздохом отменил заклинание. — Поговорить! Я, черт возьми, собирался просто поговорить с тобой! Снейп снова посмотрел на листок, исписанный данными диагностики, потом — обратно на Гарри, и наконец скептически изогнул бровь. — А, по-вашему, нам с вами есть о чем разговаривать? Гарри на мгновение возвел глаза к сверкающему белизной потолку, а затем с ехидной усмешкой дернул бровями. — Да. Должен же ты сливать куда-нибудь излишки собственной желчи? И без того черный взгляд Северуса стал темнее на тон. — Не помню, чтобы мы переходили с вами на «ты», — сердито процедил он и взмахом палочки сжег листок с диагностикой. — Говорите, что вам нужно, и не отнимайте у меня время. Гарри неуверенно качнулся на месте, но затем сделал шаг вперед: если уж прыгать в пасть мантикоре, то с головой. — Я хотел спросить про вашего начальника. Что вы можете рассказать о нем? — Поттер, вы ударились головой? Или так хорошо отпраздновали поступление сына в Хогвартс, что совсем ничего не помните? — проворчал Снейп, скривившись. — Робардс и ваш начальник тоже. — Откуда вы… — хотел было возмутиться Гарри, но вовремя оборвал себя; конечно, Снейп знал о том, что его сына приняли в Хогвартс: все-таки они близко общались с бабушкой Джеймса, то есть его, Гарри, матерью. — И я спрашиваю вас не о Робардсе, а о Риддле. Снейп застыл на мгновение. — О мистере Риддле? — Да. Снейп недоверчиво наклонил голову. — Я удивлен, что вы заинтересовались его персоной. Помогаете миссис Грейнджер-Уизли с ее работой? — Нет, — серьезно ответил Гарри, — это мой личный интерес. — Вот так… — недоверия в глазах лекаря не убавилось, но появился огонек интереса и чего-то еще, что Гарри не мог определить с ходу. — Что же вы хотите о нем узнать? — Все, что вы можете рассказать мне, сэр. Вы с ним давно знакомы? Гарри попытался говорить как можно учтивее. Возможно, он немного запоздал с этим, ведь они уже успели поцапаться, но лучше поздно, чем никогда, если хочешь получить информацию. К счастью, Снейп, похоже, простил ему его дерзость. — Довольно давно, — спокойно подтвердил он. — Что он за человек? — Выдающийся. Мало кто способен достичь тех же высот в стольких областях магии, что и он. Вам, к примеру, такое даже не светит. Гарри недовольно нахмурился, но порадовался, что здесь хотя бы обошлось без восторженного писка и дифирамбов. Как бы вообще выглядел по-девчачьи пищащий Снейп? — Не сомневаюсь, — фыркнув, ответил Гарри, чем вызвал еще один недоуменный взгляд со стороны лекаря. — Но я не слышал, чтобы он был силен в чем-либо, кроме лечебной магии… Гарри немного лукавил: он помнил, что Риддл писал статьи по трансфигурации и разрабатывал зелья, но такого рода вопросы обычно стимулировали допрашиваемого рассказать больше. Глаза Снейпа ожидаемо вспыхнули… но не с интересом, как сначала подумал Гарри, а с ехидством. Лекарь выдержал паузу, прокрутив палочку между паучьих пальцев, и криво улыбнулся ему. — Вы снова гоняетесь за Волдемортом, Поттер?

***