Одержимость

Жизнь Вивьен превратилась в один сплошной «день сурка». Сначала, она проживала его в подвале дома Гленна Ариаса. Несколько раз пыталась разнообразить своё пребывание в заключении попытками избавиться от цепи. Не желая мириться с участью нападала на охранника, который приносил ей завтрак/обед/ужин, сменную одежду и прочее, но разряд электрошокером от того же охранника моментально сбивал с неё спесь. А затем она сдалась… Целыми днями просто лежала в своей кровати, либо спала, либо остекленевшим взглядом изучала каменный потолок. Не было больше слёз, истерик, она перестала думать о побеге, казалось, перестала чувствовать вообще что-либо. Сам Ариас, до этого наведывавшийся чуть-ли не каждый день, за эту неделю не пришёл ни разу, чему Холмс была несказанно рада. Во все предыдущие визиты он слишком много говорил, пытался угрожать, или же наоборот мотивировал тем, что включал записи с голосами её друзей. И если по началу у него получалось привлечь её внимание, то со временем она научилась это контролировать, старалась не реагировать ни на что. Лишь когда из колонок звучал голос Леона, непроизвольно пальцы сжимали наволочку, а в душе всё сжималось, напоминая, что не все чувства в ней умерли. Вивьен скучала по нему безумно сильно. И, возможно, держалась только за крупицы надежды когда-нибудь вновь с ним увидеться, услышать его голос вживую, посмотреть в такие родные, любимые голубые глаза и ощутить тепло его объятий. Может, она провела в этом подвале неделю, а может и две или три. Она перестала считать. И в один из дней Ариас всё же посетил её. — Прости, милая, были срочные дела. Вивьен даже не обернулась, лёжа к нему спиной и усердно притворяясь спящей. — Мы снова без настроения? Мне сказали, что ты ничего не ешь. Это правда? — Мужчина прошёлся по комнате и присел на край кровати. Ответом ему снова послужила тишина. — В такой обстановке у меня бы тоже аппетит пропал. — Он обвёл взглядом подвал и переведя его на Вивьен, уложил ладонь на её талию. Холмс с трудом подавила желание отстраниться, ощутимо напрягаясь. — Моя вина. Ты слишком долго находишься в этих стенах… Её глаза распахнулись, но сама она по-прежнему не шелохнулась. Ариас взял её ладонь в свою и, мягко водя по ней большим пальцем, вставил ключ в замок на железном браслете и повернул его. Следом Вивьен ощутила долгожданную свободу и тут же оторвала голову от подушки и развернулась к мужчине. С подозрением переводя взгляд с него на свою руку, она вырвала ладонь из его хватки и тут же уселась на постели, потирая запястье. — Что тебе нужно? — Она так долго ни с кем не разговаривала, что сейчас с трудом узнала свой собственный голос. — Ты прекрасно знаешь, что, Вивьен. — Ариас пожал плечами, убирая ключ в карман брюк, а затем поднимаясь с кровати. — Ты больше не пленница, можешь спокойно передвигаться по дому и придомовой территории. — Тебе нужно поработать над пониманием значения некоторых слов. — Она не двинулась с места, только испепеляя мужчину взглядом. Он вздохнул, возведя взгляд к потолку, а затем с ухмылкой вернулся к Вивьен. — Мы обсудим твои прогулки чуть позже, милая. А сейчас поднимайся, я покажу тебе твой новый дом. — Я тебе не собака! — Зло процедив это, Холмс подтянулась выше на кровати. — И никуда не пойду. Мужчина стиснул зубы с такой силой, что на его скулах заиграли желваки, в глазах блеснул не добрый огонёк, однако он постарался улыбнуться, что вышло весьма натянуто. — Либо ты встанешь и пойдешь сама, либо… — Что? Ударишь? Да хоть убей прямо здесь и сейчас, это будет лучшим исходом. — Она поднялась на колени, собирая остатки своих сил и самолюбия, не сводя с Ариаса всё того же горящего ненавистью взгляда, и продолжала шипеть, точно змея. — Как бы ты не изворачивался, ублюдок, что бы не делал… Никогда ты меня не получишь. Последнее слово она отчеканила по слогам, без тени страха, едва склоняясь вперед, к мужчине, и неотрывно глядя в его серые глаза. Это было её ошибкой. В следующую же секунду её сбил с колен сильный удар по лицу и, перекатившись на кровати, Холмс свалилась на каменный пол. В этот раз Ариас рассек ей скулу, но на этом не остановился. Быстрым шагом обойдя кровать, не давая возможности прийти в себя, он грубо схватил девушку за шею сзади и с силой сдавливая, поднял и развернул к себе лицом. — Ты либо моя, либо ничья. Третьего не дано… — Его глаза лихорадочно блуждали по её лицу, а пальцы сильнее стискивали шею, заставляя Вивьен поморщиться от боли. — А теперь заткнись, встань и иди за мной. Иначе я выволоку тебя отсюда силой и забуду о своём обещании не трогать твоих возлюбленных друзей и пущу их в расход первыми. Холмс несколько секунд молчала. В груди снова всё сжалось при упоминании близких ей людей, глаза наполнились слезами, но она не позволяла им скатиться. Подавшись чуть вперёд, стиснув зубы, прожигая его взглядом, она процедила: — Катись к чёрту. Мужчина разозлился не на шутку. Наотмашь ударив по лицу, он выпустил её из хватки, а затем, уперев руки в бока, отошёл от девушки. — Сука. — Сорвалось с его губ с каким-то нервным смешком, и мужчина опустил голову. — Я же по-хорошему с тобой хочу, а ты… Ариас вновь подошёл к успевшей приподняться Вивьен, нанося удар ногой по ребрам, снова сбивая её и выбивая резкий, хриплый выдох из лёгких. — Неблагодарная. Тварь. Следующие удары он наносил куда придётся: живот, грудь, голова. Мужчина буквально забивал Вивьен под кровать, и пресекал все попытки закрыться, хоть как-то защититься от беспощадного шквала его злости. «Объяснение» было весьма сильным и доходчивым. И всё, о чём она сейчас мечтала — умереть, или хотя бы отключиться. И наконец вселенная её услышала, утягивая Вивьен в блаженную тьму.

***

Очнулась Холмс уже совершенно в другой постели и в другой комнате: светлой, с большим, во всю стену окном и уютно обставленной необходимой мебелью. Девушка подняла голову, осматривая себя: её обнажённое, покрытое синяками тело прикрывала лишь простынь. Придерживая её рукой, она хотела было приподняться, чтобы осмотреться получше, но это движение отозвалось болью во всём теле, и она снова упала на подушку. В голове всплыли воспоминания о том, как Гленн Ариас беспощадно избивал её в подвале, как следом наступила темнота. Промелькнула самая ужасная, секундная мысль о том, что случилось после и почему она полностью раздета. Взгляд лихорадочно забегал, и с губ сорвался тихий, рваный выдох. К горлу подступил ком, а на глаза навернулись слезы, и в этот раз сдержаться у неё не вышло. Всхлипнув, она закрыла лицо руками, тихонько расплакавшись. Её захлестнул ураган эмоций и чувств: обида, злость на себя и Ариаса. И боль моральная и физическая. Его неожиданное появление заставило Вивьен вздрогнуть. — Я надеюсь, это послужит тебе хорошим уроком. — Он стоял в дверях, но даже не смотря на неё, сразу прошёл к окну, сложив руки за спиной и устремив взгляд за окно. — Я не хотел этого, но ты своим упрямством вынудила меня. Превозмогая боль, она приподнялась на локтях, начиная отползать на другую сторону широкой кровати, но не сводя с мужчины испуганного взгляда. Заметив это в отражении, он развернулся и шагнул к ней, поднимая руки в капитулирующем жесте. — Прости, я не сдержался, но как я и сказал, мы могли бы этого избежать, если бы ты была немного послушнее… — Всем своим видом он выражал сожаление, а затем и вовсе добродушно улыбнулся, будто ничего не произошло. — Давай начнем сначала, м? — Ты… — Подрагивая не то от страха, не то от сдерживаемых рыданий, она скомкала несчастную ткань в районе груди, силясь выдавить из себя мучающий вопрос. — Что? — Остановившись, он вопросительно вскинул брови, пробежался взглядом по девушке и с пониманием кивнул. — Нет. Я не трогал тебя… в этом смысле. На этот раз с её губ слетел выдох облегчения. Но как только мужчина вновь двинулся с места, она замерла, уставившись на него словно забитый, загнанный в угол зверь. — Тебе нравится твоя комната? — Ариас уселся на край кровати и обвел взглядом обстановку. — Может что-то хочешь переделать? Мы всё сделаем, только скажи… Она отрицательно качнула головой, не в силах выйти из охватившего её ступора. — Не нравится? Или не хочешь переделать? — Он вопросительно изогнул бровь, придвигаясь к Вивьен. — Не надо… Переделывать. — Тихо, сбивчиво проговорила девушка, не шелохнувшись. — Мне всё нравится. — Я рад. Надеюсь и остальной дом тебе понравится. — Приложив ладонь к её щеке, отслеживая свои действия и не переставая улыбаться, он смахнул слезу, которую Вивьен и не заметила. — И когда-нибудь, ты переедешь в нашу общую спальню… Холмс закрыла глаза, судорожно вдыхая, ещё сильнее прижимая к груди простынь и принимая очередное поражение. — Отдыхай, любимая. — Он придвинулся ещё, оставляя на её лбу короткий поцелуй и снова отстранился, поднимаясь с постели. — Надеюсь, увидимся за ужином. Тебе помогут спуститься. Он вышел и Холмс, проглотив очередной ком в горле и смахнув оставшиеся слёзы, стараясь не делать резких движений, обернулась в простыню и плавно соскользнула с кровати. Первая дверь, которую она открыла, оказалась гардеробной: множество полок, уставленных обувью, вешалок с разнообразными нарядами и прочих аксессуаров. Девушку это мало интересовало. Она захлопнула её и медленно прошла к другой двери. За ней оказалась просторная ванная комната, и первым делом Вивьен проследовала к раковине, над которой висело зеркало. Увидев своё отражение, она опустила голову, закрывая глаза и впиваясь пальцами в углы раковины. Ей было не привыкать к постоянным ссадинам, синякам. Бывали и раны похуже; с такой работой было бы странно, если бы их не было вовсе и Вивьен всегда выглядела как девочка с обложки журнала. Но сейчас её внешний вид, обрывочное воспоминание с какой яростью Ариас выбивал из неё дух, заставили Холмс почувствовать себя жалкой, беспомощной, совершенно не способной постоять за себя. «Этого он и добивается, хочет сломать. Не сдавайся.» — твердил внутренний голос, заставляя из последних сил собраться и снова взглянуть на своё отражение. Разбитая губа, скула, пара синяков в области челюсти. Она чуть вздернула подбородок и повернула голову: на шее отчетливо виднелись следы его пальцев. Сделав шаг назад, Вивьен сбросила на пол простынь, осматривая своё тело, которое сейчас больше напоминало один большой синяк. К горлу подступил очередной ком, губы задрожали, а глаза наполнились слезами. «Ты сильная. Ты справишься.» — еще чётче пронеслось в голове строгим, уверенным голосом Леона Кеннеди. Но самого его рядом не было, и ей ужасно не хватало этой уверенности, не хватало его самого. С этого момента начался новый «день сурка». Всё, что она делала — гуляла по воистину огромной территории, саду, по самому дому, либо вовсе проводила вечера в своей комнате с книгой, которую урывала в огромной библиотеке. Стоило ей во время прогулок приблизиться к ограждению, из леса, окружающего территорию дома, выходили вооруженные до зубов охранники. По факту, она была уверена, что они её не тронут. Приволокут, швырнут как куклу под ноги своему хозяину и уйдут обратно в лес. Но при том, что она всего лишь догадывалась, но не была уверена в том, где они находятся, рисковать не очень хотелось. Пару раз она пыталась заговорить с кем-то из них, хотя бы выяснить местоположение, но ответом всегда служило молчание. Так прошёл месяц и потянулся следующий. Ариаса она встречала крайне редко, в основном вечерами, за ужином или после её бесцельных скитаний, в те моменты, когда он покидал кабинет и устраивался в огромной гостиной перед камином. В такие дни Вивьен старалась как можно незаметнее проскользнуть в свою комнату, избегая всяческого лишнего контакта. Но не всегда это удавалось. Не удалось и сегодня. — Выпей со мной. Вивьен, будто застигнутый врасплох воришка, от звука этого голоса сжалась в плечах и зажмурилась, останавливаясь на середине лестницы. Шумно выдохнув, она медленно обернулась на голос. Самого Ариаса было не видно, но из-за спинки огромного кресла показалась рука мужчины, крепко сжимающая стакан с янтарной жидкостью. — Не хочу. Не та компания. Она возобновила шаг, и у самого верха в пролёте, будто из ниоткуда, выросли двое охранников, преграждая ей путь. Один из них, сложив руки перед собой, несколько раз угрожающе нажал кнопку электрошокера. Холмс, сдержанно вздохнула, исподлобья глядя сначала на игрушку в руке здоровяка, а затем поднимаясь взглядом к его физиономии. — Это было не предложение. Снова обернувшись, она стиснула зубы до скрежета и всё же лениво и медленно спустилась. Когда Вивьен прошла по гостиной к мини-бару, Ариас отвлёкся от созерцания потрескивающих в камине поленьев, и теперь внимательно следил за каждым движением девушки. — Ты же понимаешь, что рано или поздно придётся смириться с твоим новым положением? — А ты понимаешь, что рано или поздно твоя задница окажется на электрическом стуле? — В тон ему, наливая виски в стакан и бросая пару кубиков льда. — И я буду в первых зрительских рядах. — Дерзишь? — Он усмехнулся, осушая свой стакан и, поднявшись с кресла, шагнул в её сторону. — Констатирую факт. — Я ведь могу и заставить… — Он сократил их расстояние до самого минимума, буквально вжимаясь в спину брюнетки и припечатывая ее к барному столику. Вивьен едва зримо содрогнулась, смотря прямо перед собой и делая первый обжигающий глоток спиртного. — Хоть пальцем меня тронешь, я тебе глотку ночью перережу. — Она развернулась, чуть отклонившись назад, но смотря прямо в глаза Ариаса с решимостью и плохо скрываемым гневом, но затем, внезапно растянула губы в до жути фальшивой улыбке. — А лучше вскроюсь сама. И делай ты что хочешь со своими извращенными мечтами о восстановлении справедливости и семьи. — В любом из этих случаев твои драгоценные друзья и их близкие умрут. Готова пожертвовать и их жизнями? Вивьен совершенно забыла о той важной детали, что от ублюдка напротив зависит не только её жизнь, но и ещё, как минимум, пятерых человек. Сердце на какое-то мгновение словно замедлило ход, но ни один мускул не дрогнул на её лице. Ничто не выдало поднявшегося волнения. Она не сводила с него взгляда и ухмылялась. — Лучше так, чем жить с мыслью, что ты ко мне прикасался. Ариас поднял руку и костяшками пальцев провёл по щеке девушки, а когда она отвернула голову, властно ухватил за подбородок, сжимая до боли и восстанавливая зрительный контакт. — Похоже, ты забыла условия договора, милая. — Он склонился к её лицу и горячее дыхание неприятно обожгло губы девушки. — Ты принимаешь моё предложение, и твои друзья остаются живы. При любых других раскладах — с них начнётся апокалипсис в Вашингтоне. И чем дольше ты пытаешься тянуть время, тем быстрее приближаешь их к этой участи. Первым будет Леон, мать его, Кеннеди… Она попыталась дёрнуться, но мужчина сильнее сдавил её подбородок, заставив поморщиться от дискомфорта, а вторую ладонь уложил на поясницу, одним властным рывком прижимая к себе хрупкое тело. Сердце девушки вовсе рухнуло вниз, когда она встретилась с безумным взглядом, что не предвещал ничего хорошего. Его серые глаза лихорадочно блуждали по лицу Вивьен. Он то опускался к её губам, то вновь возвращался к глазам, ожидая хоть какой-то реакции. И когда заметил, что в карих глазах заблестели слёзы, ослабил хватку на её подбородке. — Моё терпение не бесконечно, Вивьен. Просто помни об этом. Мужчина отступил, а затем, убрав руки в карманы брюк, вовсе неспешно покинул гостиную, забирая свою свиту из двух охранников. Проводив его взглядом, Холмс отрывисто и шумно выдохнула, уставившись прямо перед собой. Пальцы совершенно непроизвольно, до побеления костяшек, сжали деревянную поверхность столика за спиной, дыхание участилось и всё её тело напряглось. Она изо всех сил старалась сдержаться, глотая подступающий к горлу ком и с силой сжимая челюсти. — Ненавижу… — Почти бесшумно слетело с губ, а затем последовал новый отрывистый выдох. Несколько солёных капель всё же пробежали по щекам. Вивьен, опустив голову, закрыла глаза ладонью и, не выдержав, всхлипнула и тихо заплакала. — Ненавижу! — Вслед за этим отчаянным, надрывистым криком, по гостиной разнёсся звон разбитого стекла: подхватив стакан с недопитым виски, она отправила его в камин, а следом и смела всё, что стояло на столе. Безысходность. Всепоглощающая, давящая и ломающая изнутри. На короткое мгновение она сменилась яростью, но так же быстро вновь поглотила Вивьен.

***

После того диалога Ариас почти не прикасался к ней, не наседал, вёл отстраненные беседы, будто и впрямь выжидал, что она совсем скоро сдастся сама, или же момента воплотить угрозы в жизнь. Вивьен, не зная, чего ожидать, старалась его не провоцировать, всем своим смиренным видом показывая, что он почти победил её бунтарскую натуру. И это сыграло ей на руку. За одним из их молчаливых ужинов, когда Вивьен лениво ковыряла содержимое своей тарелки, подперев голову рукой, Гленн, смерив её взглядом, нарушил тишину, увлекая девушку в очередную непринуждённую беседу. — Тебе не нравится то, что я покупаю? Все его подарки отправлялись в бездонные просторы удивительно вместительной гардеробной и благополучно забывались. И сейчас это был явный намёк на внешний вид Холмс, ведь сидела девушка в простой белой футболке, джинсах и с собранными в низкий хвост волосами. — Почему? — Вивьен вздохнула, поднимая на мужчину взгляд, выпрямляясь и подхватывая бокал с вином. — Красивые вещи, украшения, сумочки. Спасибо. — Почему ничего не носишь? — Он отложил приборы и сделал глоток вина. — Куда? — Холмс усмехнулась, вопросительно изогнув бровь, отпивая из бокала и ставя его на место. — На прогулку в сад? Дойти до забора, устроить дефиле твоей охране? Она вновь опустила взгляд в тарелку, наколола на вилку кусочек курицы и отправляя его в рот, вернула внимание Ариасу. — К ужину, например. — В ответ он пожал плечами. — Мне было бы приятно видеть тебя в вечернем наряде. — Я похожа на куклу, выряжаться ради пятнадцатиминутного приёма пищи? — Новая усмешка слетела с её губ, и она одним глотком осушила остатки вина в бокале. — Нет, но ты явно недооцениваешь свою красоту, Вивьен. Холмс стиснула зубы, сдерживая очередной язвительный комментарий. Однако, она решилась на один вопрос: — Когда ты позволишь мне выйти? Ариас не ответил, сверля её взглядом, что-то прикидывая в голове, но Вивьен не унималась. — Хотя бы сказать где мы, ты можешь? — Керетаро. Глаза Вивьен округлились. Судорожно вздохнув, она откинулась к спинке стула, не сводя взгляда с Ариаса. — Мексика? Мужчина кивнул, отставив бокал и облокотившись на стол, сцепил пальцы в замок. — Боги, Гленн… — Тоже облокотившись на стол, она обреченно вздохнула и уронила голову на раскрытые ладони. — Куда я тут сбегу? У меня ни документов, ни телефона… Ничего нет! — Хорошо, я подумаю об этом. Холмс подняла голову, в удивлении уставившись на Ариаса, и тот улыбнулся. Это было проще, чем она думала. — То есть, я смогу… — Я сказал, что подумаю. — Прозвучало строже, но он старательно скрывал улыбку, видя, как загорелись глаза Вивьен. Девушка же, воодушевившись этим намеком на согласие, не сдержала улыбки и кивнула ему, в знак понимания. — Улыбайся чаще, у тебя очень красивая улыбка, любимая. Это обращение её покоробило, но она старательно не подавала вида, продолжая улыбаться более натянуто. Всё же мысль о возможной, пусть и относительной, свободе сейчас придала ей сил, подпитала надежду, теплящуюся где-то в глубине души и буквально окрылила. Следующие несколько дней, в ожидании его решения, Вивьен продумывала всевозможные варианты передачи сообщения в Отдел. Связываться с кем-то напрямую было слишком опасно, Ариас следил за всеми, поэтому перед ней стояла практически невыполнимая задача, но не использовать такой шанс она не могла. И наконец этот день настал. Ариас выделил ей личный автомобиль с водителем и двух человек в охрану, которые следовали за ней буквально попятам, чем жутко нервировали. Идя по улицам города, Холмс то и дело встречала косые взгляды местных жителей. И в одну из прогулок, чувствуя, как они практически дышат ей в затылок, она остановилась прямо посреди улицы. — С меня хватит. — Обречённо вздохнув и развернувшись, девушка упёрла руки в бока, по очереди, снизу-вверх глядя на высоких мужчин в чёрных костюмах. — Итак, двое из ларца — одинаковы с лица… Как вас зовут? — Хантер. — Саймон. — Хантер, Саймон. — Она начинала закипать, не то от палящей жары на улице, не то от гнева. — Вы можете идти хотя бы в двух шагах за мной? Я даже чувствую ваши дешёвые дезодоранты, мне дышать нечем! — Босс сказал не спускать глаз… — Ответил Хантер. — А у тебя близорукость? — Нет. — В чем тогда проблема?! — Она осеклась, глубоко вздохнула, возвращая себе контроль над эмоциями, и натянуто улыбнулась. — Мальчики, я думаю, что нам светит провести ещё не мало времени вместе, и нам нужно как-то подружиться и договориться. Но если вы будете тупо и буквально выполнять приказы своего босса, этой дружбы не случится. Понимаете, о чём я? Мужчины синхронно кивнули. — Хорошо. Вы будете делать как я прошу, и я буду довольна. А если я буду довольна, то и ваш босс тоже. — Она хлопнула в ладоши и сжав их, прижала к груди, продолжая натянуто улыбаться и сверлить взглядом охранников. — Я не собираюсь бегать, просто дайте мне этот глоток свободы, пожалуйста! Хантер и Саймон переглянулись и сделали шаг назад. — Ещё. — Проследив за ними, она кивнула. И когда они замялись, выставила ладонь, отгоняя их ещё дальше. — Ещё назад. Наконец они отступили, и Вивьен удовлетворённо кивнула, улыбнулась шире и развернувшись, спрятав ладони в карманы сарафана, вновь неспешно зашагала по улице, сворачивая к местному рынку. Пока Вивьен гуляла от прилавка к прилавку, охранники держались, как она и просила поодаль, но не сводя с неё пристального взгляда. Выругавшись про себя, делая вид, что заинтересованно изучает ассортимент овощей на очередном прилавке, девушка воровато огляделась по сторонам: людей было много, но не достаточно для того, чтобы она могла затеряться в толпе хотя бы на время. — Здравствуй, куколка. — Знакомый надменный тон заставил Вивьен вздрогнуть. — Не делай резких движений, твои коршуны слишком пристально следят. Девушка делала вид, что так же увлечена ассортиментом, даже поинтересовалась у продавца о стоимости. Холмс лишь мельком глянула на неё: лицо скрыто солнцезащитными очками, а голову покрывал легкий белый платок. Но она узнала её и, чёрт возьми, была по-своему рада видеть. — Ада… — Во плоти. Наш общий друг наконец выпустил тебя из клетки? — А ты и правда живучая. Я думала он убил тебя… — Вивьен невесело усмехнулась, обходя её и вставая напротив корзины с фруктами. — Ты здесь, чтобы позлорадствовать? — Напротив. Я хочу помочь тебе. Конечно, если ты здесь всё ещё не по доброй воле. — Азиатка усмехнулась, приспустив очки и смерив Холмс взглядом. — Может хочешь что-нибудь передать Леону? Где-то под грудью больно кольнуло ревностью, и Холмс слишком резко повернулась к Вонг, теперь испепеляя её взглядом. Та часть, что обрадовалась появлению наёмницы, моментально самоликвидировалась. — Ты с ним виделась? — Слишком долго топчешься у одного и того же прилавка. Иди к следующему, я догоню. — Ада развернулась и ушла, оставляя Вивьен без ответа, бороться с нарастающим жгучим чувством, которое на мгновение перекрыло ей кислород. Она сделала, как сказала Вонг — подошла к следующему торговцу, и азиатка присоединилась к ней через секунду. — Расслабься. Он мне тоже по-своему дорог, но он заслуживает счастья, как никто другой, и увы я не способна ему его дать. — С её губ слетела грустная усмешка. — А вот ты смогла. С тобой он был счастлив и спокоен. Я видела, как он на тебя смотрит, и не собиралась вам мешать… Слушая Аду, Вивьен едва ли верила собственным ушам. Она говорила искренне, а от этого и на душе Вивьен воцарилось относительное спокойствие. Поджав губы, она кивнула, рассматривая содержимое прилавка. — Ариас следит за ними, прослушивает. И если ему что-то не понравится, он активирует вирус, который пока что в них спит. — Вивьен старалась говорить тише, иногда поглядывала в сторону охраны, которая так и стояла не шелохнувшись, лишь иногда оглядываясь по сторонам. — Если я попытаюсь связаться с ними, предупредить или сбежать, он начнет воплощать свой дьявольский план мести с них. И первым будет Леон. — Чего он от тебя хочет? — Слишком долго топчемся у одного прилавка… — Вивьен, сложив руки за спиной проследовала к следующему, и наёмница присоединилась к ней, обойдя два других. — Каков бы не был план этого ублюдка, он уже его воплощает. — Что? — Холмс слишком резко обернулась и тут же бросила взгляд на своё сопровождение, но они этого, кажется, не заметили. Она тут же вернулась к прилавку, беря в руки какое-то украшение. — Ты вообще не знаешь, что в мире происходит?! — Ада последовала её примеру, явно начиная раздражаться. — Ну извини, когда он забивал меня под кровать в подвале, я как-то забыла попросить у него в новую комнату телевизор! — Это вылетело само собой и Вивьен зажмурилась, скривившись и тряхнув головой, выбрасывая внезапный приступ злости на пару с неприятным флешбеком. — Прости. Ада какое-то время молчала и, всего на секунду, Холмс показалось, что в её выражении лица промелькнуло сочувствие. — Уже наблюдаются вспышки заражения неизвестным вирусом по всему миру, и Ариас особо не скрывает своё к этому причастие, но каждый раз ему удается ускользнуть… — Откуда… А, не отвечай. — Вивьен отмахнулась, но тут же встрепенулась, начиная, на удивление даже для самой себя, быстро соображать. — Анонимная наводка может привести Интерпол и Альянс сюда и, если дать точное местонахождение Ариаса, разведка его подтвердит. Но если узнает B.S.A.A., узнает и Крис… А это может привести к тому, что Ариас догадается откуда она, благодаря прослушке. Если только… — Если только наводка будет не одна и из разных источников. Не плохо соображаешь, куколка. — Ада одобрительно кивнула и улыбнулась. — Я займусь этим, а ты будь наготове, отвлеки Ариаса на некоторое время, но и постарайся не выдать себя этому уроду. — Зачем ты это делаешь? Почему помогаешь? — Вивьен знала ответ, но всё равно задала эти вопросы, чтобы окончательно убедиться. — Я помогаю, в первую очередь, Леону. И есть у меня кое-какие счёты с Ариасом… — Вонг сверкнула улыбкой, а затем едва зримо кивнула в сторону охраны Вивьен. — Тебе пора. Молча кивнув, Холмс отошла и двинулась дальше по рынку. Наёмницу она видела несколько раз, но затем азиатка скрылась. Довериться Аде Вонг в очередной раз может и было безумием, но сейчас Вивьен не думала об этом. Все мысли были обращены к следующему шагу — заставить Ариаса хоть на какое-то время забыть о её друзьях.