Часть 6
2 сентября 2023 г., 00:18
Майк приходит на ланч с горящими глазами, играя с резинкой, обхватывающей его запястье, от чего мозг Уилла немного вытекает из ушей. Теперь пути назад нет, даже если он очень этого захочет.
— Посмотрите на эту улыбочку! — гогочет Дастин, когда Майк садится возле Уилла. — Что случилось, Уилер? Вчера ты весь день выглядел так, будто кошка нагадила тебе на тарелку хлопьев.
— Ничего такого, — отмахивается от него Майк, копаясь в рюкзаке в поисках контейнера. Его колено касается Уилла, но на этот раз он не отстраняется, а наоборот, придвигается ближе.
— Это не «ничего такого», — перебивает Лукас со своего места по другую сторону от Уилла. — Сегодня утром в его шкафчике лежал букет цветов!
Макс и Эл смотрят с другого конца стола на Уилла, приподняв брови, и он незаметно приподнимает уголок губ в ответ.
— Ты знаешь, от кого это? — спрашивает Дастин.
— Там была прикреплена записка, но Майк не показал ее мне, — говорит Лукас прежде, чем Майк попытался хотя бы открыть рот.
— Ну, очевидно, это был кто-то, кто знает комбинацию пароля от шкафчика Майка… Ай! — Макс впивается локтем в бок Дастина. — Почему ты продолжаешь меня калечить?
— Шкафчик Майка сломан уже несколько недель, не так ли? — утверждает Макс, наклоняя голову к Лукасу. Его глаза загораются осознанием.
— Так что, вероятно, это был тайный поклонник, — продолжает за нее Эл, и Лукас кивает.
— Ага, в записке не было имени, — говорит Майк тоном, завершающим обсуждение. Лукас улавливает на ходу и заводит разговор об анатомической механике когтей Росомахи. Эл осторожно показывает Уиллу большой палец вверх, за которым тот неуверенно повторяет.
Остаток дня проходит незаметно. После школы Уилл едет домой и снова ставит будильник на шесть тридцать.
Следующее утро немного теплее, из-за чего слишком ранняя поездка в школу становится менее ужасной. Он оставляет в шкафчике новые желтые полевые цветы с прикрепленной к ним запиской.
Когда Майк приходит на их общий урок английского языка в полосатой желто-синей рубашке, на его запястье обернута еще одна резинка, и кажется, что все становится, как раньше. Он садится ближе к Уиллу и даже начинает разговор о своих мыслях по поводу теории Лукаса — когтях Росомахи. Уилл делает мысленную пометку найти способ отплатить Макс и Эл за то, что они придумали такой гениальный план.
Но, они не упоминают ни о поцелуе, ни о предстоящих школьных танцах. Их разговоры остаются строго платоническими, с той лишь разницей, что взгляд Майка время от времени опускается ниже его глаз, и Уилл уверен, что сам делает то же самое. Он не может ждать до пятницы.
Все же, пока терпимо, потому что Джонатан сегодня возвращается домой.
Он сидит в их гостиной, когда они возвращаются домой ближе к обеду; Уилл крепко обнимает его. Он не был дома всего несколько месяцев, но все равно было ужасно, что его не было рядом.
— Ты должен рассказать нам все о Нью-Йорке, — говорит Эл, когда они садятся ужинать. Джонатан покорно рассказывает им истории «Большого Яблока», обо всех концертах, которые он посетил, и об удивительных профессорах, которые были у него в колледже, пока Уилл все это впитывал, подхватывая каждое слово.
Он давно уже готов переехать из Хоукинса — он любит свою семью и, вероятно, уехав будет скучать по ней, но ему очень хочется жить в каком-нибудь большом городе, где он мог бы быть просто обычным незнакомцем в большой толпе.
Они с Майком постоянно об этом говорили; жить вместе в крошечной квартирке большого города, решая, кто будет нести ответственность за убийство всех жутких ползающих существ (Майк), кто будет выбирать декор (Уилл, но он любезно согласился, что Майк мог бы внести некоторый вклад), кто будет выполнять какие-либо обязанности по дому. И, даже если они обсуждали это пару лет назад, какая-то его маленькая часть отчаянно надеется, что Майк все еще хочет этого.
После ужина они собираются в гостиной, чтобы посмотреть фильм. Удивительно снова оказаться в окружении всей своей семьи. Он любит свою маму, Эл, Хоппа, но Джонатан — его старший брат, тот, кто провел махинации маминым пинцетом, чтобы вытащить фигурку Лего из его ноздрей, тот, кто впервые включил ему настоящую музыку, и первый человек, который обнял его, узнав два самых больших секрета Уилла. Когда он уехал, все немного вышло из-под контроля.
После титров все остальные отправляются спать, но Джонатан и Уилл остаются, растянувшись на диване, вместе доедая попкорн. Джонатан спрашивает его, что происходило в Хоукинсе, на что Уилл смеется с забитым попкорна ртом. — Ты же знаешь, здесь никогда ничего не происходит.
— И ты знаешь, что это полная чушь, — говорит ему Джонатан. — Да ладно, должно быть хоть что-нибудь. Разве вы, ребята, не собираетесь завтра вечером на важные танцы в школе?
Уилл не уверен, почему Джонатан это помнит, учитывая то, что он рассказал ему об этом месяц назад, но он полагает, что хорошая память включена в должностное умолчание самого замечательного старшего брата на свете.
— Да, завтра.
— Так ты идешь с кем-нибудь?
— Ну, мы с ребятами собираемся пойти вместе… — уклоняется Уилл.
— Конечно, но есть ли кто-нибудь, с кем ты?.. — Джонатан пытается еще раз, шевеля бровями. — Потенциальный партнер по танцам на завтрашний вечер?
Уилл смотрит на свои пальцы, переплетая, разъединяя и снова переплетая, а затем опять на Джонатана. Джонатан знает про Майка, говорит он себе. И он любит тебя. Он кусает щеку изнутри.
— Эм, вроде того.
— Вроде? — Джонатан выглядит озадаченным, несмотря на всю уклончивость Уилла.
— Боже, не смотри на меня так удивленно.
— Я не удивлен! Просто… ну, я не думал, что в Хоукинсе есть много людей, с которыми ты бы предпочел пойти.
— Их и нет, — легко отвечает он, и уголок рта Джонатана изгибается, показывая Уиллу, что он определенно уже обо всем догадался, но у Уилла нет никакой возможности подтвердить свои подозрения не выдав себя. — Если завтра ты поможешь мне с галстуком, я скажу тебе, кто это.
Джонатан с готовностью соглашается, и Уилл усмехается. Он чувствует себя немного менее напуганным, зная, что завтра вечером он не будет выглядеть совершенно ужасно.
