The Dark Orion's Triad

Глава 22. Подарок и сомнения. Следующие несколько дней Риона думала, как передать Оминису подарок, который она подготовила к его дню рождения еще перед его отъездом. На изготовление данной вещи ушло много времени и средств, и пропасть даром она уж точно не должна была. К тому же, слизеринка желала оставить друга у себя «в долгу», ведь это неплохой инструмент создания крепкой связи. Нужной связи.  Проблема была в том, что ей совершенно не хотелось первой идти «на поклон», ведь она сам же посчитала себя оскорбленной стороной и оборвала контакт. И все же, поговорить невероятно хотелось. Если Себастьян был прав, то опасения Гонта насчет их публичного взаимодействия вполне объяснимы.  Ей совершенно не импонировала мысль попасть в поле зрения повернутой семейки в качестве невесты их старшего сына. Она была уверена, что Оминис не солгал о портретах личностей его родственников. Она вообще не собиралась замуж в ближайшие лет пять, особенно за кого-то, похожего на её отца, и тем более не хотела производить на свет орущих выродков. К младенцам она испытывала стойкую неприязнь. Неказистые, слабые, зависимые, неразумные и ничтожные, требующие опеки… как она сама была когда-то. Ей больше никогда не хотелось быть такой или терпеть кого-то подобного рядом. Не говоря о том, что само состояние «в положении» ее откровенно ужасало - мало того, что оно уродливо и забирает здоровье, но еще и делает женщину невероятно уязвимой, что было для нее абсолютно недопустимо. А Гонты однозначно захотят продолжить свою линию…  Судьбу своей матери она повторять не желала. Но драккл раздери, как же злило то, что Оминис не захотел делится информацией с ней! Когда она, наконец, собралась подойти к Оминису в библиотеку, то увидела сидящую рядом с ним на скамье Робертс. Слизеринцы негромко переговаривались, и это был первый раз, когда Селвин видела, чтобы приятель вел беседу с кем-то, кто не она или Себастьян. Девушка мгновенно рассвирепела. Но прекрасно понимала, что в моменте не может предъявить ничего, что бы могло прервать их диалог. Да и выглядеть это будет худо как для ее репутации, так и даст много ненужных слухов, не говоря о том, что нарушать тишину библиотеки - себе дороже, мадам Пергамм и так запомнила её как нарушительницу, после той памятной вылазки в Запретную секцию с Себастьяном.  Позже, во время ужина, она села на своё привычное место между Себастьяном и Оминисом. Селвин не сидела там уже неделю, предпочитая место чуть правее, между Сэллоу и Рейес. Украдкой, она положила в мантию Гонта небольшую деревянную дощечку, где на шрифте Брайля вырезала время и место. К слову, чтобы это осуществить, ей пришлось немало попотеть над изучением самого шрифта и довольно ювелирной трансфигурацией поверхности. Гонт ощутил её движения и слегка напряг плечи, однако виду не подал, так же, как и сама Селвин. С абсолютно отсутствующим лицом она поглощала свой бифштекс. Себастьян задумчиво глянул на Риону, но по поводу пересадки на прежнее место ничего не сказал. В семь часов вечера она ожидала Оминиса в Выручай-комнате на восьмом этаже, не будучи уверенной, что тот вообще придет. Ожидание было довольно мучительно, и девушка ходила из стороны в сторону, нарочито громко отстукивая каждый шаг каблуками. Когда она решила, что, очевидно, приятель не придет, а в ее груди снова стала подниматься ярость на собственную недальновидность и однокурсника в частности, - то створчатая дверь скрипнула и на пороге появился Гонт с высоко поднятой палочкой, испускающей мерный свет знакомых навигационных чар.  Риона ощутила слабую теплоту в солнечном сплетении, приправленную легким и неприятным и тянущим чувством. - Ты хотела меня видеть? - Оминис прикрыл дверь и подошел ближе. Голос его звучал глухо и отстраненно. - Очевидно, иначе бы не заморачивались над чертовым Брайлем, - едко отозвалась Селвин. - Пожалуй, - голос Гонта немного потеплел, - я тебя слушаю.  - Почему ты не сказал мне, что твой отец хочет женить твоего старшего брата и твое нежелание привлекать внимание к моей персоне связано именно с этим? Знаешь ли, любая причина, по которой пренебрегают общением со мной, будет довольно неприятна, но в этом случае мне хотелось бы услышать её, - Риона хотела начать с подарка, но терзавший ее вопрос вырвался первым. Девушка ощутила легкую досаду - привычный контроль эмоций подводил ее. Оминис тяжело вздохнул и покачал головой. - Себастьян? Впрочем, не отвечай, все и так более, чем очевидно. Я не хотел тебя втягивать. Ты стала мне дорога, я хотел просто переждать момент, когда с помолвкой Марволо будет все известно наверняка. Я так боялся, что наша дружба, твои открывшиеся способности понимать парселтанг и принадлежность к роду Слизеринов привлекут их внимание, что отец неизбежно откажет Бельвине Блэк и возьмет курс на тебя. Я даже вернулся домой, чтобы вернуть оторванный лист и замаскировать твою линию в справочнике. Дальше жизнь бы вернулась на круги своя. Просто временная мера.  - Не проще бы это было сказать мне сразу? Почему ты вообще решил, что отталкивать друзей для их защиты - лучшая стратегия? - зло проговорила девушка. - Извини, но ты абсолютно непредсказуема и бесстрашна. Вдруг бы ты решила, что можешь потягаться с моим отцом или Марволо, или упаси Мерлин, с ними обоими? Или, еще хуже, твои родственники дадут добро и ты решишь согласиться ради политического союза, а затем окажешься в логове монстров и садистов? Я просто не захотел рисковать твоим здоровьем и жизнью, - лицо слизеринца выражало искренность и глубокую печаль. - Да ладно. Ты считаешь, что ради громкой фамилии я могла бы предпочесть кого-то, похожего на моего отца? Или я настолько безрассудна и глупа, как некоторые гриффиндорцы? Я прекрасно осознаю, что темномагическая семья именуется таковой не просто так, и что там вполне могут быть представители, превосходящие силой и арсеналом проклятий шестнадцатилетних недоучек. Я бы не стала подставляться. Но тебе следовало рассказать мне всю правду. Думаю, друзья этого заслуживают, - холодно сказала девушка. Повисло неловкое молчание. - Прости меня, - тихо сказал Оминис. Риона все еще злилась. Но тем не менее, долгожданные извинения немного усмирили чудовище внутри. - Ладно, - выдохнула она, - на самом деле я здесь ради другого. Я хотела отдать тебе подарок, который рассчитывала вручить по твоему приезду. С малым совершеннолетием, —она протянула ему маленький сверток, перевязанный бирюзовой лентой. Гонт застыл. Потом подошел ближе и осторожно взял протянутую вещь. - Я же говорил, что оно того не стоило, но все равно огромное спасибо. Можешь рассказать, что это такое? Риона усмехнулась. Для добычи «этого» пришлось постараться. *Ретроперспектива Идея подарка другу у нее возникла после невероятно скучной лекции по теории ЗОТИ, которую ей уже начитывал наставник на домашнем обучении. В тот день она рассматривала из класса личный кабинет профессора Гекат, дверь в который была приоткрыта. Она сидела ближе всего ко входу в него, и могла видеть длинный деревянный стол, кучу сундуков с различной утварью, вредноскопы, глазастые сундуки, следящие за перемещением любого, кто достаточно близко подберется к ним и такие же глазастые шесты-палки, о назначении которых она даже не догадывалась. «Интересно, как они вообще видят и осознают ли то, что видят, или же не осознают, а просто дистанционно передают информацию хозяйке кабинета? Как вообще можно передать визуальную информацию без легиллименции или Омута памяти?»  После занятия она задержалась и подошла к профессору Защиты.  - Профессор Гекат, могу ли я задать вопрос, не относящийся к Вашему предмету? Пожилая женщина слегка удивленно посмотрела на слизеринку. - Полагаю, можете, если это в моей компетенции, разумеется. Риона изложила мысли насчет таинственных глазастых шестов и соображения по механизму передачи образа. Пожилая профессор усмехнулась. - Видимо, окулирии нынче интереснее моих лекций. Вы оказались почти правы, собственного сознания у них, естественно, не имеется. По сути, это искусственные глаза, заколдованные считывать энергию приближения живых существ. Они выходят из «спящего» режима при наличии этой энергии в радиусе около девяти футов. Некоторые из них более примитивны и рассчитаны на меньшую дистанцию и реагируют только на свет и тени, отбрасываемые субъектом. Такие экземпляры обмануть дезиллюминационными чарами, но более дорогостоящие версии могут «видеть» сквозь мантии и чары невидимости. Мои именно такие. Если в мои апартаменты проникает нежелательный гость, окулирии просыпаются и передают визуальный образ прямо в мое сознание, транслируя обстановку. А помогает в этом вот это, - и профессор вытащила из-за ворота цепочку с медальоном, изображающим глазное яблоко. - Когда есть сообщение о нарушении, медальон нагревается и деликатно вплетает в сознание образ происходящего в помещении, где стоит окулирия. Похоже на поверхностную легиллименцию, если вы с ней знакомы. - Очень интересное приспособление, профессор. По сути, это как лишние глаза в нужном для вас месте. А как дорого стоят подобные артефакты и где их возможно приобрести?  - Надеюсь, ваш интерес или гипотетический, или действительно обоснован необходимостью, а не тягой к мелкому или более масштабному хулиганству, - с подозрением посмотрела на нее Гекат. Селвин спокойно покачала головой. Она впервые за долгое время решила сказать правду, которая не разрушит ее репутацию, а напротив, покажет с благой стороны. - Вы же знаете, что один из моих приятелей, мистер Гонт, незрячий. Он ориентируется в пространстве исключительно благодаря усовершенствованным чарам навигации и вы даже не представляете, - тут она для усиления необходимого впечатления удручённо вздохнула и печально покачала головой, - насколько непросто ему учиться здесь, особенно в классах травологии и зельеварения. Тем не менее, он не ноет, как некоторые зрячие, и справляется с программой на достойном уровне. Я подумала, что на основе прототипа артефакта окулирии можно изготовить нечто похожее на заказ, нечто, что позволит видеть ему хотя бы через искусственный глаз. У него скоро день рождения и мне бы хотелось сделать действительно полезный подарок, который существенно облегчит ему жизнь. Быть может, он даже сможет стать лучшим учеником школы, ну или хотя бы, одним из их. Профессор внимательно смотрела ей в глаза, слушая вдохновленную речь Рионы, а затем мягко улыбнулась: - Вы действительно хороший друг, мисс Селвин. Странно, что никто из окружения мистера Гонта не додумался до подобного, но идея действительно стоящая. Вот как мы поступим, - Гекат подмигнула ей и ушла в свой кабинет, вернувшись с маленьким свитком, - здесь адрес артефактора, который изготавливал мои окулирии. Я сегодня чиркну ему весточку о вас, а вы завтра следом отправите свое письмо, подробно изложив ситуацию вашего однокурсника. Думаю, с моей помощью вы сможете рассчитывать на качественную и оперативную работу, еще и с неплохой скидкой. Женщина передала ей свиток.  Это было невероятно удачное и щедрое предложение, и содействие профессора действительно оказалось бы полезно. Риона невольно прониклась еще более глубоким уважением к преподавателю ЗОТИ. - Огромное спасибо вам, профессор, если все получится, ваша помощь будет неоценима, - вполне искренне произнесла слизеринка. - Надеюсь, так и будет, Генрих Штольер - выдающийся мастер своего дела, - кивнула женщина, и на этом они попрощались. Переписка со Штольером заняла около недели. Цена за новый артефакт, даже с учетом скидки профессора Гекат, вышла астрономическая. Благо, средства Селвинов могли это покрыть, хотя Риона подозревала, что впоследствии придется объясниться с бабушкой и дедом за столь внезапную и крупную трату. 10 октября девушка держала в руках единственную в своем роде брошь-булавку с окулирией, которая являлась одновременно приспособлением для получения и передачи визуальной информации.  *Конец ретроперспективы - Это называется окулирия, - Риона вкратце объяснила принцип ее действия. - Я смогу…видеть? - голос Гонта заметно сел и охрип. - Я надеюсь, что так. Я помогу? - Селвин взяла прохладную ладонь  слизеринца и направила к бирюзовому банту. Неловко, с зажатой в кулаке палочкой, он поддел края ленты. Послышался шорох оберточного пергамента и его взволнованное дыхание. В завернутой коробочке, на бархатной подкладке лежала брошь со шпилькой, которую венчал медальон с стеклянным глазом  бирюзового цвета, мерцающий в огнях свечей, как лунный камень.  Риона, с некоторой долей внутреннего волнения, поддела брошь пальцами и воткнула булавку в лацкан мантии Оминиса. Серебряная ножка аккуратно вошла в шелковую зеленую подкладку. Селвин сделала шаг назад, и Гонт ощутил, как неуютно изменилась температура воздуха, едва она отдалилась. - Сейчас прикоснись к окулирии палочкой, представь себе образ, который обычно вызывал перед активацией навигационных чар и скажи фразу -активатор. Видеа омниа. Для перехода в спящий режим – Ад сомнум. Напряжение ожидания усилилось. Оминис чуть помедлил, словно собираясь с духом. Риона зажмурилась, чтобы прогнать собственное нетерпение. Наконец раздался его тихий голос. - Видеа омниа. Селвин открыла глаза. Окулирия на мантии Оминиса слегка подсвечивалась голубоватым светом. Её искусственное око смотрело прямо на девушку, то прищуриваясь, то открываясь шире. Цвета пыльной мяты, как и слепые глаза её нового владельца, только с тёмным зрачком по центру. На миг ей почудилось, что пустые радужки слизеринца тоже слегка подсвечиваются. - О Мерлин, - выдохнул Оминис, - я вижу тебя. - Насколько хорошо? – ощущая воодушевление и интерес, Риона подошла ближе   - Ты…яркая. Очень. У тебя волосы… будто горят. И глаза…не знаю, какой это цвет, но он выглядит невероятным. Я думал ты…более крупная, потому что энергия у тебя очень мощная, но ты выглядишь ммм… обманчиво хрупкой, - Гонт говорил сбивчиво, будто бредил, и его кисти рук двигались, словно хотели прикоснуться к ней, но в последний момент он сдерживал себя, - и ты… действительно красива, я думаю, - его бледные щёки окрасились розовыми пятнами. Риона усмехнулась. Ей было лестно и она невероятно гордилась собой. - Приятно получить от тебя столько комплиментов. Не сказать, что ты раньше был щедр на них. Слизеринец смутился ещё больше, отошёл в сторону и стал заинтересованно оборачиваться вокруг себя, чтобы окулирия на мантии смогла захватить всё пространство помещения. - Я конечно технически представлял, насколько масштабна Выручай-комната, но действительность поражает, - голос его звенел мальчишеским восторгом, когда он прикасался к гобеленам и подходил к стендам для зельеварения. - Я надеюсь, что ты теперь сможешь увидеть Хогвартс таким, каким его видим мы, - сказала Селвин, с неким удовлетворением наблюдая за его реакцией. И полагаю, твоя успеваемость по некоторым предметам существенно возрастет, что благоприятно скажется на очках нашего факультета. Оминис театрально приложил руку к груди, оборачиваясь к подруге. - То есть, всё это только ради Кубка школы? - Конечно, дорогуша, - усмехнулась Риона, снова подходя к нему. Она быстро встала на носочки туфель и на пару секунд прижалась губами к его щеке, - а ты думал, я благотворительностью занимаюсь? Хорошего вечера, я пойду. Полагаю, видеть вместе нас пока не должны. Пиши, как соскучишься. И, довольная ошеломленным лицом Гонта, а также произведённым эффектом в частности, она быстро увеличила расстояние между ними и выпорхнула за дверь. Теперь он точно забудет про какую-то Робертс. По пути в гостиную, она встретила профессора Онай, которая спрашивала её, не видела ли она Натти, на что Риона честно сообщила, что не видела, да и в Большом зале приятельница сегодня не появлялась – ни на обед, ни на ужин. Темнокожая женщина напряженно нахмурилась, поблагодарила её и поспешила удалиться. «А не влезла ли Натти в заварушку с шайкой браконьеров?» – подумала Риона. Это было бы сейчас очень некстати. Пока она спускалась в подземелья, её воображение уже рисовало возможные варианты действий, если гриффиндорка не вернется к завтрашнему дню. Ну а пока на сегодня в расписании её ещё ждал клуб «Скрещённые палочки», где она преподаст кое – кому урок. Только одеться надо соответствующе. В коридоре возле входа в гостиную неожиданно обнаружился Сэллоу, который расхаживал взад – вперед вдоль стены. - Ты забыл пароль и не можешь попасть в гостиную? – насмешливо поинтересовалась у него Риона. Однокурсник забавно подскочил. - Эй, ты чего подкрадываешься? Вообще - то я тут тебя ожидаю. Есть предложение. - Какие – то новости по твоему исследованию? – поинтересовалась Риона. - Ну, там есть некоторые соображения, но сейчас не об этом… - Себастьян нахмурился, но потом будто отмахнулся от собственных мыслей, - ты же в курсе, что будет бал в честь Самайна? Риона досадливо поморщилась. - Я слышала об этом, но надеялась провести свой день рождения спокойно, желательно за изучением чего – то стоящего. - Ну…а как насчёт того, чтобы сначала сходить на вечеринку? Говорят, пригласили Корнелию Уорлок, ну, ту самую популярную певицу. А ты же тоже умеешь петь, может, интересно…а потом мы могли бы позаниматься заклинаниями в крипте, Оминис не против, ты же все равно о ней уже знаешь. Что думаешь? Себастьян говорил сбивчиво, и беспокойно теребил и без того лохматую голову, взмахивал руками. Риона внимательно смотрела на него. Под пристальным взглядом ядовито-зелёных глаз Сэллоу почувствовал себя неуютно, он слегка передёрнул плечами. - Себастьян, - вкрадчиво произнесла слизеринка, подходя ближе к приятелю, - ты хочешь пригласить меня на бал? Как пару?  - Ну…эээ, - парень нервно сглотнул, - почему бы и нет, мы же друзья, а с Оминисом ты не сможешь пойти, он пока…старается скрытничать. Я, кстати, тоже умею танцевать, меня обучали не хуже ваших родовитых семей…честно, я неплох в этом! – быстро проговорил он, и к окончанию фразы его тон обрел большую уверенность. Селвин усмехнулась, нарочито демонстративно поправляя ворот его мантии, слегка сбившейся от резких движений. - А вдруг меня уже пригласили? Неужели ты думаешь, что я не могу быть интересна ещё кому – то? – она распахнула глаза, приподняв брови, на знакомом лице невинно-вопросительное выражение смотрелось на удивление чужеродно. Сэллоу даже не мог вспомнить, видел ли он это выражение у однокурсницы когда-нибудь после случая в библиотеке. Уголки губ однокурсницы дрогнули в легкой улыбке. - Что?... Кто? – нахмурился парень, - только не говори, что это этот несносный всезнайка…Таккар? - А что, если и он? – улыбка Рионы стала шире.  - Да он…да с ним даже не интересно, он из своих звездных карт не вылазит, сноб! – сердито пробурчал Себастьян. Селвин довольно рассмеялась: - Расслабься, никто меня не приглашал, я пойду с тобой. Но сейчас меня ждут «Скрещённые палочки». Планирую восстановить справедливость и вернуть Робертс должок. И тихонько напевая что – то себе под нос, она обошла замершего истуканом однокурсника. Когда она прошептала пароль, Сэллоу отмер и кинулся вдогонку: -Подожди! Я с тобой, не хочу это пропустить!