Псих 2.0

      — Антон…? Ты чего тут делаешь? — Оля подъехала к обочине и вышла к парню. Ну нет, это не нужно! Лучше Звëздочкин сдохнет тут, только не объясняться, только не рыдать униженно при людях. Лучше сдохнуть чем показаться слабым!       — Ничего… — Голос плачущий, больно до ужаса везде, особенно в районе ануса режет, стекает что-то липкое и мерзкое. Антон пытается вытереть слëзы, но срывается ещё больше, прикрывает пальто пятно крови на бедре от пореза.       — Так, поехали. — Голос нежный, но твëрдый, не терпящий возражений. Оля берёт Антона за руку, чувствуя, как тот весь трясëтся. Парня приходится чуть-ли не тащить к машине, он еле ходит из-за дрожи, щипит от боли от движений. Открывается задняя дверь, куда и садят Антона, кажется, что всё аккуратно, но он хнычет и заваливается на бок, плача лишь больше. Взади на джинсах немного крови… На бедре, при свете в машине показалась и кровь, размазанная по лицу, уже засохшая, но ранка на губе ещё отливала красным глянцем. — Твою мать…       В попыхах Оля спдится в машину и резко трогается, от чего их встряхивает. Пролетает свет фонарей из окна, в глазах темнеет, неужели это долгожданный конец для Антона?

***

      Фельдшер в неотложке кажется, была в неком шоке. Парень потрëпаный, весь побледневший, пошатывается. Реанимация, пришлось швы на анус наложить, побои снять и прочее. Всё ещё проскакивали в голове его бельё и одежда, кровь и сперма, даже воротник на футболке в коричнево-бордовых пятнах. Хотелось, чтобы всё это просто закончилось. Мысленно Антон переносился в прошлое, где не было больно, где не давила атмосфера больницы, где он был дома и сам бы себе въехал только за одну мысль пойти в этот вечер с Димой.       Страшно было всё же… Диму не стоит сдавать, но «биоматериал» остался в прямой кишке. Просто страшно. Антон правда может поверить, что тот сделает что угодно, лишь бы отомстить за то, что его посадят. Даже если до того, как его отправят за решëтку не успеет, после он выйдет озлобленным, беспринципным зеком, и что тогда…? Что будет с Антоном? Что будет с близкими, которых он подвëл?       Мама и папа приехали в больницу, Оля позвонила. Все хлопотали, носились и паниковали вокруг, задавали вопросы, но так это всё не нужно сейчас…       — Господи, как так… Отбиться не мог что-ли, бедный мой… А если слухи? Какое пятно на всю жизнь у мальчика… Да у меня, не уследила мать… — Всё переживала в разговоре с кем-то мама, а сын молчал. Вина нахлынула обжигающим потоком и жгла лëгкие, каталась по телу вверх и вниз, до боли. Столько переживаний, столько мороки на близких… Мама плакала, и плакала из-за его доверчивости и слабости. Он предпринял мало…? Настолько плохой, испорченный, использованный, грязный, мерзкий…!

***

      Неделька в больнице, всего неделя… Но как же это давит! Мама звонила, пыталась допытаться, что произошло, как и Оля, папа… Ну, он если и говорил, то с ноткой разочарования какого-то? Почему они не хотят просто отстать, почему Антон просыпается, просто почему… Вызывало отвращение само существование, особенно в этом теле. Прикосновения чужих рук, как ожоги, до сих пор обжигали кожу, сколько бы он не пытался смыть с себя эту грязь. Любое движение ощущалось мерзко, будто он и в правду существует сейчас, дышит и живёт… От того большую часть свободного времени парень лежал с пустым взглядом, иногда слушая что-то в наушниках, почти не ел, не спал, и старался ни о чём не думать.        Хороший момент, правда, тоже есть — в школу не нужно ходить, лицом к лицу сталкиваясь с личным монстром из кошмаров. А кошмары снились, в те редкие моменты, когда Антон спал. Из раза в раз, будто издеваясь, мозг прокручивал и прокручивал события того вечера, и он снова там, снова больно, снова ненавидит себя за глупые решения.       Прокурор должен приехать после выписки, но что ему говорить? Хотя, легенда уже до мелочей продуманна…

***

      — Ну, рассказывай. — Со вздохом сказала женщина, сев за стол. Антон стоял рядом, даже как-то радуясь, что родителей нет дома.       — Конкретнее…? — Пусть всё и продуманно, но сама ситуация заставила парня растеряться.       — Ну кто ж тебя помучал так. Где был? С кем был? Пил или нет? Давай без этого вашего, и таких работы хватает. — Женщина слегка повысила голос, наседая. Как же напряжно, какой же Антон мерзкий.       — Ну… Я шёл от друга и кто-то… Шëл за мной.       — Ага, и он напал на тебя? — Антон кивает, держится на удивление хорошо. Возможно, рассказывая он правду, держать лицо так бы не вышло. — Как он выглядел? И время примерно скажи, где это было.       — Я проходил мимо леса, на окраине города, около Рябиновой улицы. Мужчина такой… высокий… Лысый кажется…? Куртка тëмно-зелëная, больше ничего не помню. — Антон даже вспотел, нервно тряс ногой под столом, а вдруг на лбу написано, что это всё ложь? Тут, вспомнив ещё вопрос, он решил ответить. — Время тоже точно не скажу, незадолго до того как меня нашла Оля, часов одиннадцать наверно.       — Эх, ну и что мне с этими показаниями делать? Полгорода таких, всех пересажаем? Вот вызывают, а сказать ничо не могут! Вспоминай давай. — Ужасно… Каждое слово как удар по лицу, лучше бы вообще не разбирались… — Ты может вон, того и хотел. Зачем шастал в темень?       -…

***

      Допрос закончился. Потный, нервный, с осадком из прокисшего мозга, оставивший лишь больше вопросов. Под конец Антон уже врал смелее, просто понял, что ему плевать. Он подведёт кого-то? Всё равно, он так устал…       Перед сном высвечивается сообщение на экране телефона.       «Андрей: Хей друг ты в порядке там? Просто тип, папа знаком там… С кем-то хз если чесн, к тебе вроде заходили»       Да отъебись ты нахуй, так волнует что-ли? Господи, ну только не это! Андрей такая болтушка, растреплет кому не надо, потом ходи подтирай. Да и для чего? Может Антон не хочет вспоминать, ну чего доебались все?!       «Антон: Не думаю, что могу сейчас говорить.»       «Андрей: Оке ((»       «Андрей: Пиши если что, переживаю очень, Дима вообще с ума сходит, что тебя в школе нет»       Дима…       «Антон: Пошёл он»       «Антон: По дорожке»       Помягче уж надо… Мало ли, разозлит. Хотя, возможно, это уже конец его жизни. Слухи уже пошли. Дойдут и до этого психа, как по маслу проскользят сквозь смердные морды одноклассников.       — Антон, нам нужно поговорить, серьёзно… — Мама с очень злым взглядом зашла в комнату…