Эллис и проклятые кости

      Гроб был необычайно высоким, железным и каким-то неподходящим. Что-то говорило, а, вернее, кричало Эллис, что вот именно в таких гробах должны бы хоронить не смиренных богопослушных дам, а того, от кого монахини так боязно огораживались крестами, оврагом святой воды, калёным железом и дорогим металлом. Массивный, крепкий, словно вылитый единым куском ящик больше походил на надежный сундук.        Эллис осторожно дотронулась до крышки, но вместо ожидаемого холода пальцы встретили почти человеческое тепло. Она отдернула руку и наморщила лоб. На мгновение ей показалось, что гроб живой. Что метал – это всего лишь кожа, под которой бьется самое настоящее человеческое сердце. Эллис неуверенно посмотрела на Гарго, тот сложил руки на коленях и безмолвно пожал плечами.       – Нет, даже и не думай! Мы не будем закапывать его обратно! – Довольно громко прошипела Эллис. – Даже и не думай!        Она поднялась и обошла гроб кругом. Присела. Ящик пах землей и, как ни странно, горным воздухом с нотой корицы и тимьяна. Протянула руку, дотронулась, ожидая холода, но и в этот раз железо ответило теплом. Не жаром печи, а мягким теплом солнца и кожи.       – Гарго? – она вопросительно посмотрела на каменное создание, но тот только фыркнул. Достала из нагрудной сумки немного световой пыльцы, кинула. Борясь с собой и страхом, что сейчас ее укусят на подбородок, Эллис все же опустила голову поближе к загадочному ящику и подула. Частички земли закружили в воздухе, освобождая кованый герб рода Буамар и незнакомые символы.        – Не латынь и уж точно не французский. – Эллис совсем нежно, словно гроб и в самом деле был живым, провела пальцем по выбитым символам. – Греческий, арабский.       Световая пыль постепенно тлела, тонкий слой тьмы увеличивался, пока не накрыл все опять уютным толстым одеялом.        – Гарго, свет!       – Гарго! – Эллис глянула на него как раз вовремя, чтобы увидеть, как его зрачки закатились за верхнее веко и через секунду появились из-под нижнего – в искусстве закатывания глаз с ним не могла сравниться даже мрачная соседка Элеонора.        – Серьезно! Чтоб на тебя завтра голуби ….       Она не успела договорить, как глаза Гарго засветились двумя солнцами. Эллис протянула руку и благодарно почесала чудовище под жилистым подбородком. Каменный друг довольно зажмурился, приглушая свет, чего Эллис и добивалась.        В ровном свечении глаз Эллис с удивлением и любопытством разглядывала странный гроб. Надписи, знаки, необычные, похожие на кренделя рисунки. Она узнала скрещенные мечи, палки, реку. Эллис настолько погрузилась в изучение, что почти подпрыгнула, когда из-за дворовых построек до нее донесся крик раннего петуха. “Не до изучений!” – Она выпрямилась, засунула железную палку в щель под крышкой и налегла всем весом.        Ящик никак не поддавался. Ни чуточку. Даже самую малость. Ни скрипа, ни движения. Даже когда насел каменный Гарго. Даже когда на помощь пришла магия. И даже все вместе, включая тяжелую надгробную плиту, не сумели отворить прямоугольный ящик. Не помогло даже совместное закатывание глаз. Наконец Эллис отступила, достала из кармана белый платок и легкими похлопывающими движениями промокнула лоб. “Кладбище или бал — леди есть леди!”       – Какого дьявола, многоуважаемый! – обратилась она к Гарго и гробу одновременно, пытаясь сохранить спокойствие и приличный тон, хотя внутри все кипело. – Каменный горшок, ты, случайно, не в курсе, не припрятал ли твой начальник кого на этом кладбище? Это бы многое объяснило.        Гарго только устало пожал плечами. Гроб молчал. Осторожно сложив кружевной платочек и припрятав его в карман, Эллис неторопливым движением поправила перчатки, сделала шаг к гробу, протянула руку, элегантно скользнула пальцами по стволу лома, обхватила, дернула и с размаху опустила на крышку гроба.         БАМ! БАМ! БА-БАМ!       – Идиотская железяка!       БАМ! БАМ! БА-БАМ!       – Трухлявый пень!       БАМ! БАМ! БА-БАМ!       – Да чтоб тебя черти взяли!       БАМ! БАМ! БА-БАМ!       Железяка снова и снова опускалась на последнее пристанище человека, не оставляя на нем даже царапинки. Когда Эллис выдохлась и удовлетворенно облокотилась на Гарго, тот поддерживающе хрюкнул.        – Спасибо что заглушил. – выдохнула между двумя тяжелыми вдохами.        Выхода не было. Эллис понимала, что на этот раз ей придется смириться с поражением. Ну ничего, она справилась со столовым этикетом, справится и с этим гробом.        Эллис оглянулась по сторонам. Ну и натворили они здесь беспорядка: надгробные камни кое-где подкосились, а некоторые вообще просто валялись совсем не там, где положено. Некогда приличные холмики могил теперь были больше похожи на горы рыхлой земли, из которой вытянули огромные репы. То там, то тут белели кости. Эллис закинула голову – небо потемнело еще сильнее, рассвет близился, а значит убираться придется только при помощи колдовства. А при этом она уже в который раз зареклась использовать как можно меньше магии. Нужно было привыкать к жизни обычных людей – и как они только справлялись – но каждый раз, как Эллис собиралась убрать волшебство из жизни, происходило что-то, где без магии ну никак – то скелеты, то заказы, то срочный вопрос к Яге и Гарго, а то и подземные реки сохнут, и Эллис вызывают на сборы ведьм – неотесанные деревенские бабки, сколько раз им объяснять, что она не ee великая прародительница.       На сегодня нужно было заканчивать. Делать нечего. Необходимо спрятать гроб и вернуться за ним завтра. И взять двойную…тройную плату за эту работу.        Пустая могила зияла черной беззубой пастью. Эллис подошла поближе.        – Гарго, помоги мне скинуть проклятый ящик на место. В дневнике наверняка найдется идейка, как раскрыть эту чертову раковину.        Она ущипнула себя, моргнула от боли, непроизвольно переключаясь на магическое зрение. Проморгалась, развернулась и замерла. Что-то тянуло ее назад. Эллис наклонила голову и всмотрелась в темноту, в самое дно. Туда, где в бездонной ночи…Не было ничего. Только тьма.        – Глупая курица! – Эллис стукнула себя по лбу и тут же ущипнула за руку. – Что там может быть? Железяка какая. – Она говорила громко, так, чтобы отогнать неожиданно подкравшийся страх. Звуки голоса слегка успокаивали, но не размыкали объятий ужаса или чего-то подобного. Что это было? Было ли вообще что-то? Эллис замерла. На краю сознания жужжало, словно назойливая пчела.        Эллис уже отошла на три-четыре шага от могилы, как ее внезапно осенило. Развернувшись прямо во время ходьбы, она едва не потеряла равновесие, удержалась, оттолкнулась рукой от земли, окончательно измазав перчатку, и побежала к могиле, на ходу изменяя зрение. Вот же оно! На самом дне бездны призрачным сиянием светился амулет. Эллис еще никогда не видела, чтобы светились вещи, поэтому растерялась и не заметила края могилы. Нога в домашней туфельке соскользнула с края. Эллис замахала руками, нагнулась, попыталась выпрямиться, но не смогла и мешком рухнула в глубокую темную яму.        Она лежала на дне свежеразвороченной могилы и смотрела на небо. Темные облака одинокими тоскливыми штрихами тянулись в неизвестность за краем могилы. И куда же их так гонит ветер? Может он тоже спешит загнать их в стойло и пойти спать. К семье, жене, деткам. Ночное небо хмурилось, словно было недовольно произведенным Эллис шумом. Ночью все должны спать, а ты развела тут. Словно говорило небо так, что Эллис хотелось извиниться.  Пахло свежей землей, сыростью и чем-то прелым. Странно. Непривычно, но даже как-то уютно. Наверху ветер, хмурое небо, а тут лежишь себе, спрятался от всех, и никто тебя не найдет. Красота. Эллис даже поерзала, чтобы улечься поудобнее, как безобразная каменная голова закрыла небо, и на лицо посыпалась земля. Эллис резко села.        – Ууу, – вопросительно кивнул Гарго. Она пожала плечами. Откуда она знает, чего она там разлеглась.       – Тут амулет. Я сейчас найду и выберусь.        Эллис просунула руку под спину, туда где через сорочку в кожу впивались не только камни да ветки, но еще и холод металла. Рука наткнулась на что-то твердое и теплое. Гладкое. Ухватившись покрепче, Эллис напряглась и вытянула на свет высохшую кость руки в полном комплекте со всеми пятью пальцами. Эллис дернулась и рука раскрылась, потряслась, будто приветственно помахала. Эллис автоматически помахала в ответ. Из раскрытых пальцев, словно клоун из детской игрушки, выпал амулет и закачался на тонкой цепочке.        Эллис мысленно поблагодарила, сняла амулет и отложила руку. Присев, она стряхнула землю с волос и повернула украшение, пытаясь поймать как можно больше света. Наконец, ей удалось. Бледные лучики тонкой луны пробрались в яму и осветили добычу. Это была маленькая круглая вещичка. Она выглядела слегка помято и как будто бы наивно. Может, ее погрызло время, а, возможно, ценность ее была больше сентиментальной, чем материальной. Эллис провела пальцем и почувствовала знакомые символы – те же самые, которые она всего пару минут назад изучала на железном саркофаге? Эллис подвинула амулет ближе к глазам. Потемнело или ей это только показалось? Зато явно похолодало. Эллис сжала плечи и повернула медальон, как тень накрыла могилу и украла последние струи света.       – Гарго! – возмутилась Эллис. – Да вылезаю я, вылезаю. Дело сделано. Давай канат.       Тень слегка сдвинулась, донесся шум возни, и на плечо Эллис упал тяжелый трос. Эллис, которая уже успела вновь погрузиться во власть медальона, ойкнула от неожиданности и не глядя схватилась за веревку. Твердую и холодную. Это было неожиданно. Эллис оторвала взгляд от украшения, подняла голову, готовая отчитать Гарго за подобные шуточки, но Гарго не было. Прямо над ее головой нависал полуистлевший скелет в остатках странного одеяния. Глаза нового знакомого светились красным, череп пересекала жестокая ухмылка, а костяные пальцы медленно впивались Эллис в плечо. Девушка закричала, отпрянула к стене и вцепилась в костяную руку, пытаясь расцепить железную хватку.        Для мертвого и полуистлевшего, скелет обладал невиданной силой. Эллис начало казаться, что он сейчас просто проткнет ее плечо. Не считая красного свечения, глазницы его были пусты, но Эллис чувствовала, как этот невидимый и несуществующий взгляд прожигает в ней дыру. Чувство холода и безнадежности накрыло ее, навалилось, когда она посмотрела в эти глаза. Рана на его левом виске вдруг показалась такой знакомой, такой родной, что Эллис захотелось потрогать ее. кто же это так тебя? Белесый череп приближался, черная дыра носа - почти сердечко. Круглые впадины когда-то живых глаз. Многочисленные монетки и досточки, которые еще остались от его костюма, стучали на ветру, развивались, как когда-то развивались его длинные черные волосы.        – Пааати, – выдохнул скелет Эллис в лицо.       – Я здесь! – Эллис протянула руку и все же коснулась рваной раны на черепе. Это был он. Тот, по кому она так долго скучала. Наконец-то.        Эллис уже смелее протянула другую руку, с нежностью обняла его за голову и притянула к себе. Как же она соскучилась. Закрыла глаза и подставила губы, готовая насладиться так давно забытым и запретным, как голова выскользнула из рук. Раздался грохот, стук костей. Кто-то сильный потянул Эллис ввысь, поднял над землей. Наваждение спало. Эллис глянула вниз, где в могиле, прибитые надгробной плитой белели кости.        – Опускай. Я в порядке. – Она посмотрела вверх и нежно потрепала Гарго за ногу. – Что это было?       Гарго пожал плечами и замер в воздухе, и только его огромные каменные крылья безмолвно рассекали воздух. Он смотрел куда-то вниз. Эллис проследила за его взглядом, туда, где в могильной тьме медленно двигались кости. Словно управляемые магической силой, они тянулись друг к другу, обползали камень, срастались, образуя вновь единое целое. Вот уже срослась грудная коробка. Прицепились руки - завораживающее зрелище.        – Что за черт? Еписков стыд! Что это за ерунда? Не смотри на меня так, сейчас мне не до этикета, – ответила она на придирчивый взгляд Гаргульи. – Почему эта хрень ожила? Надо его как-то выключить.        Гарго кивнул и повернул Эллис к железному гробу, который теперь был раскрыт настежь. Массивная крышка лежала тут же.        – Отвлеки его, а я поищу, как загнать этого скота домой.        Гарго закатил глаза и опустил Эллис прямо в железный гроб, напоследок побольнее сжав ее плечи.        Да что же это такое, почему сегодня все пытаются продырявить ее?! Эллис посмотрела на рукав халата, в котором зияло множество дыр, да и вообще вид у нее сейчас был, наверное, тот еще. Хоть в город зомби иди. Да и туда могут не пустить в таких-то лохмотьях.        Огромный булыжник приземлился недалеко от Эллис, чуть не задев ее ноги. Эллис отпрянула и получила каменным крылом легкий подзатыльник. Мол, не отлынивай. Гарго один за одним поднимал в воздух надгробные камни и скидывал их в могилу. Судя по его морде, без особого успеха.        – Так, Эллис, соберись. Гроб.        Изнутри железный ящик светился мягким желтым светом полированной меди. Он был настолько чист, что Эллис могла видеть в нем свое отражение.        – Как же он отсюда выбрался?        Мелкие знаки и символы вязью покрывали стенки, казалось вылитого из одного куска металла, гроба. Не было ни щелей, ни кнопок, рычагов или чего-то еще, что могло бы сдвинуть крышку.        Кости стучали все ближе. Краем глаза Эллис заметила, что скелет постепенно выбирается из могилы. Время! Думай Эллис, думай.        – А это идея.        Эллис резко повернулась и легла в гроб. Странное ощущение, но не стоит на нем задерживаться, если не желаешь остаться здесь навечно. Еще будет время. На что на что, а вот на то, что он мало полежал в гробу, ей не жаловался еще ни один подземный житель.        Гроб был по-прежнему теплым, и даже немного уютным, но все же чересчур большим. Не по фигуре как-то. Эллис вытянула руки вдоль тела и повела по стенкам. Ничего. Пальцы пробегали по незнакомым буквам, скользили по завитушкам неведомых знаков и символов, но не находили кнопок.        – Дура!       Эллис переползла вниз. Гроб был просто огромным, а, значит, и руки скелета лежали ниже, чем ее сейчас. Шум отвлекал. Эллис закрыла глаза и превратилась в осязание. Что-то здесь должно быть.        Что это? Ей показалось, или?       – Пааати? – загробный голос и до остановки сердца знакомое дыхание.       Эллис широко распахнула глаза, которые почти сравнялись по величине с пустыми глазницами, и громко закричала ему в лицо. А что? Не только же ему ей в лицо дышать. Смрадным, отвратным дыханием давно истлевших и пару сотен лет нечищенных зубов. Бе!       Эллис протянула руки и схватила его за плечи. В этот раз намеренно, а не под действием чар. Улыбнулась, вытянула ногу и резко ударила коленом прямо в пах. Ну или что там у скелетов?! Тазовая кость отлетела в сторону, и скелет развалился надвое. Эллис откинула верхнюю часть в другую сторону и выпрыгнула из гроба. Кинулась к часовне.       – Я не знаю, как запереть этот чертов гроб. Открывай дверь, я возьму воду.        Гарго опустился на тяжелую каменную створку, замахал крыльями. Эллис остановилась, моргнула дважды, переключая зрение.       – Амадеус аква целибиус аиора михура, – бормотала тихо, закручивая освященную воду с церковной чаши. Ей не нужно было смотреть, чтобы видеть, как капли одна за другой поднимаются в воздух, сплетаются в тугую словно канат струю и послушной змеей тянутся к выходу.        – Па-а-ти-и-и! – Кости скелета уверенно ползли друг к другу. Вот он уже встал и, словно игрушечный солдатик, неуклюже зашатался на ногах, поправил череп, секунду подождал замешкавшуюся ступню, которая почти что озорно и радостно прыгнула к своим костяным соседям, и зашагал к Эллис.        – Па-а-ти-и-и!       Патриция Буамар. А он наверняка имел в виду именно ее. Ту, которая должна была прилежно отдыхать на этом проклятом кладбище. Зачем она ему сдалась? И почему на ее месте в гробу с семейной печатью Буамар лежит живой труп? У Эллис было много вопросов и совершенно отсутствовало время искать ответы. Тем более что скелет уже был на расстоянии вытянутой руки.        Эллис соединила обе руки и рванула. Вода опасной гадюкой выскочила из двери и кинулась на противника, словно он был ее заклятым врагом. Ожидая воплей и дыма, Эллис отпрянула и прикрыла лицо тыльной стороной руки. Струя дружеской рукой борца обняла скелет за плечо, потом скользнула к талии, канатом обернулась вокруг бедер, опустилась, вплетаясь в ноги.        Скелет остановился, заторможенный в движении, но не больше. Эллис не могла поверить своим глазам. Святая вода была одним из самых мощных средств в борьбе с потусторонней силой. Неважно в подземном ли мире или наверху, мертвецы и нечисть боялись ее везде одинаково, но скелету она причиняла столько же неудобств как и самая обыкновенная веревка. Эллис была в замешательстве. Ни ее серебряный лак, ни святая вода не могли остановить эту бестию. Была еще надежда на солнечный свет, но до него еще ой как далеко. Такими темпами скелет успеет похоронить Эллис до рассвета очень много раз. Вот как раз и гроб открытый стоит.        Одной рукой Эллис как могла сдерживала канаты воды, другой укутывая скелет поплотнее и отталкивая его к яме.        – Гарго, ты сможешь поднять этот гроб?! Я скину его в могилу.       Наверное, глупо было кричать план по устранению противника этому же противнику почти что в ухо, но выбора особо не было, как и слуховых приспособлений у скелета – органы чувств время забирает самыми первыми, ей они нужнее.        У Эллис не было времени смотреть, понял ли ее Гарго. Высвободив одну руку из силков воды, скелет закинул ее за противоположное плечо и потянул за ручку, что торчала из-за спины. Тонкий сияющий клинок мягким свистом разрезал ночь. Блестящий и острый, словно только вчера вышедший из-под молота кузнеца, клинок, казалось, собрал и отразил весь свет ночи. Оружие только на мгновение зависло над головой мертвеца, чтобы в следующую секунду укутать его в резкие отблески. Скелет так умело орудовал своим оружием, что Эллис потеряла его из виду. Холодная сталь была одновременно везде и нигде, она разрезала водные путы на ногах, чтобы в следующую секунду вознестись над головой, нырнуть за спину и резким па пробежаться по руке, разрезая воду, но даже не задев старые лохмотья. Все произошло так быстро и так красиво. Вот он был связан по рукам и ногам, а вот уже идет к ней с мечом в одной руке, вытягивая другую в направлении ее шеи.        Эллис отступила на какой-то холмик, перешагнула.       – Па-а-ти-и-и…       Скелет подходил все ближе. В носу уже свербил запах его прогнившей одежды. Эллис сделала еще шаг и уперлась спиной в оградку. Легкий ветерок от его слов долетел до нее, и Эллис поняла, что взмокла от пота. Легкая ночная рубашка противной тряпкой липла к спине и ногам, сковывая движения. Волосы окутали шею, и Эллис казалось, что они удушат ее еще раньше скелета. Так и найдут ее здесь завтра мокрой, грязной, растрепанной, и совсем не леди. Если бы у Эллис было последнее желание, то она бы потратила его на то, чтобы кто-нибудь привел ее тело в соответствующий порядок, до того как его завтра найдут воспитатели и ученицы. Чтобы этот кто-то помыл ее, переодел, вычистил ногти, причесал и раскидал в соответствующий положению, но красивый беспорядок волосы. Чтобы завтра все не кривили носами, смотря на эти ужасную фотографии в столичной газете, а с восхищением думали, что она была красива даже после смерти. Нужно было умереть так, чтобы эту позу перед приемом яда принимали бы все благородные дамы. Эллис знала, что второго шанса на красивую фотографию после смерти у нее не будет, и сейчас не могла решиться между: лечь, закинуть руку к голове и откинуть волосы или, словно юная козочка, карабкаться на оградку, с риском, что там-то ее и найдут. Проткнутой, печальной, окровавленной и с нечесаными волосами.        Для раздумий не оставалось времени. Инстинкт победил, и Эллис и сама не заметила, как взлетела на железные прутья и уселась, словно курочка на насесте.        Скелет неожиданно споткнулся и чуть не упал, но удержался. Каменный Гарго оттягивал его за ногу от Эллис. Огромные крылья с шумом рассекали воздух, а лицо скривила гримаса отчаяния и напряжения. Скелет не обернулся, а лишь одним резким движением завел левую руку за правое плечо. Еще одно тонкое лезвие блеснуло в свете луны, и каменный Гарго запищал на невероятно высокой ноте. Эллис съежилась и закрыла уши руками. Этот звук больше всего напоминал ей скрип ногтей Миссис Гранехем по меловой доске, но было в нем еще и что-то такое, что приводило не только в ужас, но и в беспросветное отчаяние.        Скелет подходил все ближе, тянулся к Эллис, но у нее не было сил отпрянуть. Может, так оно и лучше. В тишине в могиле было так спокойно. Чувствуя приближение его пальцев к шее, Эллис закрыла глаза и откинула голову. Тебе нужен амулет, так бери же его, и мою жизнь в придачу. Холодное прикосновение острых грязных когтей, легкая и почти приятная боль. Звенья цепочки врезаются в шею.Тянут. Ногти сходятся все ближе, царапая нежную кожу. Теплая капля крови медленно, почти сонно сползающая по нежной коже. Ну давай же, закончи это. Прекрати крик и мучения. Эллис развела локти в сторону, подставляя шею, замерла. Мгновение. Еще. Последний вдох. Теплый ночной воздух. Запах пыли и полыни. И ничего.        Вдохнув еще пару раз, Эллис наконец-то решилась открыть один глаз. Скелет все еще стоял напротив нее, но не делал больше никакой попытки ее убить. Превозмогая отчаяние и головную боль, она открыла второй глаз, на мгновение встретилась взглядом со скелетом, но не выдержала, скривилась и умоляюще посмотрела на кричащего Гарго. Проследив за ее взглядом, недавний убийца слегка размахнулся и ударил Гарго эфесом меча по голове. Каменный друг свалился словно кусок скалы, чем он в принципе и являлся. Крик прекратился, и Эллис впервые за вечер с благодарностью посмотрела на живого мертвеца.