переплетено

Не скажу, что все это было спланировано, но исход был ясен как будто мы глядели в воду. Это было ожидаемо, однако мы делали вид, что наше общение к этому не приведет. Елизавета предупреждала меня, а я просто фыркала, пытаясь убежать от наставлений с помощью травы и туманности разума. Хотя сейчас мой разум был настолько трезв, как никогда за последнее время, что бежать от чего-то не было смысла. Я даже не поняла, как все обернулось таким боком. Как бы не оттягивала это, в конечном итоге мы к этому бы пришли. Сами обстоятельства должны быть другими, но мы имеем то, что имеем. Гостиная с окнами в пол, полураздетый Мирон и бутылка виски на столе. Кто первый набросился? Нет представлений. Скорее всего мы сделали это одновременно, раз теперь наши губы страстно переплетаются в поцелуе, от которого голова идет кругом. Мои ноги дрожат от предвкушения последующего. Он просто берет меня на руки, хватает за шею, чтобы еще сильнее прижать к себе. Дыхание сбито, но мы даже не отрываемся друг от друга.. Такое ощущение, что нам не нужен воздух и мы вовсе забыли о его существовании. Это похоже на самый тяжелый кайф, от которого нет возможности оторваться. Представьте, что вы наркоман с долгой ломкой, давно не употреблявший торчок, кому наконец дают дозу самого дорогого сорта кокаина и поймете о чем идет речь. Это сранная зависимость, от чего нет спасения, да и нет желания спасаться. Не знаю точно, что приводит к дружбе между женщиной и мужчиной, — по своей природе мужчины никогда не хотят дружить с женщиной. Дружба возникает случайно, часто из-за того, что мужчина уже увлечен какой-то другой и жаждет говорить о ней. Женщины гораздо больше расположены к тому, чтобы дружить с мужчинами, и охотно и сочувственно выслушивают рассказы об их любовных делах. В дальнейшем такие отношения укрепляются, и вы начинаете интересоваться друг другом как личностями. Легкий аромат секса присутствует неизбежно как острая приправа. Знаете, через что проходит организм человека во время процесса с медицинской точки зрения? Зрачки расширяются, артерии сужаются, температура повышается, сердце скачет, давление подпрыгивает, дыхание становится частым и прерывистым, мозг атакуют электрические импульсы, все железы работают, мышцы напряжены так, словно ты поднимаешь вес в три раза больше собственного. Это ужасно, и некрасиво, и безнравственно. И если Господь не сделал бы это таким приятным, человечество уже давно бы вымерло. Чертовски приятно. Буду ли я жалеть? Без понятия. Как-тот раз, моя мать пролила душу насчет взаимоотношения мужчин и женщин. Вы переспите - будешь жалеть, и не переспите - будешь жалеть. Так что трахайся - не трахайся, жалеть будешь в любом случае. В любом случае все равно будешь жалеть . Посмеешься ли над глупостью этого мира - будешь жалеть, поплачешь ли над ней - тоже будешь жалеть. Так что плачь или смейся, жалеть будешь в любом случае. В любом случае все равно будешь жалеть. Повесишься - будешь жалеть, не повесишься - тоже будешь жалеть. Так что вешайся - не вешайся, жалеть будешь в любом случае. В любом случае все равно будешь жалеть. Вот, господа, в чем заключается жизненная мудрость. Заключается - не заключается, все равно будешь об этом жалеть. А лучше всего, просто принять ситуацию и пустить на самотек, если нет возможности ее исправить. Но хочется ли нам останавливаться? Определенно нет. Мои ногти цепляются за его мускулистые плечи, заставляя прошипеть его прямо в рот. Он резко отрывается от меня, на секунду посмотрев в мои затуманенные глаза и на припухшие губы, словно видит в первый раз. Голубой огонь и расширенные зрачки, в которых может утонуть каждая. И я тону, пытаясь совладать с здравым смыслом, но разум просто отправляет на все четыре стороны, без каких либо криков предостережения. Мирон переворачивает меня на живот, открывая доступ к ягодицам, на которых я чувствую его теплую ладонь и слышу звонкий треск. А боли не было, как и ощущения ошибочности своих действий. Мышцы спины сами по себе рефлекторно выгибаются от растекшегося наслаждения, после повторного шлепка. И вместо того, чтобы поднять руку еще раз, он проводит подушечками пальцев по раздраженной коже, тем самым заставляя стадо мурашек дойти до кончиков всех нервных окончаний. Это настолько охренительно, что я не сдерживаюсь и пытаюсь заглушить свой стон через стиснутые зубы. -Не будь такой скромной, - шепот прямо в ухо, едва задевая зубами мочку. Он резко вводит палец внутрь вагины, хватая второй рукой за горло, чтобы я не могла уткнуться в обивку этого сранного дивана и заглушить все эмоции, которые бьют по четырем стенам душной комнаты, - Хватит сдерживать себя, Лилия Львовна. Раз он так решил поиграть, не давая возможности получить желаемое, мне не остается сделать ничего, кроме как резко вывернуться и вновь оседлать его, перекрыв доступ к кислороду, сжав горло. Глаза с безумием смотрят на то, как девушка с ухмылкой на лице медленно начинает проводить языком по его груди, обводя кончиком все татуировки, одну за одной, постепенно спускаясь вниз. И вместо того, чтобы дать человеку желаемое, которое уже представило его извращенное воображение, я резко встаю и подхожу к журнальному столику, чтобы отпить немного из горла бутылки. Алкоголь вперемешку с возбужденным сознанием делают картину в два раза сексуальнее, чем мы можем себе представить. Тому доказательство его непонимающий и растерянный взгляд, которые вмиг прерываются, так как он в буквальном смысле налетает на меня, жестко хватая за бедра. Останутся синяки, да и черт с ними. Повторюсь, боли я не чувствую, лишь нервное покалывание от предвкушения самого процесса. Смена обстановки доходит до меня не сразу. Пока наши языки переплетаются друг с другом, а его ладони сжимают кожу на моей талии, я каким-то чудом подмечаю, что телу намного удобнее поддаваться его ласкам, ощущая под собой прохладу покрывала кровати. Мирон нависает надо мной, с интересом наблюдая за моим горящим лицом, параллельно снимая ремень. И вместо того, чтобы откинуть его в сторону, он резко разворачивает меня, оставляя легкий шлепок на заднице. И когда моя футболка успела оказаться не на мне? -Интересные рисунки, - усмехнулся, хищным взглядом оценивая вид - в темноте комнаты и свете уличных фонарей с окна это выглядело чертовски сексуально. Не только у него одного тело опорочено татуировками, - Не расскажешь подробно? -Давай чуть позже, - грудь в тяжело поднималась и опускалась, что не ушло от его светлых глаз, - Сейчас нужно заняться совсем другим. -Да ладно тебе, у нас вся ночь впереди, - нависнув надо мной и специально растягивая слова, он начал дразнить еще сильнее, аккуратно водя холодными пальцами по горячей коже, - Можешь и расск… Надоело. Мне не нужны такие игры, я просто хочу трахаться. Что и делаю, меняя положение и оказываясь сверху. Стянув с него штаны и вцепившись ногтями в его шею, я сажусь на его стоящий член, получая наконец то, чего мне захотелось еще давно. К хренам собачьим эти прелюдии - зачем тянуть черта за рога, если и так понятно, что мы в итоге займемся сексом. Грязным, грубым половым сращением, которое придумал сам дьявол, чтобы человечество вконец себя опорочило и не получило прощение на небесном суде. Но все мы грешны, правильно? Так зачем же мы пытаемся скрыть очевидное и замолить все грехи перед Господом Богом, словно какая-то кучка шарлатанов и дилетантов. Из его груди вырывается протяжный вздох наслаждения, а истома растекается по голубой радужке. Губы изгибаются в форме полумесяца, а он сам откидывается на подушки, но не надолго, как мне хотелось бы. И видимо, такой сценарий ему не по плану. Потому что злобный оскал на красивом лице не предвещает ничего хорошего. Мирон резко меняет положение, вследствии которого горит моя задница, а он входит слишком глубоко. Накрутив длинные волосы себе на кулак, он оттягивает их, стискивая мое горло в крепкой хватке. Потемнение в глазницах не самый добрый знак, но почему это заводит еще сильнее? Мышцы напряжены до предела и мое хриплое дыхание с постаныванием становится громче с каждой секундой. Это очень больно, но такой вид доминирования в постели мне определенно нравится. Бедра двигаются в такт ему, хоть его шлепки и пробираются до костей. Внезапно остановившись, притягивает к себе за шею и закусывает мочку уха, опуская ладонь на мою грудь. Беспардонно торчащие соски заставляют его усмехнуться, что в буквальном смысле сносит крышу. От возбуждения мозг готов сделать все угодно и появляются дополнительные силы поменять положение. Насилие порождает насилие - я кидаю его на простыни, вновь перекрывая ему доступ к кислороду, не вставая с его внушительного размера дружка, который пульсирует внутри. Наблюдая сверху вниз и забирая управление процессом в свои руки, я понимаю, что это его прикалывает. Доказательство - его безумная улыбка и блуждающие по моему телу руки, которые оттягивают кожу на талии. Опять же, плевать, что появятся синяки, мне просто хорошо. Хотя нет. Мне охуительно. Капельки пота бегут по спине, но это не повод останавливаться. Наоборот, мы набираем темп, понимая, что скоро оба сделаем это - достигнем оргазма и провалимся в приятную усталость. Понятия не имею, сколько прошло времени, но он успел поиметь меня в трех позах, оставляя физические увечья. И вот сейчас, захватив руки в свои железные тиски, Федоров просто вбалбливает в эту чёртову кровать, которая уже начала скрипеть. Я не могу сдерживать стоны и крики, поэтому зарываюсь носом в подушки, одновременно пытаясь вырваться из жёсткой хватки. Эта манера слышать звуки удовольствия вновь берет верх над ним, раз мои маты скорее всего можно услышать и на улице. Но это стоит того, потому что я чувствую помимо резкого выброса окситоцина теплую жидкость, которая начала стекать по спине. Мы откидываемся на подушки, тяжело дыша и смотрим друг на друга всего несколько секунд, а затем наш смех эхом разносится по пустой квартире. Это безумие в чистом виде. -Иди сюда, - сонное бормотание и руки, которые притягивают к себе. Его пальцы аккуратно проводят по скуле, а голубой огонь с интересом наблюдает за выражением лица. Мирон нежно целует в лоб, из-за чего внутри что-то щелкает и мне становится не по себе, - Это было превосходно. -Мне нужно в душ, - дыхание все еще не восстановлено, нос утыкается в его шею, а губы автоматически касаются солоноватой кожи, - Пойдешь со мной? Но он уже не слышит. Его татуированная грудь умеренно поднимается, так как человек пропал в царстве Морфея. А руки все также крепко обнимают за талию в мертвой хватке, из которой очень трудно выбраться. Но я смогла. Так же, как и дойти до душа, чтобы увидеть в отражении женщину с безумно горящими глазами, взъерошенными волосами и множественными гематомами по телу, в особенности в области горла. Я не могу узнать себя, это не тот человек которого я привыкла видеть. Контрастная вода не спасает. Ни от холода, ни от паранойи, медленно развивающейся внутри. Ученые установили, что после секса в организме женщины вырабатываются гормоны, ответственные за привязанность. Этот же гормон вызывает в женской голове кучу разных вопросов и это всего лишь после одного раза. Я ему нравлюсь? Когда он позвонит? И классика жанра: К чему это всё приведет? Скажу честно, единственный вопрос, который теперь мучает - к чему это все привело? Внутри меня нет ничего кроме опустошения. Я выхожу из ванны не до конца осознавая свои действия. Бутылка виски и зажженная сигарета в руках у голой девушки, шатающейся по темной квартире с беспристрастным лицом и входящая в комнату, где лежит мужчина, свернувшийся в клубочек - картина жуткая. В голове все еще пусто. Нет никакого представления о том, что должно быть дальше. У меня голова полна туманом, само призвание - марать руки в крови. Но сценарий достаточно прост. Я начинаю одеваться. Мы не в объективе камеры, я не собираюсь строить из себя заботливую секс партнёршу, которая приготовит завтрак, как это делают в фильмах. Если и делать, то только английский. Но из их культуры я приобрела только одно качество - уходить, не попрощавшись. Что и делаю, оставляя запах своих духов в просторной трешке. Выхожу навстречу морозной ночи, понимая всю ошибочность своих совершенных действий. И вызываю такси, с намерениями поскорее свалить из этого дурдома.