Солнце в руках

       Солнце жгло затылок. Сквозь мантию и маску, Белос ощущал, как полуденные лучи добираются до кожи, словно костерный огонь. Сердце Титана мерно отбивало секунды сего действа. Где-то далеко, в городе, зазвонили колокола. Значит пора.        В руках императора символы власти — посох и маска. Сегодня они предназначались кому-то другому. Стражу, преданному и дисциплинированному. Хантеру, послушному и любящему. Гримволкеру, похожему и человечному.        Он стоит на одном колене, преклонив голову перед властью, перед самим Богом. Императорская тень закрывает его от беспощадного солнца, но Хантер всё равно покрыт холодным потом. Прямо здесь, прямо сейчас он чувствует себя нагим. Его душа раскрыта, его помыслы чисты и готовность служить империи не терпит сомнений. Но один несуществующий взгляд и коленки предательски слабеют.        Справа стоят Главы Ковенов. Слева представители императора. Белос прекрасно знает, что скрывает их благоговейное молчание. Чужие сердца бьются в одном ритме, с одной мыслью на уме: «Почему именно он?». Завистливые и высокомерные ведьмы. С каждым днем Белос находил всё больше причин их уничтожить. Хантеру придется нелегко на новом посту.        Император начал говорить свою речь. В голове, в унисон, один и тот же голос повторял десятки раз одни и те же фразы. На этот раз ему даже текст не пришлось повторять. Столько раз он уже предавал клятве разные ипостаси одного и того же человека.        Во рту неумолимо пересохло. На корне языка появился привкус пепла. Слова тянулись, вязкими каплями стекая по стенкам зала. Становление Золотым Стражем — всего лишь ещё один шаг на пути к предательству. Гримволкер хорош, когда он маленький и послушный, а вырастая у него появляется собственное мнение. С этого мгновения дни Хантера будут сочтены.        Но юный Страж пока не подозревал об уготованной участи. Сердце его билось восторженной птицей в груди, откликаясь на каждое слово императора. А когда настала его очередь говорить, то клятвенная молитва вылилась из груди, заполняя помещение легким дребезжанием стекла. Голос Хантера подрагивал в благоговейном волнении, но правдивость не вызывала сомнений. Это был не просто заученный текст, а настоящая клятва любви и верности империи. И в первую очередь императору.        Белос крепче сжал в руках маску, вслушиваясь в полный преданности голос. Металлы Кипящих Островов оставались холодными даже в самый жаркий день. Сейчас это было спасением. Палящее солнце выжигало на подкорке сознания каждое звонкое слово. Хантер старался звучать торжественно, но радостная торопливость то и дело прорывалась в голосе.        Наконец наступила тишина. Хантер замолчал и Белос услышал, как загнанно звучит его дыхание. Удивительно, что мальчик не задохнулся, говоря речь. Пару секунд молчание нависло над залом огромным молотом. Император сполна насладился последними мгновениями с маленьким Хантером. Настал момент, когда его место должен был занять очередной Золотой Страж.        Император сошел со своего места. Хантер встал с колен, готовый принять свою судьбу. Он жил ради этого момента и не знал, почему дядя так старался его оттянуть.        В руках оказался магический посох, на лице — золотая маска.        Белос позволил себе на секунду остановиться, огладить отполированный металл. Холодный и неживой, не позволяющий почувствовать живую кожу. Стоило только понадеяться, что его заминку никто не заметил. Но наконец император отстранился.        Своим личным посохом он покрестил Хантера. Прикосновение к правому плечу и он дает новый титул, уважение и исполнение мечты. Прикосновение к левому плечу и он получает новую судьбу, неизбежное предательство. За несколько сотен лет Белос разучился видеть за этим ритуалом что-то кроме репетиции похорон.        Секундную тишину разорвал в клочки шум аплодисментов. Белос, ожидавший этого, всё равно невольно поморщился под маской. Резкие звуки он плохо воспринимал, от них становилось труднее ориентироваться, а ткань реальности распадалась на кучу зерна. Хорошо, что сейчас не было необходимости никуда идти. Золотой Страж подошел сам, вставая по правую руку от императора. Теперь это было его законное место.        Император незаметно повернул голову. Позволив чужой радости на секунду захватить его, он наконец по-настоящему смог поприветствовать нового Стража. В шуме лицемерного восторга и приветствий, никто кроме Хантера не услышал, как Белос сказал:        — Отличное начало, мой мальчик. У Титана на тебя большие планы.