Мрачные дни

      Песчаная Буря затолкала камуфляжные брюки в стиральную машину и поняла, что забыла про порошок. Она осмотрелась и увидела Кэрри.       — Мордашка, у тебя порошка лишнего нет? Так лениво в кампус за ним возвращаться.       — Конечно. Бери, — Кэрри протянула ей свою упаковку.       — А ты чего не на привычном месте? — удивилась Песчаная Буря. — Я думала, что тебе нравится пятая машинка у окна.       — Я временно ею не пользуюсь. У неё барабан, видно, поломался, постоянно носки зажёвывает, я на прошлой неделе снова одного не досчиталась. Техникам написала, чтобы проверили, небось, когда в ремонт сдадут, то оттуда целый мешок мелочей наковыряют.       — Так ты же у Майлза можешь стирать, — опомнилась Песчаная Буря. — У него же вроде была своя машинка.       — Ну не буду же я к нему в гости приходить с грязным бельём, — всплеснула руками Кэрри.       — Кстати, давно хотела спросить, а чего ты к нему не переедешь? Он тебя не приглашает разве съехаться?       Кэрри внезапно нахмурилась, а потом принялась собирать свои постиранные вещи в тазик, чтобы переложить их в сушилку.       — Я что-то не то сказала? — Песчаная Буря очень удивилась столь резкой перемене настроения.       — Просто нам так удобнее, — ответила Кэрри.       Вот и угораздило Песчанку влезть, куда не просили. Сдался всем тот факт, что они с Майлзом не живут вместе, каждый это спрашивал, как будто это непременная и ключевая основа отношений. Хотя толку злиться на окружающих, если они с ним сами виноваты. Кэрри предложения съехаться ждала чуть ли не два месяца, а потом решилась как бы про между прочим намекнуть об этом Майлзу. А тот вдруг неожиданно начал мяться, из-за чего Кэрри совсем не к месту вспомнила про то, что он в её отсутствие привёл к себе другую девушку. И от этого настолько разозлилась и оскорбилась, что закатила скандал и обвинила Майлза в том, что он не относится серьёзно к их отношениям. В результате, чтобы доказать ей, что это не так, Майлз предложил Кэрри переехать к нему, а она, посчитав, что добилась своего давлением, отказалась. В ответ на это разозлился уже Майлз, обвинив Кэрри в том, что она сама не знает, чего хочет от него. Вот так разругались на ровном месте и всё испортили в очередной раз. Потом, конечно, помирились, но вопрос про возможность совместного проживания больше не поднимали, хотя и появилась некая поблажка в том, что Майлз вручил Кэрри ключи от своей комнаты и попросил её приходить в любое время, когда она пожелает. Эдакий компромиссный вариант.       Кэрри оставила своё бельё в сушильной машине и поставила себе таймер, чтобы не забыть его забрать. Тем более и Песчанка за время её размышлений успела куда-то убежать, и поболтать было решительно не с кем.       Кэрри вернулась в первый кампус и увидела на террасе третьего этажа Страйка. Он гремел чем-то в ящике и похихикивал.       — Что у тебя там такое? — поинтересовалась Кэрри.       — На, зацени!       Он свесился через перила и протянул ей бутылочку.       — Фуринад, — прочитала Кэрри. — Это что такое?       — Пойло, которое наши медики для меня делают. Это я название придумал, — Страйк с нескрываемой гордостью продемонстрировал девушке пачку наклеек, которые приклеивал на бутылки в ящике. — Помогает мне решить проблему калоража, а гонится эта водичка из каких-то там твоих ферментов, сладенькая моя. Поэтому и Фуринад.       — И какая я на вкус? — рассмеялась Кэрри, возвращая Страйку его бутылку.       — Мне нравишься клубничная, но пару раз давали яблочную и персиковую.       — Как-то не очень на меня похоже. Я должна быть с экстрактом красного перца или ещё какой-то крышесносящей добавкой. Чтобы у тебя слёзы хлестали, едва ты к горлышку приложишься.       — Я бы лучше к оригинальному продукту приложился, — осклабился Страйк. — Не хочешь вечерком в гости зайти?       — Оставь заявку на коммуникаторе, Майлз подпишет, и я сразу к тебе.       Страйк засмеялся, отвернулся к своему ящику и продолжил клеить наклейки на бутылки с лимонадом.       — Привет, ребята! — на террасе второго этажа появился Дрэд. — На коммуникатор объяву прислали, что сегодня Магнето выступать будет с суперважным заявлением для всех нас.       — А я ещё огорчалась полученному штрафному дежурству, — насупилась Кэрри. — Оно будет прекрасным поводом, чтобы пропустить проповедь нашего бессменного лидера.       — Ты не пойдёшь? — удивился Дрэд. — Там стоит пять звёздочек важности. Никогда такого не было, это должно быть что-то из ряда вон.       — Ну если так, то вы же мне расскажете? — попросила Кэрри. — Я Магнето на дух не переношу, так что пойду на его выступление только в кандалах и ошейнике. Шёл бы он в жопу, балабол несчастный.       — Но лидер Братства всё-таки он, а не Майлз, — заворчал сверху Страйк. — Нравится или нет, но общий курс задаёт именно он.       — И очень жаль, — продолжила упрямиться Кэрри. — Курс Магнето ни к чему хорошему привести не может. Я не верю в него, уж больно он властолюбивый и скользкий человек.       — Он первым начал бороться за права мутантов, — напомнил Дрэд. — Возможно, он и не идеален, но о братьях и сёстрах заботился всегда. И это Убежище построил он.       — А расцвета оно достигло благодаря Майлзу, — возразила Кэрри. — И защищаем его мы, пока люди Магнето набивают нам славу террористов и агрессоров.       — Да не спорь ты с ней, — посоветовал Дрэду Страйк. — У неё, как обычно, личное впереди всего.       Кэрри обиженно фыркнула и ушла в свою комнату. Что бы Страйк понимал в личном, если ему так нравится Магнето, то пусть перед ним преклоняется сколько ему влезет.       План с дежурством не сработал, потому что Блеск отменил всю работу, чтобы его разведчики могли послушать выступление Магнето. Кэрри не сдалась и ушла тренироваться на Арену. В конце концов, если заявлено, что посещение добровольное, то значит, она вправе выбирать, идти ей или нет. А если оно принудительное, то пусть Магнето не делает вид, что это не так, и озвучит именно приказ, а не приглашение.       Кэрри подтягивалась на турнике особенно эффективно, потому что злилась. Дежурные и те пошли на собрание, она была единственным мутантом во всём Убежище, кто проигнорировал выступление лидера Братства. Интересно, накажет её Майлз за это или нет? Хотелось, чтобы он был в добром расположении духа, ведь Кэрри собиралась вручить ему очередное прошение о переводе в Ударные.       Она заканчивала тренировку пробежкой, когда воздух над заливом окрасился разноцветными вспышками. На территории Убежища, принадлежащей Магнето, мутанты палили сверхспособностями в небо. Вроде и был повод напрячься, но возгласы, звучавшие при этом, были радостными и ликующими. Кэрри упрямо поджала губы, ей совершенно не понравилось, что выступление Магнето произвело такой фурор. Она искренне хотела проигнорировать этот факт и уже собиралась в душевую, когда на Арену вернулись дежурные Стэн и Патрик. Соблазн оказался всё же слишком велик, и Кэрри подошла к ним.       — Ты пропустила самую потрясающую новость из всех возможных, — радостно провозгласил Стэн. — Мы победили!       — В чём победили? — не поняла Кэрри.       — Магнето добился своего для всех нас, — с гордостью заявил Патрик. — Отныне мутантов признали равноправными членами общества на государственном уровне. За дискриминацию в наш адрес введено уголовное наказание. А ещё, ты просто в обморок сейчас упадёшь, — Патрик и Стэн переглянулись перед финальным заявлением, — у мутантов теперь есть собственный штат! Настоящий штат со всеми правами, как у других, наши представители даже в Конгрессе будут. Нам отдали целый остров, огромный, с построенным аэропортом. Может, помнишь, его начали строить во Второй миграционный кризис.       — Геноша? — спросила Кэрри.       — Да. Геношу полностью отдают нам со всеми постройками. Магнето сегодня подписал договор, сама можешь по телеку посмотреть, всё по-настоящему. Сам Президент, мать вашу, по всем каналам объявил, что Геноша — новый штат в составе США, а мутанты — это те же люди, с такими же правами.       — Погодите, вас ничего не напрягает? — насторожилась Кэрри. — Президент подписал договор с лидером мутантской террористической группировки?       — Вот если бы ты ходила на собрания, то глупостей бы не спрашивала, — обиженно выпалил Стэн. — Конечно, всё не так просто! Оба признались, что понаделали ошибок, и пообещали взять новый курс по построению терпимого и толерантного общества. Нам предоставляют новый дом, признают наши права, дают возможность влиять на политические решения, а мы прекращаем все акты насилия и агрессии, кроме того, мутанты с подходящими способностями будут участвовать в социальных программах. Ну ты понимаешь, помогать в построении туннелей, например. Оползень может дыру в земле пробить за четыре секунды, а для людей это три дня работы. Покажем налогоплательщикам, что мы экономим деньги, работаем на благо общества и не представляем угрозы, и наши рейтинги улетят в небо. Уже не террористы, а герои.       — Да, — поддержал товарища Патрик, — это событие войдёт в историю. Мы теперь полноценные члены общества.       — Не будет больше Ударных? — прошептала Кэрри.       — Со временем они станут не нужны. США больше не будет закрывать глаза на частные компании, которые устраивают лагеря для мутантов. Мы будем бороться с этим на государственном уровне, и да, со временем необходимость в Ударных пропадёт, — заявил Патрик. — Разве не об этом мы все мечтали? Фурия, это мир. Наконец-то мир! Больше никаких павших товарищей! — мужчина махнул рукой в сторону Аллеи Памяти. — Новый безопасный дом для всех нас, который не надо прятать.       — Они предлагают переселение? — напугалась Кэрри.       — Да ты не слушала, что ли? — поразился Стэн. — Фурия, ау! Не веришь нам — включи телевизор и посмотри! Настоящий договор на государственном уровне, это никакая не шутка, это настоящий прорыв в нашей борьбе.       — Нас выселяют в гетто, — с возмущением выкрикнула Кэрри. — Геноша — это гетто для мутантов.       — До чего ты упрямая, как баран, — вздохнул Патрик. — Всё тебе не так. Да, поначалу, конечно, так и будут относиться к Геноше, но это же только первый шаг. К нам идут транспортные линии, налажено воздушное и морское сообщение, пройдёт пара лет, и мы для всех станем самым обычным штатом. Но мы уже точно попадём на страницы всех учебников истории.       — Мы, нас, наше, — возмутилась Кэрри. — Ты так говоришь, словно то место наш дом, а не это.       Патрик и Стэн опять переглянулись. Оба дежурных недоумевали, что так не понравилось их подруге в этой сногсшибательной новости.       — Фурия, мы вообще-то переезжаем, — сказал Патрик. — Новый дом Братства Мутантов будет на Геноше.       Новость прозвучала, как гром среди ясного неба. Кэрри от неё аж руками заслонилась и замотала головой. Дежурные осуждающе закачали головами, а Кэрри отвернулась от них и бросилась на поиски Майлза.       Она нашла его размышляющим на скамейке у залива и крайне обрадовалась, что её любимый был мрачным. Похоже, что новость не обрадовала и его.       — Майлз, — Кэрри пристроилась ему под бок и начала тереться щекой о его плечо. — Мне дежурные всё рассказали. Я тоже не рада новостям про Геношу.       — Этого и боялся, — Майлз тяжело вздохнул, — что найдутся те, кто воспримет всё в штыки. И ожидал, что ты будешь из их числа.       Кэрри сразу же от него отпрянула и свела брови.       — Тебе что, понравилась идея загнать нас в гетто?       — Нет. Но худой мир лучше войны. С чего-то нужно начинать, и это действительно неплохой шанс.       — Там же всё нужно строить с нуля, — возмутилась Кэрри. — Почему бы просто не признать это место? Мы уже живём здесь, зачем переезжать-то?       — Кэрри, Убежище уже полное. Оно не рассчитано на такое количество жителей, которое мы накопили. А сколько ещё по всей стране мутантов, которые устали прятаться и хотят обрести дом. Территория Геноши в сотни раз больше, кроме того, есть потенциал роста на соседние острова. Транспортные жилы, хорошее снабжение, новые дома, перспективы роста у Геноши отменные. Это подачка и откуп от нас? Да. Но можем ли мы использовать это во благо? Конечно, можем.       — Мы переедем, да? — Кэрри почувствовала, что на глаза наворачиваются слёзы.       — Не сразу, конечно, — ответил Майлз. — Сначала обеспечим безопасность того места, я настоял на этом, Магнето одобрил. Потом переедет первый состав и начнёт готовить город к прибытию жителей. Запустим транспорт с поддержкой госдепартамента и начнём принимать остальных. А к концу года заселимся на Геношу на постоянной основе.       — Но я не хочу! — выкрикнула Кэрри.       — Я знаю, — Майлз виновато покосился в её сторону. — Не ты одна, нашлись те, кому новость пришлась не по вкусу. Но хочешь или нет, переезд будет. Разведка Магнето сигнализирует о том, что то место безопасно, Блеск займётся дополнительной проверкой. А это место считается оплотом терроризма и должно остаться в прошлом. Понимаешь? Как символ начала новой жизни, мирного сосуществования людей и мутантов.       — Майлз, лагеря для мутантов не исчезнут по щелчку пальцев и указу Президента.       — Конечно нет, малыш. Но их станет меньше, потому что с ними начнём бороться не только мы.       — А что, если я не захочу переезжать? Я не хочу ехать в штат, где правит Магнето. Я не хочу новый дом.       — Не принимай решение сгоряча, ладно? — Майлз повернулся к ней, подхватил её за подбородок и чмокнул в губы. — Никто никого не станет неволить, разумеется. Но обдумай решение по Геноше более тщательно и без эмоций. Возможно, она покажется тебе не таким уж и дурным местом. Ради меня, Кэрри, ладно? Просто подумай более детально о том, что мир меняется и нам нужно подстроиться под него.       Кэрри кивнула, Майлз поцеловал её ещё раз и ушёл. Всё оказалось ещё хуже, чем она думала. Кэрри уткнулась в свои колени и заплакала. Магнето снова всё испортил. Все жители Убежища счастливы, даже досюда доносятся звуки идущего праздника, и, должно быть, только ей одной паршиво. Она не мечтала о Геноше, она просто хотела вернуться домой. Сюда, к заливу, в место, которое изменило её, возродило из пепла.       — Привет!       Кэрри распрямилась и покосилась рядом с собой, на скамейку присел Фэтч и расстроенно на неё посмотрел.       — Почему ты плачешь?       — Я не хочу уезжать на Геношу! — она вытерла ладонью глаза и нахмурилась.       — Я тоже. Мне нравится здесь.       — Не важно, что нам нравится, а что нет, — удручённо произнесла Кэрри. — Все поедут. Просто прислушайся, как они ликуют, все счастливы.       — Пусть едут, — фыркнул Фэтч. — Я планирую остаться здесь. И ты тоже оставайся! Они не могут заставить тебя переехать против твоей воли, ведь так?       — Как ты себе это представляешь? — Кэрри расстроилась ещё больше. — Если все уедут, то в чём смысл оставаться здесь? Я же не по поводу комнаты огорчена или Арены. Он опять всё разрушил, всё, что мы строили, в угоду своим непомерным амбициям. Ненавижу Магнето! Ненавижу его!       — Такой себе у нас лидер, да? — Фэтч издал пренебрежительный смешок.       — Он тебе тоже не нравится? — Кэрри посмотрела на мужчину с небольшим подозрением.       — А что он для меня сделал? Он и имени моего не знает, а я даже ни разу не был в той части Убежища, где он живёт и его люди. Он совсем чужой для меня. Мой дом здесь, мой лидер и командир Майлз Блэк. А Магнето прекрасно сам справляется с поцелуями в собственную жопу.       Кэрри посмотрела на Фэтча с благодарностью и улыбнулась.       — Не грусти, ладно? — попросил он. — Улыбка идёт тебе куда больше, чем слёзы. Но если захочешь выговориться, не стесняйся воспользоваться моей жилеткой. Во всяком случае я точно тебя пойму, меня тоже совершенно не тянет переезжать на Геношу.       — Спасибо, Фэтч! Я рада, что мы нашли с тобой общий язык.       — Я тоже. Тоже очень рад этому.