Праздник в честь Убежища
26 октября 2023 г., 10:10
Наступил долгожданный март. Жители Убежища готовились к предстоящей вечеринке и выглядели вполне счастливыми, но чем ближе была дата веселья, тем больше грустнела Кэрри. То ли слова Элмакса так крепко засели у неё в голове, то ли посещение Аллеи Памяти на неё так повлияло.
Кэрри первый раз пришла навестить Майлза и принесла ему из города две белые розы. Она хотела поделиться с ним мыслями, но вместо этого упёрлась лбом в его памятную табличку и надрывно рыдала. А затем наступило пугающее и леденящее душу спокойствие. Она положила цветы на землю, погладила выдолбленные буквы, отвернулась и ушла.
Перед самой вечеринкой Кэрри переоделась в синее бархатное платье, накрасилась и засела перед зеркалом, то собирая волосы наверх, то распуская их. Песчанке всегда нравилось, когда волосы были распущенными, так что Кэрри в итоге отложила заколку. Из зеркала на неё смотрела незнакомая ей женщина, красивая, но чужая.
Кэрри вышла на террасу и забралась с ногами на любимый плетёный стул. Её соседи сверху спустились по лестнице на первый этаж, где уже начиналось торжество, а она осталась сидеть и прислушиваться к звукам музыки, доносящимся до неё снизу. Кто-то смеялся. Не так шумно, как раньше, но похоже, там было весело.
Вскоре забликовали огни оттого, что включили освещение и запустили крутиться диско-шар. А Кэрри всё сидела и рассматривала носки своих туфель. К ней поднялся Зип и в нерешительности замер на лестнице.
— Привет! — поздоровалась с ним Кэрри.
— Почему ты не спускаешься? — Зип подошёл к ней и присел на корточки. — Неужели всё ещё волнуешься из-за того, что наговорил тебе Элмакс?
— Есть немного, — не стала отрицать Кэрри. — Я хочу потанцевать, но боюсь осуждения.
— Осуждения за что?
— Ну, — Кэрри потупилась и проглотила подступивший к горлу комок, — ты разве не считаешь неправильным, что я буду веселиться в то время, как Майлз… Ну, в общем, наверное, мне кажется, что я не должна.
— Не должна что? — Зип озадаченно почесал затылок. — Продолжать жить, если любимый человек умер?
Кэрри почувствовала, что набегают слёзы, поэтому поскорее кивнула.
— Тю, ну и дела, — Зип расстроился. — Я надеялся, что дурные мысли у тебя в прошлом. Я думал, что такие элементарные вещи мне придётся объяснять другим, но никак не тебе. Ты же умная, но я, видно, снова не учёл, что ты женщина, а у женщин зачастую именно эмоции главенствуют. Я, конечно, не могу говорить за Майлза, но если бы мне довелось умереть и у меня было хотя бы пять минут на подведение итогов прожитой жизни, то я точно потратил бы их на любимую женщину. Конечно, я вряд ли имел бы счастье окочуриться у неё на руках, потому что ты знаешь, я редко получаю то, что хочу, — он засмеялся, и Кэрри с ним за компанию, — но я бы ей пожелал жить дальше, обязательно быть счастливой, делать всё, о чём ей только мечтается, никогда не останавливаться на своём пути и не оглядываться назад. Конечно, я бы расстроился, если бы она закатила весёлую вечеринку уже на следующий день после моей кончины, но ещё больше я приуныл бы, если бы она вовсе перестала радоваться жизни.
— Значит, ты считаешь, что мне можно пойти?
— Я бы сказал, даже нужно. Давай договоримся так: ты придёшь и хотя бы просто посидишь. Прислушаешься к себе и поймёшь, чего на самом деле хочется именно тебе, без оглядки на окружающих. Я не буду тебя приглашать танцевать, но если захочешь, позовёшь меня сама. Ладно?
Кэрри смущённо кивнула.
— Договорились. Спасибо, Зип!
Она встала со стула, поправила юбку и постучала каблуком, усаживая туфельку поудобнее. Это уже давно стало привычкой, и порой она делала это автоматически, совершенно не задумываясь над процессом.
Они спустились на первый этаж, и Зип ускользнул до того, как Кэрри успела это заметить. Она опасливо осмотрелась, и Элмакс оказался первым же, на кого она натолкнулась. Он сразу вскочил со своего места, а Кэрри вжала голову в плечи. Даже глаза прикрыла, когда он подошёл к ней вплотную, ожидая очередную осуждающую фразу.
— Ты не против со мной потанцевать?
Кэрри подняла голову и удивлённо захлопала ресницами. Как раз поставили медленную песню. Когда она протягивала ему свою руку, то обратила внимание, что пальцы опять сильно дрожат, Элмакс тоже это заметил. Наверное, даже хорошо, что начали с медленного танца, там было меньше шансов опозориться. Кэрри пришлось извиниться за то, что один раз она наступила Элмаксу на ногу. Когда она успела превратиться в такую деревянную и неуклюжую куклу?
— Спасибо, что согласилась, — поблагодарил он. — Знаю, что тебе сейчас это тяжело даётся, но я не хотел бы, чтобы ты бросала танцы. Я не был готов к тому, что всё так резко поменялось в Убежище, и мне не хватает многих вещей, которые были раньше.
— Мне тоже, — согласилась Кэрри.
Элмакс понимающе усмехнулся, а Кэрри вдруг поняла, что это была та самая привычная ухмылка, которая раньше никогда не покидала его лицо. Вот только после Геноши она пропала и появлялась теперь редко. Кэрри так крепко над этим задумалась, что не заметила, что тело перестало быть деревянным и стало податливым и пластичным.
На радостях, что напряжённость ушла, они с Элмаксом договорились пропустить по стаканчику и переместились к барной стойке. Уж над запасами алкоголя Кэрри особенно постаралась, убедив Блеска, что все вечеринки Убежища славились именно щедростью разливаемых напитков. Смауг частенько вставал за стойку и готовил свои потрясающие коктейли, об этом вспомнили все, когда обсуждали надпись на его памятную табличку. Кэрри опять начала впадать в ступор, но Элмакс протянул ей бокал с пёстрым зонтиком.
— Не хуже, чем у Смауга выходило, — прокомментировал он. — Мы в его комнате нашли кучу книг с рецептами, а на полях его приписки были.
Кэрри приложилась к трубочке. Свежий, чувствовался ананас и кокос, действительно похож на тот, который она обычно просила.
— Порой даже не замечаешь человека, настолько привыкаешь к тому, что он просто есть, — с досадой высказался Элмакс. — А потом он исчезает и оставляет в тебе дыру размером с Техас.
— Тогда я вся состою из дыр, как швейцарский сыр, — горестно усмехнулась Кэрри. — Возможно, ты и не примешь мой совет, но я всё же его озвучу. Сходи на Аллею Памяти! Я ни разу тебя там не видела, но если будешь избегать этого места, любимые люди всё равно не вернутся, а мёртвых нужно научиться отпускать.
— Мы договорились с Беркутом, что если суждено умереть в бою, то сделаем это вместе. Такой у нас был уговор. А когда он улетал на Геношу, сказал, что настали мирные времена, и мы из-за этого поссорились. Если бы я не морщил жопу и полетел вместе с ним, то не пришлось бы осознавать, что последнее, что я ему сказал на прощание, что он говнюк и пустобрех.
— Если тебя это до сих пор гложет, то сходи и извинись, — предложила Кэрри.
— Он не услышит и не узнает.
— Это не ему надо, — возразила Кэрри, — а тебе. Он и так знал, что вы друзья. Неужели ты думаешь, что ему нечего было вспомнить о тебе, кроме парочки обидных слов? Первые мне в своё время вагон обидного подогнали, но я вас люблю не меньше остальных. Чего уж там, даже Хайто люблю, а он редкостный козёл.
Элмакс довольно загоготал и приложился к своему стакану.
— Ладно, извиняй, пойду к своим, — сказал он, — а то Фокстрот на нас уже в четвёртый раз косится, будет потом об меня язык чесать.
Кэрри отсалютовала ему бокалом на прощание, но место Элмакса сразу занял Дженкс. Будто только и ждал момента, когда его коллега наконец свалит.
— Слушай, дело к тебе есть! Сможешь Гамму отвлечь? — попросил он.
— Ладно, — согласилась Кэрри. — А тебе зачем?
Дженкс указал ей в сторону Джаза. Их общий товарищ стоял бледный и выкручивал себе пальцы.
— Чего это с ним?
— Женихаться хочет, — осклабился Дженкс.
— А, тогда я мигом.
Кэрри просияла и убежала к Гамме. Дженкс подавал какие-то сигналы, Дрэд понимающе кивал и искал нужный диск, Альбирео вливал в Джаза какой-то горячительный напиток для храбрости, Хайто отчитывал Фокстрота и отнимал у него что-то похожее на петарду «Огненный Дракон». Похоже, что все были в курсе предстоящего мероприятия, кроме Кэрри. Пришлось прогнать лёгкое чувство обиды и позвать Гамму в туалет, чтобы поправить причёски.
Её подруга подвоха совершенно не заметила и весело трещала. Кэрри вытирала ей ватной палочкой тушь под глазом, чтобы она выглядела безупречно в столь ответственный момент, но не слушала её болтовню. Не к месту вспомнился Майлз, протягивающий ей бархатную коробочку под прикрытием нагромождения из ящиков.
— Я сейчас, — остановила поток слов Кэрри. — В туалет заскочу, очень надо.
Она скрылась в кабинке и сразу нажала на кнопку слива, чтобы не было слышно её стона. От нахлынувших слёз было не сделать вдох. Сейчас совсем не в тему снова распускать нюни. У её друзей счастливый и торжественный момент, никто не виноват, что ей горько от своих воспоминаний.
Кэрри запрокинула голову, сделала глубокий вдох и вытерла слёзы обрывком туалетной бумаги. Гамма тактично сделала вид, что ничего не заподозрила, и потянула её за руку обратно на вечеринку.
Танцпол успели полностью освободить и оставили Джаза трястись одного точно по центру. Хорошо хоть прожектором подсвечивать не стали, бедолага и так еле на ногах стоял. Кэрри вырвалась из тисков озадаченной Гаммы и спряталась в толпе зрителей.
Что говорил Джаз, Кэрри не слышала. Может, она и не любила банальщину, но было что-то необычайно трогательное в том, что его предложение прозвучало именно так. Среди друзей и семьи, припав на одно колено перед любимой. А потом их объятия, взрыв аплодисментов и одобрительные восклики и улюлюканье. В голове плыло от этого шума и мерцающих огней.
Сколько она простояла на одном месте без движения, загипнотизированная происходящим, Кэрри не смогла подсчитать. Появился Дженкс, схватил её за руку, отдавив пальцы, и потащил к друзьям, чтобы их поздравить. Гамма тут же затребовала с Кэрри быть подружкой невесты и непременно надеть розовое. Пришлось закатывать глаза и шутить про костюм с бабочкой для Дженкса.
Оставшийся вечер Кэрри просидела на диване, наблюдая за идущим праздником. Зип показывал Лусии из Статистики движение в пол-оборота из «Королей Танцпола», а она каждый раз делала слишком широкий шаг и висла у него на руках. Он терпеливо повторял свои попытки научить её, и Кэрри покачала головой. Очевидно же, что она делает это нарочно, позволяя ловить себя в последний момент и якобы невзначай проводя ногой по его брючине. Фокстрот с помощью отвлекающего манёвра Трипса стащил свою петарду и теперь похихикивал, размещая её за музыкальной установкой. Фантом разместился в кружке восторженных поклонниц и наслаждался их вниманием. Похоже, что Пульсар снова проворонил, что его подчинённый злоупотребляет способностями. Альбирео и Альп, как всегда, выбрали одиночество и смотрели на танцпол из разных углов. Если добавить к ним ещё и Кэрри, вполне получался треугольник хандры. Девушка рассмеялась от этой мысли.
Следуя своему внезапному порыву, она ушла с вечеринки и пришла на Арену. Сняла туфли, оставила их у снайперской вышки и принялась карабкаться наверх. Приятно было ощущать, что тело набралось сил и больше не подводило её. Подъём до самого верха дался легко.
Кэрри разместилась на перекладине, поболтала ногами и осмотрелась. Уже стемнело, было прохладно, но ей нравилось. Отсюда было прекрасно видно огни вечеринки, идущей у жилых кампусов. И интуиция её не подвела, она успела занять самое лучшее зрительское место во всём Убежище. Внизу пророкотало, в воздух взлетела ракета и взорвалась каскадом огненных вспышек. Танцпол заволокло дымом, было слышно, как там кашляют и ругаются. А вот в небе было красиво от сотни мерцающих и пропадающих искорок. Фокстрот постарался на славу, но судя по угрозам в его адрес, доносящимся снизу, оценить его «Огненного Дракона» по достоинству смогла только Кэрри.
