Благими намерениями

Морьо на ужине разглядывал заплаканную Финдуилас. Потом принялся рассказывать какую-то из охотничьих баек близнецов, пытаясь разрядить обстановку. В зале присутствовал и Тьелпе, который все последнее время мастерил украшения по заказу дяди - они не оставляли надежды выкупить Курво без Наугламира. Морьо откусил лепешку и улыбнулся Финдуилас. Внезапно улыбка соскользнула с его лица - по золотой косе принцессы полз крупный паук. Финдуилас поймала его взгляд и, бросив беглый взгляд вниз, пронзительно завизжала, а затем попыталась вскочить, но меньше чем через несколько секунд все было кончено. Морьо, быстро перегнувшись через стол, поймал тварь и раздавил, брезгливо бросив останки на пол. На крик сбежались слуги, Финдуилас вздрагивала, утирая слезы. - Откуда они берутся? - Ородрет посмотрел на Морьо, будто ожидая точного ответа. - Это... Гвиндор с собой привел? Это все из-за него? - А что, если так? Что ты сделаешь? Вышвырнешь его, больного искалеченного эльфа? - вскинулся Морьо зло. - Чтобы твоей заднице было уютно и тепло, и волнения внешнего мира не касались твоей жизни? Он вытер руку салфеткой. - Может, да. Может - нет. Я не знаю. Вполне возможно. Просто так из Ангбанда не сбегают. Мы и Нельо очень долго не верили. Как бы там ни было, будем молиться Илуватару, чтобы беда обошла стороной. И советую не убирать далеко оружие. Я сам буду каждую ночь проверять караулы. Если у тебя есть союзники на примете, пиши им. Гавани, Дориат, Гондолин - кто-нибудь. Падёт Нарготронд - падёт ещё один оплот эльфов. И добавил тихо: - Гвиндору ничего не говорите. Он уже достаточно настрадался. И он ни в чем не виноват. - Ни в коем случае, - кивнул Ородрет, поднимаясь. - Я напишу сейчас же. Только ответят ли они? Угроза носится в воздухе, а мы ближе всего к врагу. Гавани далеко... И он ушел наверх, в кабинет. Финдуилас поднялась и ушла следом - ей все еще казалось, что мерзкое создание ползет по ней, и поминутно вздрагивала, осматриваясь. Палаты исцеления встретили ее полутьмой, но Гвиндор если и дремал, при виде нее приоткрыл глаза - на его узком исхудавшем лице они казались необычно огромными, темными провалами, в которых плескалось невысказанное. Он приподнялся при виде нее, хотя это далось ему с трудом. Она слабо улыбнулась, осторожно присев рядом, будто боялась, что из-под одеяла выползет сейчас новый паук. - Я рад, что ты пришла, меллин. Она потянулась к нему, взяла его руку в свою - на лице ее отпечатался превозмогаемый страх. - Что они с тобой делали? - и, не дожидаясь ответа, снова зарыдала. Он вздрогнул всем телом, увидев ее выражение лица. Тут же поступил взор. - Зря я сюда вернулся... От меня одни беды, - тускло сказал он. – А что, если я привел сюда несчастья на вашу голову. - Ни в коем случае, - Морьо остановился в дверях, - прошу прощения, если помешал. Гвиндор, от судьбы ты не убежишь. И мы тоже. Здесь безопасно. Пока, во всяком случае, безопасно. И это хорошо, что ты здесь. Финдуилас кивнула. - Да, - добавила она в тон его словам, - конечно. Ей было страшно жаль его - и в то же время она совершенно его не узнавала. Это был не тот нолдо, которого она полюбила за шутки и смех, и теперь с трудом пересиливала себя. - Принести тебе что-нибудь? Сладкого со стола? Я помню, что ты любил. Гвиндор покачал головой отрицательно. - Я... Все мы думали, что ты погиб тогда. Гвиндор криво улыбнулся потрескавшимися искусанными губами. - Может, я и погиб. Не знаю. Я знаю, что я сам виноват в своем несчастии, - он бросил взгляд на Морьо. - Мне об этом любезно напомнили. Морьо отвёл взгляд. - Я был разозлён. Думаю, ты помнишь ещё с Амана мой характер. Не стоит меня обвинять, у меня брат в шахтах трудится наравне с орками, на цепи. - Его тоже пленил Моргот? Но я не видел его, - Гвиндор в удивлении приподнялся еще немного, почти садясь среди подушек. - И не слышал ничего об этом. Конечно, темные копи огромны... Он опечаленно водил пальцами по узору на покрывале - только правой рукой, все еще не решаясь достать левую или протянуть ее Финдуилас. - Его пленили гномы, - скривился Морьо. - Должок у него. Меня хотели казнить с ним за компанию. Мне было обидно подыхать от рук не то, чтобы друзей, но почти союзников, поэтому я здесь. А за брата они требуют выкуп - Наугламир. Впрочем, это равносильно обещанию сгноить его в копях - вот ее отец не согласится отдать камни. - Гномы? - Гилдор искренне поразился. Он снова натянул одеяло на плечи, точно стыдясь, что сидит в одной сорочке, которая из-за худобы к тому же сползала с плеча. - Отец считает себя лишь хранителем, - вступилась Финдуилас. - Дядя, вы же знаете его характер. Ему и без того тяжело. Морьо поморщился и махнул рукой. - Забыли. Гвиндор, ты держись. Я тебе так скажу - это пройдет. У Майтимо прошло - ну, почти. Можно будет попросить Курво... Ну то есть Тьелпе - Курво вряд ли сможет после плена взять в руки молот, даже если его освободят - выковать тебе железную кисть. А ты, Финни, не смотри так. Он будет прежним. Он к тебе ведь вернулся, малышка, из Тьмы. Только твоя любовь могла вытащить его из Ангбанда и оставить его эльфом. По спинке кровати пробежал здоровый паук, и Морьо снова сцапал его голыми руками и поспешно раздавил. - Мерзость. Финни, я тебе так скажу - пока твой отец сидит на своем золоте, как паук на паутине, эта гадость здесь будет плодиться и размножаться. Финдуилас снова вскочила и зажала себе рот руками, чтобы не завизжать снова, потом неуверенно опустилась на кровать обратно. - Я постараюсь, - она снова потянулась к Гвиндору, робко гладя его. - Пауки - слуги врага, так? Значит, сам где-то рядом? Она вздрогнула и поежилась. - Что до Наугламира, то он считает себя лишь хранителем сокровища дяди Финдарато, вот и боится его отдать. Не подумай, дядя, я тоже считаю, что жизнь важнее. Но не смогу его убедить. - Я полагаю, если он так и будет цепляться за прошлое, важнее будут все наши жизни, а не только мой брат, - негромко сказал Морьо, - я очень жду ответа Эльве на просьбу Ородрета. Если, конечно, твой отец найдет в себе силы обратиться к нему. А то вдруг он ещё и хранитель памяти о дяде Финдарато, вот и боится вспоминать старые знакомства, - язвительно добавил он и вышел прочь. *** Ородрет пытался собрать мысли воедино, чтобы написать разом с полдюжины писем. Обыкновенно одиночество всегда успокаивало: он был из тех, кому проще выразить мысли на бумаге, чем вслух, - но в этот раз всё давалось медленнее. В основном потому, что цель представлялась очень уж размытой. Он просит помощи? Но почему сейчас? В чем опасность? Он постарался перечислить всё, не останавливаясь на одних недобрых предчувствиях, - и участившиеся стычки с орками, и спасшегося Гвиндора, который мог привести шпионов, и (видимо, сказалось влияние Морьо). Решился даже чуть-чуть приврать и написал про дурные вести с дальних рубежей - якобы в степях видели огромные банды орков. Письма до гаваней шли долго, но вот вести из Дориата вернулись уже через пару недель. Тингол, как видно, не привык к тому, что правитель Нарготронда бросает слова на ветер, ответил - может быть, решил, что если уж безмятежно спокойный Ородрет испытывает опасения, дела и впрямь плохи. Правда, войск и прямой подмоги он не обещал, зато желал приехать с визитом, взяв небольшой отряд - разведать обстановку на месте, так сказать. Морьо увидел отряд издалека, будучи на объезде. Впереди на белоснежном олене сам Эльвэ, в сером, но богато расшитом плаще, за ним свита: эльфы-стражники, какой-то адан, очевидно из родичей Берена, двое очень отличающихся друг от друга эльдар. Один синда с могучим луком через плечо, другой, разряженный ярко, видимо, из мориквенди. Морьо скрипнул зубами. Мог бы воинов прислать, а не пятерых шутов. Проверяет, что ли, как атто - кузницы? Впрочем, отпугивать Тингола в планы Морьо не входило. Эльвэ погонял царственное животное неспешно и когда поравнялся, приветствовал Морьо легким кивком головы, сразу сказав, что едет к государю Ородрету - видно, не узнал Морьо и принял его за начальника пограничной стражи. Потом, правда, осанка, убранство, а главное - внешность навели его на кое-какие мысли, и он остановился, начиная приветственную речь, более вежливую, долгую и церемонную, подумав, что князь Таргелиона теперь служит в охране границ у родича. Звучала она прохладно - он еще не забыл известия о резне и своего приказа считать всех нолдор первого дома братоубийцами. - Приветствую тебя, Морифинвэ Карнистиро, - начал он, из вежливости вспомнив-таки его имя на квенья. - Я явился с малым отрядом по просьбе правителя Нарготронда, государя Ородрета. - Это было несколько опрометчиво с вашей стороны, владыка, - заговорил Морьо с тонкой улыбкой. - Мы ждали подмоги побольше. Я опасаюсь за ваше благополучие - кто же защитит ваш малый отряд, если орды хлынут, пока вы гостите здесь? Конь Морьо всхрапнул и придавил очередного крупного паука копытом. - Видите? Завесы у государя Ородрета нет, жены майэ тоже, да и Сильмариллы, что отпугивали бы Тьму, отсутствуют, - с самым кротким видом сказал он. Тингола показная кроткость не обманула, но выходить из себя он не стал. - Не в моих правилах бросаться в бой очертя голову, основываясь на неясных слухах и предчувствиях. Я оказал уважение уже тем, что явился сам. Но если дела и впрямь плохи, могу немедленно отправить назад гонца с просьбой о подмоге. Впрочем, надо еще увидеть тому подтверждение, - и он подогнал оленя чуть вперед. - В любом случае, я не намерен с тобой спорить. Серьезность положения нужно обсуждать вместе, объехав границы перед этим. - Готов сопровождать вас в поездке, - улыбнулся Морьо уголками губ, - а сейчас дозвольте проводить вас к государю Артаресто. Он поймал на себе взгляд адана. Все сопровождающие Тингола были не слишком дружелюбны по отношению к Морьо и его отряду. - Могу уточнить, с кем имею честь? Тингол кивнул и представил собственных спутников, начав с эльфа-синда. - Белег Куталион, командир моих приграничных стражей и смелый воин, так что, не сомневаюсь, сможет помочь твоему родичу Ородрету в защите границ, - кивнул он и перевел взгляд на молодого адана. - Турин Турамбар, мой воспитанник и родич Берена. Ему присущи смелость и храбрость его рода, потому он вызвался ехать со мной. Последним внимания удостоился мориквенди в богато отороченном мехом плаще, который, однако, сильно запылился. - Это Саэрос, мой менестрель и слуга. За мной - моя стража, верная и проверенная во многих боях с орками у северных границ Дориата. Морьо любезно кивнул Белегу, смерил колючим надменным взглядом Турина и оглядел Саэроса. - Какая бледная замена Даэрону, - заявил Морьо, не удержавшись. - А что, беднягу так и не нашли? Жаль, жаль - Кано до сих пор жалеет, что не удалось помериться силами в самом чудесном состязании. Я, признаться, и забыл, каково это - показывать мастерство не в бою и не в ковке оружия. В свое время в Амане Кано очень любил достойное соперничество. Но теперь уже, я смотрю, не с кем. Увы. Саэрос сверкнул глазами. - Не слишком умен тот, кто судит о других по внешности, даже не узнав их. С чего ты взял, лорд, что я уступлю в искусстве пения Даэрону? Если твой брат так печалится о потере достойного противника, я вполне готов заменить его... Если он, конечно, решится на состязание. - Я передам ему. Может, и согласится, - пожал плечами Морьо. - Нет, внешне ты очень важная курица, тут я не спорю. А в деле... Посмотрим, друг мой. Итак, сейчас вы, верно, желаете отдохнуть. А завтра я покажу вам границы, особенно северные - там есть повод для беспокойства. Ородрет встретил Эльвэ более чем сердечно - он будто бы почувствовал себя легче в его присутствии; так же он отнесся и к его спутникам. В главном зале чертогов вечером началось настоящее празднество, какого не было давно, будто тьма не лежала совсем близко к границам Нарготронда. Сам Эльвэ предпочитал беседу с Ородретом, выспрашивая о причинах его тревоги, Белег тоже чувствовал себя в Нарготронде вольно и уже рассказывал какие-то байки в компании нескольких нолдор и Турина, то Саэрос откровенно скучал. К вечеру он сменил одеяния на еще более богатые - их цветочные мотивы выглядели непривычно. Финдуилас провела часть вечера с Гвиндором, но позднее все же оставила его ради веселья, что шло внизу. - А что, верно ли, что спутник владыки Тингола - менестрель? - спросила она у отца. - Может, он порадует нас веселыми песнями из Дориата? - Надо же, а тебя разве не радует его павлиний наряд? Ещё и песни ей подавай, - весело отозвался Морьо, отвлекаясь от стола. - А ты скалишься, подобно орочьему отродью, потому что сам понимаешь, насколько низко ты пал, лорд Таргелиона, вынужденный прислуживать младшему принцу нолдор? - не остался в долгу Саэрос. - Сын самого Феанаро лесной обьездчик в Нарготронде. Принц без королевства. Неудивительно, что ты такой озлобленный. Я бы тоже грустил на твоём месте. Морьо с трудом удержал лицо. - Ты ошибся - я не прислуживаю, а нахожусь в гостях у своего дорогого родича, - его улыбка напоминала оскал. - С такими родичами и врагов не надо, - сочувственно заметил Саэрос, глянув на Ородрета и расчехлил лютню. - С превеликим удовольствием порадую леди Нарготронда. Его пальцы прошлись по струнам, извлекая из них мелодичный напев. Понеслись веселые звуки, приглашавшие встать и начать танец. Они не принадлежали самому Саэросу - наверное, он выучил эту песню у Даэрона, потому что эльфы знали ее давно, еще в Валиноре. Несколько местных музыкантов подхватили ее, и начался долгий танец. Саэрос не отводил от девушки взгляда. Заметно было, что Финдуилас понравилась ему, и он спешил извлечь из инструмента все богатство звуков. Морьо пустился в пляс с племянницей - это было необычно для него, он, как правило, предпочитал отсиживаться в стороне, хотя танцевать умел. - Как Гвиндор? - спросил он участливо. - Тебе понадобится много терпения, чтобы вытянуть его. Но он тебя любит до сих пор. - Он опечален из-за того, что мог привести соглядатаев из Ангамандо. И не похож сам на себя, - грустно проронила она. - Но я надеюсь, что он станет веселее, дядя. Иногда мне страшно дотрагиваться до него - я через осанвэ вижу всю ту боль, что он там перенес. Финдуилас двигалась мягко, плавно, точно призывая подойти поближе; о том же просила ее улыбка. Пара взглядов, кинутых на Саэроса, и последующий ее смех заставили того покраснеть. Морьо подхватил ее на руки и ловко подбросил к потолку - эти элементы танцев были присущи диким пляскам эдайн Халет, а не эльдар. - Осторожнее, она же не из твоих узкоглазых смертных друзей, - прищурился Саэрос, - видно, совсем одичал принц первого дома, раз обращается с дамами как со смертными дикими женщинами, что бегают по лесам, прикрытые лишь своими волосами. Морьо поставил племянницу на пол и обернулся к Саэросу. - Что, прости? Я плохо понимаю синдарин или ты тявкаешь на родном орочьем? Лютня звякнула последний раз и затихла, Саэрос вскочил с места: - К твоему сведению, кромы музыки я неплохо владею мечом. Ты готов ответить за свои слова? Или нет? Он подскочил к танцующим - музыка не прерывалась, а известный мотив подхватили дворцовые музыканты. - Орочий ты, кстати, должен понимать лучше моего - ведь именно у орков ты учился манерам! - Неплохо владеешь мечом? Ты, дворцовая приживалка? - радостно захохотал Морьо. - Давай проверим, чего ты стоишь. Разойдитесь. Обещаю, что не буду ощипывать этого цыпленка. Он отбил первый выпад, потом второй. Вскочил на лавку и пнул Саэроса в лицо. Тот шлепнулся на землю. Морьо схватил большой котелок с недоеденным варевом и надел на голову Саэроса. - Шлем тебе не помешает, - весело сообщил он. Саэрос быстро скинул котелок с головы, но выглядел все равно жалко: волосы слиплись и блестели, по спине и плечам разлилось мокрое пятно, множество листиков из супа запутались в волосах, точно он хотел украсить себя нелепым венком. К ним уже спешил вскочивший с места Ородрет. - Морьо, умоляю, не надо, не стоит, - он попытался растащить их. - Все так хорошо шло, зачем вам вздумалось ссориться, да еще и... - Прекратите! - раздался голос Тингола, куда более уверенный, громовой и возмущенный. - Прекращаю. Из уважения к вам, Эльвэ, - ехидно ответил Морьо с поклоном,- а то менестрели у вас слишком быстро заканчиваются. - Неплохо бы было делать это из уважения к правителю Нарготронда, - надменно процедил Тингол, всем видом показывая, что осуждает манеры Морьо. - Мой двор богат менестрелями, к счастью. - А сюда повели того, кого не жалко? - округлил глаза Морьо. - Прошу прощения, сразу не понял, подумал, что это один из лучших представителей вашего двора Тингол после этих наглых слов чуть улыбнулся - видно, шутка Морьо посмешила его помимо его воли, но тут же нахмурился. - Для того, кого приветили при чужом дворе, ты ведёшь себя чересчур вызывающе, сын Феанаро. - Почему ж приветили? Я не просил убежища. Я в гостях. А вам, наверно, кажется, что мне некуда идти, и меня приютили из жалости? Вовсе нет, у нас осталась твердыня Амон-Эреб, воинство и верные. А здесь я исключительно по своей воле и из желания помочь - это самые северные рубежи, так что я нужен здесь. - Если нам предстоит снова вместе отражать нападение орков с севера, тем более не следует затевать нелепые ссоры. Ищи себе равных противников, лорд. Тут вспыхнул и Саэрос, усмотревший в словах Тингола намек на то, что он не может похвастать особо благородным происхождением. - Я, правда, сомневаюсь, что есть настоящие причины волноваться, - продолжил рассуждать Тингол. - Враг потерял много сил не так уж давно, он не решится на большое наступление, я полагаю. - А вы вспомните, как быстро размножаются орки и как медленно эльфы. Он уже давно восполнил потери, - мрачно ответил Морьо. - Среди нолдор Первого дома нет ни одного ребенка, рождённого после прорыва осады. Ни одного. Орки же готовы... Кхм ... Размножаться в любых условиях. Поэтому я бы не ставил на то, что Враг будет выжидать. К тому же у него есть огнедышащая тварь - если б не она, мы бы удержали оборону в Нирнаэт, но... Завтра утром, владыка, я вам лично покажу север Нарготронда с согласия Рэсто и те приметы, что заставляют меня думать о возможном наступлении орд с севера, - деловым тоном закончил он.