Благими намерениями

Тьелко заперли в комнате под присмотром близнецов, которые уговаривали его успокоиться: ехать сейчас было невозможно - Курво был очень плох. Тьелпе потерянно сидел в самом темном углу залы, где Нельо беседовал с Фрин, и смотрел на отца неотрывно. Видя его несчастный вид, гномы позвали его с собой - они собирались отдать ему доспехи Куруфина, но перед этим их нужно было отыскать. Он восторженно огладывал их огромные оружейни и расспрашивал осторожно об особенностях выделки стали. Его главный мастер проводил в мастерские, где ему предстояло сделать то открытие, что не все эльфы бездарны. Кано успел найти гномьего музыканта и расспрашивал об инструментах. А Морьо, сбежавший из-под присмотра целителей и отправившийся вслед за отрядом в одиночку, пытался пробиться к своим, споря со стражниками Синих гор. - От вас, эльфов, одни только беды, - ворчал длиннобородый гном. - Сегодня пустили нескольких ваших, так один из них, белобрысый, говорят, чуть не поубивал всех. А если ты начнешь вести себя так же? Нет уж, нет уж. Курво все еще крепко спал. Теперь ему выделили покои для лучших гостей - гномий король устраивал их как раз на тот случай, если его посетят гости из эльфов или людей - жаль, что Курво был неспособен это осознать. Спал он необычно долго для эльфа и дышал тяжело: было слышно, как хрипит все у него в груди. Иногда он вскрикивал и жалобно стонал. - Дурные сны, - гномиха пробовала растолкать его, но все было бесполезно. Точно его организм понял, что теперь все кончилось, и прекратил держаться. Нельо был рядом. Курво пришел в себя лишь под вечер другого дня и сделал слабую попытку встать. - Лежи, прошу тебя, - гномиха подсунула ему подушку под спину. Курво видел над собой рыжеволосого великана, и теперь память подсказала ему, что это - его брат. - Нельо, - выдохнул он. - Вы пришли. А я думал, вы не... не станете ссориться с гномами ради меня. - Никто не ссорился. Мы отдали им выкуп. Ресто вернул Наугламир, ради тебя. Морьо как приехал, так кинулся в Нарготронд. А я... Я... - он опустил глаза, - я думал, не получится. После Нирнаэт разучился верить в чудеса, - виновато сказал он. - Но сначала мы вас похоронили, а потом... Он погладил Курво по щеке. - Все наши здесь. Кроме Морьо, он ранен, остался в Нарготронде лечиться. - Не остался, не выдумывай, - Морьо стремительно вошёл в помещение, тяжело дыша. Он целые сутки уговаривал гномов, и в итоге подкупил брошью работы Тьелпе, так что стражи все же доложили об эльфе и сопроводили его до своих. Он замер в паре шагов от Куруфина. - Я опоздал... - хрипло произнёс он. Опустился на колени, сжал руку Курво и прижал к губам, - Прости меня, торонья. Я все же опоздал. Куруфин испуганно отнял ее. - Что ты, - пробормотал он, хрипло дыша, - что ты. Ничего же не произошло... Но обоим было ясно, что самое страшное уже случилось, и Курво с трудом сдерживался, чтобы не зарыдать. Его трясло. ​ *** Тьелко в соседней комнате приник к замочной скважине. - Эй! Есть там кто-нибудь? - Да, - отозвался один из близнецов. - Это ты, Тэльво? Тэльво, ты всегда был хорошим мальчиком... Выпусти меня, а? Я что, не заслужил повидаться с братом? - Нельо считает, что нет, - отозвался Тэльво. - И оружие тебе тоже велел не отдавать. - Надеру уши, - жалобно сказать Тьелко, садясь на пол возле скважины. - Выпусти, а? - Нет, - твердо ответил за брата Питьо. - Говорит, ты позоришь нас перед гномами. - Что? Тогда я начну сейчас выламывать дверь, и вы будете опозорены перед гномами еще больше! И гномы будут думать, что я сумасшедший! Выпусти немедленно, я должен увидеть Курво! Близнецы замолчали. Потом Питьо неуверенно сказал: - Ты его напугаешь, Тьелко. - Я скажу Майтимо, как уж он решит, - ответил Тэльво. - Схожу на разведку, хорошо? Если разрешат, и если Курво в состоянии, мы тебя отведем. Только не буйствуй. Я мигом. Тэльво просочился в покои, когда Морьо уже сидел рядом с Нельо, крепко обняв пятого и покачивая его в своих объятиях. - Там Тьелко на волю рвется. - Он тут всех уже напугал, - скривился Нельо. - Я его провожу сюда, - поднялся Морьо. - Куруфин, Охотник соскучился. Ты как? И Курво неуверенно и слабо улыбнулся - Турко? Я помню... Только... Он же помнит меня другим... - Нельо, под мою ответственность, - вскочил Морьо. Нельо устало махнул рукой, мол, делайте, что хотите. Морьо поспешно направился вслед за Амрасом. - Турко, это Карантир, - стукнул он в дверь - Я провожу тебя к Куруфину. Но имей в виду - он совершенно не в себе. Обидишь или напугаешь - больше не подпущу к нему, понял? - Да я разве... Мог бы обойтись и без своих угроз, - обиженно поджал губы Тьелко. И радостно вскочил, когда дверь наконец открылась. - Я же не виноват, что не узнал его сразу. Надеюсь, брат не обиделся. Но послушай, Морьо, эти твари! Довести его до такого! Чем они лучше орков? - Тьелко, - угрожающе начал Нельо, когда они показались на пороге покоев. - Молчу, - проворчал он и бросился к Курво, садясь на пол подле его постели. - Торонья... У тебя седые пряди, ты знаешь? И Тьелко снова испуганно замолчал, испугавшись, что сказал лишнего, но совершенно не желал выпускать из своих ладоней его руку. Курво вздрогнул и закрыл лицо свободной рукой - Знаю, Турко, знаю. Я урод, я... Может я тут останусь? Вы такие... А я... Меня теперь от орка не отличить. Как я буду жить среди вас? Он вновь залился слезами, жалобно всхлипывая и вздрагивая всем телом. Тьелко последний раз слышал такие рыдания от Курво ещё в Валиноре, когда тот совсем ребенком оставался без сладкого или когда его отчитывал отец. - Вовсе нет, что ты говоришь такое, торонья, - поспешил опровергнуть его Тьелко и сам поразился тому, как дежурно и бледно прозвучали его слова. Должно быть, Курво тоже это понял, потому что, отвернувшись от него и закрыв лицо, продолжил: - Я останусь, - упрямо сказал он. Тьелко стало мучительно страшно - и стыдно. Он ведь не мог ничего пообещать и не хотел лгать, говоря, что красота вернётся. А если нет? - Мы уйдем в леса, будем жить там вдвоем. Мне ты дорог любым, а зверям все равно, - он тронул его за плечо. - Курво? Я дурак, я знаю. Не злись на меня... На нас. Мы любим тебя и скучали. Я так едва с ума не сошел. - Это точно, - проворчал Питьо. - Чуть не выломал замок гномьей работы. - Курво, это все из-за меня. Я должен был поторопиться, - Морьо сел рядом. - Но с Ородретом было сложно. - Я вообще не знал, что ты до этого додумаешься! - вот теперь в голосе Курво прозвучали знакомые надменные нотки. - Я думал, ты поднимешь войска, приведешь братьев. - Так воинов почти не осталось, - вскинул руки Морьо растерянно. - Я не разрешил. Мы бы ничего не добились, - влез Нельо. - Я так и думал, что это месть за Тангородрим, - ядовито и язвительно сказал Курво и вновь сгорбился, закрывая голову руками и снова начиная всхлипывать. Остолбеневший Нельо прижал ладонь ко рту и улыбнулся против воли. - Курво, ну ты же все такой же... Вредный. - Только теперь ещё слабый и уродливый, - пробурчал Курво. - Он поправится, - подмигнул Нельо Тьелко. Курво дёрнул плечом, но недостаточно сильно, чтобы сбросить руку Третьего. Так что Тьелко обнял его еще сильнее и, сам восхитившись тем, что удалось победить первый страх пополам с отвращением, обнял еще раз. - Зато ты теперь похож на меня цветом волос. - Придушишь, - Курво сделал еще одну слабую попытку вывернуться из его рук. - Да, похож. Только и останется, что прятаться по лесам. И мастерство не вернется, - заключил он совсем упавшим голосом. - Ты будешь подсказывать мне, а я делать, атто, - вмешался робко Тьелпе из угла. Курво скосил глаза на сына, но не ответил ничего. - Руки меня совсем не слушались, - вздохнул он снова. - В конце концов, атто тоже не творил сам после исхода, - попытался утешить его Питьо. - Потому что его почти сразу... не стало. - Он сразился с балрогами. А я даже с гномами договориться не смог, - продолжил Курво. - Так и атто не смог договориться. В этом вы похожи. - Если ты думаешь, что я способен сейчас подсказывать что-либо, ты ошибаешься. Я имя свое вспомнить не мог, - сказал Курво. Потом с трудом сел, цепляясь за брата и быстро посмотрел на сына. - Ну, чего прячешься? Иди сюда... - он опустил глаза и выдохнул через силу, - yondo. Морьо обернулся к Тьелпе и украдкой погрозил кулаком, мол, не смей его сейчас отталкивать. - Дотронуться-то дашь до себя или побрезгуешь? - добавил Курво, снова глянув на сына исподлобья. Тьелпе подошел и быстро обнял его, уткнувшись лицом ему в плечо и бережно придерживая, будто Курво мог рассыпаться даже от такой малости. - Я рад, что снова вижу тебя, - Тьелпе глубоко вдохнул, скрывая слезы. - Поправляйся быстрее, и мы поедем туда, куда захочешь. Курво не знал, куда деть руки, потом сам неловко погладил сына по спине. И поднял взгляд на Нельо. - Где вы теперь живете? Морьо... Аглона больше нет? - Я тебе больше скажу. Таргелиона больше нет. Остался Амон-Эреб. И мы отстояли Нарготронд, - с ноткой гордости добавил Морьо. - Морьо провел в обществе Ородрета несколько лет ради тебя, - со смешком проговорил Тьелко. - А, ну да. Это конечно героический поступок. Не сравнить с каменоломнями наугрим в обществе орков, - ядовито отозвался Курво. Морьо залился краской до ушей. Судя по всему, перспектива возвращаться на Амон-Эреб совсем Курво не обрадовала, и он некоторое время с тоской смотрел перед собой, не видя никого, потом откинулся на подушки, ложась обратно. - Я устал, - объявил он. - Хорошо, - понимающе кивнул Нельо. - Мы тебя оставим ненадолго. Фрин пусть останется на случай, если тебя будут мучить дурные сны. Хорошо? Курво кивнул. Нельо и остальные вышли, и Курво без них некоторое время лежал, смотря в потолок, потом снова повернулся к гномихе, которая сидела на низкой скамейке подле его постели. При братьях он стеснялся к ней обращаться, но тут вновь оттаял и протянул ей руку, взяв ее пухлую ладошку с короткими пальцами. - Я тебе очень благодарен. И я всё еще не знаю, стоит ли мне уезжать отсюда. Она заморгала часто. - Да, но здесь может быть опасно. С тобой так обращаются, и... Почему ты не хочешь? Твои родичи тебя ценят, и они такие красивые, как из сказки. Я до тебя эльфов и не видела. И не думала, что ты правду говоришь - а ты действительно принц - и какой! Брат самого Нельяфинвэ Майтимо! - Она засмущалась и произнесла: - Он предложил мне отправиться с тобой... Если ты, конечно, не против. Ты окрепнешь и станешь таким же, как они, - восхищённо добавила она, - в своих лесах, среди зелени и деревьев, дивный народ проводит свои дни в плясках и пирах. - Наверное, уже никогда не стану, - мрачно ответил Курво, потом повернулся к гномихе. - Я не против отправиться туда с тобой, но... Он представил себе всеобщие сочувственные взгляды - не братьев, которые повидали многое, а всех остальных, хотя бы собственных уцелевших слуг и верных, и ему стало тошно. Что они будут делать? Презирать его? А когда узнают, что он не мастер более? Прятаться в лесах по совету Тьелко? Отвращение к себе накатило с новой силой, и он коротко простонал. Опомнился только тогда, когда ощутил, как Фрин подносит чашку с успокаивающим питьем к его губам. Кивнул благодарно, чуть отпил и снова задремал. Гномиха взяла его ладонь и принялась старательно обрезать его ногти, обломанные и царапавшиеся, потом заново наложила повязки на ладони. *** Тем временем Морьо зашёл к Ородрету. Грустно улыбнулся, взял за руку. - Он здорово изменился, Ресто. Рок висит над ним, точно как над Гвиндором. Мы потеряли время, а у Курво его почти не было... Ородрет не отвечал. Он сидел, спрятав лицо в ладони. Послышался сдавленный всхлип. - Если бы я только знал, Морьо, - на вдохе произнес он, - не могу себе простить... Зачем я столько медлил? Теперь ему казалось, что случившееся с Курво - целиком и полностью его вина, и он забыл, что попросту не мог освободить Куруфина в первый же день его заключения. - Я так надеюсь, что он оправится. Скажи только, что еще я могу сделать? - Думаю, все будет хорошо. Не переживай так, - Морьо ласково обнял Ородрета за плечи, - только... Я вот думаю насчёт Сильмарилла - он же наш, по праву наш, - вкрадчиво заговорил он. - Тут такая же история. Может, получится договориться, - он потер виски, - пока наши фэар не истаяли совсем, понимаешь? Ородрет вдохнул глубоко, призывая себя успокоиться, и взглянул на Морьо глубокими синими глазами. - Ты хочешь сказать, что мы должны попробовать уговорить Тингола, чтобы он передал сильмарилл? Но Морьо... На это он точно не пойдет. - Тингола, Берена. Я не знаю, Рэсто. Я знаю одно: если не отдаст, будет бойня. Мне бы очень этого не хотелось, - криво усмехнулся Морьо. Поднялся, приобняв кузена за плечи. - Пойду навещу брата. Если он захочет тебя видеть, пойдешь? - он улыбнулся ободряюще. - Вам стоит помириться. Он уже за все заплатил сполна . - Да, если он в состоянии и я не утомлю его, - и Ородрет устремился за Морьо. В комнатке, где уже несколько часов дремал Курво, было тихо. Фрин потихоньку вышла, и он остался один. Кошмары его не тревожили, и сон походил на темный провал. Но спал он чутко и при звуках шагов тут же вскочил - сказался страх задремать перед надсмотрщиком. - Курво, торонья, ну что ж ты, - мурлыкнул Морьо, садясь рядом, - это всего лишь я. Мы. Ресто, заходи. Ородрет интересовался твоим самочувствием. Ну и вообще ты ему обязан своим спасением - он ведь все же отдал ожерелье. Хорошо, что Нарготронд все же удалось спасти от лап орков - из Ангбанда выцарапывать его было бы чуточку труднее, - тон его был кротким, но бровь он вскинул знакомым образом, точно как в юности, когда они вдвоем задумывали совместную шалость. Куруфин перевел взгляд на Ородрета - взгляд утомленный, который говорил о том, сквозь что ему пришлось пройти. - Я благодарен. В тоне особой благодарности не было. - Жаль, что наши с Морьо владения в свое время отбить не удалось. - Да, - вздохнул Морьо и взял ладонь Курво в свою, - мы очень не вовремя попались наугрим. Как я и говорил, они все считают своим, включая собственные подарки. Секреты плавки стали, будь они неладны, кольца, ожерелья. А может, они просто не верили, что мне удастся достать Наугламир, и их целью была исключительно месть Куруфину... - Морьо пожал плечами. - Больше всего на свете я жалею, что в безумии своем мы уподобились наугрим и связали свои судьбы и судьбу атто с камнями. Если бы не это, разве гонялись бы мы за Сильмариллами? Но увы, клятва произнесена, никто нас от нее не избавит. Да и не захочет. Даже приползи мы как псы на брюхе, Валар и слушать раскаяние не станут. Да что там валар, если родного брата уговаривать чуть ли не на коленях приходилось... Он горько вздохнул. - Ресто, я понимаю, что глупо тебя просить о ещё одном одолжении, но может... Может, ты приютишь нас втроём? Пока Курво приходит в себя. У тебя чудесные мастерские, умелые целители, там Тьелпе, да и в Амон-Эреб слишком тесно для семерых. К тому же кто сказал, что Моринготто отступится? Я буду преданно защищать твои границы. - В этом нет ничего глупого, - Ородрет ответил удивлённо, но сразу подумал, что ради защиты границ, пожалуй, и сам видит выгоду в его предложении. - Я охотно приму вас. В самом деле, в такое время... Он вспомнил недавнюю битву и нервно сплел пальцы. - Я и сам хотел это предложить, но не был уверен, что твой брат согласится. Он вправе винить меня за такое промедление. - Сама эта идея кажется абсурдной, - начал было Курво, но осекся и замолчал. - От меня будет немного толка. Я едва могу встать. Даже не представляю, как я поеду верхом отсюда до Нарготронда! - капризно закончил он и снова лег на подушки. - Правда, Тьелпе может что-нибудь придумать. Он замолчал. Ехать в повозке или паланкине ему не хотелось, это казалось ему оскорбительно, хотя почему, он и сам не мог сказать. - Ты все же надеешься убедить Тингола? Но один сильмарилл, Морьо, что он даст? - спросил вдруг Ородрет и сам будто испугался своего вопроса. - Надежду, - кротко сказал Морьо. - Нам она нужнее воздуха. И понимание того, что войну можно остановить разговором. Если уж сородичи готовы убивать нас ради камней, то какая может быть вера в победу над Морготом? Вы говорите, Моргот зло, но я вижу... - он слабо кивнул на Куруфина - что добрые и светлые наши союзники поступают ровно так же, как и Бауглир. Безумие проникло слишком глубоко, Ресто, и с самых гаваней враг борется с нами нашими же руками. Ему не победить эльдар. Только сами эльдар могут победить эльдар. Мы будем вынуждены во имя камней поднимать оружие на дориатрим, мы зальем кровью эти земли так же, как Альквалондэ. У нас просто нет выбора. А у Тингола он есть. Ородрет покачал головой. - Слишком страшны твои слова, - и он быстро вышел, точно боясь, что Морьо склонит его к убийству дориатрим прямо сейчас. Куруфин проводил его взглядом. - Ничего. Артаресто нужно время, чтобы свыкнуться с этой мыслью, - сказал он и хрипло захохотал, и его смех походил на хриплое карканье вороны. - Это ты хорошо подметил, Морьо. Он завозился и приподнялся, потом поставил перед собой тарелку с нарезанными фруктами и начал медленно есть. - В самом деле, что Тингол себе позволяет? Думает, завеса защитит его от всего на свете?