Дофамин

Что-то не так. Слишком холодно, несмотря на то, что сейчас лето. Это «Что-то не так» мешает спать. Сладкий сон отступает на второй план, ведь рядом нету сладкого тепла, чтобы подпитывать его. Проведя рукой по правой части кровати, мужчина понял: вот что не так. Она пуста и холодна. Перевёл взгляд на часы: 4:30. Слишком рано. Высунул ногу из-под тёплого одеяла, которое накрывало его безопасностью. Странно, вроде лето, а слишком холодно. Приняв героическое решение, академик сел на кровать. Когда одеяло сползло с голой спины, её обнял холод. Мурашки волной пробежались по телу, от чего без спроса дёрнулись плечи. Дмитрий встал на ледяной пол: слишком не комфортно. Стянул с кровати ещё тёплое одеяло и укутался в него с головой. Соблазн остаться в тёплой кровати был велик, но желание узнать ответ на вопрос: где он? Было более заманчивым. Аккуратно ступая по холодному полу, словно по иголкам, Дима в «одеяльном коконе» добрался до кухни. Там, напротив окна, стоял Михаэль, в одних шортах, спиной к нему. Он смотрел в окно, не реагируя ни на что. Даже на то, как отчаянно стал свистеть красный чайник в белый горошек на плите. Хирург просто стоял и смотрел в окно. Не пытаясь что-то разглядеть, не пытаясь что-то увидеть, а просто пытаясь что-то понять. Он сам не знает что. Он смотрел в окно потухшим взглядом. Таким, будто его жизнь мигом обрушилась из-за неизвестных даже ему самому причин. Стоял и смотрел. Практически не моргая. Уперевшись руками в подоконник. Он не заметил, как академик переступил порог кухни, как академик выключил чайник, как академик обнял его, укутывая в свои «одеяльные объятия». Хирург будто умер. Слишком бледная кожа. Слишком угасший взгляд. Слишком не читаемые эмоции на лице. Дима стоял и обнимал его, пытаясь понять: что происходит? Но второй ничего не говорил. А первый ничего и не спрашивал. По телу хирурга прошла дрожь. Он всё не отрывал взгляда от окна, ведь его взгляд был давно погружён в свои мысли, а глаза, просто как объект декорации, были уставлены в окно. Казалось, что он уже давно не в этом мире, а этот мир давно не вокруг него. Казалось, что хирург в ином немного мире, в мире грёз. И лишь его оболочка не смогла улететь туда вместе с разумом его. Дима подумал: в реальность надо его возвращать. Хотя, кажется, что ни хирургу, ни реальности этого не надо. Ведь каждый шаг в себя, в свои грёзы, может позволить как разобраться, так и ещё пуще заблудиться в себе. А это уже личный выбор каждого человека: разобраться или заблудиться, это зависит от того, чего ты хочешь больше. Многие думают, что все проблемы предначертаны судьбой и поэтому стремиться их исправлять якобы нет смысла. Но это не так. Если кто-то ещё не заметил, то в этой жизни вообще нет смысла. По крайней мере его не было пока не появился человек 2,6 млн. лет назад. Именно человек дал всему смысл, дабы легче и понятней жилось. Он дал названия, определения, способы измерения, он дал смысл этой жизни! И лишь ему выбирать, какой именно это будет смысл. В человеческих руках находится необычайная сила, которая доступна всем. Просто многие об этом не знают или знать не хотят. Ведь проще свалить всё на судьбу и сказать: такова судьба, ничего не поделаешь. Конечно! Тогда всё становится проще, но проблемы, переживания и вся эта лабуда никуда не исчезает! Она становится ещё больше, накатывается как снежный ком, а потом раздавливает душу. Только вдумайтесь: если мы дали всему этому миру смысл, то и в наших силах его изменить твою мать! А знаете как? Начать с себя, изменив своё восприятие к миру. Да, я понимаю, ничего не хочется менять, хочется остаться в этом комфортном болоте, но как вы будете спокойно жить с мыслью о том, что всё это можно изменить? Например: наконец стать успешным, стать любимым, самому любить, наконец стать счастливым! Всё это возможно, лишь надо изменить своё восприятие. Когда нам кажется, что какая либо проблема не решаема, нужно представить, что решить её раз плюнуть и решение действительно будет лёгким, главное в это верить. Смекаете? В комнате полумрак. Полумрак из-за туч, которые сейчас были черней ночи. Они повисли над столицей, закрывая всякий проход для лучей солнца. Лишь зелёные деревья сверкали своими кронами на фоне грузовых туч. Какое прекрасное затишье перед бурей. Не удивительно, что Михаэль засмотревшись на этот прекрасный вид, ушёл в себя. Так часто бывает, когда наблюдаешь что-то действительно прекрасное. Диме чуть надоело. Он решил всё-таки вернуть Мишу в этот мир. Академик поцеловал хирурга в шею, чуть правее от позвоночника. Михаэль вздрогнул от ощущения теплых губ на шее, словно проснувшись. — Ты чего делаешь, Михаэль? — Дима произнёс это шёпотом, целуя плечо мужчины. — Чайник кипячу — Так же шёпотом произнёс Михаэль, украдкой посмотрев на чайник. — Аа, понятно… а о чём задумался? — Да так, погоду увидел и вспомнилось кое-что. — Михаэль украдкой взглянул в окно. — Ну ладно. — Дима не стал докапываться до хирурга, потому что знал, если надо, то он сам всё расскажет. На завтрак хирург решил сварить вареники. Пока Михаэль копошился около плиты, Дима внимательно за ним наблюдал. За его руками. Тонкие длинные пальцы мастерски разбили два яйца в миску, да так, что ни одна скорлупа не попала в посудину. Потом в миску полетел творог. Чуть перемешав это всё вместе с мукой, Михаэль достал из миски массу, похожую на пластилин. Раскатал её в сосиску и порезал на маленькие кусочки. Вскипятив воду, хирург бросил будущие вареники в кастрюлю. Две минуты ожидания и вот, вкусные вареники стоят в клубах пара на столе. Вареники это русское блюдо, Михаэль сам не знает, кто и когда его научил их готовить. Но тем не менее у него здорово получается, как и многие другие блюда. На улице разбушевалась буря. Ливень бил по окну, и казалось, что он вот-вот его разобьёт. Завывал ветер, гремел гром, сверкала молния. Прекрасное утро. Сейчас мужчины сидят друг на против друга и лопают вареники с вареньем. Хорошо сидеть в компании любимого человека в полной тишине и слышать лишь ливень, который барабанит по стеклу. От такой погоды веет спокойствием, свободой и лёгкостью. Хочется остаться в этой успокаивающей атмосфере навсегда. Сидеть так долго-долго, уходя в себя всё дальше и дальше. Когда Михаэль закончил трапезу, он посмотрел на милого академика. Академик был милым, потому что был укутан в одеяло и казался таким беззащитным и хрупким, что хотелось его прижать к себе и никогда не отпускать, чтобы его никто не сломал. Дима заметил изучающий взгляд хирурга и вопросительно вскинул брови. Михаэль на это нежно улыбнулся и ушёл в другую комнату, оставив академика в непонимании одного. Через пять минут он пришёл, держа в руках поглаженную футболку. — Руки вверх. — Скомандовал Михаэль, красиво улыбаясь. Дима без лишних раздумий поднял руки вверх, как ему и сказали. Хирург натянул на него горячую после глажки футболку. — Так удобней, Дим, чем в одеяло кутаться. — Дмитрий благодарно улыбнулся такой заботе. Обменяв футболку на одеяло, Михаэль пошёл заправлять кровать. Академик тем временем принялся мыть посуду. Они так договорились, что один готовит, а второй потом посуду моет.