11
10 июля 2023 г., 13:23
***
Цзюнь, внимательно слушая Чжэханя и всеми силами стараясь удержать свою мысль в голове, наскоро пытался одеться. После выпитого алкоголя, длительного отсутствия сна и всех пережитых с Чжэханем чувств, это получалось с трудом. Пальцы не слушались, а пуговицы всё никак не желали застёгиваться. Тем не менее, Цзюнь оставил всё позади: единственное, к чему он стремился сейчас, это побыстрее оказаться в кабинете. — Уже перевалило за полночь, — лихорадочно думал про себя математик, резвым шагом двигаясь к двери и жестом показывая Чжэханю идти следом, — японцы сменили ключ, но прошло не так много времени. Возможно, мы ещё успеем… Ай! Чжэхань тут же придержал Цзюня за руку: — Осторожнее, Цзюнь-Цзюнь! — Небеса… Даже не заметил, как запнулся, — сконфуженно пробормотал Цзюнь, — спасибо, А-Хань. — Да… Ничего, неважно, Цзюнь-Цзюнь… Главное, ты… Что ты придумал? — воспользовавшись заминкой, Чжэхань бегло оглядел Цзюня и поправил ему складки на пиджаке. — Я… Это только версия, конечно, — Цзюнь удручённо закусил губу, — но если японцы так точны в стихах, то так же точны они должны быть и в шифрах. — Что ты имеешь в виду? — Когда я создавал YELLOW, я хотел, чтобы она опробовала всевозможные комбинации и вывела нужную, — скороговоркой проговорил Цзюнь, — но, кажется, эта задача сложна даже для неё. Её мощности не хватает, А-Хань. Потому она и отказывается работать. — Но как же тогда… — Тогда мы попросим её быть более точной и сузим спектр, — кивнул Цзюнь, хватая Чжэханя за запястье, — нет времени объяснять, А-Хань. Позови всех, а я пока пойду в кабинет, ладно? — Хорошо, Цзюнь-Цзюнь. Как скажешь, — взволнованный, Чжэхань отправился будить всю остальную команду. Цзюнь же рванул в сторону кабинета. Пробежав мимо ошеломлённых военных, толком ничего даже не успевших ему сказать, математик бросился к дешифратору. Прищурившись, мельком взглянул на календарь, висящий на стене. — Взять месяц, или… Или лучше… — тревожно шептал Цзюнь, разговаривая с самим собой, — лучше декаду… Математик побарабанил пальцами по поверхности машины, усердно раздумывая. Слегка хлопнул себя по лбу: — Конечно, лучше декаду! Декада — повторяющийся элемент в каждом месяце. Очень подходящий для… Шаблона. Цзюнь начал нажимать на кнопки, меняя настройки машины. Он уже давно знал, что, вероятнее всего, у японцев есть шаблон для создания ключа. Только вот отыскать его казалось чем-то невыполнимым. Но сейчас, послушав рассказ Чжэханя, Цзюнь осознал, что японцы вполне могли не изменять себе и взять за каркас для кода то, что они так любят и почитают. То, в «кодировании» чего через стихи они наловчились за века. А именно, времена года. «Это как в стихах хайку, Цзюнь-Цзюнь» В голове вновь пронёсся мягкий голос Чжэханя, с увлечённостью повествующий о том, что нужно ловить момент. — Хайку — тоже своего рода шифр, А-Хань, — Цзюнь ответил своему немому собеседнику, — вот сейчас и попробуем. Цзюнь потянул за рычаг: машина запыхтела, перестраиваясь на новый лад. Математик выдохнул, вытер лоб и обернулся: — А-Хань? Скажи, как… Сбился, проглотив окончание фразы: Цзюнь был так поглощён делом, что даже позабыл о том, что Чжэханя-то рядом не было. От этого на сердце становилось тоскливо. — Уже вот-вот должны прийти, — Цзюнь напряжённо уставился на вход в кабинет, будто бы это могло помочь ему приблизить прибытие остальной группы. И, действительно, Чжэхань, вместе с запыхавшимися коллегами и господином Мин, как раз подходил к кабинету. Военные расступились, пропуская команду внутрь. — Господин Гун, — уже с порога недовольно начал господин Мин, — я очень надеюсь, что… У вас… Какая-то ценная идея в этот раз, и вы нас всех пригласили не просто так. — Я… Сейчас проверим, — Цзюнь сглотнул, — по крайней мере, очень вероятно, что… Командир прервал Цзюня: — Господин Чжан заставил меня поверить, что вы хотите предложить что-то дельное, и до утра это ждать не может. Так что, приступайте. Цзюнь позволил себе лишь мимолётный благодарный взгляд на Чжэханя. — Я поменял настройки машины, — начал объяснять Цзюнь, — думается, аппарат, который просчитал бы все комбинации, создать фактически невозможно. В YELLOW мы вложили самые лучшие ресурсы, тут я уверен. Более усовершенствованной машины, на данном этапе технического прогресса, быть уже просто не может. Цзюнь ненадолго остановился и перевёл дыхание. Поднял указательный палец вверх: — Все мы знаем, что количество возможных вариантов невероятно огромное, но, видимо… Оно настолько велико, что… Неподвластно даже автоматическому расчёту. Господин Мин нахмурился. — Но! — Цзюнь поспешил продолжить, — мы можем сократить диапазон поиска, если взять за условие, что… Есть определённый шаблон и повторяющиеся из кода в код элементы. — И что же это за элементы? — лицо господина Мин выражало полное непонимание, хоть он и старался выглядеть грозно и «профессионально». — Я думаю, что… Они связаны с летоисчислением, — пояснил Цзюнь, — есть серьёзные основания так думать! Сейчас YELLOW будет искать только среди тех вариантов, где есть указание на декаду месяца. Быть может, символы, что составляют это самое указание, будут перепутаны или как-то разбросаны день ото дня, но… С этим YELLOW, я верю, справится. Получится очень большое количество комбинаций, которое мы бы вовек не просчитали вручную. Но это уже меньше, чем… Те миллиарды, которые изначально должны были быть. Ван Ибо и Сяо Чжань смотрели на Цзюня восхищённо. В их глазах явно затеплилась надежда. Чжоу Е тоже улыбалась, хоть, возможно, и не всё понимала. Господин Мин ненадолго задумался, видимо, пытаясь что-то сопоставить в своей голове, но в итоге раздражённо выдал: — Так дерзайте, чего же вы ждёте. — Машина почти готова к запуску, но нужно предоставить входные данные, — разъяснил Цзюнь и снова посмотрел на Чжэханя. Чжэхань, явно не ожидавший этого, весь встрепенулся. — Чжэхань, подойди сюда, пожалуйста, — Цзюнь подозвал Чжэханя к дешифратору, — видишь вот эти кнопки? — Да… Вижу, — немного дрожащий голос Чжэханя выдавал в нём встревоженность: очевидно, Цзюнь обратился не просто так, и для Чжэханя было подготовлено какое-то важное поручение. — Есть три слова для каждой декады. Сейчас идёт вторая декада месяца… — заметил Цзюнь, — значит, возьмём её. Как это слово будет читаться по-японски? Попробуем ромадзи. Можешь… Напечатать? — Да, конечно… Кунрэй-сики, наверное… Правильно, Цзюнь? — Что это? — Система транслитерации, которой указом предписано пользоваться. Думаю, в такой сфере, как шифрование, да ещё и на государственном уровне… Тоже используют её? — Согласен, А-Хань. Давай попробуем так, — вновь обращаясь к Чжэханю, Цзюнь даже не проконтролировал себя и допустил столь интимное обращение. Но в такой сосредоточенной обстановке вряд ли кто-то придал этому значение. Чжэхань уже опустил пальцы на клавиатуру, как вдруг Цзюнь добавил: — И разведи гласные и согласные по двум разным панелям, — предложил он, указывая на мигающие датчики, — вот здесь, и… Здесь. Вспомнил, что PURPLE, как и RED, шифрует гласные и согласные отдельно. Возможно, и с дешифрованием нужно поступать так же, и это облегчит YELLOW задачу. Чжэхань кивнул, запоминая инструкции, и наконец начал печатать нужное слово. — Готово, Цзюнь-Цзюнь… — так тихо прошептал Чжэхань, что его «осечку» уж точно не услышал никто, кроме того, кому она была адресована. Прошло несколько секунд, в течение которых воздух в комнате, казалось, превратился в морозные капли. Нос щипало, и даже дышать от переживаний было больно. Все молчали, осознавая, что приготовления были завершены, и теперь… — Запускайте, господин Гун, — дал отмашку господин Мин. — Слушаюсь, — одними губами проговорил Цзюнь. И вот раздалось уже знакомое всем гудение. Шум постепенно заполнял собой комнату. Цзюнь вперил взгляд на настенные часы, со страхом ожидая, как минутная стрелка, точно пройдя контрольную точку, пять раз пройдёт по кругу. Пять минут… Семь… Но выдержит ли машина… Больше? — Давай, моя хорошая… Давай, родная… — где-то внутри себя Цзюнь самыми разными способами приободрял машину. Но вдруг эту мысль перекрыла другая, совсем неожиданная. Чжэхань стоял рядом, касаясь плечом плеча, и неотрывно смотрел на грохочущий аппарат. — Если бы не ты, А-Хань, если бы не ты… — Цзюнь чуть скосил взгляд на Чжэханя. Губ коснулась ласковая улыбка. — Жаль, что сейчас не могу взять тебя за руку… И Чжэхань, точно прочитав этот нежный порыв, «случайно» коснулся пальцев Цзюня: совсем легко, по самому краешку, едва ли задевая ногти. Но Цзюню от этого касания стало так тепло на душе, что уже ничего… Ничего, казалось, не смогло бы его сломить, когда такая поддержка была рядом. Даже если машина снова не… — Десять минут… — ошарашенный шёпот Сяо Чжаня вывел Цзюня из сладких мыслей. Математик тряхнул головой: уже какой раз за вечер, Цзюню отчего-то казалось, что они с Чжэханем в кабинете одни, и он забывал о присутствии других. YELLOW загудела особенно сильно, но вдруг начала затихать. Цзюнь со всей силы зажмурил глаза. Ноги свело судорогой. Сердце колотилось бешеными ударами. Секунда, ещё секунда, и… Полная тишина. — Не-бе-са… — по слогам проговорил шокированный господин Мин. Цзюнь наконец распахнул глаза и тут же… Остолбенел. Машина на этот раз действительно показывала не пустоту, а набор символов… Тот набор символов, что был всего лишь композицией из линий, но мог спасти миллионы жизней. К глазам вмиг прилила влага. Сделав пару глубоких вдохов и сморгнув слёзы, Цзюнь всё же пришёл в себя: — Скорее! Дайте мне блокнот, чтобы переписать код, и… К PURPLE… Ибо, запусти PURPLE! — Да! — Ван Ибо рванул к «вражеской» машине. — А-Е, принеси японскую корреспонденцию за сегодняшнюю ночь. Уже вышло что-то перехватить? — Конечно, — Чжоу Е бросилась к бумагам. — Держи, Цзюнь-Цзюнь, — Чжэхань тем временем протянул Цзюню записную книжку. Цзюнь взглянул на возлюбленного: глаза Чжэханя тоже блестели слезами радости. — Спасибо… Спасибо, А-Хань… — Цзюнь задержался касанием на пальцах Чжэханя, пока забирал блокнот, и так и не отводил от переводчика взгляда, смотрел глаза в глаза, — это всё ты… Без тебя я бы не… — Брось, Цзюнь-Цзюнь, — Чжэхань помотал головой, — я же ещё когда сказал, что ты… Совершишь великие прорывы. Так и случилось. Цзюнь нахмурился: ему не нравилось, что Чжэхань преуменьшает свою важность. Как же хотелось Чжэханя сейчас обнять, прижать к себе и доказать, что… Ну ничего, Цзюнь надеялся, что у него ещё будет на это время. А пока… Они ещё не завершили то, что должно. — Проверяй за мной, что я пишу, А-Хань, — Цзюнь принялся копировать информацию. Когда с этим было покончено, Цзюнь сел за PURPLE. Ввёл ключ. — Дайте мне сообщение, — скомандовал он. Чжоу Е тут же последовала указанию, вынув из стопки бумаг, что она держала в руках, самую свежую. Цзюнь вставил текст в первую пишущую машинку. Шифратор затарахтел. И через несколько долгих минут вторая машинка показала… Цзюнь догадывался, что здесь было написано, но попросил прочесть Чжэханя, чтобы не допустить ни малейшей ошибки. — Ханькоу. Через уезд Чжэнсянь, — едва живым голосом прочитал переводчик. Наступила звенящая тишина.
