12
15 июля 2023 г., 16:50
***
— Получается, японцы… Уже направляются сюда, — наконец озвучил витавшую в воздухе мысль Ван Ибо, — что же нам тогда делать? Господин Мин бросил рассерженный взгляд на часы: — Мы… Постараемся не дать операции свершиться, — сурово отчеканил военный, — но вы… В случае чего, будьте готовы к очередной эвакуации. Пока можете разойтись по комнатам и ждать. Если услышите сигнал тревоги, первым делом направляйтесь в кабинет, чтобы помочь с транспортировкой машин… Обеих. Они — главное наше преимущество сейчас. Дешифровщики понимающе кивнули. — Свободны, — господин Мин бегом рванул из кабинета. Теперь дело было за ним. Ему нужно было собрать военный совет, чтобы обсудить дальнейший план действий. Команда дешифровщиков тоже медленно поплелась на выход: никто ещё не мог отойти от шока, неминуемо наступившего после столь яркого успеха. — Хочу поблагодарить вас всех за сотрудничество, — неожиданно, Цзюнь нарушил тишину и, как создатель проекта, первым взял слово. На самом деле, когда Цзюнь только вступил в коллектив, он был готов к индивидуальной работе и не рассматривал иного варианта, однако… Теперь отчётливо видел, как сильно коллеги помогли ему. Без Ван Ибо и Сяо Чжаня не получилось бы собрать машину так быстро и качественно. Без Чжоу Е не было бы порядка в документации. А без Чжэханя… Не было бы ничего. Услышав столь искреннюю благодарность со стороны Цзюня, все остальные улыбнулись математику в ответ: — Это тебя надо благодарить, Цзюнь. Ведь именно твоя идея… Стала ключом к разгадке! — заверил Сяо Чжань. — Но воплотили-то в жизнь мы её все вместе, и теперь… — И, кстати, да, что будет теперь? — вдруг задалась вопросом Чжоу Е, — нас расформируют? Ведь проект подошёл к концу. — Я думаю, некоторое время мы ещё побудем здесь, чтобы убедиться в том, что YELLOW работает без перебоев. Мы также должны контролировать процесс дешифрования, — предположил Цзюнь, — а в будущем, возможно, нам нужно будет обучить военных работать с аппаратами, чтобы они справлялись без нашей помощи. Ведь над тем, как поступать с открывшейся информацией, мы не властны. Здесь всё решают другие структуры. — Ты прав, Цзюнь, — согласился Чжэхань, — скорее всего, так и будет. А пока… Нам, наверное, стоит возвращаться в корпуса и хоть немного отдохнуть. С этим мнением дешифровщики были солидарны: все начали расходиться по своим комнатам. Видимо, накопившаяся усталость брала своё, хоть и недавняя работа с YELLOW взбодрила каждого. Цзюнь, уходя, быстро взглянул на Чжэханя, в попытке разгадать тайный замысел: стоит ли Цзюню ждать, что Чжэхань зайдёт, второй раз за эту долгую ночь, или… Однако, выражение лица переводчика было спокойным и нечитаемым. А ещё, как Цзюню показалось… Что-то Чжэханя удручало. Зайдя внутрь комнаты и выждав небольшую паузу, Цзюнь понял, что просто не может сидеть на месте, так и не поговорив с возлюбленным. А потому уже хотел было двинуться к Чжэханю, но тот опередил математика: у входа они столкнулись нос к носу. — А-Хань… — Я пройду? — Чжэхань стоял в дверях. Цзюнь встрепенулся и пропустил Чжэханя: — Да… Да, конечно! Я как раз хотел поговорить с тобой, — математик прикрыл дверь. Чжэхань слегка поднял голову выше, заинтересованно смотря на Цзюня. — Я тогда говорил серьёзно, А-Хань, — Цзюнь склонился над Чжэханем, заглядывая в глаза, — без тебя бы ничего не вышло. Это правда так. Чжэхань нежно улыбнулся Цзюню: — Раз ты так говоришь, Цзюнь-Цзюнь, то… Спасибо. Я только рад, что смог… Тебе помочь. Цзюнь осторожно поинтересовался: — А-Хань… Тебя что-то тревожит? Чжэхань удивлённо вскинулся, очевидно, не ожидая, что Цзюнь сумеет уловить это состояние. Поджал губы: — Просто когда А-Е спросила о том, что будет дальше, я вдруг тоже задумался, а что… — Чжэхань немного потупил взгляд, — будет дальше… С нами, Цзюнь-Цзюнь. С тобой и со мной. — Что ты имеешь в виду, А-Хань? — Цзюня не на шутку взволновал этот вопрос. — Как бы сказать, Цзюнь-Цзюнь, — Чжэхань тяжело вздохнул, — понимаешь, вероятно, тебя отправят разрабатывать какой-нибудь ещё проект, меня тоже отправят в другое место, и… — А-Хань… — Хоть я и говорил, что мы не можем предугадать будущее и не знаем, как дальше повернётся эта война… — Чжэхань замялся, но тут же более уверенно продолжил, — когда возможность расставания впервые стала настолько осязаемой, я понял, что… Боюсь тебя потерять, Цзюнь-Цзюнь. Не хочу потерять тебя. Цзюнь сглотнул комок в горле: слышать такое было по-настоящему больно. Как бы Цзюню хотелось, чтобы сейчас было мирное время, чтобы ничего им не угрожало, и чтобы они могли полностью самостоятельно распоряжаться своими жизнями. Но это было не так. — А-Хань… Я тоже не хочу тебя потерять, — Цзюнь взял лицо Чжэханя в свои ладони, приподнимая, — вот закончится война, и… Цзюнь осёкся: к сожалению, пока такое представлялось мало и казалось не более, чем сладкими мечтами. Чжэхань сам договорил за Цзюня: — Закончится война, а там будет видно, Цзюнь-Цзюнь. Я просто надеюсь, что для нас… Что мы найдём своё место в этом новом, неизвестном мире, который восстанет из пепла. Цзюнь усиленно закивал: — В какой провинции ты бы хотел жить, А-Хань? Чжэхань по-доброму усмехнулся: — В любой, Цзюнь-Цзюнь. Лишь бы с тобой и под мирным небом. — Значит, так и будет, А-Хань. Давай верить в лучшее, — Цзюнь коротко поцеловал Чжэханя, — может, мы попадём с тобой в один проект? Почему нет? У Чжэханя заискрились глаза. — Это было бы прекрасно! Вновь поработать с тобой, — Чжэхань явно выглядел очень счастливым, представляя это, — ну а сейчас… Я, наверное, пойду к себе, Цзюнь-Цзюнь. Тревога так и не прозвучала, хочется верить, что… И не прозвучит. А тебе бы поспать. У тебя вторая бессонная ночь. — Ерунда, А-Хань, — отмахнулся Цзюнь, — ещё отдохну позже. На этом Чжэхань удалился, а Цзюня в скором времени всё-таки сморил сон. Математик проспал до утра: никакая тревога, к счастью, так и не настигла команду дешифровщиков. И первой новостью за день стали прорыв дамбы и срыв планов японцев по захвату Ханькоу. Высокой ценой, но Гоминьдан достиг цели, а японцы наверняка были застигнуты врасплох. Но через пару месяцев штаб всё равно пришлось перенести в Чунцин: перехват вражеских сообщений и их дешифровка хоть и давали время на подготовку ответного действия, силу японской армии никто не отменял. К тому же, приходилось иногда путать следы, чтобы японцы не поняли, что их машину взломали. Потому трагедии порой допускались, и даже города сдавались без боя. Но, тем не менее, военные заметили, что после взлома PURPLE японцы почувствовали опасность в лице Гоминьдана и пошли на смену стратегии: вместо резких, сметающих всё подчистую наступлений, они выбрали изматывающую войну. Работа шла стабильно и обыденно, пока однажды господин Мин не объявил то, чего все ждали, но к чему всё равно не были готовы: — Уважаемые, вы отлично справились с вашей миссией по взлому японского шифратора! — он обвёл взглядом присутствующих, — конечно, не без препятствий и заминок, но мы сделали это! На некоторое время повисла тишина. Господин Мин, кашлянув, подал знак, и все нестройно захлопали. — Теперь же перед нами стоят новые задачи. И мы всё ещё полагаемся на вас, — военный посмотрел на дешифровщиков благодарно, — руководство поговорит с каждым из вас наедине. А я, в свою очередь, как и обещал когда-то давно, предоставляю вам завтра выходной. — Вы помните! — с почти детской радостью воскликнул Ван Ибо. — Конечно, я помню, господин Ван, — гордо ухмыльнулся господин Мин, — я всегда держу своё слово. Сегодня, как получите своё задание, вы тоже можете быть свободны. Соберётесь и подготовитесь к вашим новым поручениям. Сказав это, господин Мин вышел из кабинета. Сяо Чжань воспрянул и подхватил Ван Ибо под локоть: — Сегодня вечером мы просто обязаны отметить нашу победу над японской хитроумной машиной! Ван Ибо согласился: — Непременно! Тем более, у нас был ещё один повод — выздоровление Чжэханя. — Думаю, это хорошая идея, — Чжоу Е одобрила инициативу, — теперь ведь… Когда свидимся… И свидимся ли вообще? Она то ли жалостливо, то ли тоскливо посмотрела на Чжэханя. Переводчик под этим взглядом растерялся, будто на секунду задумавшись о чём-то своём, но тут же потрепал девушку по голове: — Ну с тобой-то мы точно свидимся, А-Е. — Тогда сегодня… Пойдём в ресторан? — предложил Сяо Чжань, — я знаю здесь хорошее место. На том и решили. После того, как каждый поговорил с вышестоящими лицами, команда дешифровщиков отправилась в город. Цзюнь же по дороге прокручивал в голове недавний разговор и поглядывал на Чжэханя. Как сам Чжэхань Цзюню и поведал, их с Чжоу Е ждало отправление в Бирму, в составе дипломатической миссии. Ведь все знали, какая ситуация сложилась сейчас с портами и транспортировкой помощи от союзников. Дипломаты были нужны, даже необходимы, чтобы не допустить лишения японцами и того малого количества транспортных путей, которыми обладал Китай. Самому же Цзюню было сказано оставаться здесь, в Чунцине, чтобы разрабатывать кодовые системы для китайских служащих и помогать в организации операций. Но вместо того, чтобы задуматься о своей будущей работе, Цзюнь почему-то подумал о Бирме. Он, на самом деле, совсем ничего не знал об этой стране. Кроме того, что она была британской колонией. И кроме того, что японцы, наверное, уже давно подумывают о её оккупации. — Слишком опасно, лучше бы находиться в штабе или хотя бы на территории Китая, — рассудил математик, — жаль, что я не могу с тобой поехать, А-Хань… За этими мыслями Цзюнь даже не заметил, как они дошли до нужного места. Вечер прошёл за ужином и выпивкой в небольшом местном ресторанчике. Все наконец хоть немного отпустили себя и расслабились: этого явно не хватало в столь загруженном графике и в постоянном стрессе. Сначала никто не решался заговорить о том, что ждало всех в скором будущем. Но Сяо Чжань, опустошая очередной стакан, всё-таки пошутил: — Мы с Ибо отправляемся на курорт! Ван Ибо засмеялся: — Это да. Можете нам завидовать. Цзюню не составило труда «расшифровать» намёк: кажется, Ван Ибо и Сяо Чжаня ждала разработка военных кораблей на Хайнане. Благодаря YELLOW, команда смогла получить данные о готовящемся наступлении там. — И мы тоже… На курорт. Только даже лучше, за границу, — Чжэхань поддержал шутку, но в голосе его, отчего-то, слышалась полная потерянность. У Цзюня кольнуло сердце. Он постарался принять весёлый вид. — И только меня Гоминьдан обделил путешествием. Несправедливо! Все рассмеялись: вряд ли кто-то ожидал, что даже Цзюнь будет шутить. Ведь до сих пор коллеги не до конца свыклись с теми изменениями, что, так или иначе, произошли в математике. Чжэхань, мельком посмотрев на Цзюня, улыбнулся одним уголком губ. Назад возвращались уже под ночь. Ван Ибо и Сяо Чжань пытались держаться друг за друга, с трудом волоча ногами. Чжэхань же шёл прямо, и лишь слегка затуманенные глаза выдавали в нём недавно выпитый алкоголь. — Хочу ещё прогуляться, — наконец, дойдя до штаба, бросил Чжэхань, — а вы идите. Цзюнь удивлённо посмотрел на переводчика. — Как скажешь, Чжэхань, — неразборчиво произнёс Ван Ибо. — Ну а мы по комнатам, — поддержал радиотехника Сяо Чжань. — Я тоже иду спать, а то уже так поздно, — зевнула Чжоу Е. Цзюнь кивнул. Лучше всего сейчас было пойти спать, и всё же… Почему Чжэхань…? Но, так или иначе, все, кроме переводчика, разошлись по комнатам. Цзюнь лежал на кровати, уставившись в потолок, и был не в силах сомкнуть глаза. Немного подождав, плюнул на всё и вышел на улицу. Чжэхань действительно бродил около штаба. — А-Хань! — Цзюнь окликнул Чжэханя. — Я знал, что ты придёшь, Цзюнь-Цзюнь. — Пойдём лучше назад, слышишь? — Цзюнь мягко взял Чжэханя за плечи. Чжэхань помотал головой: — Не хочу… Хочу проветриться и погулять. Пойдём со мной, Цзюнь-Цзюнь. — А-Хань… — Давай-давай, — Чжэхань резко потянул Цзюня за руку в сторону города, — погуляем вдвоём. А то скоро… Я уеду, Цзюнь-Цзюнь. Голос Чжэханя сорвался, и Цзюнь понял, что тот всё ещё с горечью на сердце принимает неизбежное. Да и что греха таить, Цзюнь тоже не хотел расставаться с Чжэханем. И очень боялся за его безопасность. — Будь там осторожен, А-Хань, ладно? И пиши мне письма. — Угу, — отозвался Чжэхань, — и ты тоже пиши… Только дойдут ли они? И вообще, надолго ли… Он снова прервался. Громко сглотнул. — Чёрт побери, Цзюнь-Цзюнь, — Чжэхань остановился, с отчаянием вперив взгляд в землю, — я знаю, что должен думать о другом сейчас, но мне правда… Правда так плохо, ты бы знал. Лишь только представлю, что… — Что? — Цзюнь обеспокоенно взглянул на Чжэханя. — Ничего, Цзюнь-Цзюнь… Ничего, — Чжэхань, уводя Цзюня дальше от фонарей в тихий, укромный переулок, прижимался всё ближе. Вскоре поцеловал: не страстно, но тягуче сладко. В кромешной темноте Цзюнь этого не видел, но почувствовал. Голова тут же закружилась. Цзюнь притянул Чжэханя на себя, желая углубить поцелуй, как вдруг Чжэхань мазнул губами у уха, и Цзюнь услышал надрывный шёпот: — Я буду скучать, — и прикосновение щеки к щеке. Через миг раздался то ли вздох, то ли всхлип, и Чжэхань вздрогнул у Цзюня в руках. — А-Хань… Но переводчик тут же отстранился, не позволив Цзюню закончить, прокашлялся, отряхнулся, и вывел математика наружу. Их прогулка длилась чуть ли не до рассвета. Больше Чжэхань свою слабость не показывал, но, как Цзюню показалось, после случившегося ночью, когда они гуляли вдвоём, точно никого больше не существовало в этом мире, переводчику стало легче. Через день один самолёт улетел на Хайнань, а другой — в Бирму.
