Глава 4. День четвертый
8 июля 2023 г., 23:54
— Я хочу принять душ и лечь спать, — Гермиона попыталась говорить быстро, чтобы он не понял, насколько она пьяна. — Но я не могу!
— Почему? — голос Малфоя дрогнул, словно его обладатель перестал быть уверенным в необходимости показывать раздраженную версию себя.
— Потому, что ты тут торчишь! — Шутка показалась ей очень своевременной, и Гермиона засмеялась, не замечая, как ноздри Драко раздулись от гнева.
— Продолжаешь развлекаться, Грейнджер? — Он резко развернулся и припечатал ее к прозрачной стенке кабины, взяв за горло.
Легкая асфиксия, вместе с его горячим дыханием, оказались даже приятнее, чем ожидалось. Ноги предательски подкосились, а губы потянулись к его, преодолевая сопротивление впившихся в кожу пальцев. Больше всего сейчас хотелось опустить глаза вниз и посмотреть, насколько Малфой возбужден, но он держал ее достаточно крепко.
Воздуха на самом деле перестало хватать, и она попыталась вырваться, с силой отталкивая мужчину от себя. Он все правильно понял и чуть ослабил хватку.
— Не надо меня злить. Сейчас я отпущу тебя, ты выйдешь и немного подождешь. Мне нужна всего лишь пара минут. Я уйду, а ты насладишься благами цивилизации в виде тропического душа.
«Душ мне действительно не помешает. И лучше — прохладный» — Гермиона поняла, что перегнула палку, градусы покидали ее, неся запоздалое раскаяние.
— Надеюсь, тебя не тошнит? — Малфой недовольно уставился на нее.
— Я прекрасно себя чувствую! — Гермиона попыталась сохранить лицо во что бы то ни стало и гордо вышла из кабинки.
На полках лежало несколько аккуратно сложенных белых махровых полотенец, в одно из них она с удовольствием закуталась, скрыв наготу. Поискав место, где можно присесть, Гермиона не нашла ничего, кроме унитаза, куда и опустила свою пятую точку в надежде, что Малфой не заставит ее долго ждать и быстро завершит водные процедуры.
Малфой раздраженно увеличил напор воды, как будто она могла смыть ревность, помешавшую нарушить пункт контракта о непроникновении внутрь манящего тела Грейнджер. Он и сам этим вечером выпил слишком много. Иначе не пригласил бы к себе Пэнси Паркинсон, к которой, собственно, и не торопился возвращаться, надеясь, что она уснёт. Секс с ней он не планировал. Как-то так вышло, что, спустя несколько бокалов ледяного шампанского, Пэнси скинула шпильки, закинула стройные ноги на стол, заваленный документами, видимо, пытаясь напомнить о том, как раньше закидывала их Малфою на плечи.
Те времена давно прошли, и он не хотел бы их возвращения. Пэнси, как деловой партнер, устраивала его намного больше, чем любовница. Он помедлил, налил ей еще выпить и протянул бокал, наполненный до краев. Она взяла его, ловко схватив Драко за предплечье свободной рукой.
— Я так и не встретила мужчину, чьи руки могли бы сравниться с твоими. — Вызывающий взгляд не давал ему усомниться в желаниях девушки.
Она мелкими глотками втянула в себя шампанское, облизнула губы и потянула его к себе. Драко был погружен в совсем иные раздумья и не разделял возникшего интереса.
Паркинсон попыталась расстегнуть его джинсы, а он чуть автоматически не ударил ее по нащупывающим член пальцам, настолько неприятно ему было думать о сексе с ней.
Грейнджер, возможно, прямо сейчас сидит сверху на Тео, а он бьет ее по заднице, загоняя глубже и глубже…
Малфой тряхнул головой, отгоняя навязчивое видение.
Какого чёрта! Я не давал клятвы верности.
— Пэнси, мне надо сходить в душ…
— Зачем? Я всегда обожала твой запах.
— Я сказал, что мне надо! — Паркинсон сразу поняла, что дискутировать бессмысленно и неохотно отодвинулась вглубь дивана, поджав под себя ноги.
— Ладно, — буркнула она. — Подай мне бутылку. У тебя и шампанское — самое лучшее в Англии. Как тебе это удается, мистер Совершенство?
Он долго стоял посреди соседней комнаты, не включая свет, в ожидании, что ситуация разрешится сама собой. Его ожидания, в принципе, оправдались. Вошла та, с которой он хотел бы разделить постель, предварительно устроив пару кругов ада.
***
Выйдя из душа, он закатил глаза. Гермиона сладко посапывала, уютно устроившись на его покрытом листами двадцатичетырёхкаратного золота унитазе. Как это можно было сделать, он решительно отказывался понимать. В его доме существовали только самые современные конструкции. Бачок отсутствовал, унитаз был вмонтирован прямо в стену и подсвечен снизу, чтобы можно было предаваться размышлениям в полутьме. Он не желал ее касаться, но разбудить ее не удалось. Она только постанывала и ворчала что-то под нос, не открывая глаза. Чертыхаясь и матерясь, он поднял девушку на руки. Она внезапно улыбнулась и обвила его шею руками. Раньше он счел бы это милым, но сейчас его раздирали на части противоречия. Как-то так получилось, что, дожив до своего возраста, он умудрился никогда не испытать чувство ревности. Более того, он смеялся над своими более романтичными друзьями, когда они страдали по своим девушкам, взламывали пароли на ноутах и устраивали скандалы. Малфой равнодушно смотрел сквозь пальцы на то, как его женщины переписываются, не перезванивают ему вовремя или встречаются с друзьями. В глубине души он был уверен, что ему невозможно изменить. Он лучший. И это понятно всем. Сейчас же одна мысль о том, как она проводила этот вечер: улыбалась Тео, смеялась, говорила, принимала его комплименты и просто задумчиво сжимала губами соломинку, потягивая коктейль, заставляла сердце стучать чаще. Для него ей было сложно надеть красивое платье, а для Тео она разоделась, как шлюха! Он подкинул ее на руках чуть повыше, чтобы удобнее было нести, и споткнулся об упавшее с нее полотенце. Прекрасно, теперь они оба были обнажены. — Драако… малыш, ты где? — Мелодичный голос Пэнси вывел его из раздумий. Она стояла на пороге гостиной, которую Малфой намеревался пересечь, напрочь забыв об ожидавшей его девушке. — Что это, Малфой? Ты охерел? Ты трахаешь это… эту… — Не развивай свою мысль дальше. Иначе я буду груб. Паркинсон состроила обиженную гримасу, но замолчала. Было видно, что она хочет высказать многое. Глаза в ярости шарились по их голым телам. Драко хотел объяснить ситуацию, но понял бесполезность этого занятия. Пэнси прошипела: — Вызови мне такси! — Он утвердительно кивнул. — И жди адвокатов. Я не желаю оставаться партнером такого недоумка, как ты. Малфой отнес бесчувственную Гермиону в ее спальню, вернулся обратно, надев лишь серые спортивные штаны, выслушал напоследок от Пэнси трехэтажный мат — он и не подозревал о существовании некоторых выражений — проводил ее до такси, как истинный джентльмен, и вернулся в поместье. Злость немного угасла, но поведение Грейнджер требовало корректировки. Он, не спеша, выпил рюмку огневиски, добавив специй. Ему было необходимо прийти в себя. Если такая ерунда может выбить из колеи, то что будет, если она уйдет по окончании контракта? Драко сделал несколько глубоких вдохов и коротких выдохов, пытаясь взять себя в руки. То, что казалось развлечением, начало доставлять дискомфорт. Первоначально он не видел иного исхода, как полная и безоговорочная капитуляция девушки. Что дальше делать с этим легким трофеем? Ему было все равно. В перспективе — строительство и пополнение хранилищ в Гринготтсе. Кстати, под этот проект придется снять еще одно помещение в волшебном банке. Все его задумки превращались в нескончаемый поток галлеонов. Драко понял, что пора предпринять решительные действия, и направился в комнату Грейнджер. Рассматривая свернувшуюся клубочком девушку, лежащую поверх одеяла, он чуть не простил ей посиделки с Тео. За окнами почти рассвело. Надо было поспать хотя бы пару часов до работы. Идти к себе не хотелось. Он аккуратно подвинул виновницу его плохого настроения к стене и прилег на краю, лицом к Гермионе, стараясь держаться на максимальном расстоянии. Уснуть он не мог. Думая, что виноват в этом внешний вид Грейнджер, он встал, порылся в вещах, нашел длинную хлопковую футболку и кое-как напялил ее на девушку, постаравшись прикрыть все обнаженные части. Это почему-то не помогло.***
Гермиона открыла глаза и осторожно пошевелилась. На первый взгляд, все было нормально. Никаких признаков похмелья, она замечательно выспалась. Решив не терять время, Грейнджер захотела встать, но здесь ее ждал сюрприз. Правая рука была прикована наручниками к железному кольцу, вмонтированному в изголовье кровати. Вторым, еще более неприятным пунктом утреннего меню, стал лежащий рядом Малфой, волосы которого растрепались, а глаза покраснели. Вот он наверняка перебрал этой ночью и чувствовал себя неважно. Слишком кривая усмешка для начала дня. — Доброе утро, — она попыталась быть вежливой, но Драко проигнорировал пожелание, его глаза изучали ее без стеснения. Холодно и по-деловому, как потенциальный строительный объект. — Ты хорошо помнишь вчерашний день? — Конечно. — Гермиона попыталась непринужденно улыбнуться, что было сложно, учитывая полное отсутствие на ней нижнего белья. — Зачем ты встречалась с Тео? — Это совершенно точно тебя не касается. — Угу… а я думаю, что все это ты затеяла, чтобы позлить меня, так? — Не придумывай! Конечно же, нет. Мне надо было… — Ясно. — Тон его голоса не предвещал ничего хорошего. — Думаю, ты и сама понимаешь… — Что? — По спине девушки прошел холодок, словно воздух из приоткрытого окна внезапно стал арктическим. — Либо контракт будет расторгнут, и я продолжу строительство, либо ты компенсируешь мне моральный ущерб. Все как в бизнесе. Предельно прозрачно. — Ты говоришь о?.. — Да. Наказание. Не беспокойся, никакого секса так же не планируется. Вчера мы спокойно могли нарушить это условие, и ты бы даже не заметила этого. Грейнджер, ты перешла границу. — Я не думаю, что это отличная идея. — Отличная. От других твоих идиотских идей. Тебе выбирать. Обещаю — все будет быстро и, возможно, приятно не только мне. Она посмотрела на его торс, руки, намекающие на то, что он держал ими не только волшебную палочку. В конце концов, она чувствовала некую вину за свое поведение, и в чем-то Малфой был прав. — Хорошо. Делай так, как считаешь нужным. Только сними наручники, это ужасно бесит, я натерла запястье. — Это часть наказания. — Он перегнулся через нее, навалившись на мгновение всем телом, и Гермионе показалось, что ее мозг, которым она так гордилась, начал отказывать. Он по-хозяйски бесцеремонно уложил ее на живот, задрал футболку и медленно провел по ягодицам ладонью. — Семь, нет, десять, ты вполне потянешь. Гермиона повернула к нему голову и спросила дрожащим голосом: — Ты хочешь меня отшлёпать? Драко улыбнулся. — Я хочу научить тебя правильному поведению с мужчиной — твоим деловым партнером. Но могу предложить некий бонус: девайс ты можешь выбрать сама. — Я думала, ты будешь делать это рукой. — Хм… это слишком интимно. Даже можно назвать разновидностью секса. Так что нет. Выбирай. Он подошел к шкафу и выдвинул секцию, которая до этого казалась Гермионе частью декора. Все это время рядом с ней находилось ЭТО. Здесь царил идеальный порядок. Каждый девайс размещался на специальном крючке, не соприкасаясь с другим. Плети различались по размеру, цвету, количеству хвостов. Гермиона сразу отвергла устрашающего вида хлысты и кнут, лежащий на полке в свернутом виде — пусть дожидается любителей экстрима. Выбрав стек с наконечником-сердечком, услышала понимающий смешок Малфоя. — Ты сам предложил выбор! Он взял в руки предмет и со свистом рассек воздух, заставив Гермиону сомневаться в том, что сделка была честной. — Самое главное, Гермиона, — тихо сказал он, — состоит в том, что сессия началась тогда, когда ты переступила порог моего дома. Сейчас ты подчинилась уже без споров. Видишь, как все просто. — Ты знаешь, ради чего я это делаю. — Знаю. Для собственного удовольствия, как и я. Открою еще одну тайну: выбор — лишь видимость. Умная девушка, а ведешься на такую ерунду. При желании и определенных усилиях, отпечаток даже этого небольшого сердечка надолго останется на твоем теле. Правила игры устанавливаю я. А ты получаешь либо боль, либо боль, умноженную на кайф. Вернув несерьезный девайс в шкаф, он достал черный флоггер с несколькими широкими хвостами и небольшой флакон. — Если есть желание попробовать новые ощущения, рискни. — Что это? — Всего лишь возбуждающая смазка. Нужно нанести пару капель на клитор, и наши невинные развлечения станут гораздо интереснее. Он протянул Гермионе флакон, она взяла и нерешительно повертела его в руках. Не будет ли у нее аллергии, не опасно ли это, не перевозбудится ли она настолько, что сама порвет контракт и запрыгнет на Малфоя? Нет, это обычный маркетинговый ход. На флаконе есть этикетка, это не волшебное снадобие и наверняка не сработает. — Отвернись! Малфой, хмыкнув, встал к ней спиной. Девушка вылила немного прозрачной жидкости на пальцы и неловко растерла ее между ног. Никаких покалываний и жжения, всё нормально. — Давай, приступай к своему тренингу. И постарайся побыстрей. Первая волна тепла слегка удивила. Приятное ощущение, заставившее ее улыбнуться. Малфой задумчиво наблюдал за ней и, решив, что она готова, подошел и задрал ей футболку. — А без этого никак? — она попыталась помешать ему. — Эффект совершенно не тот. Кожа должна соприкасаться с кожей. Ты не прочувствуешь то, что должна, в полной мере. Гермиона решила подчиниться. Тепло перешло в область лобка, как будто внизу разгоралось небольшое пламя, но не обжигающее, а возбуждающее, дразнящее. Первый удар пришёлся по левой ягодице. Он был скорее пробным, Драко проверял ее болевой порог. — Если так пойдет, мне начнет это нравится. Ой! Этот удар был гораздо сильнее. Она не ожидала. Для третьего Малфой чуть раскрутил плётку и ударил с оттягом. Гермиона уже знала, что так будет и не издала ни звука. Остальные удары были не так болезненны, тем более, что огонь внутри будоражил, заставляя извиваться, а прохладные прикосновения хвостов тушили этот пожар, вызывая ее стоны. Она чуть не кончила, когда он завершил экзекуцию. И прикусила язык, чтобы не просить Малфоя о продолжении. Она видела, как он получал удовольствие, чувствуя единение через плеть, используемую не для причинения резкой боли, а для приближения ее оргазма. А может, и не только ее — судя по стояку, Драко увлекся не меньше Гермионы. — Это все? — Это прозвучало мягче, чем планировала девушка. — Пока да, нам надо в офис, не так ли? Как раз есть время принять душ и успокоиться. — Он хотел идти, но она не удержалась и задала вопрос. — Ты ревнуешь, Малфой? — Нет! Пока ты в моем доме, я отвечаю за тебя. Это… как нежелание, чтобы кто-то испортил твои вещи. Ничего особенного. — Малфой вышел в коридор, и выражение его лица стало не таким надменным. Как было бы прекрасно, если бы его слова совпадали с тем, что происходит на самом деле!
