О магической белке, сладком вине и мертвецах

      Сезон дождей закончился. День был жаркий и душный. Намджун не планировал куда-либо выходить, поэтому ходил по дому в одной нижней рубашке и штанах. Когда на террасе стало слишком жарко, он перешел в главную комнату, все еще хранящую прохладу. Принес с кухни тарелку с порезанной на куски дыней и пиалу с заваренным травяным сбором. Усевшись за низкий столик, Намджун подвернул рукава рубашки, чтобы не испачкаться, обнажив глубокие рубцы на обеих руках. Белочка застрекотала и забралась на стол, клянча угощение. Намджун спустил ее на пол и положил перед ней кусочек. Но та продолжала стрекотать.       - Что такое?       «Шрамы»       Раздалось у него в голове. Намджун внимательно посмотрел на ее мордочку. Белка сложила передние лапки, шевелила носом, а кончик хвоста был загнут в форме вопроса. Весь ее вид выражал заинтересованность.       - Тебе интересно откуда они?       Белочка вполне отчетливо кивнула.       - Я чуть не умер на задании – спокойно ответил Намджун и принялся за кусок дыни.       Зверушку такой ответ не устроил. Проигнорировав угощение, она снова застрекотала и зафыркала, забравшись на стол и смотря прямо на него.       «Расскажи»       - А что если я не хочу об этом говорить? Ты ведь разумное существо, даже очень. Живешь у меня уже два месяца. А я ничего о тебе не знаю. У тебя есть имя? Должно быть есть. Обычно разумные себя как-то называют. И перестань лазить на стол – Намджун снова спустил ее на пол и недовольный ушел в спальню.       Вечером, когда стало чуть попрохладней, Намджун все же вышел из дома. Надев тонкую жилетку и опустив рукава, он отправился на рынок. Купив несколько бутылей домашнего рисового вина, он возвращался домой. Когда-нибудь он все же решится и сам попробует изготовить этот напиток. Закрыв на засов ворота, Намджун оставил обувь на небольшой ступеньке и поднялся на внутреннюю террасу. Навстречу ему из главной комнаты вышел юноша в серо-зеленом ханбоке.       - Молодой господин? – вежливо проговорил Намджун, а сам покрепче сжал бутыли с вином, он хорошо помнил, что закрывал ворота перед уходом.       - Хосок – отозвался тот и чуть склонил голову на бок.       «Это я»       Мягко прозвучало в голове, а парень чуть улыбнулся. Глаза у него были округлые и темные с жирным, точно у белки блеском.       Намджун поджал губы и несколько мгновений его рассматривал.       - Значит, ты можешь принимать человеческую форму.       Парень кивнул, продолжая улыбаться.       Намджун вспомнил про бутыли в своих руках.       - Вино будешь?       Парень снова кивнул и зайдя в главную комнату, скрылся в проходе в кухню, а Намджун расположился на террасе. Вскоре Хосок принес две чарки и тарелку с недоеденной дыней. Намджун наполнил их вином.       - Прости, если мой вопрос задел твои чувства – осторожно начал разговор Хосок, усаживаясь на небольшом расстоянии – Мне стало интересно. Я видел как ты бился с мертвецами. Ты сильный и выносливый заклинатель.       - Я не всегда был таким – Намджун осушил чарку и наполнил ее снова.       Чуть помолчав, он все же решил показать и задрал рукав рубашки, обнажив полностью руку и плечо.       - О-у – протянул Хосок, округлив от удивления глаза.       По всей руке были следы от человеческих зубов и глубокие борозды от когтей, уходящие дальше под одежду.       - Юнги до сих пор не может смотреть на мою спину – Намджун опустил рукав.       - Это тот бродячий музыкант?       - Он заклинатель.       - От него странно...пахнет – протянул Хосок, сделав глоток.       - Потому что он идет по Темному пути. Ты знаешь про Пути?       - Не особо.       - Основная цель заклинателей – это истребление нечисти, что беспокоит простых людей. Как правило – это ожившие мертвецы. Обычно заклинатели идут по Правому или Левому пути. Первый основан на дисциплине и внутреннем контроле. Заклинатели могут воздействовать на волю природы, используя собственную внутреннюю энергию или энергию окружающего мира. Второй основан на взаимодействии с духами или магическими существами. Заклинатели заключают с ними контракт и используют их силу вместе с собственной энергией. Также существует запретный Темный путь. Он основан на использовании темной энергии. Это энергия окружающего мира, только окрашенная негативными эмоциями, наиболее сильными считаются гнев, страх и ненависть. Те, кто идут по Темному пути могут подчинять себе мертвецов.       Хосок с интересом слушал все пояснения, а Намджун допил чарку и снова наполнил ее вином.       - Это случилось довольно давно и полностью перечеркнуло жизнь Юнги, но благодаря ему, я еще жив.       Намджун сделал глоток и продолжил:       - Мы подружились, когда были детьми в Ордене заклинателей. После обучения основам и простейшим техникам, нас распределили по Путям. Я стал адептом Правого, а Юнги – Левого. Он с детства был бледным и болезным, однако имел большой запас внутренней энергии. В качестве оружия он выбрал себе каягым и быстро освоил все мелодии. Ему должны были подобрать сильного духа, который бы его защищал. Я же проводил все время в медитациях и тренировках, совершенствуя владение мечом. И вот, нас отправили на первое задание.       Намджун немного хлебнул вина:       - Места, наполненные темной энергией, появляются при массовом захоронении, на полях сражений и стихийных бедствиях. Почему-то последнее сильно недооценивают. Мы прибыли с Юнги в уничтоженную наводнением деревню. И там на нас накинулись мертвецы. Все было пропитано страхом, эти люди не хотели умирать и не хотели уходить. С помощью мелодий, Юнги пытался их успокоить, пока я защищал его и рубил мертвецов. Вот только ничего не помогало. Сколько бы Юнги не вкладывал своей энергии, мертвые не слушались. Они застряли в пограничном состоянии и обезумели. А у меня закончились силы и я просто упал. Юнги сидел, окруженный моим защитным огненным барьером, который должен был вот-вот погаснуть и видел, как мертвецы начинают грызть меня заживо. В отчаянии, он впустил в себя темную энергию, что пропитывала то место и попытался сыграть. Только тогда мертвецы подчинились и отступили.       Намджун замолчал. Уже стемнело и он зажег, висящие под крышей бумажные фонарики маленькими сгустками энергии. Завороженный его рассказом Хосок, вспомнил про свою чарку и осушив ее, наполнил снова. Намджун смотрел куда-то в небо.       - Он должен был умереть. Так нам говорили при обучении. Что поглотив и впустив в свое тело темную энергию, она поглощает тебя и ты умираешь. Вот только это ложь. Юнги не умер, хоть и сжег свои внутренние каналы. Да, он стал еще бледней и его аура поменялась, но он не утратил ясность мыслей. По возвращении в Орден, его исключили. Разгоревшийся скандал быстро замяли и скрыли, чтобы молодые адепты не побежали изучать запретный Темный путь. А мне еще долго восстанавливали тело.       Намджун посмотрел в горлышко почти пустой бутыли, чуть покрутил ее и залпом допил остатки вина.       - Ты беспокоишься за него? – поинтересовался Хосок, осушив свою чарку.       - Конечно. Из-за меня он встал на этот Путь. Если бы тогда я был хоть немного сильнее. Сейчас его бы не презирали в обществе заклинателей и он не шатался бы по заброшенным храмам в поисках запретных книг. Я много раз предлагал ему остаться и жить в моем доме, но он отказывается. Гостит несколько дней и снова уходит. Кажется, я достаточно пьян, чтобы отправится спать. Если останешься в человеческом обличье, я постелю тебе в гостевой комнате. Белкой можешь спать где угодно.       - Пожалуй побуду человеком – ответил Хосок.       Намджун кивнул, отнес вторую бутылку с так и недоеденной дыней на кухню и приготовил для него постель в соседней комнате.

***

      Проснувшись, Намджун перевернулся на бок и увидел, как чуть приоткрылась тонкая раздвижная дверь в его спальню. Белочка протиснула в щель свою голову и пошевелила носом.       - Хосок? – хрипло произнес Намджун смотря на зверушку.       «Суп»       Прозвучало у него в голове. После чего белочка втянула голову назад в коридор и в щели мелькнул серо-зеленый ханбок.       - Я приготовил рыбный суп. Будешь?       - Да, сейчас подойду.       Намджун поднялся с постели и привел себя в порядок. На столе в главной комнате уже стояли две глубокие пиалы с супом и две поменьше с заваренным травяным сбором. Хосок сидел сложив руки на коленях и чуть наклонив голову в бок.       - Рыбный суп? Разве в моих запасах была рыба? – поинтересовался Намджун, усаживаясь за стол рядом с ним.       - Я купил.       - М-м – Намджун попробовал суп из рыбы, редьки и зеленого лука – Вкусно.       Хосок заулыбался и тоже принялся за еду.       - Через несколько дней будет проходить летний фестиваль и я планирую его посетить. Хочу прикупить какой-нибудь кувшин или чашу из зеленой керамики. Пойдешь со мной в человеческом обличье?       - Я никогда не был на людских праздниках – чуть смущенно проговорил Хосок.       - О-о, тогда нам нужно будет все посмотреть – воодушевился Намджун.       После завтрака они собрали все необходимое в узелок и отправились в путь. Вышли из города через Западные ворота и по утрамбованной дороге направились на юго-запад. Спустя несколько дней они добрались до крупного города, стоящего на реке. Улицы красиво были украшены лентами и бумажными фонариками разных форм и размеров, в торговых рядах чувствовался аромат различных праздничных закусок, а множество людей в ярких разноцветных ханбоках наслаждалось фестивалем. Солнце клонилось к горизонту. Намджун направился в гостиницу, ведя за собой Хосока, чтобы тот не потерялся в толпе, пока восторженно крутил головой по сторонам. Из-за большого количества прибывших на праздник, нигде не было свободных мест.       - Все гостиницы переполнены. Где же нам ночевать? – огорченно проговорил Хосок.       - Ночи сейчас теплые, не беспокойся – мягко ответил Намджун – Лучше давай что-нибудь поедим.       Они вернулись к торговым рядам и обойдя все лавки с уличной едой, купили несколько шпажек с куриным мясом в остром и кисло-сладком соусе.       - Этот город стоит на реке и известен своими лотосами – пояснил Намджун, жуя шашлычок.       - Лотосами? – с набитым ртом переспросил Хосок.       - Пойдем.       Намджун повел его на пристань. Пройдя несколько маленьких улочек они вышли на причал. Солнце почти село, освещая последними желто-оранжевыми лучами яркие розовые цветы, возвышающиеся над огромными зелеными листьями.       - Это так красиво – восторженно произнес Хосок.       Намджун лишь улыбнулся и показал на одну из узких лодок, стоящих у причала. Погрузившись, они немного отплыли от пристани. Намджун управлял лодкой с помощью энергии, воздействуя на водную гладь. Когда стемнело, он зажег несколько огоньков, которые точно светлячки парили рядом с лодкой и отражались в поверхности воды. Сидевший в носовой части Хосок, любовался цветами, вдыхал их сладковато-терпкий аромат и трогал крупные листья. На ночном небе стали появляться звезды, а после показалась луна. Уже убывающая, но все еще большая и красивая. Однако со стороны пристани слышался шум. Маленький зеленый огонек полетел высоко в небо, а после громкого хлопка, разлетелся на множество искр. После него вспыхнул красный, а потом желтый. Хосок зачарованно смотрел чуть приоткрыв рот.       - Эти огни делают из маленьких мешочков с древесным углем, а для разных цветов используют особые порошки. И немного энергии, чтобы мешочки поднимались высоко в небо – рассказывал Намджун.       Хосок все еще восхищенно смотрел на узоры, в которые складывались искры. Наконец огни прекратились и все стихло. Лодка медленно плыла среди цветов и листьев, окруженная маленькими сгустками пламени.       - Это было красиво. Но я уже долго нахожусь в человеческом обличье и немного устал – чуть зевнул Хосок.       Он обернулся белкой, привычно вскарабкался по рукаву ханбока и растянулся на плечах меховым воротником.       «Спасибо»       Последнее, что он сказал, перед тем как уснуть. Намджун сидел, прислонившись спиной к скамейке и смотрел на луну. До его слуха донеслась тихая мелодия. Кто-то на пристани играл на каягыме. Красиво, но по-другому. Юнги играет иначе. У Намджуна стали слипаться глаза. Хоть день и был радостным, но все же утомительным. Он немного спустился, чтобы можно было прилечь и аккуратно переложил белочку себе на грудь.       Проснувшись от светившего в лицо солнца, Намджун принял сидячее положение и потер глаза. Хосок сосредоточенно потрошил сорванный цветок в поисках семян, сидя на носу лодки.       - Они еще не созрели – пояснил Намджун – Пора возвращаться на берег.       Он направил лодку в сторону пристани, а Хосок смущенно улыбнулся выбросив остатки цветка в воду. Покинув причал, они направились в закусочную, где позавтракали рисовыми булочками с чаем из лотосов, который обычно все пили во время фестиваля. После утренней трапезы они посетили торговые ряды, где в лавке с керамикой Намджун долго выбирал себе изделие из зеленого фарфора. Он никак не мог определиться между кувшином и вазой, а потому приобрел чайный сервиз, который мастер бережно обернул тряпицей и уложил в узелок. Также Намджун купил бутыли с вином из женьшеня и вином из лотоса, что оказалось последним и за него пришлось поторговаться. Взяв немного еды в дорогу, они вместе со всеми узлами покинули город. Намджун хотел посетить еще одно место, поэтому они шли другой дорогой на северо-запад через холмы. На второй день они прибыли к заброшенному городу.       - Пожалуйста только не говори, что мы пойдем туда – забеспокоился Хосок, глядя в вечернем сумраке на расположенное в низине поселение.       - Ни в коем случае. Это очень опасное место.       - Тогда зачем мы здесь?       - Хочу убедиться, что мне не показалось. Не волнуйся, мы скоро уйдем. Скажи, что ты чувствуешь? – Намджун внимательно на него смотрел.       - Страх, боль, злобу и ненависть. Этот разрушенный город переполнен темной энергией. Она так давит, что мне хочется спрятаться.       - Тебе это что-нибудь напоминает?       Хосок не ответил. Не выдержав темного воздействия, он принял истинный облик и вскарабкавшись по одежде, обвился вокруг шеи пушистым кольцом. Намджун успокаивающе его погладил.       - Помимо того, что ты перечислил я чувствую, что словно тону в чем-то мерзком и неприятном. Такие ощущения у меня были в той деревне, где мы с тобой были. Они исходили от таблички, что я выкопал. Она явно была отсюда. Вот только, что за безумец пришел сюда за ней? Это могильник. Лет сто назад в этом городе вспыхнула эпидемия. Болезнь выкашивала целые улицы, а людей не успевали хоронить. Тогда город закрыли, чтобы зараза не распространилась дальше. Но было уже поздно. Болезнь заставила опустеть несколько ближайших деревень. Сюда свозили трупы, чтобы впоследствии их сжечь. Вот только мертвецы поднялись и уже не горели. Представь, что чувствовали живые люди, запертые здесь и умирающие от болезни в окружении трупов. Тогда это место было сложно очистить, поэтому его опечатали и оградили десятком защитных барьеров. А сейчас, сто лет спустя, это просто невозможно. Сил целого Ордена будет недостаточно. Ведь мертвецы никуда не делись, они все еще бродят по улицам и с каждым годом становятся сильнее.       От услышанного белочка задрожала.       - Тише-тише – Намджун снова ее погладил и развернувшись пошел обратно.       Хосок немного успокоился, но все еще висел на шее кольцом.       - Деревни в горах, где я был с Юнги, которые оказались ловушкой и та деревня с табличкой. Эти события явно связаны. Похоже появился заклинатель, который идет по Темному пути. Вот только если Юнги старается помогать, этот творит бесчинства. Умертвил и закопал жителей трех деревень на центральных улицах, устроив им братские могилы, а нескольких сбросил в колодец. Залез в могильник и закопал в другой деревне взятую из него табличку, что пропитала поселение темной энергией и обратила в мертвецов всех жителей. Да и сами мертвецы. Те, что были в горах быстро ответили на призыв Юнги, стоило ему только провести по струнам, но он не смог ни успокоить их, ни подчинить. А еще в них было слишком большое количество трупного яда. Словно ешь спелую дыню, а сок стекает по рукам. В любом случае, я обо всем сообщил в Орден. Пусть сами с ним разбираются – рассуждал Намджун, а потом мягко добавил, поглаживая белочку – Идем домой, Хосоки.