Мор

      Когда Сере не нужно было проводить аугментацию или осмотр соответствующей техники, она занималась улучшением того, что есть. Вообще взвалила на себя непосильную задачу по модернизации всех искусственных рук, ног и другой аугметики, которая пылилась на складах, за что получила благодарность от магоса Децимоса и пациентов. Первый мог сосредоточиться на любимом деле, – создании совершенного оружия, бронетехники или даже боевого робота, – а жизнь вторых просто становилась куда легче и приятнее. Всё-таки львиная доля протезов на "Амбиции" только для того, чтобы скорее вернуть солдата на поле боя. Он должен бегать, должен нажимать на спусковой крючок, а как солдат чувствует себя в повседневной жизни – дело десятое.       Вот и на этот раз Сера собрала несколько комплектов запасных частей в единый механизм и следила за тем, как искусственные конечности выполняют свои функции. Ноги неустанно бежали по беговой дорожке, а руки хватали и работали разными инструментами от шариковой ручки и до кувалды. Сера подмечала недостатки того или иного образца и размышляла над тем, что же в нём следует изменить.       На рабочем столе был раскрыт журнал для записей, несколько увесистых трудов по анатомии и механике. Чуть в стороне шкаф когитатора, – устройство поменьше на складе не нашли.       Сера на проблемы с навигацией не отвлекалась. За годы на борту "Амбиции" она убедилась в том, что волноваться о вещах, на которые не можешь повлиять, вредно. Лучше сосредоточиться на своём деле, а всё остальное в руках Бога-Машины и пророка Его Омниссии.       Но нет-нет, а случалось так, что Серу отвлекали и по другим вопросам. Как, например, сейчас.       В кабинет заглянула Симона, медицинская сестра.       – Сера, глянь, пожалуйста, на пациента. Странный какой-то!       Сера улыбнулась, отозвалась "конечно", а на выходе из кабинета, дёрнув рычаг рубильника, сняла питание с оборудования.       Симона проводила Серу к тесному кружку медиков и техноадептов, которые стояли рядом с медицинской тележкой-каталкой. На ней мужчина в рабочем комбинезоне. Весь скрючился, вообще бы свернулся в позу эмбриона, если бы не ремни, стягивающие по рукам и ногам. С первого взгляда – наркоман в абстинентном состоянии. Он постоянно дёргался и пытался сбросить ремни, но сил не хватало. Людей вокруг он не замечал, полностью посвятив себя этой простой и одновременно чертовски сложной задаче. Шептал что-то.       Сера прислушалась.       – Бог, бог… склонись… съешь…       – Анамнез? – спросила Сера.       Коллеги рассмеялись, а один из них – долговязый техноадепт – произнёс:       – Мы тебя не для этого пригласили, сестра. Погляди, что Симона нашла, когда ботинки сняла.       Всей картины Сера на самом деле не видела, – сказывался маленький рост, но она обошла пациента с другой стороны и на самом деле заметила кое-что занятное.       Правая нога вытянулась, словно бы сведённая судорогой, пальцы слиплись и сплавились как под воздействием высокой температурой, кожа и плоть истончилась до такой степени, что местами можно было рассмотреть кость.       Сера прищурилась. Кость ли?       Имплантат!       Она натянула перчатки, закатала брючину и поискала хирургические швы. Передёрнула плечами, когда не поняла, как же этот имплантат оказался внутри.       – Снимки… ещё не делали… наверное? – спросила она.       – Это металл, – произнесла Симона. – И что самое удивительное, – он чувствует прикосновение. Вот я и подумала, что кто, кроме тебя, может знать, как так можно сделать.       – Да не… не то что я, даже магос Децимос не провёл бы подобную операцию! – сказала Сера. – Имплантат как будто… вырос.       Судя по дрожи пациента и запахам, от него исходящим, имплантат продолжал расти и сейчас. Кроме пота и мочи, Сера услышала отчётливый металлический запах крови.       – Да, нужны снимки, – произнёс дородный мужчина с толстыми руками, перекрещенными на груди. – А потом предлагаю провести ампутацию, да посмотреть на диковинку поближе.       – Тебе бы только резать! – воскликнула Симона и пихнула мужчину кулачком в плечо.       – Ничего никому пока резать не надо, – сказала Сера. – Я сейчас с магосом свяжусь.       Она вытащила из кармана небольшую голокамеру и шнур к ней. Нащупала нейроимплантат на затылке и подключила к нему устройство. Потом Сера закрыла глаза, вошла в хор и потянулась к магосу Децимосу, надеясь на то, что не отвлечёт мэтра от важных дел.       "Да, сестра".       "Посмотрите, пожалуйста, на этот… э-э-э… эту… Никогда не видела ничего подобного!       Сера навела камеру на странного пациента, а потом отправила сообщение:       "Кто производит подобную технику? Чужаки?"       Магос не отвечал. Сера медленно поменяла ракурс, подождала немного, а когда уже собиралась проверить, есть связь или нет, то приняла следующее сообщение:       "Немедленно узнайте, кто этот человек и где он работал! Доложите охране! Я же свяжусь с капитаном. Подозреваю, что это какая-то варп-инфекция, а не приращение. Человека этого… – Децимос сделал паузу, а потом продолжил: – …в карантин. Привяжите покрепче, наблюдайте постоянно. И да хранит нас всех Бог-Машина!"       Он тут же оборвал связь, и по спине Серы пробежали мурашки. Теперь уже от проблем за работой не спрятаться. Беда на пороге.       – Ну чего? – спросила Симона. – С тобой всё в порядке? Что такая бледная?       – М-магос Децимос с-сказал…